53. Либерализация общественно-политичекой жизни в 1953-1964 гг. «Хрущевская оттепель»

ХРУЩЕВСКАЯ ОТТЕПЕЛЬ - первая крупномасштабная сознательная попытка разрушения сталинского тоталитаризма , предпринятая по инициативе Первого секретаря ЦК КПСС Н.Хрущева после смерти И.Сталина в марте 1953 г. По своему содержанию это - система тогдашних реформ Н.Хрущева. Они внесли существенные перемены в общественно-политическую жизнь Советского Союза, его внутреннюю и внешнюю политику, положили конец грубому беззаконию и массовым репрессиям. Однако, не разрушив социальных основ тоталитаризма, оттепель закончилась отстранением Н.Хрущева от руководства партией и страной, вступлением советского общества в полосу застоя и деградации.

Чтобы реализовать представившуюся возможность, необходимо было личное мужество и недюжинные способности нового лидера. Н.Хрущев был политическим самородком. Речь идет не только о его политической прямоте, непосредственности темперамента, но и об особенности его политического мышления, опиравшегося чаще всего не на логические рассуждения, а на интуицию, которая часто его выручала.

В сентябре 1953 г. Н.Хрущев возглавил партию.

Для Н.Хрущева все беды советского (и мирового) социализма и коммунистического движения (если не забывать о постоянном давлении и "происках" империализма) были связаны с "культом личности и его последствиями", т.е. с грубейшими просчетами, ошибками, беззаконием И.Сталина, соратником которого длительное время был сам Н.Хрущев. Поэтому через всю реформаторскую деятельность Н.Хрущева проходит одна генеральная мысль: если "очиститься от сталинизма" и в первую очередь от всего, что связано с массовыми репрессиями, и вести дело в духе общих истин марксизма-ленинизма, то при выполнении выдвинутой на XXII съезде КПСС в октябре 1961 г. Программы "развернутого строительства коммунизма" коммунисты победят и внутри, и на мировой арене.

Именно с таким пониманием были связаны основные реформы и действия Н.Хрущева: арест, суд и расстрел Л.Берия, разрушение репрессивного аппарата, XX съезд КПСС и закрытый доклад на нем, осудивший Сталина и его репрессии, XXII съезд с новаторскими идеями и выносом тела Сталина из мавзолея разоблачение антипартийной группы в 1957 г, целина, жилищная эпопея, целый массив новаторских идей во внутренней и внешней политике и вместе с тем нападки на неугодных писателей, поэтов, художников и другие отступления и колебания.

И все же при всех своих непоследовательностях и противоречиях "хрущевская оттепель" стала весьма важным этапом в советском развитии не только потому, что она от имени КПСС нанесла смертельный удар по сталинизму, после которого он уже не смог подняться. Именно эта полоса советской истории стала колыбелью зарождающегося демократизма, многих реформаторских начинаний, именно здесь начала формироваться плеяда "шестидесятников" - предтеч перестройки, здесь не только заявил о себе А. Солженицын, но и стали создаваться условия для утверждения разномыслия; советские граждане приучались без страха и не шепотом обсуждать политику и критиковать своих политических лидеров, а политика мирного сосуществования переставала быть лозунгом, фразой становилась реальностью, осмысленной системой мер.

Но, осуждая сталинизм и разрывая с ним, Н. Хрущев так и не понял (позже эту ошибку повторит и М. Горбачев), что надо глядеть значительно шире, если всерьез говорить о бедах сталинизма, ибо суть его не в одном злодействе вождя - И.Сталина, а в определенной общественно-политической силе, классе - партийно-государственной бюрократии, номенклатуре, которая вовсе не искажает и извращает научные взгляды Маркса и Ленина, а имеет собственную идеологию - сталинский "марксизм-ленинизм", свой социальный идеал - казарменный псевдо-социализм, в рамках которого она эксплуатирует и угнетает трудящихся, безраздельно властвует, прикрываясь социалистическим словоблудием. Эта ошибка будет Н.Хрущеву стоить его поста, а для советских людей обернется утратой возможности возврата на социалистический путь.

