Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Скачиваний:
61
Добавлен:
01.05.2014
Размер:
764.42 Кб
Скачать

3. Политическая культура России.

Интерес к российской политической культуре в западной науке возник за несколько лет до открытия концепции «гражданская культура». Этот интерес во многом объяснялась ситуацией послевоенного периода, когда произошло расширение социалистического лагеря, а тоталитарный режим продемонстрировал свою жизнеспособность. В 1950-1951 г.г. в рамках Гарвардского проекта было опрошено свыше трех тысяч беженцев из СССР80. Годом раньше ученые Колумбийского университета под руководством М.Мид создали группу по изучению отношения советского общества к власти81. Основным предметом анализа этих исследований явились предполагаемые установки и ценности жителей СССР, которые способствовали возникновению тоталитарного строя и обеспечили возможность его длительного и устойчивого существования. Эти элементы выделялись при анализе исторического прошлого, традиций, особенностей национального характера. Выводы исследований в рамках Колумбийского и Гарвардского проектов подтверждали тезис Г.Алмонда и С.Вербы о необходимости соответствия между политическими институтами и политической культурой для стабильности политической системы.

Вскоре после публикации работы Алмонда и Вербы «Гражданская культура» стали осуществляться попытки применить предложенную ими концепцию к анализу российской политической культуры82. Всплеск интереса к ней в 60-е г.г. связан не только с открытием нового методологического подхода, но и с желанием применить его для анализа новых реалий общественной жизни Советского Союза («хрущевская оттепель», процессы демократизации и т.д.).

В период с 80-х г.г. по настоящее время интерес к политической культуре России среди западных и российских ученых вызван стремлением объяснить процессы трансформации, реформирования, происходящие в российском обществе, и создать жизнеспособную прогнозную модель дальнейших преобразований. Вопрос о роли «субъективного» фактора в этом процессе является центральным: насколько преобразования вызваны общественно-политическими установками, насколько одно соответствует другому.

Исследователи пытаются описать политическую культуру России с точки зрения актуальных в настоящее время теорий модернизации, транзитологии, демократизации, рассматривая способность России перейти к подлинно демократическому режиму. Попытки эти осуществляются в нескольких направлениях: поиски демократической субкультуры в рамках национальной, подлинно демократических институтов (или их зачатков) в современном российском обществе, демократических традиций в национальном сознании (например, традиции самоуправления в крестьянских общинах, успешный опыт предпринимательства промышленников-старообрядцев и т.п.).

В целом можно выделить два основных подходак анализу российской политической культуры: первый опирается на исследование особенностей российского национального характера и причин, их обуславливающих. При таком подходе анализ начинается с рассмотрения культурных традиций, исторической специфики России, ее геополитического положения и прочих «примордиалистских» факторов.

Второй подход не столько отвергает, сколько дополняет предыдущий: национальная политическая культура описывается с точки зрения внутренней специфики закономерных (универсальных) процессов модернизации. Состояние социо-политической системы определяется не столько особенностями ценностей, норм, установок, сколько логикой объективных процессов83.

До 80-х г.г. во взглядах на российскую политическую культуру господствоваламонистическая («моностилистическая») модель. Возникновение и существование тоталитарной политической культуры связывалось с национальной культурной спецификой (генотипом), уходящей корнями в глубокую древность, которая обусловила особенности российского общественного устройства: сначала абсолютизм, затем социалистический строй. Предметом исследования являлись взаимодействие государства и общества, традиционное отношение к власти, формы протестного поведения.

По мнению многих исследователей, особая роль государства в России объясняется своеобразием ее геополитического положения и изначальной этнической неоднородностью, что вызывало необходимость в жесткой силе, способной структурировать и организовать географическое и социальное пространство. «Реальность страны такова, что огромность пространства служила причиной усиления централизованного государства. Разнородные этнонациональные, конфессиональные, культурные и иные общности, нередко конфликтовавшие между собой,… оказывались заинтересованными жить под крышей империи. Сильное централизованное государство служило объединяющим все эти общности началом... В этом плане в России не было каких-либо негосударственных структур и норм, призванных обеспечить порядок, целостность и жизнеспособность общества»84.

