Предлагаю себя для эксперимента

Наивно приводить аргументы вроде того, что жизнь человека — это промысел Божий, поэтому в нее нельзя вмешиваться. Простите, в мире широко практикуются операции по перемене пола — большего вмешательства в природу человека невозможно себе представить <…> Пресса давно муссирует слухи, что есть двойники лидеров государств, по теории вероятности, действительно могут быть люди–двойники. Если кто-то видел сына артиста Михаила Козакова — Кирилла, то может запросто уверовать, что клонирование уже существует. Та же внешность, тот же голос, только человек на 30 лет моложе <…>

По каким-то показаниям клонирование может стать жизненно необходимым. Допустим, у женщины в автокатастрофе погибает муж, а ей очень хотелось иметь от него ребенка. Пожалуйста — берем у погибшего молекулу ДНК, рождается ребенок, причем женщина сама его вынашивает. Это же не выращивание в пробирке непонятного какого монстра, а натуральный путь. Конечно, пока это в сфере фантастики, но уже в ХХI веке такие операции могут стать обычным делом.

<…> Здоровая соревновательность, которая всегда существовала между Россией и Западом, не должна пропасть. Как это так — у них там клонируют, а мы сидим и спим? Думаю, нам надо тоже поднажать и кого-то клонировать. У нас достаточно людей, которые по этому поводу совершенно не комплексуют и охотно могут испытать на себе новые веяния прогресса. Я, например, не страдаю манией величия, но ничего не имею против, если у меня возьмут ДНК для клонирования. Если эксперимент удастся, я этому только порадуюсь.

(Д. Митина)

Вторая публикация, конечно, существенно проигрывает первой в логичности, трудно определить сам тип ее аргументации. Большинство аргументов Д. Митиной представляется слабым, неубедительным (операции по перемене пола, частный случай автокатастрофы). Но эта бессистемность обладает обаянием естественности, искренности, эмоциональности.

Сложно сопоставлять взгляды столь разных оппонентов. Однако знание типов аргументов и способов аргументации позволяет сравнить их риторическую подготовку и сделать оценку речи объективной.

Попытаемся объективно оценить эффективность аргументации других оппонентов, Галины Вишневской и Марка Масарского, давших противоположные ответы на вопрос газеты «Поддерживает ли спонсорство культуру?» («Аргументы и факты». 1998. № 12). По мнению Г. Вишневской, «меценатство унижает». Ее оппонент утверждает обратное: «меценатство возвышает».

Меценатство унижает

Меценатство — это прежде всего потребность души. Но если это делается без потребности души, то человек явно хочет какой-то выгоды, чаще всего уменьшения налогов. Или хочет быть узнанным, известным благодаря своим пожертвованиям.

Как говорится в Библии? «Делай добро тайно». Так нас учит наша религия. Но не все к этому прислушиваются. В результате нашего зарождающегося меценатства получается, что эти люди, чтобы быть известными, идут на телевидение, покупают там время, оплачивают каких-то бездарных музыкантов… Это наносит ужасный вред обществу. Потому что этот выбор — это вкус, вернее, безвкусица, людей, имеющих деньги. Как с этим бороться, я не знаю.

Если театр сегодня не может существовать, то он и завтра погибнет без этих денег. Это будет пролонгированная смерть. Государство должно содержать главные театры. Это прежде всего — Мариинский, Большой, МХАТ, Малый театр, Александринский и еще несколько. А остальные… Они же плодятся, как грибы после дождя. Народ не способен содержать эти театры, если они ему не нужны. А богатым людям они тоже не нужны. Те, которые сегодня случайно разбогатели, награбили разными способами, у них нет потребности содержать театр. Морозовых, Мамонтовых и Третьяковых пока еще в России не народилось. Они должны вырасти из определенной среды. Только их правнуки могут стать меценатами.

В моей творческой судьбе мне оказала помощь моя учительница пения. Она, бедная женщина, брала с меня за учебу символические деньги — копейки. Ее имя Гарина Вера Николаевна. После этого я прошла по конкурсу в Большой театр. Никто меня за уши не тащил. Абсолютно! Я пришла в театр и старалась быть лучше всех. Это единственный путь в искусстве. Это мое глубочайшее убеждение. Когда меня спрашивают, как сделать карьеру, я отвечаю: «Трудно получить первую ступень на сцене. Но, получив это место, будь лучше всех».

Я считаю, если талант не спонсировать, то он не погибнет, а только закалится. И настоящий талант все равно никогда никуда не пропадет! Да и как может быть иначе? Талантом человека награждает Бог, и разве он допустит, чтобы его дар пропал из-за каких-то там денег? Пропадет только середняк. Кстати, из середняка в конце концов может что-нибудь приличное выйти. Но это не обязательно. А настоящий талант не пропадет.

Мое мнение: меценаты заботятся только о себе, и любого талантливого человека их присутствие только унижает. Они уверяют, будто без чужих денег этот человек никуда не пробьется, не станет известным. Унижает еще и потому, что лишает талантливого человека опоры на свои собственные силы, лишает его осознания собственной реальной цены и величия. Меценатство еще и оглупляет жизнь талантливого человека, так как он всегда чувствует свой (истинный или вымышленный) долг перед меценатом.

(Г. Вишневская)

Имидж Галины Вишневской — самодостаточная, творческая личность, резкая, безапелляционная в суждениях. Мы можем не разделять ее мнение, но нельзя отрицать последовательный характер ее аргументации. Эта аргументация односторонняя, опровергающая расхожее представление о меценатстве, дедуктивная, восходящая.

Г. Вишневская использует разнообразные аргументы: ссылку на авторитетные источники, пример, довод от противного. Она предвосхищает возможные возражения. Ее тезисы звучат афористично, их лаконичность придает аргументации убедительность: Меценатство — это прежде всего потребность души; Меценаты заботятся только о себе, и любого талантливого человека их присутствие только унижает.

Речевое воздействие усиливается неоднократным подчеркиванием наличия собственной точки зрения: Это мое глубочайшее убеждение; Когда меня спрашивают, как сделать карьеру, я отвечаю; Мое мнение; Я считаю… Но это же и один из недостатков воздействия. Сила оборачивается слабостью, когда чрезмерная субъективированность речи начинает раздражать адресат.

Есть и другие недостатки. В России ссылка на Библию (Как говорится в Библии? «Делай добро тайно». Так нас учит наша религия), в отличие, например, от Америки, не является сильным аргументом. Причем эта апелляция к «чужому» мнению в речи Вишневской единственная. Создается впечатление, что для Г. Вишневской единственным бесспорным собеседником является только Бог. Может обидеть адресата и пренебрежительное — из-за каких-то там денег.

Но все отмеченные недостатки — это оборотная сторона оригинальной и последовательной аргументации Вишневской. Самый большой упрек, который можно высказать в ее адрес: самодостаточность личности оборачивается тем, что Г. Вишневская никого, в сущности, не пытается переубедить. Примут ее точку зрения — хорошо, не примут — хуже для них самих, непонимающих, неспособных мыслить самостоятельно. Публикация проникнута отнюдь не преднамеренным, но явно ощутимым высокомерным отношением, по крайне мере, к каким-то там середнякам.

Оппонентом Галины Вишневской выступает, как уже говорилось, предприниматель Марк Масарский: