5) Цели Германии в войне против ссср. План «Барбаросса».

В планировании войны Германии против СССР ведущее место занял генеральный штаб сухопутных войск (ОКХ) вермахта во главе с генерал-полковником Ф. Гальдером. 22 июля 1940 г. началась разработка проектов войны.

За гитлеровскими планами ярко вырисовывалась доктрина расово-идеологической войны, которая предусматривала нападение германского вермахта на СССР, захват жизненного пространства на Востоке, политическое господство и геноцид в отношении населения, уничтожение носителей советской идеологии (партийных деятелей, комиссаров, интеллигенции), расовую и идеологическую борьбу против евреев, массовые убийства советских военнопленных. Главным идеологическим врагом национал-социалисты считали «советский еврейско-большевистский режим».

18 декабря 1940 г. после внесения некоторых уточнений в подготовленный проект «восточного похода» Гитлер подписал директиву № 21 Верховного Главнокомандования, получившую условное наименование «Вариант Барбаросса» и явившуюся основным руководящим документом войны против СССР. В ней вооруженным силам Германии ставилась задача «разгромить Советскую Россию в ходе одной кратковременной кампании», для чего предполагалось использовать все сухопутные войска, за исключением тех, которые выполняли оккупационные функции в Европе, а также примерно 2/3 ВВС и лишь небольшую часть ВМС. Стремительными операциями с глубоким и быстрым продвижением танковых клиньев германская армия должна была уничтожить находившиеся в западной части СССР советские войска и не допустить отхода их боеспособных частей в глубь страны. Дальше, быстро преследуя противника, немецкие войска достигали линии, откуда советская авиация была бы не в состоянии совершать налеты на Третий рейх. Конечная цель кампании — выйти на линию Архангельск — Волга — Астрахань, создав там, в случае надобности, условия немецким ВВС для воздействия на советские промышленные центры Урала. Германия делала ставку на стратегию «блицкрига» («молниеносной войны»).

Ближайшей стратегической целью руководство Германии поставило разгром и уничтожение советских войск в Прибалтике, Беларуси и Правобережной Украине. Предполагалось, что в ходе наступательных операций вермахт достигнет Киева с укреплениями восточнее Днепра, Смоленска и района южнее и западнее озера Ильмень. Дальше было необходимо своевременно занять важный в военном и экономическом отношении Донецкий угольный бассейн, а на севере — быстро выйти к Москве. К операциям по взятию Москвы директива требовала приступить лишь после уничтожения советских войск в Прибалтике, захвата Ленинграда и Кронштадта. По плану группа армий «Север» должна была вести наступление в направлении на Ленинград, группа армий «Центр» и «Юг» — на Москву и Киев соответственно. Признавалось необходимым избежать крупного сражения в районе Белостока, а дать его не далее как в районе Минска. Предусматривалось также не допустить фланговых контрударов советских войск.

Подготовка нападения на СССР тщательно маскировалась. 24 марта 1941 г. командующий группой армий «Центр» Ф. фон Бок приказал соорудить различные укрепления вдоль границ Польши и Восточной Пруссии, предназначенные якобы для обороны от возможного советского наступления. Также было решено не препятствовать советской воздушной разведке наблюдать за проводимыми работами. Кстати, оборонительные сооружения возводились так, чтобы впоследствии их можно было использовать в качестве исходных позиций для наступления на СССР.

Объединенное командование вермахта (ОКБ) стремилось как можно дольше держать в неведении личный состав войск об операции «Барбаросса». В соответствии с указанием штаба ОКВ от 8 мая 1941 г. офицеров должны были проинформировать примерно за восемь дней до начала боевых действий, а рядовой и унтер-офицерский состав — только в самые последние дни.

К весне 1940 г. в результате присоединения к СССР новых территорий значительная часть советских войск сменила дислокацию. Многие соединения были перемещены на значительное расстояние от районов, где они должны были находиться на случай войны по прежнему плану. Теперь Красная Армия непосредственно стояла лицом к лицу с противником.

В 1930-е гг. советские военные теоретики и военачальники стратегического звена считали, что Красная Армия начнет военные действия в ответ на вооруженное нападение противника переходом в наступление и перенесет борьбу на территорию врага. Советский план войны строился на идее ответного удара с учетом только тех вооруженных сил, которые намечалось

создать в перспективе, и не принималось во внимание реальное положение дел.

9) Битва за Москву.Причины поражений Красной Армии в начальный период войны

15 сентября главнокомандующим сухопутными войсками генералом-фельдмаршалом В. фон Браухичем был представлен план решающего наступления на Москву, получивший кодовое название «Тайфун». В соответствии с ним группа армий «Центр» к концу сентября сосредоточила до половины всех войск, находящихся на советско-германском фронте, на Московском направлении, создав против трех советских фронтовых объединений значительный перевес сил.

