§ 4. Царствование Александра II (1855 – 1881)

В 1860 – 1870-х гг. Александр II осуществил Великие реформы: отменил крепостное право в 1861 г., вёл местное земское самоуправление в 1864 г., произвёл ряд преобразований в судах, армии, во флоте, в университетском образовании; подавил Польское восстание 1863 – 1864 гг. Он вёл успешную политику на международной арене, направленную на ликвидацию последствий Крымской войны. При нём Россия выиграла войну с Турцией (1877 – 1878 гг.) и присоединила ряд территорий в Казахстане и Средней Азии. Император был убит народовольцами.

В обществе продолжали возникать различные тайные общества, среди которых выделялось общество «Земля и воля», связанное с польскими повстанцами 1863 г. Разгром польского восстания не остановил радикально настроенную молодёжь в попытках организоваться для целей революционной пропаганды в народе. В этой среде начали оформляться идеи террористической деятельности. Один из членов подпольного кружка Н. А. Ишутина Дмитрий Каракозов 4 апреля 1866 г. произвёл неудачное покушение на Александра II. (Террористы позднее произвели ещё два неудачных покушения на царя и его семью – в 1879 и 1880 гг.).

Р осту общественного самосознания в 1860-е гг. во многом содействовали разночинцы. Если в прежнее время они не оказывали заметного влияния на жизнь общества, то теперь их роль стала более заметна, из их среды выдвинулись многие учёные, философы, публицисты, педагоги, писатели, оставившие глубокий след в истории русской науки и культуры. В философии раз­ночинцы стали проповедниками материализма в духе Л. Фейербаха. Идеалисту 1840-х, воспринявшему культ эстетически развитой культурной личности, пришедшая эпоха противопоставляла материалиста и атеиста, вдохновлённого гражданскими чувствами.

Восприятие художественной литературы как потенциально значимого общественного института, а литературной критики как средства социальной пропаганды объединяло позиции «Отечественных записок» и «Дела». Но если у авторов «Отечественных записок» Н. К. Михайловского, А. М. Скабичевского, Г. З. Елисеева, М. Е. Салтыкова-Щед­рина, остававшихся скорее теоретиками народничества, возобладал взгляд на литературу, допускавший её эстетическую самостоятельность, то критиков «Дела», В. Н. Щелгунова и особенно П. Н. Ткачёва, рассматривавших свои работы как предвестие реальных революционных процессов, литература интересовала их фактически с конкретно-праг­матической, социально-результативной точки зрения. Было немало авторов, которые охотно печатались как в «Отечественных записках», так и в «Деле» – например, известный литературный критик народнической ориентации, прозаик и переводчик М. К. Цебрикова (1835 – 1917), публиковавшаяся под псевдонимами М. К. Николаева, М. Артемьева и др.⁶². На орбиту народнических идейных приоритетов были вовлечены многие издания: журнал «Слово», в котором продолжал свою деятельность М. А. Антонович, журнал «Северный вестник» (до конца 1880-х гг.), газеты «Неделя», «Русские ведомости», «Биржевые ведомости».

Однако сторонники радикальной критики постепенно к 1870-м гг. перестали пользоваться безграничным доверием читателей, которые подчёркивали не столько социально-угнетённое положение русского народа, сколько его духовно-нравственный потенциал.

Литература анализируемого периода – это преимущественно журнальная литература. Прежде чем явиться читателю отдельным изданием, то или иное литературное произведение печаталось в журнале и воспринималось читателем не только само по себе, но и в контексте того идейного направления, которому журнал следовал. Так, в «Современнике» были опубликованы рассказы Л. Н. Толстого «Рубка леса», «Метель», «Севастополь» и др.; в журнале «Русский вестник» были напечатаны «Губернские очерки», опубликованные после длительного перерыва М. Е. Салтыковым под псевдонимом Н. Щедрин.

Со второй половины 1850-х гг. значительно увеличилось число журналов и газет. Они отражали самые различные направления и оттенки общественно-литературного движения: от консервативных до либеральных.

Расширяется издательская деятельность. Укрепление, особенно в пореформенное время, хозяйственно-экономических отношений, базирующихся на частнопредпринимательских инициативах, заметно повысило требовательность к уровню образования. Росло количество газет и журналов, расширялся круг читателей. Книгоиздание становилось материально выгодным предприятием, однако для большинства крупных издателей извлечение прибыли не являлось главной целью. Их больше привлекали возможности просветительской деятельности, желание делом послужить Отечеству.

Одним из таких издателей был К. Т. Солдатёнков (1818 – 1901)⁶³. Он рано пристрастился к чтению и к коллекционированию редких книг, икон, картин, скульптур – его собрания вошли позднее в фонды Румянцевского музея, Третьяковской галереи, Русского музея. Совместно с Н. М. Щепкиным, сыном актёра, он основал издательство, выпустившее А. В. Кольцова, Н. П. Огарёва, Н. А. Некрасова, Т. Н. Грановского (под влиянием его кружка и формировалось мировоззрение Солдатёнкова), А. И. Полежаева, В. Г. Белинского, И. С. Тургенева; позднее он издал А. А. Фета, Я. П. Полонского, И. З. Сурикова, Д. В. Григоровича, Ф. М. Решетникова, А. И. Левитова, Г. З. Елисеева, Н. Е. Каронина-Петропавловского, С. Я. Надсона, афанасьевские «Народные русские сказки», историков С. В. Ешевского (ученика Грановского), В. О. Ключевского, И. Е. Забелина. Кроме того, Солдатёнковым было выпущено более 100 названий переводов зарубежной литературы (например, всех драм Шекспира в переводе Н. Х. Кетчера).

Н. П. Поляков (1843 – 1905)⁶⁴ в 1867 г. организовал фирму «Русская книжная торговля», активная деятельность которой пришлась на 1869 – 1872 гг. Здесь были изданы сочинения А. Н. Радищева, Н. А. Добролюбова, В. В. Берви-Флеровского, Ю. Г. Жуковского, А. П. Щапова, П. Л. Лаврова, Ф. Лассаля, Г. Спенсера, В. Лекки, О. Конта, Д. Милля, а также «Капитал» К. Маркса в переводе Г. А. Лопатина и Н. Ф. Даниельсона (1872). После 1872 г. цензура не пропустила ни одной книги с фамилией издателя, Поляков был разорён; совместно с издательством «Знание» ему удалось выпустить П. Л. Лаврова и Г. Спенсера. Последние годы жизни он служил чиновником в Госсовете.

