1252 Г. Упоминают о литовских городах: "Ворута" и "Твереметь" (Ворута был

расположен в местности, занятой племенем литвой, а Твереметь -- в местности,

занятой жмудью). Дашкевич говорит, что летописи под 1252 г. упоминают не об

основании городов, а об их существовании; основаны они были, по его мнению,

немного раньше. Наряду с отсутствием в древнейшей Литве городов, как

объединяющих центров, заметно и полное отсутствие политической власти. До

половины XIII в. польские и немецкие летописи, описывая столкновения

литовцев с соседними народами, не только не называют литовских вождей, но не

упоминают о существовании каких бы то ни было правителей; до половины XIV в.

упоминаются лишь вожди, но власть их простиралась на незначительные округа;

в летописях на незначительном пространстве территории обыкновенно указывают

на целую группу таких начальников. Это были скорее представители отдельных

родов, чем племенные правители. Таким образом, литовское племя до половины

XIV в. Не только не составляло государства, но даже сплоченных племен, а

представляло массу небольших волостей, управляемых независимыми вождями без

всякой политической связи между ними. Только тождество происхождения, быта,

языка, преданий и религиозного культа объединяло отдельные части этого

племени. Но опасность со стороны внешних врагов заставила литовцев ускорить

процесс своей политической организации и заменить опиравшуюся на

нравственное влияние власть жрецов властью князей. Этими врагами были

немецкие рыцари, которые с начала XIII в. появились на окраинах литовской

земли с целью обращения литовцев в христианство и вместе с тем в крепостную

зависимость от победителей. К концу XIII в. немцы подчинили себе пруссов,

земли летголы и жемголы и приблизились к поселениям собственно литвы и

жмуди;

но эти народы, в то время как их современники боролись с немцами,

успели уже создать довольно крепкий государственный строй и оказали сильное

сопротивление последним; этому помогли те отношения, в какие стали литва и

жмудь в XIII в. к русским. Одновременно с возвышением Владимирской Руси (в

XIII в.) русские западные княжества, соседние литовскому государству, --

Смоленское, Полоцкое и другие, -- вследствие нападений внешних врагов и

внутренних неурядиц, слабеют и делятся на мелкие части. Междоусобиями

русских князей пользуются литовцы, которых сами русские призывают на помощь

и вмешивают в свои распри. Они, помогая той или другой стороне, вторгаются в

жизнь русских и пользуются этим для своих собственных целей. Раньше всего

литовцы вмешиваются во внутренние дела Полоцкой земли, знакомятся с ее

положением, свыкаются с мыслью о ее слабости и внутреннем устройстве. С

конца XII в. литовцы уже не ограничиваются участием в полоцких междоусобиях,

но начинают предпринимать походы с целью территориального захвата. С XIII в.

литовцы начинают вторгаться и в другие русские княжества, так, например, в

Новгородскую землю, в Смоленское и Киевское княжества. Кто были первые

литовские князья, неизвестно; самые ранние известия о них, и то легендарные,

дошли до нас только от XIII в. В XIII в., по литовским преданиями, Эрдивил,

современник Батыя, предпринял поход на русские земли и завладел Городном;

в то же время другой литовский князь -- Мингайло предпринял будто бы

поход на Полоцк и основал в нем второе литовское княжество. Эти известия о

первых литовских княжествах на русской почве, однако, недостоверны. Первое

достоверное княжение -- княжение Миндовга. Миндовг, сын Ромгольда, около