Расположение советских войск было крайне неудачным — по принципу линейной обороны, а резервов за первыми эшелонами не имелось. 30 сентября танковая группа Г. Гудериана и 2-я полевая армия Вейхса нанесли мощный удар по левому флангу Брянского фронта. Через два дня в наступление перешли главные силы группы армий «Центр» и замкнули кольцо у Вязьмы. В окружении оказались части четырех советских армий, судьба которых была трагична и героична одновременно. Ведя упорные бои в окружении, они в течение нескольких недель задерживали гитлеровские войска. Спастись удалось немногим. По немецким данным, в плен попало 663 тыс. человек. Дорога на Москву оказалась открытой.

В этой трудной ситуации Ставка Верховного Главнокомандования приказывает возглавить оборону столицы генералу армии Г. Жукову. Несмотря на нехватку армейских сил и боевой техники, ему удается организовать оборону Москвы в кратчайшие сроки. Были срочно брошены в бой четыре дивизии из народного ополчения, курсанты военных училищ. Они стали слабым прикрытием от вражеских войск, но на несколько дней затормозили передвижение группы армий «Центр». После сообщения из Токио советского разведчика Р. Зорге о том, что «японское правительство решило не выступать против СССР», с Дальнего Востока к Москве перебросили три стрелковые и две танковые дивизии.

В это же время советские войска стали получать новую боевую технику (танки Т-34, реактивные установки катюша), успешное применение которой поколебало уверенность немцев в скорой победе. Потери противника с 1 по 17 октября составили 50 тыс. человек. Но немецкое военно-политическое командование не отказалось от захвата Москвы. Оно провело перегруппировку войск и подтянуло к окраинам столицы дополнительно 10 дивизий.

В ответ на эти действия Ставка также усилила Западный фронт новыми резервами и пополнением. Уже в первой половине ноября войска фронта насчитывали дополнительно 100 тыс. солдат, 300 танков, 2 тыс. орудий.

Положение столицы оставалось критическим. 15 ноября началось новое наступление группы армий «Центр». Противник стремительно двинулся на областные города Клин, Волоколамск, Истру и вскоре захватил их. Бои с немецко-фашистскими захватчиками были очень тяжелыми. Особенно отличились воины 316-й стрелковой дивизии генерала И. Панфилова, А. Белобородова, кавалеристы Л. Доватора, П. Белова.

16 ноября было отмечено подвигом 28 героев-панфиловцев, которые за четыре часа неравного боя у разъезда Дубосеково в смертельной схватке уничтожили 18 немецких танков и десятки фашистов. Младший политрук В. Клочков перед боем обратился к бойцам со словами: «Велика Россия, а отступать некуда, позади Москва». Эта фраза стала девизом всех защитников Москвы. В это время американская газета «Балтимор сан» писала: «Никакая другая армия не выдержала бы такого невероятного повсеместного давления, неизбежно развалилась бы, открыв дорогу врагу к столице».

В последних числах ноября командующий Западным фронтом генерал армии Г. Жуков предложил без паузы в оборонительных сражениях перейти в контрнаступление. 6 декабря части Красной Армии начали контрнаступление под Москвой, в ходе которого нанесли контрудар по передовым группировкам немецко-фашистских войск севернее и южнее столицы. Первый этап контрнаступления советских войск под Москвой к началу января 1942 г. был проведен удачно, враг был отброшен от Москвы на 100—250 км. Нашими солдатами были освобождены Тула, Калуга и Калинин.

В январе — апреле 1942 г. Красная Армия развернула общее наступление на всех подступах к столице. В героических боях она разгромила ударные соединения группы армии «Центр», пытавшиеся обойти Москву с севера и юга. Непосредственная угроза Москве была устранена. За это время враг был отброшен на 350-400 км, советские войска освободили более 60 городов, разгромили 50 дивизий врага.

Победа Красной Армии под Москвой стала первым крупным поражением гитлеровцев во Второй мировой войне, означавшим полный крах плана «молниеносной войны». Начальник штаба армии США генерал Дж. Маршалл характеризовал эту победу так: «Это было стратегическим поражением германских вооруженных сил... поворотным пунктом всей войны».

Начальный период Великой Отечественной войны, длившийся около месяца, закончился поражением советских вооруженных сил. Противник добился крупных оперативно-стратегических успехов. Германские войска продвинулись в глубь советской территории на 300—600 км. Под натиском врага Красная Армия повсеместно отступала. Латвия, Литва, почти вся Беларусь, значительная часть Эстонии, Украины и Молдавии были оккупированы. В фашистскую неволю попали около 23 млн советских людей. Страна лишилась многих промышленных предприятий и посевных площадей с созревающим урожаем. Только огромные размеры территории страны, ее людские и материальные ресурсы, патриотизм народа позволили избежать полного краха.

В чем же причины столь драматического развития событий в начале войны ?

Читателю нетрудно прийти к выводу, что причины поражения были заложены в довоенном развитии советского общества, в установленном режиме, в грубых просчетах во внешней и внутренней политике, в устройстве вооруженных сил, что позволило агрессору застать страну и армию врасплох.

Недостатки в качественном состоянии Красной Армии были в первую очередь причиной ее неудач в начальный период войны. ЗОВО был одним из сильнейших военных округов в советских вооруженных силах. По своему составу он уступал лишь Киевскому Особому военному округу. В ЗОВО насчитывалось около 672 тыс. человек, на вооружении имелось 10 087 орудий и минометов, 2 201 танк (в том числе 383 KB и Т-34) и 1 909 самолетов (из них 424 новых типов). Это составляло четвертую часть войск, сосредоточенных в западных округах.