Деятельность А. Ф. Маркса (1838 – 1904) достигла успеха с началом издания журнала «Нива» (1869), в котором участвовали И. А. Гончаров, Д. В. Григорович, Н. С. Лесков, А. Н. Майков, А. Н. Плещеев, Я. П. Полонский, И. С. Тургенев, Ф. И. Тютчев, Ф. И. Фет. В числе иллюстраторов были И. К. Айвазовский, А. Н. Бенуа, В. В. Верещагин, К. Е., В. Е. и Н. Е. Маковские, М. В. Нестеров, И. Е. Репин, К. А. Трутовский, И. И. Шишкин. В качестве приложения к журналу были изданы собрания сочинений почти всех русских классиков. Расцвет книгоиздательской деятельности Маркса пришёлся на конец XIX века.

М. О. Вольф (1825 – 1883) вёл издательское дело по образцу европейских фирм, печатал переводы французских писателей и учёных. Завершил издание «Всемирной истории» Ф. Шлоссера, начатое в 1861 г. под руководством Н. Г. Чернышевского; выпустил 15 томов сочинений Н. И. Костомарова, роман Н. С. Лескова «Некуда»; в серии «Библиотека знаменитых писателей» издал сочинения Н. И. Гнедича, М. Н. Загоскина, В. И. Даля, А. Ф. Писемского, П. И. Мельникова-Печерского и др. Издавал также детскую литературу. Свои книжные магазины распространил по всей России. Н. С. Лесков отозвался о нём следующим образом: «Маврикий – единственный царь русской книги, его армия разбросана от Якутска до Варшавы, от Риги до Ташкента, в его руках судьба литературы»⁶⁵.

В конце 1870-х по возвращении из ссылки занялся книгоиздательством Л. Ф. Пантелеев (1840 – 1919), участник революционного движения 1960-х. В основном он выпускал научную литературу; издавал Н. Д. Добролюбова, В. А. Зайцева. Публикацией литературы и детской книги занимался Я. А. Исаков (1811 – 1881). Известные его серии – «Классная библиотека», «Библиотека путешествий», «Записки иностранцев о России». Широкую популярность получили издания А. Ф. Базунова (умер в 1899 г.), выпускавшего Ф. М. Достоевского, Г. И. Успенского, А. С. Чужбинского, П. В. Засодимского. Издания, осуществляемые народниками, в основном были связаны с деятельностью журнала «Знание» (1870 – 1877), наладившего выпуск серии «Международная научная библиотека». В 1874 – 1876 гг. было выпущено 12 книг по вопросам социологии, естествознания, психологии (Ч. Дарвин, В. Беджгот, Г. Спенсер, Э. Тейлор, Д. Лейбок, Д. Друпер, О. Шмидт). В 1875 г. открыла издательскую деятельность писательница и педагог Е. Н. Водовозова (1844 – 1923), организовавшая серии «Жизнь европейских народов» и «Как люди на белом свете живут». Немалое количество книг приходило в Россию из Швейцарии и Англии, где они издавались русскими эмигрантами. Особое беспокойство властей вызывало поступление сочинений Н. Г. Чернышевского, находящегося в сибирской ссылке («Пролог» и «Письма без адреса», изданные П. Л. Лавровым, а также серия трудов Чернышевского, опубликованных в своё время в «Современнике» и переизданных теперь в Женеве М. П. Элпидином).

В эту же эпоху начал свою издательскую деятельность И. Д. Сытин. Своё дело он начал в 1876 г. с печатания лубочных картинок и лубочных народных книжек. Во время русско-турецкой войны он издавал карты военных действий. В 1860-х гг. как издатель выступил и Ф. Ф. Павленко. С 1866 г. он начал публиковать сочинения Д. И. Писарева, после запрета которых последовала административная ссылка Павленко в Вятку. Там он выпустил «Наглядную азбуку обучения и самообучения грамоте» (1873), подготовил «Вестник Вятского земства» из материалов, обличав­ших местные власти в злоупотреблениях. Московская цензура запретила сборник, но некоторые материалы всё же были включены в книгу «Вятские незабудки» (1877).

Для последней трети XIX века характерным явлением стало разделение книгоиздательского дела по специальностям. Так, с 1872 г. А. Ф. Девриен публиковал книги по сельскому хозяйству, К. Р. Ракер и В. С. Эттингер выпускали труды по медицине. Петербургский магазин Н. Т. Мартынова, московская Волковская театральная библиотека (открылась 11 февраля 1871 г. в память актёра Ф. Г. Волкова) выпускали театральную литературу. Театральная библиотеке Е. Н. Рассохиной (основана в 1875 г.) выпускала драматические произведения русских и зарубежных авторов.

Развитие получила биографическая и мемуарная литература. Высокую оценку заслужила книга П. В. Анненкова «Александр Сергеевич Пушкин. Материалы для биографии» (1855). Широкий отклик вызвали биографические разыскания П. А. Кулиша о Гоголе, биографические работы А. В. Дружинина, Н. Г. Чернышевского (1855 – 1862), составленные П. В. Анненковым биография и переписка Н. В. Станкевича (1858), воспоминания И. И. Панаева о Белинском, мемуары Герцена «Былое и думы» (1852 – 1868). С воспоминаниями выступили также Т. П. Пассек («Из дальних лет», 1878 – 1879) и П. В. Анненков («Замечательное десятилетие. 1838 – 1848», 1880). В сборнике «Пропилеи», издаваемом П. М. Леонтьевым, публику особенно привлекал биографический раздел. О читательском интересе к личности писателя свидетельствует также успех фотографических изображений художников слова. Так, изданная петербургским фотографом К. Шапиро «Портретная галерея русских литераторов, учёных и артистов с биографиями и факсимиле» (1880) довольно быстро разошлась.

Несмотря на значительные цензурные послабления некоторые ограничения всё-таки оставались. Так, заботу цензурных комитетов вызвала литература, затрагивавшая вопрос об отмене крепостного права. Разрешение писать о крестьянах продолжалось до публикации в «Современнике» в составе статьи Чернышевского «О новых условиях сельского быта» (1858) части кавелинской «Записки об освобождении и крестьян», в которой содержались предложения «полного личного освобождения» крестьян с наделением их за выкуп той землёй, какая находилась «в действительном владении и пользовании помещичьих крепостных в период крепостного права»⁶⁶. Подобная постановка вопроса расценивалась властями как превышение отведённых литературе прав, и специальными распоряжениями правительство запретило впредь обсуждать вопрос о выкупе крестьянами земли⁶⁷.