Такая вседовлеющая роль государства сформировала ситуацию, в которой индивид и общество выступали не как полноправные акторы, а как пассивные субъекты политического процесса. Интересы личности изначально приносились в жертву коллективному благу, понятия «личное» и «общественное» выстраивались как взаимоисключающая оппозиция, антагонизм. Вытекающий из специфики государственности характер государственной власти (тотальность, контроль за всеми сферами жизни, отчужденность от общественной сферы) формировал неоднозначные установки в отношении нее в массовом сознании: с одной стороны, завышенные ожидания от власти (причем не столько в форме конкретных правил и законов, регулирующих общественную жизнь, сколько в виде конкретной помощи и поддержки), а с другой стороны, страх, недоверие и ненависть85. Такое амбивалентное отношение к государству и власти, нечеткость разделения государственной и других сфер жизни послужили причиной и одновременно результатом мифологизации политики, персонализации власти (характерно, например, что большинство российских политических партий, организаций, движений формировалось вокруг известных личностей, получивших популярность на экономическом, общественном или политическом поприще).

Таким образом складывался негативный многовековой опыт: существование в крайне неблагоприятных для внутреннего мира условиях, не поддающихся изменениям, сформировало способность к достижению особой приспособляемости к внешним обстоятельствам. Сформировалась склонность скорее подстраиваться под среду, а не ее изменять ее.

Активное начало проявляется скоре в бунтарском, нежели в протестном поведении, т.е. в эмоциональных, по большей части взрывных и разрушительных действиях в отличие от рациональных, планомерно преобразовывающих действительность.

В целом обычным, стабильным состоянием общественного сознания в России является ориентация на приспособление к окружающему миру, выживание в существующих условиях, а не их переустройство86.

Все вышеперечисленные обстоятельства позволили сделать вывод, что «в условиях тотального запретительства и укрощения естественных человеческих устремлений сформировался тип людей социально апатичных, отчужденных, иронично-скептичных»87. Эту цитату можно обобщить как модель тоталитарного сознания, созданного средой и воспроизводящего элементы тоталитарной политической культуры на всех последующих исторических этапах.

Особенности национального менталитета, согласно представителям монистического подхода, сформировали основные черты советской политической культуры: общинность трансформировалась в коллективизм, ориентация на власть – в этатизм и патернализм, пассивность – в апатию, патриархальность – в персонификацию власти, мифологизированность стала основой для советской веры в светлое будущее, мессианство – в представления о ведущей роли СССР в мировой политике.

Этот популярный и поныне подход «фактически относит Россию по определению к «неправильным» цивилизациям – обществам, в которых демократия заведомо невозможна и реформы политической системы обречены на провал»88.

По мере проведения систематических исследований, взгляд на советскую политическую культуру начинает усложняться. Возникнув первоначально в работах западных авторов, новый взгляд на политическую культурусоветского и российского общества начинает утверждаться и в отечественных исследованиях (П.Вайля и А.Гениса, П.Кречмара, В.Паперного, Л.Ионина и др.). Особенно популярной становится идея раскола. При многообразии подходов к анализу этого явления, когда рассматриваются периоды и причины его возникновения, главенствующей становится точка зрения о модернизационном расколе, вызванном антагонизмом между процессами модернизации и традиционалистскими ценностями18.

Именно этот раскол в различных его модификациях и в настоящее время, по мнению многих ученых, определяет специфику современного состояния российской политической культуры89.

Эта специфика заключается в неинтегрированности и фрагментированности политической культуры России. По определению В.Розенбаума, «фрагментированная политическая культура есть такая культура, в рамках которой у населения отсутствует прочное согласие относительно путей развития общества»90. Отечественные исследователи отмечают характерную для политической культуры России гетерогенность, отсутствие национального согласия по базовым социально-политическим проблемам, наличие конфликтующих субкультур91.