В конце своей реформаторской деятельности Н.Хрущев начнет понимать, что всевластие партийно-государственной бюрократии - главное препятствие оздоровления советского общества. Он наметит два решающих удара по (партийной и государственной) номенклатуре: разделение обкомов на городские и сельские и замену министерств совнархозами. Однако партийно-государственная бюрократия, хорошо понимая все грозящие ей опасности, исходящие от "кукурузника", тайно, за спиной Н.Хрущева подготовит свой ответ: срочно созовет октябрьский (1964 г.) Пленум ЦК КПСС, где снимет лидера-реформатора со всех постов, а хрущевская оттепель станет уже достоянием истории.

Хрущевская оттепель - Деятельность таких личностей, как Хрущев, может служить иллюстрацией самых серьезных попыток проведения реформы в СССР. Довольно поздно став членом Политбюро, он лишь постепенно приближался к реформаторскому течению, представленному Маленковым... Однако после XX съезда и изгнания антипартийной группы все весьма быстро изменилось. Сознавая объективную необходимость и неисследованные возможности политического развития, Хрущев при мощной поддержке Микояна все энергичнее утверждает себя защитником набирающего силу и открытого антисталинизма... Сельское хозяйство, либерализация, мирное сосуществование - вот три стабильных основополагающих элемента советского антисталинизма.

Оказавшись неспособным реально изменить центральный механизм воспроизводства руководящего состава партии и государства, Хрущев обратился к мерам, направленным на установление прямой связи с массами; он начал даже приглашать "ударников" на заседания Центрального Комитета и выставлять напоказ приватные стороны своей жизни, появляясь на экранах кино и телевидения. Таким образом, он стал изобретателем своего рода аппаратного "народничества" с целью соединения авторитарных аспектов сталинизма с народной базой в новом синтезе, смелом на словах, но на деле мало чем отличавшемся от прежней ситуации. Основной аспект "хрущевизма" как раз и заключается в стремлении передать в руки "всего народа" ... ту часть инициативы, которая была конфискована у него партией и государством, не изменяя при этом по существу предшествующий тип социального развития. В области сельского хозяйства Хрущев, отклонив выдвинутые ранее Маленковым предложения по расширению сферы личной инициативы, попытался выйти из положения, снабдив обращение к массам традиционной верой в преобразующую силу техники, получаемой ими сверху, обещаниями улучшить производство удобрений, ввести новые сельскохозяйственные культуры (например, кукурузу) и обращаться за советами к Лысенко и прочим шарлатанам. С точки зрения традиционных структур, самой важной реформой, которая была осуществлена, стало упразднение многочисленных министерств и резкое ограничение власти Госплана в пользу объединений территориального типа. <...>

В последние годы хрущевского периода (1962-1964) произошли более существенные изменения: был поставлен под вопрос приоритет тяжелой промышленности, появлялось автономное по отношению к партии общественное мнение. Либерман опубликовал свои первые статьи о необходимости введения новых критериев управления экономикой. Именно в этот момент консервативные союзники Хрущева пришли к выводу, что рубикон, за которым начинается кризис власти, уже перейден.

"Хрущевизм" предстает перед нами как политика, по сути дела не лишенная определенной последовательности, как массовая неонародническая политическая линия, рассчитанная на то, чтобы преодолеть сталинское наследие путем подключения к политической жизни новых социальных элементов, которые до того были исключены из сферы власти, т.е. крестъянства, национальных меньшинств. Однако отказ пойти на реальное соглашение с авторитетными представителями этих элементов весьма скоро полностью остановил реформаторское движение.. Конечно, Хрущев мог бы записать себе в актив значительное ускорение экономического развития СССР, когда на протяжении 10летнего правления были реализованы неиспользованные возможности экстенсивного развития сельского хозяйства и промышленности, что сопровождалось быстрым социальным подъемом, а также последние революционные результаты деколонизации. Однако, исчерпав этот капитал, политика Генерального секретаря вступила в полосу явного кризиса. Было очевидно, что для проведения последовательной и решительной политики экономических реформ и мирного сосуществования нужны гораздо более решительные и не столь импровизированные действия.