В начале 1860-х последовали новые цензурные стеснения. «Цензурные дела нехороши: ветер опять задул с севера», – писал И. С. Тургенев А. А. Фету в феврале этого года⁶⁸. Редактор газеты «Русский инвалид» в октябре 1860 г. обратился с письмом в высшее цензурное ведомство о «безвыходном положении, в которое поставлены в настоящее время ежедневные периодические издания вследствие распоряжений цензуры». В том же году был заменён цензор, наблюдавший за «Русским словом». Жёсткому цензурному контролю подвергался «Современник» со статьями Н. Г. Чернышевского, Н. Д. Добролюбова, М. Л. Михайлова, Ю. Г. Жуковского вплоть до запрещения журнала в 1866 г.⁶⁹.

Во второй половине 1860-х начались преобразования в цензуре, вновь ослаблявшие её требования.

Основная черта русской периодической печати 1860-х – сильная политизация её содержания и ориентация на определённые слои, группы. Различное отношение к проводящему реформы правительству делило журналистику на радикальную, отличавшуюся резко оппозиционными выступлениями, и либеральную, совмещавшую поддержку властей с критикой отдельных сторон государственной жизни. К оппозиционной печати прежде всего относился «Современник» (в 1859 – 1863 гг. при журнале издавалось сатирическое приложение «Свисток»). Демократического направления придерживались журнал «Русское слово», основанный в 1859 г. графом-беллетристом Г. А. Кушелевым-Безбородько, с 1860 г. возглавляемый критиком и беллетристом Г. Е. Благосветовым, и журнал «Дело» (1866 – 1884), развивающий основные идеи «Русского слова». Издавался также целый ряд сатирических изданий – «Искра», основанная поэтом В. С. Курочкиным и карикатуристом Н. А. Степановым, «Гудок» Д. Д. Минаева (1862), «Будильник» Н. А. Степанова. К либеральным изданиям относились «Русский вестник» под редакцией М. Н. Катаева в 1856 – 1886 гг., «Библиотека для чтения», редактируемая А. В. Дружининым в 1856 – 1858 гг., А. Ф. Писемским в 1859 – 1863 гг. и П. Д. Боборыкиным в 1864 – 1865 гг.; газета «Северная пчела», до 1859 г. выходившая под началом Ф. В. Булгарина и Н. И. Греча, а в 1860 – 1864 гг. – П. С. Усова. Определённую роль играли издания, отражавшие приверженность старым крепостническим традициям («Журнал землевладельцев», издаваемый А. Д. Желтухиным в 1858 – 1859 гг.), и издания, отражавшие точку зрения правительства (журналы «Маяк», редактируемый с 1842 г. С. А. Бурачком, «Домашняя беседа для народного чтения», возглавляемая В. И. Аскочинским в 1858 – 1877 гг., газета «Наше время» Н. Ф. Павлова в 1860 – 1863 гг.).

В конце 1850 – 1860-х гг. заявила о себе целая плеяда писателей, вошедших в историю русской литературы под названием «шестидесятники»⁷⁰. Это Н. В. Успенский, Н. Г. Помяловский, Ф. М. Решетников, В. А. Слепцов, А. И. Левитов и другие. Путь в литературу этому поколению открыла журнальная стратегия Н. А. Некрасова, проводившаяся им в «Современнике», а также литературная критика Н. А. Добролюбова и Н. Г. Чернышевского: статья последнего «Не начало ли перемены?» (1861), в которой давалась высокая оценка рассказам Успенского, послужила своеобразным манифестом шестидесятников. Значительную роль в популяризации и утверждении творчества писателей-шестидесятников сыграла критика Д. И. Писарева, М. Е. Салтыкова-Щедрина, П. Н. Ткачёва, которые не без основания увидели в молодых литераторах выразителей близких им «освободительных» идей. Центральной темой творчества шестидесятников стала жизнь простолюдинов, крестьян, низов городского мира. Другой темой стал трудный путь разночинца к знанию, его самоутверждение в обществе. В основе мировидения шестидесятников лежало представление о человеке прежде всего как о биологическом существе. В результате народ в их представлении становится абсолютным рабом социального порядка – подобный подход вызвал возражения не только оппонентов этих писателей, но и тех, кто первоначально горячо их приветствовал.

В 1860 – 1880-е проблема народа, его развития и взаимодействии с образованными сословиями занимала умы ведущих критиков и публицистов и объединяла разнонаправленные течения. В этот период распространение получил взгляд на проблему народа сквозь призму сословных противоречий. Идейными центрами, за которыми закрепилось обозначение «народничество», стали «Отечественные записки» (с 1868 г. до 1884 г.)⁷¹ и «Дело» (1866 – 1888). «Отечественные записки» с 1839 г. принадлежали А. А. Краевскому, а с 1868 г. перешёл Н. А. Некрасову, фактически ставшему хозяином издания. Ведущим был отдел, включающий произведения художественной литературы и научные статьи. «Дело» явился непосредственным продолжателем запрещённого в 1866 г. «Русского слова». Официальным его редактором числился Н. И. Шульгин, но фактическим руководителем всё это время был Г. Е. Благосветов⁷². Ведущим здесь был отдел публицистики.

Народниками⁷³ называют поколение литераторов, сформировавшееся под влиянием литературы 1850 – 1860-х гг. (критики Н. А. Добролюбова, Н. Г. Чернышевского, Н. А. Некрасова, прозы Ф. М. Решетникова, В. А. Слепцова и др.) и народнических идей, наиболее отчётливо сформулированных в работах П. Л. Лаврова «Исторические письма» (1868 – 1869) и В. В. Берви-Флеровского «Азбука социальных наук» (1871) и «Положение рабочего класса в России» (1871). Наивысший расцвет народнической литературы пришёлся на 1870-е – первую половину 1880-х гг. Среди писателей этой плеяды Н. Н. Златовратский (роман «Устои», 1878 – 1883, повесть «Крестьяне-присяжные», 1874 – 1875), Н. Е. Каронин-Петропавловский (цикл «Рассказы о парашкинцах», 1880), Н. И. Наумов (рассказы «Деревенский торгаш», 1871, «Юровая», 1872, вошедшие в цикл «Сила солому ломит»), Ф. Д. Нефёдов (цикл статей «Наши фабрики и заводы», 1872, и «На миру», 1872), А. И. Эртель («Записки степняка», 1879 – 1883). Народники были по-разному связаны с общественной деятельностью, однако основные положения народничества были для них непреложны: «критически мыслящая личность» (термин Лаврова), способная осознать свой долг перед народом, выносящим на своих плечах всё бремя технического и культурного прогресса, и крестьянская община, являющаяся прообразом идеально устроенного социалистического общества. Их стремление к «суровому реализму» в изображении крестьянской жизни и быта делает народников наследниками шестидесятников.