В 90-е годы проводились многочисленные социологические исследования, выяснявшие отношение россиян к происходящим в стране переменам, их установки к новым социальным условиям, политическим институтам и т.п. Опросы показали, что в конце 90-х г.г. наблюдались разочарование в демократических идеалах и всплеск патерналистских установок. Это дало основание многим ученым считать, что подъем демократических настроений был лишь временным эпизодом, в целом не подрывающим авторитарную традицию российской политической культуры. Другие ученые полагают, что эти тенденции обусловлены разочарованием россиян в результатах проводимых реформ, итогом которых стал кризис во всех областях жизни. И если в восточноевропейских странах продолжается поддержка демократических институтов даже несмотря на низкую эффективность экономических реформ, престиж демократических идеалов по-прежнему остается высоким, то в России основы политической лояльности иные. Поддержка гражданами политического режима «оказывается в зависимости от степени удовлетворения их конкретных потребностей со стороны властей. Поэтому низкие оценки деятельности органов власти и демократически институтов в России сопровождаются неверием в их будущее. Рождается противоречие: низкая легитимность российской политической системы вытекает из неэффективности политического курса, проводимого руководством страны, в то время как нелигитимность правления препятствует проведению эффективной политики. Преодоление этого кризиса зависит от того, в какой мере элементы «гражданской культуры» укоренены в массовом сознании»92.

Итак, можно сделать вывод, что политическая культура России включает в себя разнородные пласты и множество элементов, которые с трудом укладываются в рамки традиционных типологий и классификаций.

В целом российская политическая культура характеризуется целым набором национальных особенностей, формирующих ее своеобразие. Целесообразно в этой связи привести мнение К.Гаджиева, выделяющего следующие характеристики93:

  1. во-первых, многослойность: сочетание элементов традиционно российских (этатизм, коллективизм, монархизм), советских (идеализм, уравнительство, вождизм) и модернистских (индивидуализм, ориентация на успех и конкуренцию, рынок );

  2. во-вторых, гетерогенность, сосуществование множества этнонациональных, региональных, конфессиональных субкультур;

  3. в-третьих, фрагментарность – текучесть, неопределенность, неструктурированность установок и ориентаций;

  4. в-четвертых, конфликтность, отсутствие базового консенсуса, оппозиция по нескольким линиям – общество и власть, народ и интеллигенция, прошлое, настоящее и будущее и т.д.;

Наличие данных особенностей не свидетельствует о неприменимости «классических» подходов к исследованию политической культуры России. Их выявление подчеркивает необходимость адаптации «классических» моделей к анализу российского политического процесса.

Вопросы для самоконтроля.

  1. В чем состоит отличие научного определения понятия «политическая культура» от его обыденного понимания?

  2. Как возможно изучение отдельных политических культур, существующих в различных странах?

  3. Какие идеальные типы политической культуры выделяют исследователи?

  4. Какое значение для анализа политических процессов имеет выявление степени однородности политической культуры?

  5. Какие существуют подходы к анализу российской политической культуры?

  6. В чем специфика российской политической культуры?

Литература для самостоятельного изучения.

  1. Алмонд Г., Верба С. Гражданская культура и стабильность демократии.// Полис. 1992. №4. С. 122-134.

  2. Далтон Р.Дж. Сравнительная политология: Микроповеденческий аспект// Политическая наука: Новые направления. Под ред. Гудина Р., Клингемана Х.-Д. М., 1999. С.331-335.

  3. Рукавишников В., Халман Л., Эстер П. Политические культуры и социальные изменения. Μεζδσνΰπξδνϋε ρπΰβνενθÿ. Μ.: Ρξβοΰδενθε, 1998. Ρ. 90-94, 163-194.

  4. Гаджиев К. Размышления о политической культуре современной России // Мировая экономика и международные отношения. 1996. Ή 2.

  5. Политическая культура: теории и национальные модели. Μ., 1994.

  6. Гельман В.Я. Политическая культура, массовое участие и электоральное поведение//Политическая социология и современная российская политика. ΡΟα, 2000.

  7. Almond G., Verba S. The Civic Culture: Political Attitudes and Democracy in Five Countries. Princeton, 1963

  8. The Civic Culture Revised/ Ed. by Almond G., Verba S.. Boston: Little Brown, 1980.

Тут вы можете оставить комментарий к выбранному абзацу или сообщить об ошибке.

Оставленные комментарии видны всем.