Тематика и содержание
А) «Письмо Франции»
В «Письме Франции» Эмиль Золя затрагивает достаточно широкий круг тем, так или иначе связанных с делом Дрейфуса. Следует отметить, фактом, касающимся непосредственно процесса, уделяет не слишком большое внимание. Он более или менее подробно говорит лишь о суде над майором Эстерхази, который называет «балаганным представлением». Золя предполагает, что, как видно, Францию «считают совсем уже глупенькой, если рассказывают ей такой несусветный вздор». Также автор вновь поднимает вопрос о тождественности почерка бордеро подчерку Эстерхази, и замечает, что документ, в котором заключается все существо дело, «стараются утопить во лжи».
Один из главных мотивов «Я обвиняю» - недовольство Золя французскими газетами, «грязной прессой», которую он обвиняет в том, что каждое утро она распространяет «невероятные и глупейшие выдумки», которые формируют ложное общественное мнение. Причем, его обвинения касаются даже не столько тех газет, которые относятся к желтой, бульварной прессе. В частности, Золя с прискорбием отмечает, что среди изданий, сбивающих с толку людей, оказался литературный вестник «Эко де Пари», «ранее выступавший глашатаем передовой мысли». Золя возмущен тем, что неподписанные статьи, «полные недопустимых оскорблений и возмутительной предвзятости», играют крайне неблаговидную роль в деле Дрейфуса и бесчестят уважаемую газету.
Также Золя нападает на невероятно популярный «Пти Журналь». Здесь автор высказывает идею, которая, хоть косвенно и связана со скандальным процессом, но, на самом деле, куда более глубока и важна для журналистики. Золя подчеркивает, что «лживая писанина» может быть позволительна «блудливым газетенкам», стремящимся «взвинтить тираж». Однако «Пти журналь», чей тираж превышает миллион, «несет ответственность за людские души». С точки зрения Золя, недопустимо, будучи «духовным пастырем целого народа», распространять ошибки, «варево из смехотворных небылиц» и совершать тем самым гражданское преступление.
Большую часть «Письма Франции» Золя посвящает рассуждение о том, почему возникло «дело Дрейфуса», что обозначают подобные «тревожные явления», «опасные признаки» и к чему может привести сложившаяся ситуация. Автор пишет, что дело Дрейфуса является «хоть и печальным, но частным случаем», которое, тем не менее, вывело наружу все «политические и общественные недуги» Франции.
Эмиль Золя обвиняет своих соотечественников в лице всей Франции в раболепии. Он с сожалением отмечает, что в жилах страны «все еще течет не республиканская кровь» и, «стоит явиться королю, она уже боготворит его». Золя высказывает опасение, что, если граждане страны не поостерегутся, им может грозить военная диктатура.
Много внимания автор уделяет темам религии, веротерпимости и антисемитизма, ярым противником которого он является. По словам Золя, «бешенство антисемитизма» может привести к религиозной войне, что превратит народ Франции «в свору фанатиков и мучителей» и отбросит государство на много веков назад к «средневековой нетерпимости» и «церковному мракобесию». Это, в свою очередь, уничтожит Республику, «великодушие и уважение к правам человека, завоеванные столь дорого ценой».
«Письмо Франции» также несет в себе серьезную критику парламента и кабинета министра. Ими, по мнению Золя, владеет лишь одно чувство – «боязнь провалиться на выборах, оттолкнув от себя народ, который, как они полагают, охвачен антисемитскими направлениями».
В конце письма Золя взывает ко всему народу Франции, призывает его опомниться, одуматься, прекратить медлить, вспомнить о своей славе. «Неужели ты хочешь поставить под угрозу все то, за что заплатила столь дорогой ценой: веротерпимость, равенство всех пред лицом закона, братское единение всех граждан?» В завершении Золя призывает всех сплотиться и выражает надежду, что «все завершится окончательным торжеством» и Францию «будет ждать светлый праздник истины и справедливости!»
Б) «Я обвиняю»
Статья «Я обвиняю» сильно отличается с точки зрения содержания от «Письма Франции», несмотря на то, что написаны они с разницей в неделю. На мой взгляд, это яркий пример того, как одну и ту де тему можно преподнести совершенно по-разному. Как уже сказано выше, есть, конечно, же то, что роднит две статьи: прежде всего это яркий неповторимый авторский стиль, выбранная форма письма, наполненность призывами и решимостью, ярая критика «антидрейфусаров». Но, вместе с тем, наполнение двух статей достаточно сильно отличается друг от друга.
В то время, как «Письмо Франции» наполнено патриотическими призывами, восклицаниями, патетическим духом, в «Я обвиняю», несмотря на яркую эмоциональную концовку, Холя в целом выбирает другой стиль донесения истины. В своем обращении к Феликсу Фору он стремится сказать всю правду от начала до конца, высказывается, так как «считает молчание равносильным соучастию». Весь текст статьи представляет собой своеобразную хронику всего «дела Дрейфуса» и комментариев самого Золя к самым ярким ее событиям. К ним относятся начало следствия, вдохновителем которого был подполковник Дюпати де Клам, подделка улик, а именно, препроводительного письма, предвзятое расследование графологов, разгоревшийся антисемитизм, нежелание Военного ведомства признавать ошибки, открытие, которое сделал подполковник Пикар, интерпелляция сенатора Шерера-Кестнера, возбуждение дела против настоящего преступника майора Эстерхази и оправданию его военным судом.
Таким образом, «Я обвиняю» можно назвать не только важным публицистическим и нравственным, но и историческим документом, прочитав которой можно полностью вникнуть в «дело Дрейфуса». На самом деле, именно такую цель Золя и ставил пред собой: сделать правду абсолютной, полной, простой и общедоступной. Хоть у письма и есть конкретный адресат, президент Фор, автор пишет его абсолютно для всех людей, которые были введены в заблуждение, хоть прямо и не говорит об этом.
«Я обвиняю» можно разделить на две части : первая – это хроника «дела Дрейфуса» и мысли самого Золя обо всех его перипетиях, а вторая – искреннее, страстное обвинение, которое по стилю своему напоминает «Письмо Франции». 8 абзацев, начинающихся со слов «я обвиняю», объединяют все выше сказанное Золя в один манифест. Здесь есть и полное неприятие итогов военного суда и деятельности экспертов-графологов, и критика в адрес представителей Военного ведомства, которые стали «пособниками одного из величайших беззаконий нашего столетия», и, наконец, возмущение «грязной кампанией», которая велась на страницах газет.
Завершение «Я обвиняю» сильно отличается от светлой, радостной, восторженной концовки «письма Франции». В конце своей статьи Золя уже не высказывает надежды на то, что правда восторжествует сама по себе и наступит торжество истины. Автор называет свое письмо «воплем души своей», «крайней мерой, долженствующей ускорить торжество истины и правосудия». Он сознает, что, скорее всего, будет обвинен в распространении лжи и клеветы и отдает себя в руки правосудия. Все, чего он добивается, чего он «жаждет ради человечества», - правды.
Следует добавить, за «Я обвиняю» Золя был приговорен к году тюрьмы и штрафу в размере 3 000 франков. Чтобы избежать ареста и заключения, в 1898 году писателю пришлось бежать в Англию, вернуться откуда он смог только после самоубийства генерала Анри и бегства майора Эстерхази.