К либеральной периодике принято относить журнал «Вестник Европы», газеты «Неделя» и «Русские ведомости» (наибольший читательский интерес газета приобрела в 1870 – 1890-е гг.)⁷⁴. В близком направлении развивается деятельность «Биржевых ведомостей» (1861 – 1917). В 1877 г. власти временно приостановили издание, а в 1879 – 1881 гг. газета стала выходить под названием молва. Одно время духом оппозиции были пропитаны и «Санкт-Петербургские ведомости» (1728 – 1917), редактором которых с 1863 г. являлся В. Ф. Кони. Но в 1875 г. он был отстранён от должности, и газета утратила своё общественное значение.

Особого разговора заслуживают сатирические издания. Самыми знаменитыми из них были «Будильник» (1865 – 1917) и «Стрекоза» (1875 – 1918).

Образцом умеренных настроений стала газета «Голос» (1863 – 1864, Санкт-Петербург, издатель А. А. Краевский).

Революционная (в основном нелегальная) периодика постепенно набирала силу. Поначалу русская бесцензурная печать остановилась с прекращением герценовского «Колокола». После смерти Герцена (1870) П. Н. Огарёв вместе с С. Г. Нечаевым выпустил (с апреля по май 1870 г.) 6 номеров возобновлённого «Колокола» с подзаголовком «Орган русского освобождения, основанный А. И. Герценом (Искандером)». Однако вскоре их союз распался. Новое дыхание революционная пресса приобрела в связи с народническим движением. Значительнейшими из этих изданий стали с 1873 г. до 1879 г. газета и журнал П. Л. Лаврова «Вперёд!», печатавшиеся в Женеве. А затем в Лондоне. В противовес этим изданиям «бакунисты» в январе 1875 г. стали выпускать в Женеве свою газету «Работник» (до 1876 г.). Трудности с выпусками «Вперёд!», остановка «Работника» обусловили появление в эмигрантской среде нового народнического издания – журнала «Община» (1877 – 1878), в котором типично народнический тезис защиты крестьянской общины дополнялся теоретическими рассуждениями по поводу идей революционного движения. Усиливавшиеся в народническом движении якобинские идеи способствовали появлению в Швейцарии газеты и журнала «Набат» (1875 – 1881), в которых главную роль играл П. Н. Ткачёв, автор работ «Задачи революционной пропаганды в России» и «Русская социально-революционная молодёжь». С возникновением в 1876 г. организации «Земля и воля» (нелегальной народнической организации) связано появление её первого издания – петербургской газеты «Начало» (1878), издававшейся братьями Н. К. и Л. К. Бух. Здесь печатались некоторые материалы «процесса 193-х». Свою типографию братья Бух передали землевольцам, которые в октябре 1878 г. приступили к выпуску ежемесячной газеты «Земля и воля»⁷⁵. Летом 1879 г. произошёл раздел организации, положивший конец и изданиям. Возникли новые газеты – «Народная воля» и «Чёрный передел».

С 1860 – 1870 гг. связан процесс формирования провинциальных изданий, сыгравших значительную роль в развитии отечественной, в том числе литературоведческой, науки. Это: «Записки императорского Харьковского университета» (Харьков, 1874 – 1882), «Филологические записки» (Воронеж, 1860 – 1917), «Известия Общества археологии, истории и этнографии» (Казань, 1878 – 1882), «Записки историко-филологического института князя Безбородько» (Нежин, 1877 – 1909), «Кавказская старина» (1870 – 1918).

При Александре II издавался также ряд педагогических изданий: «Журнал Министерства народного просвещения» (1834 – 1917), «Педагогический сборник» (1864 – 1917), где сотрудничал К. Д. Ушинский, «Народная школа» (1869 – 1889). С 1871 г. стал издаваться «Педагогический листок» как приложение к журналу «Детское чтение», выходившему с 1869 г. под редакцией А. Н. Островского. В историю науки и культуры России огромный вклад внесли журналы П. И. Бартенева «Русский архив» (1863 – 1917) и М. С. Семевского «Русская старина» (1870 – 1918).

В 1870 – 1880-х гг. в литературном процессе появились центробежные тенденции, которые позволяют говорить не столько о «течениях» и «направлениях» русской критики, сколько о нескольких «полюсах» общественно-эстетических пристрастий, в большей или меньшей степени притягивавших самостоятельные журнально-газетные литературные объединения.

Литературное направление каждого журнала рассматриваемого периода определялось в основном его критическим отделом. При всём разнообразии эстетических позиций и общественно-литературных взглядов литературной критики 1850-х – 1860-х гг., как и в 1840-е, в основном делилась на западническую и славянофильскую. В западнической критике отчётливо выделялось радикальное её, представленное именами Н. Г. Чернышевского, Н. А. Добролюбова, Д. И. Писарева. Другое крыло западнической критики составили защитники «искусства для искусства»; наиболее талантливым выразителем этой теории стал А. В. Дружинин. Попыткой преодолеть крайности «артистической» теории искусства и примирить её с требованиями «живого понимания современности» может быть охарактеризована деятельность П. В. Анненкова. Значительное место в критике 1860-х гг. принадлежит сотруднику «Отечественных записок» С. С. Дудышкину. Славянофильская критика второй половины 1850-х – 1860-х гг. в основном представлена «молодой» редакцией «Москвитянина» (1841 – 1856) – А. А. Григорьев, Б. Н. Алмазов, Е. Н. Эдельсон, Т. И. Филиппов – и журналом «Русская беседа» А. И. Кошелева (1856 – 1860). Близким к славянофильству был критик Н. Н. Страхов, категорически не принимавший нигилизма. Особой программностью отличалась уже упоминавшаяся нами народническая критика. В литературной критике эпохи Александра III П. Д. Боборыкин оставил след как интерпретатор теории «экспериментального романа» Э. Золя (статья «О реальном романе во Франции» 1876). Критический арсенал 1870-х включал также писательскую критику, представленную такими именами, как М. Е. Салтыков-Щедрин, И. А. Гончаров, Ф. М. Достоевский.