Однако в Красной Армии крайне недоставало автоматического стрелкового оружия. В войну с Германией армия вступила с винтовкой Мосина, которой были вооружены русские солдаты еще в Первую мировую войну.

К началу войны большинство соединений находились в стадии реорганизации и перевооружения. Из шести механизированных корпусов почти полное материальное оснащение имел только 6-й. Три из четырех моторизованных дивизий не имели танков, автотранспорта и средств тяги для артиллерии. 17-й и 20-й мехкорпуса фактически были без танков.

Основу танкового парка составляли машины устаревших марок—около 83%. С апреля 1941 г. они стали заменяться на Т-34 и KB, однако этот процесс происходил крайне медленно. К началу войны только 6-й мехкорпус располагал 352 новыми танками, что составляло 64,5 % штатной численности. В остальных пяти корпусах машин современных конструкций практически не было.

ВВС ЗОВО были оснащены в основном самолетами старых типов. Так, из 885 истребителей новыми были только 253 машины (28,6 %), а из 466 фронтовых бомбардировщиков — лишь 139 (29,8 %). Остро ощущалась нехватка штурмовой авиации — основного средства поддержки войск. Всего было 85 машин Ил-2. В ВВС округа насчитывалось 224 неисправных самолета, на самом же деле в случае боевой тревоги не смогли бы подняться в воздух 342 боевые машины. В сложных метеоусловиях днем летала пятая часть экипажей. На новых самолетах при плохой погоде в дневное время вылеты совершали 64 экипажа (15 %), а в ночное — только 4. Вместе с тем все немецкие самолеты были оборудованы радиостанциями, а советские летчики из-за их отсутствия согласовывали действия в бою визуальными сигналами.

Одна из причин трагического исхода начального периода войну _ это грубейший просчет политического и военного руководства Советского Союза в отношении сроков агрессии, которая оказалась для Красной Армии внезапной. Противник громил советские войска по частям: сначала расположенные вдоль границы и не приведенные в боевую готовность соединения первого эшелона армий прикрытия (которые попали в исключительно тяжелое положение), затем встречными ударами — их вторые эшелоны, а после, развивая наступление, враг не давал советским войскам занять выгодные рубежи в глубине и с ходу овладевал ими. В итоге советские войска оказались расчлененными и попали в окружение.

Попытки советского командования нанести ответные удары с переносом военных действий на территорию агрессора, предпринятые им на второй день войны, уже не соответствовали возможностям войск и, по сути, явились одной из причин неудачного исхода приграничных сражений. Запоздалым оказалось и решение о переходе к стратегической обороне, принятое лишь на восьмой день войны. Этот переход был слишком нерешительным и разновременным.

Морально-боевые качества Красной Армии не соответствовали довоенным представлениям. Не прошли бесследно для боеготовности армии массовые репрессии. Они способствовали росту безынициативности, ухудшению подготовки командиров, падению дисциплины, не говоря о потерях большого количества профессиональных кадров. Танко-и самолетобоязнь, страх у многих воинов попасть в окружение резко снижали устойчивость обороны. Особенно разлагающе действовало неуверенное управление войсками, а непрерывное отступление вообще деморализовывало личный состав. Говоря о причинах панического бегства с поля боя командиров, политическое управление Западного фронта в своем донесении от 12 июля 1941 г. делало вывод о том, что «в период мирной учебы плохо изучался начальствующий состав. Поэтому на руководящие должности назначались шкурники и карьеристы, которые во имя сохранения своей шкуры предали интересы Родины».

Война выявила существенные недостатки в управлении войсками. Основная причина этого — слабая профессиональная подготовка командных кадров Красной Армии, особенно младшего и среднего звена. У большинства из них образование было в объеме начальной школы. О технической подготовке говорить не приходилось. В то же время офицеры вермахта имели специальное военное образование. После первых же ударов авиации противника и действий его диверсионных групп постоянные линии проводной связи оказались выведенными из строя, а крайне ограниченное количество радиостанций и отсутствие необходимых навыков в их использовании не позволили наладить устойчивую связь. У органов стратегического руководства отсутствовали заранее подготовленные пункты управления. Ставке, Генеральному штабу, командующим родами войск и видами вооруженных сил пришлось руководить войсками из абсолютно не приспособленных для этого кабинетов мирного времени.

Следует признать то, что Красная Армия не была подготовлена к условиям современной индустриальной войны — войны моторов. В этом заключается главная причина ее поражений в начальном периоде боевых действий.

Начальный период Великой Отечественной войны завершился поражением советских вооруженных сил. Военно-политическое руководство Германии не скрывало своего ликования по поводу ожидаемой близкой победы. Вот что записал в своем дневнике начальник Генерального штаба сухопутных войск вермахта генерал Ф. Гальдер: «...не будет преувеличением сказать, что кампания против России выиграна в течение 14 дней». Однако они жестоко просчитались.