9. Ольвийское государство и Римская империя.

Со второй четверти 3 в. расцвет Ольвии постепенно начинает угасать. В значительной степени это было связано с общей ситуацией в античном мире - Римскую империю потрясают социальные обострения, массовые вторжения варварских племен. Вследствие вторжения готов и союзных им племен в различное время были захвачены и сожжены Тира, Ольвия, города Боспорского царства. Ольвия пострадала даже дважды - во время первых «скифских» или «готских» походов в 232 - 238 гг. и во время их последнего массового похода 269 - 270 гг. Первая катастрофа была кратковременной. Вероятно, с помощью римского гарнизона Ольвия была быстро освобождена и восстановлена. Вторая катастрофа оказалась более серьезной. Ольвия была полностью разрушена и оставлена на какое-то время жителями. Скорее всего, римский гарнизон покинул город еще до этих событий. Одновременно погибают и последние городища ольвийской периферии. Жизнь на территории Ольвии на некоторое время замирает. Не ясна судьба уцелевших жителей города и его округи. Возможно, часть из них еще до разгрома отступила с римским гарнизоном в провинцию Нижняя Мезия. Туда же могли отправиться позднее оставшиеся в живых ольвиополиты. Они также могли перебраться в другие античные центры Северного Причерноморья, пережившие нашествие готов. Последнее восстановление Ольвии происходит не ранее конца 80-х гг. 3 в. Римские монеты появляются здесь во время правления Диоклетиана (284-305 гг.) Территория города сократилась в целом незначительно относительно предшествующего периода: это по-прежнему южная часть Верхнего и Нижнего города, однако, на центральной возвышенности слой конца 3 - первой половины 4 вв. не зафиксирован.

Вероятно, на последнем этапе своего существования Ольвия не имела оборонительных сооружений. Скорее всего они были разрушены в 269-270 гг. и больше не восстанавливались. Возможно, это касалось только юго-восточной части оборонительной стены, располагавшейся вдоль склона к лиману. В результате раскопок установлено, что крупные каменные плиты и блоки из нее были использованы в конце 3 в. при сооружении наружной стены жилого дома. Характер строительных остатков, раскрытых на территории бывшей цитадели, свидетельствует о сохранении элементов прямоугольной планировки. Застройка склона по-прежнему проводилась террасами, однако, границы террас и планировочной сетки 2-3 и конца 3-4 вв. в целом не совпадают, хотя при позднейшем строительстве иногда используются верхние части стен сооружений предшествующего этапа. В целом сохраняются античные традиции в планировке и строительной технике зданий этого времени, хотя качество их ухудшается, вероятно, вследствие экономических причин. Дома были каменными, в основном одноэтажными, имели не менее 4-6 помещений, часто значительной площади, с последовательно-иерархическим принципом планировки. Помещения прямоугольные, с глинобитными полами, стены обмазывались глинистым раствором, штукатурились, в интерьере могли использоваться небольшие колонны с капителями импостного типа. Крыши были в основном черепичными. Следует отметить сочетание жилых и производственно-хозяйственных помещений. Дворы имели каменные и щебенчатые вымостки, изредка - с прямоугольными в плане алтарями, основания которых были выложены из известняковых камней. Следует отметить, что в юго-восточной части Верхнего города Ольвии наряду с жилой застройкой выявлены остатки керамического и металлообрабатывающего производства. В центральной и северной части Нижнего города продолжает существовать производственно-хозяйственное предместье, застроенное хаотично стоящими одно-двухкамерными сооружениями. Амфоры и небольшое количество бытовой керамики конца 3 - 4 вв., выявленные в затопленной части Ольвии, могут свидетельствовать о наличии в это время в припортовой части складских помещений. На основной территории бывшей хоры Ольвии в конце 3 - первой четверти 5 вв. существуют поселения черняховской культуры. Их количество более чем вдвое превышает число приольвийских городищ 3 в. Таким образом, хора собственно Ольвии могла составлять не более 5-10 км в радиусе. Ландшафтные условия расположения Ольвии и городищ ее прежней хоры с одной стороны, и черняховских поселений с другой - были в целом близки, но имели и различия. В рассматриваемое время собственная монетная чеканка в Ольвии отсутствовала. Однако немногочисленные находки монет римских императоров здесь известны от времени Диоклетиана (284 - 305 гг.) до времени Валента (364 - 378 гг.). Все это свидетельствует о значительном сокращении торговли и натурализации хозяйства Ольвии. Она оказывается в стороне от основных торговых путей. Тем не менее, в это время фиксируются торговые связи с Боспором, Малой Азией, западными провинциями Римской империи, Северной Африкой. Очевидно, происходит некоторая торговая переориентация Ольвии, более важными становятся торговые связи с окружающим ее населением черняховской культуры. Вероятно, возрастает значение посреднической торговли. В связи с тем, что и на памятниках черняховской культуры в Северном Причерноморье монетные находки редки, можно предположить, что торговля в основном была меновой. Население черняховской культуры могло получать из античных центров вино и оливковое масло в амфорах, а также столовую керамику, стеклянную посуду, бусы. Отсутствие в Ольвии в это время развитых рыбозасолочных и винодельческих комплексов при наличии всех необходимых для этого условий, может свидетельствовать об отсутствии достаточного рынка сбыта для продуктов рыбозасолки и виноделия в окружающей Ольвию варварской среде. Связи же с античными центрами ослабели. Вероятно, из товаров собственного производства на ближайшие поселения черняховцев Ольвия могла поставлять продукцию своих металлообрабатывающих и гончарных мастерских. В обмен она могла получать прежде всего крупный рогатый скот, поскольку он был обычной статьей сбыта для носителей черняховской культуры. Проблематичен вопрос о поставках зерна с черняховских поселений. Не исключено, что они привозили в Ольвию какое-то количество ячменя пленчатого и проса обыкновенного. Поступление же пшеницы в Ольвию, очевидно, можно исключить, так как окружавшее ее черняховское население возделывало в основном пшеницу двузернянку, дающую малый выход муки, в то время как ольвиополиты продолжали выращивать голозерные сорта пшеницы. Следует подчеркнуть, что для черняховского населения степи Ольвия не была единственным и основным торговым контрагентом, в противном случае жизнь здесь не прекратилась бы на полстолетия раньше, чем на окружающих черняховских поселениях. Постепенно жизнь здесь угасает, окончательно прекратившись в третьей четверти 4 в. Причины этого, скорее всего, связаны с экономическим положением Ольвии. Лишившись обширной сельской округи, Ольвия предпринимает попытки перестройки экономики на основе преимущественного развития ремесла. Однако успехом они не увенчались. Возможно, ремесленникам (прежде всего кузнецам и гончарам) было выгоднее селиться среди непосредственных потребителей товара, т.е. на черняховских поселениях, где фиксируется наличие какого-то количества греческого населения.

Так завершилась почти тысячелетняя история античной Ольвии