Литературное движение эпохи Александра II характеризуется активным формированием читателя. Обилие новых газет и журналов сущест­венно расширило читательскую аудиторию. До 1856 г. в России появилось около 30 новых периодических изданий, преимущественно ведомственных, а в последующее десятилетие их число увеличилось в 5 раз; кроме того, эти издания были очень разными по назначению: журналы литературные и политические, юмористические, политико-экономичес­кие, педагогические, юридические, научно-технические и др. Из года в год поднимались их тиражи, они становились доступными даже в самой отдалённой провинции в книжных лавках и библиотеках, появившихся во всех уездных городках в больших количествах. «… Теперь масса читателей, может быть, в десять раз увеличилась против той, что была тридцать лет назад», – свидетельствовал Ф. М. Достоевский⁷⁶. В 1860-е всё определённее заявлял о себе молодой читатель-разночинец с его приверженностью к социальным темам в литературе и критике. Разночинец зачитывался «Губернскими очерками», в публицистике его кумирами долгое время оставались А. И. Герцен, Н. Г. Чернышевский, Н. А. Добролюбов, Д. И. Писарев. «Чернышевский, Добролюбов были пророками университетской молодёжи, приходившей в неистовый восторг от того, что они находили в строках, а ещё больше от того, что читали потом между строками»⁷⁷. Читательскую типологию в рассматриваемую эпоху пополнял читатель их низов. Конечно, ещё актуальной для массы крестьян оставалась проблема грамотности, о чём свидетельствовала полемика вокруг печально знаменитой статьи В. И. Даля, который, различая просвещение и грамотность, выступил в «Русской беседе» (1856) против обучения крестьян грамоте, якобы ведущей их к тунеядству – «перо легче сохи». Почти вся журналистика восстала против этого умозаключения, справедливо доказывая, что образование крестьянина надо начинать именно с грамотности.

Другой важной проблемой становился выбор читателем из народа круга чтения. Именно об этом – некрасовские строки о русском мужике, который с базара понесёт «не Блюхера и не милорда глупого – Белинского и Гоголя» (варианты некрасовской рукописи: «Научной книгою / Пробудится, прояснится / Крестьянский русский ум», «Крестьянин купит Пушкина / Белинского и Гоголя …»)⁷⁸. Речь шла о главном: издания для простого народа должны быть наполнены серьёзными произведениями. К. С. Аксаков, рецензирую первую книжку «Народное чтение» (1859), справедливо заметил, что «чтение по сословиям», адресуемое крестьянину будто малолетнему ребёнку, унижает народ, который «имеет право на всё чтение, на все выходящие книги. <…> Вместо того, чтоб писать какие-то сочинения исключительно для народа, пусть лучше наша литература постарается быть народною: тогда сама станет истинно на высокую и действительную ступень и для всего народа сделается доступной»⁷⁹.

В период народнического движения среди университетской молодёжи стали возникать многочисленные кружки самообразования. К художественной литературе здесь зачастую предъявлялись утилитаристские требования, и романам Тургенева или Л. Толстого многие предпочитали выполненные в пропагандистском духе произведения Д. Мордовцева, Н. Бажина, А. Шеллера-Михайловского и др. Вместе с тем наиболее мыслящая часть молодёжи наиболее вдумчиво воспринимала книги того же Тургенева. Эта категория читателей тяготела к «Отечественным запискам»: «Каждая новая книжка журнала ожидалась с нетерпением. Что скажут Михайловский и Лавров? Что напишут Щедрин и Грыцко (Елисеев)? Что подарят нам Некрасов, Успенский, Златовратский и другие?»⁸⁰.

Более полное и объективное представление о читательских интересах значительной части населения содержат данные читален, которые повсеместно открывались при книжных магазинах и библиотеках. Так, специальные исследования показали, что, например, в 1870-х наибольшую популярность среди прозаиков имели Ф. М. Достоевский и М. Е. Салтыков-Щедрин; после них – Н. С. Лесков, С. Смирнова (С. И. Сазонова), Л. Н. Толстой, И. С. Тургенев, Г. И. Успенский, И. А. Кущевский, П. Д. Боборыкин. В поэзии на первом месте стоял Н. А. Некрасов; далее после него – И. З. Суриков, Я. П. Полонский, А. К. Толстой, А. Н. Май­ков и др. Из драматургов – А. Н. Островский, затем А. И. Пальм, Д. В. Аверкиев, В. А. Крылов, Н. Я. Соловьёв, А. А. Потехин⁸¹.

Основную социальную группу читателей составляли крестьяне. В 1870-е гг., несмотря на проблему низкой грамотности крестьянства, процесс вовлечения крестьян в культурную среду несколько оживился благодаря росту числа сельских библиотек и просветительским усилиям народников. Известна попытка Некрасова издавать дешёвую «Красную книгу» для народа: серия была им открыта в 1872 г. поэмой «Коробейники», планировалось также выпустить «Мороз – Красный нос», но предприятие продолжения не получило. Самым доступным и занимательным чтением для народа была лубочная литература – дешёвые книги небольшого формата с картинкой на обложке (Евангелие, Псалтырь, жития, сказки и песни из русского фольклора). Спросом пользовались также повествования в лубочном исполнении М. Е. Евстигнеева («Баба Яга и добрый богатырь», 1870; «Страшный клад, или Татарская пленница», 1874; «Иван-царевич и его приключения», 1879).

Размах народнического движения и связанной с ним пропагандистской деятельности побудил правительство инициировать собственную издательскую деятельность. В сентябре 1878 г. было созвано Особое совещание по вопросу издания книг для народного чтения. По поручению властей смоленский дворянин В. В. Кардосысоев в 1879 г. приступил к изданию книг для народа – под его руководством вышло всего 7 брошюр⁸².

Историко-литературный процесс 1855 – 1860-х гг. ознаменован дальнейшим развитием реалистического метода. Ряд исследователей предлагают типологию русского реализма XIX века. Так, У. Р. Фохт, чья типология приобрела широкую известность, дифференцирует реализм на реализм психологический (Пушкин, Лермонтов, Гоголь и пр.) и реализм социальный (натуральная школа, писатели-демократы 1860-х, народническая беллетристика 1870-х)⁸³. Исследователи указывали на ряд неточностей этой концепции⁸⁴, однако в целом она получила признание.

В рамках так называемого «социально-просветительского» течения⁸⁵ в русском реализме эпохи Александра II, которому принадлежат писатели революционных либо либеральных убеждений, можно условно выделить три школы:

1. Литературная школа Чернышевского, к которой, кроме самого Чернышевского, принадлежали, например, В. Слепцов, Н. Бажин, И. Омулевский, Д. Гирс, И. Кущевский.

2. Этнографическая литературная школа⁸⁶, продолжавшая традиции натуральной школы в изображении народа; основоположником её был В. Даль. Литературно-критическую поддержку эта школа получила в статьях Чернышевского, Добролюбова, Пыпина. Её представляют такие имена, как А. Писемский, П. Мельников-Печерский, Н. Успенский, Ф. Решетников, С. Максимов, П. Якушкин, Ф. Нефёдов. Очерки и «деревенские сценки» «чернышевца» Слепцова тоже соответствуют художественно-эстетической программе этнографической школы. Место публикации этой школы – «Современник», «Морской сборник», «Библиотека для чтения», «Сын Отечества», «Русская беседа» и другие издания.

3. Некрасовская школа, объединявшая поэтов, близких по своим идейно-художественным принципам Некрасову, публиковавшихся в «Современнике», «Русском слове», «Искре». Это М. Михайлов, А. Плещеев, Л. Трефолов, И. Никитин, Н. Добролюбов, И. Гольц-Миллер, В. Курочкин, Д. Минаев и др.

Реакцией на проявление революционных тенденций станет усиление полемических акцентов в произведениях антинигилистической литературы. Антинигилистическим романом⁸⁷ условно называют ряд русских романов 1860 – 1880-х гг., в которых была впервые показана угроза национальному укладу жизни России со стороны «нигилистов», участников революционно-террористического движения тех лет, приведшего к убийству Александра II. К данному направлению литературы относятся такие авторы, как А. Ф. Писемский, Вс. В. Крестовский, В. П. Клюшников, Н. С. Лесков, В. П. Авенариус, В. Г. Авсеенко, Б. М. Маркевич, а также «Обрыв» И. А. Гончарова и «Новь» И. С. Тургенева. Высшим художественным достижением антинигилистического романа стали «Бесы» Ф. М. Достоевского.

Ещё одним течением в реализме было социально-психологическое течение, формировавшееся из произведений И. Тургенева, И. Гончарова, А. Островского. В идейно-художественных параметрах этого течения находятся также роман А. Ф. Писемского «Тысяча душ» и некоторые произведения Н. С. Лескова. Внутри социально-психологического течения формируется целая школа драматургов, близких к позиции А. Н. Островского, литературный и общественно-культурный авторитет которого даёт основание наименовать эту школу школой Островского. К ней принадлежат А. Сухово-Кобылин, М. Салтыков-Щедрин, А. Писемский, А. Потехин. Своеобразной «школой в школе» была историческая драматургия, в которой наряду с пьесами А. Островского находились пьесы А. Толстого, Д. Аверкиева, Н. Чаева, Л. Мея.

Последним и самым мощным по своему влиянию на русский историко-литературный процесс является социально-этическое течение⁸⁸, или, по другой терминологии, этико-психологическое течение (такой термин предложил А. И. Белецкий в одном из частных писем своему бывшему дипломнику Вл. А. Ковалёву)⁸⁹. Его формировали своими произведениями Л. Толстой, Ф. Достоевский, А. Писемский как автор романа «Масоны» (1880), Н. Лесков как автор произведений 1870 – 1880-х гг. о праведниках.

В 1860-е существовала как «эстетическая» критика, представители которой стремились к постижению авторского замысла, нравственно-психологического пафоса произведения, так и критика славянофильства, почвенничества, «органическая» критика, созданная Григорьевым, представители которой в большей степени исповедовали принципы критики «по поводу», сопровождая интерпретацию художественного произведения суждениями по злободневным общественным проблемам. Эти течения в критике не имели своего идейного центра, обнаруживая себя на страницах «Библиотеки для чтения», «Современника» и «Русского вестника» (до конца 1850-х), а также в «Отечественных записках», которые в отличие от предыдущих и последующих эпох не играли в литературном процессе 1860-х значительной роли. Наиболее активным и популярным литературным направлением, задававшем тон всей общественно-литературной жизни эпохи, была «реальная» критика. Её печатными органами стали «Современник» и «Русское слово».

Излишне радикальные заявления Д. И. Писарева и В. А. Зайцева на страницах «Русского слова» (так, искусство, по утверждению Зайцева, заслуживает «полного и беспощадного отрицания») вызывали постоянные полемические нападки, причём не только со стороны изначальных оппонентов, но и со стороны ближайших единомышленников – журналистов «Современника».

В 1863 – 1864 гг. началась перебранка двух журналов, которую Достоевский саркастически окрестил «расколом в нигилистах». Существенные расхождения в позиции двух изданий неожиданно раскрылись ещё в 1862 г., когда М. А. Антонович в «Современнике» и Д. И. Писарев в «Русском слове» опубликовали совершенно противоположные отклики на тургеневских «Отцов и детей». Писарев (статья «Базаров», 1862) приветствовал появление Базарова, посчитав его ярким представителем нового поколения; Антонович (статья «Асмодей нашего времени», 1862) увидел в герое пародию на молодых общественных деятелей и насмешку над современными социально-философскими исканиями⁹⁰.

Полемика, источником которой были расхождения в понимании нюансов пропагандистской тактики, быстро превратилась в банальную перебранку, когда спорящие «перешли на личности». Спор, разумеется, был в конце концов прекращён, однако репутация обоих журналов заметно пострадала.

Деятельность журналов, в которых литературные вопросы всё больше отходили на второй план, была запрещена правительством после покушения на Александра II в 1866 г.

Во второй половине 1850-х впервые появилось собственное периодическое издание славянофильства – «Русская беседа», в котором публикуются статьи И. В. Киреевского, А. С. Хомякова, К. С. Астахова. Литературные вопросы, однако, не составят предмет основного интереса ни руководителей журнала (А. И. Кошелева, И. С. Аксакова, Т. И. Филип­пова), ни его авторов, обратившихся по преимуществу к философско-исторической и общественной проблематике. Из литературно-критичес­ких работ издания большой резонанс вызвала лишь статья К. Аксакова «Обозрение современной литературы» (1857).

Несмотря на ограниченный характер славянофильского движения в 1850 – 1860-е гг., именно в это время начинается интенсивное распространение славянофильской идеологии на другие течения общественной мысли. Деятели и журналы сугубо западнической ориентации позволяют себе неожиданно сочувственные отзывы о работах К. Аксакова, Киреевского, Хомякова. Так, Дружинин в статье о критике гоголевского периода упрекает Белинского за несправедливую резкость по отношению к авторам «Москвитятина», на страницах «Отечественных записок» публикуется большой труд К. Н. Бестужева-Рюмина «Славянофильское учение и его судьбы в русской литературе», в котором с уважением и симпатией характеризовалась деятельность московских литераторов 1840 – 1850-х гг. Многие суждения и идеи славянофилов были восприняты и усвоены новыми течениями 1860-х гг. – в частности, почвенничеством.

Идеологию почвенничества⁹¹ в первой половине 1860-х разрабатывал Ф. М. Достоевский, который вместе с братом М. М. Достоевским в 1861 г. собрал небольшой круг относительных единомышленников и организовал журнал «Время». Позиция нового движения была определена уже в объявлении о подписке на издание, публиковавшемся на страницах журналов и газет в 1860 г.: главной целью общественной деятельности автор объявления, Достоевский, считает «слитие образованности и её представителей с началом народным»⁹², точнее, содействие этому процессу, который естественно совершается в обществе. Разделяя ключевые убеждения славянофилов, идейный вдохновитель «Времени» писал о духовной самобытности русской нации, о её противопоставленности европейской цивилизации. Однако, в отличие от славянофилов, Достоевский трактует реформы Петра I, при всей их неорганичности для народного сознания, явлением естественным и необходимым, привившим на русской почве начала грамотности и образованности, которые в конце концов приведут русское общество к мирному согласию. В. В. Розанов охарактеризовал почвенничество как «другое имя славянофилов и славянофильства, более, пожалуй, конкретное, менее кабинетное и отвлечённое»⁹³.

Защиту философско-эстетических пристрастий «Времени» взял на себя Н. Н. Страхов, в будущем – авторитетный публицист «неославянофильства», а в эти годы – начинающий журналист и критик. Одним из основных критиков журнала стал А. А. Григорьев.

В 1863 г. в статье Страхова «Роковой вопрос» цензура усмотрела крамольные высказывания на болезненную польскую тему, и «Время» было неожиданно запрещено. Предпринятое год спустя издание журнала «Эпоха», сохранившего и состав сотрудников, и идейную направленность «Времени», желаемого успеха не принесло. И в 1865 г., после смерти М. М. Достоевского, прекратила своё существование.

Несмотря на громкие внутренние разногласия, у приверженцев радикальных взглядов были общие противники: представители «эстетической» критики, славянофильства и почвенничества, сторонники консервативного «охранительства» из «Русского вестника» и «Московских ведомостей».

1866 г. – год покушения Д. Каракозова на царя. Царствование Александра II ознаменовано постепенным ростом революционных настроений. В июле – сентябре 1871 г. состоялся суд над участниками нечаевской организации «Народная расправа». К весне – лету 1874 г. относится начало массового «хождения в народ», что очень скоро в общественном сознании получило наименование «народничество».

Народническая идеология начала складываться гораздо раньше. Её по праву связывают с именами А. И. Герцена и Н. Г. Чернышевского. Их труды являлись кругом ближайшего чтения большинства народников, прошедших политические процессы 1870-х, что зафиксировано в их следственных показаниях. Однако непосредственными инициаторами народнического движения стали П. Л. Лавров, поместивший в «Неделе» за 1869 г. ряд статей под общим названием «Исторические письма» (в 1870 г. они вышли в Петербурге отдельным изданием под псевдонимом П. Миртов), и Н. К. Михайловский, литературный критик и публицист, автор статьи «Что такое прогресс?», опубликованной в трёх книжках «Отечественных записок». За 1869 г. В этих работах были изложены основные идеи народничества. Одна из них – долг интеллигенции народу. Среди народников получила распространение практика «хождения в народ». Однако эта затея потерпела неудачу. Народ, не поняв и не приняв революционной и социалистической пропаганды, зачастую сдавал «ходоков» властям. Уже в 1874 г. под арестом оказалось более четырёх тысяч человек. Но «[д]вижение не только не уменьшается, но идёт crescendo. Вместо паники вы встречаете энтузиазм; люди вырастают словно из-под земли»⁹⁴, – сообщал Лаврову его корреспондент Д. А. Клеменц.

Народничеству была присуща идейная разобщённость. Если сторонники П. Л. Лаврова («лавристы») делали ставку на пропагандистскую работу, то приверженцы М. А. Бакунина («бакунисты») ставили своей целью непосредственную подготовку и проведение крестьянской революции, считая, что бунтарство является прирождённым инстинктом крестьян, выражением их общественного сознания.

В конце 1876 г. создаётся нелегальная организация «Земля и воля», объединившая народников-пропагандистов и народников-террористов.

В декабре 1876 г. землевладельцами была организована политическая демонстрация на Казанской площади в Петербурге. Арест 21 человека положила начало особому следственному делу (январь 1977 г.). Другими наиболее значительными политическими событиями этого времени стали «процесс 50-ти» (февраль – март 1877) и «процесс 193-х» (октябрь 1877 – январь 1878). В январе 1878 г. В. И. Засулич стреляет в градоначальника Ф. Ф. Трепова. Теракты совершаются в Одессе, Москве, Харькове, Киеве.

В 1879 г. «Земля и воля» разделилась на две организации: террорис­тическую «Народная воля» и пропагандистскую «Чёрный передел». 2 апреля 1979 г. народоволец А. Соловьёв совершил нападение на царя. После этого состоялось ещё несколько покушений на самодержца, завершившихся кровавой акцией 1 марта 1881 г.

Именно в 1870-е широкий размах в городах и сёлах получило строительство церквей. В эпоху Александра II в Москве по проекту архитектора К. А. Тона (1794 – 1881) был воздвигнут Храм Христа Спасителя в честь подвига русского народа в войне с Наполеоном.

Для 1870-х гг. характерен процесс объединения художественных сил в творческие союзы. Композиторы М. А. Балакирев, А. П. Бородин, Ц. А. Кюи, М. П. Мусоргский, Н. А. Римский-Корсаков создали кружок «Могучая кучка». Художники-живописцы организовали «Товарищество передвижных художественных выставок», куда вошли Г. Г. Мясоедов, Н. Н. Ге, И. Н. Крамской, В. Г. Петров, А. К. Саврасов, И. М. Прянишников, И. И. Шишкин, М. П. Клодт, М. К. Клодт, Л. Л. Каменев, К. Е. Маковский, К. В. Лемох, А. И. Корзухин, В. И. Якоби, В. Е. Маковский. Позднее к «Товариществу …» присоединились И. Е. Репин, В. И. Суриков, В. М. Васнецов, Н. А. Ярошенко, К. А. Савицкий, Н. А. Касаткин. Связи изобразительного искусства с литературой проявились в портретной живописи. В. Г. Петров пишет портреты А. Н. Островского, В. И. Даля, Ф. М. Достоевского, А. Н. Майкова, С. Т. Аксакова; И. Н. Крамской – Л. Н. Толстого; И. С. Тургенева чуть ли не ежегодно (в 1870-е) пишут Н. Н. Ге, К. Е. Маковский, В. Г. Петров, И. Е. Репин, А. А. Харламов. Некоторые из работ попадают на Всемирную парижскую выставку. Отметим, что в этот период начала бурно развиваться литературная иллюстрация. Например, сочинения Н. В. Гоголя иллюстрировали В. и К. Маковские, И. Н. Крамской, И. М. Прянишников, И. Е. Репин, К. А. Савицкий. Творчество Н. А. Некрасова нашло яркого интерпретатора в А. Г. Лебедеве. Иллюстрировались также произведения А. С. Пушкина, М. Ю. Лермонтова, И. С. Тургенева, А. Н. Островского, Л. Н. Толстого.

Почти вся литературная жизнь сосредоточивалась в журналах. Не литературные салоны, а редакции журналов становятся преобладающим местом первых публичных литературных чтений и обсуждений. Нередко по тому, в какую именно редакцию отдавал своё сочинение писатель, судили о его общественных и эстетических пристрастиях. В этом отношении показателен ответ И. А. Гончарова от 22 мая 1868 г. на предложение Н. А. Некрасова напечатать «Обрыв» в «Отечественных записках»: «Я не думаю, чтобы роман мог годиться для Вас, хотя не оскорблю в нём ни старого, ни молодого поколения, но общее направление его, даже сама идея если не противоречит прямо, то не совпадает вполне с теми, даже не крайними началами, которым будет следовать Ваш журнал. Словом, будет натяжка»⁹⁵. Однако такая определённость отношений касалась в основном журнала, ставшего преемником закрытого «Современника». Иногда писатели помещали свои произведения и в изданиях, направление которых не разделяли.

Цензурное положение журналов определялось «Временными правилами» о печати 1865 г., по которым столичные журналы объёмом более 10 печатных листов освобождались от предварительной цензуры с сохранением цензуры наблюдательной, но за министром внутренних дел закреплялось право посылать редакторам соответствующие предостережения и приостанавливать издание на срок до 6 месяцев. На деле положение о предварительной цензуре часто не выполнялось, к тому же частыми определениями главное цензурное управление то запрещало обсуждение в печати важных политических событий, то усиливало власть местных администраторов в делах печати. Так, по поводу нового постановления о печати, которое расширяло право администрации вмешиваться в редактирование повременных изданий, Ф. И. Тютчев, знавший работу цензурного ведомства изнутри, писал дочери в апреле 1873 г.: «Я узнал вчера, что подготовляется новый закон о печати, который всерьёз в законодательной форме воспроизведёт знаменитый монолог Фигаро о свободе слова⁹⁶. Этот закон оставит за администрацией право определять вопросы, коих не будет дозволено касаться в печати. В нынешних условиях смелее и честнее откровенно восстановить цензуру …»⁹⁷.

В 1870-е гг. сторонники радикальных воззрений не пользовались безграничным читательским доверием, как прежде – всё более внимание привлекают суждения, подчёркивавшие не социальное положение народа, а его духовно-нравственный потенциал. В русле «неославянофильства» развивалась деятельность Н. Н. Страхова, И. С. Аксакова, а в 1880 – 1886 гг. фольклориста и историка литературы О. Ф. Миллера, С. А. Юрьева, редактора журналов «Русская мысль» и «Беседа» и других. В отличие от «неославянофилов», подчёркивавших прежде всего духовную самобытность русского народа, приверженцы «охранительных» идей настаивали на защите религиозных и государственных устоев народной жизни, видя в них непременное условие сбережения нравственных устоев русского общества. Принципы «охранительства», заявленные М. Н. Катковым ещё в 1862 г. в статье «К какой принадлежим мы партии?», в 1870 – 1880-е гг. нашли своих сторонников в лице К. Н. Леонтьева, Б. М. Маркевича, В. Г. Авсеенко, В. А. Грингмута, груп­пировавшихся вокруг изданий Каткова – журнала «Русский вестник» (1856 – 1906) и газет «Московские ведомости» (1863 – 1887) и «Современная летопись». В поле влияния «охранительной» идеологии попали журнал В. И. Аскоченского «Домашняя беседа для народного чтения» (1858 – 1877) и газета В. П. Мешерского «Гражданин» (1872 – 1914), а также литературная деятельность Н. С. Лескова, сотрудничавшего в Катковым в начале 1870-х гг., и Ф. М. Достоевского, первого редактора «Гражданина». Так, в 1870-е издавались: «Современность», «Восток», «Русский мир», «Русская газета», «Русское дело», «Виленский вестник», «Киевское слово».

Выдающимся культурным событием стали Пушкинские дни в Мос­кве начала июня 1880 г. Состоялось открытие памятника поэту и речи писателей. На литературно-музыкальном и драматическом вечере, данном от Общества любителей российской словесности в зале Благородного собрания 6 июня, выступили А. Ф. Писемский, А. Н. Островский, Д. В. Григорович, А. А. Потехин; слово о Пушкине произнёс делегат Франции Луи Леже; были оглашены присланные на имя И. С. Тургенева письма В. Гюго, Б. Ауэрбаха, А. Теннисона. Главным событием мероприятия стали речь И. С. Тургенева⁹⁸, Ф. М. Достоевского⁹⁹ и И. С. Аксакова¹⁰⁰.