5. Методологические основы единства физической и экономической географии

Объект и предмет географии, развитие ее содержания. Ни одна наука в своем развитии не начинает с полного представления об объекте исследования. Лишь постепенно разви­тие научных знаний приходит к пониманию объекта в богатстве его различных сторон и связей. Так и география постепенно на­капливала знания о различных компонентах поверхностной оболо­чки планеты и лишь сравнительно недавно сформировала предста­вление о целостности этой оболочки и о ее сущности. Исследуя природу человека и хозяйства, географы постепенно раскрывали связь между этими объектами. Описательный период в развитии географии означал накопление знаний о различных компонентах поверхностной оболочки планеты; постепенно рождалось понима­ние раньше, чем в других науках о системной организации геог­рафической природы - географические ландшафты. В начале 30-х гг. нашего столетия, как мы отмечали выше, появилось пред­ставление о целостности поверхностной оболочки планеты, которая получила название географической (А.А. Григорьев), Более того, географическая оболочка стала рассматриваться как мате­риальный носитель географической формы движения материи» Пра­вда представление о комплексном характере географической обо­лочки (о включении в нее климата, стока, рельефа, животного и растительного мира, почв) приходило в противоречие с мето­дологией диалектического материализма, его представлением о соотношении форм движения материи (биологическая форма движе­ния материи как высшая не может входить в состав низших форм движения, к которым относятся климат, сток и рельеф). К это­му добавились соображения Ф.Н. Милькова [17, с, 19], который стал настаивать на необходимости выделения в составе геогра­фической оболочки меньшей по вертикальной мощности ландшафт­ной сферы. Это косвенным образом ставит вопрос о различных типах систем, которые изучаются географией: носители геогра­фической формы движения материи, состоящие из элементов гид­росферы и тропосферы; и географические ландшафты, и существу­ющие на основе корреляционных связей. Наличие особых корреля­ционных связей между элементами природы и общества лежит в основе экономических районов ТИК и других объектов исследова­ния экономической географии.

Таким образом, путь географической мысли проходит че­рез описание отдельных компонентов географической оболочки, к раскрытию связей между ними и установлению системного ха­рактера этих связей. Открытым остается вопрос о сущностной основе всех географических объектов - это проблема географи­ческой формы движения материи. По нашему глубокому убеждению, география накопила достаточно обширный материал, чтобы понять сущность того процесса, который лежит в основе всей географи­ческой природы.

Таковы наши представления об объекте географии. Это ге­ографическая форма движения материи, материальные системы-но­сители данной формы движения и системы корреляционного типа, существование которых также связано с наличием географической формы движения материи.

Предметом географии являются свойства и закономерности строения, функционирования и развития всех этих систем. К предмету географии относится также изучение системы связей географической формы движения с геологической, биологической и социальной формами движения. Эта область дает такие геогра­фические дисциплины как геоморфологию, биогеографию и геогра­фию почв, ландшафтоведение и экономическую или социально-эко­номическую географию. Развитие предмета географии является своеобразным "погружением" географической мысли в эбъект гео­графии с В этом плане высшим этапом развития географии будет раскрытие особенностей самой географической формы движения материи, что с позиций общественной практики позволит поста­вить вопрос об управлении такими глобальными процессами как климат, сток и рельефообразование (имеются в виду скульптур­ные формы рельефа, а не рельеф тектонического происхождения).

Анализ различных точек зрения по вопросу о единстве физической и экономической географии.

Сложилось общее представление о том, что физическая и экономическая география, с точки зрения сторонников их единст­ва, являются частями географии. Физическая география изучает природу поверхностной оболочки Земли, а экономическая геогра­фия - развитие социальных систем, находящихся под воздействи­ем природных условий. В первом случае исследуются законы природы, во втором - социальные законы. Однако, представление о том, что экономическая и физическая географии, части единой географии, нацеливает на поиск таких географических законов, которые, как законы всякого целого, стояли бы над природными законами физической географии и социальными законами экономи­ческой географии. Здесь происходит подмена категории "общее" другой категорией "целое", 0 единстве тех или иных наук можно говорить тогда, когда в их содержании присутствуют одни и те же законы. Но это не законы одной географии, а законы той гео­графии, чьи объекты возникли раньше и продолжают существовать среди объектов другой географической науки. Ясно, что физико-географические явления возникли раньше экономико-географичес­ких, и именно эти первые являются носителями общегеографичес­ких закономерностей. Возьмем, например, закон географической зональности. Первоначально он действует в таких процессах как климат, сток, рельефообразование, с появлением жизни и дея­тельности человека и возникновением экономики он их дела­ет зональным явлением. Подмена общих законов законами "целого" приводит, к безуспешному поиску географических законов, стоящих над законами природы и общества.

Поиск общегеографических законов иногда связывают с общим объектом физической и экономической географии. Таким общим объектом географии некоторые авторы считают географическую среду как совокупность материальных условий жизни человеческо­го общества. При этом предмет географии сводится либо к зако­нам развития географической среды, либо к законам взаимодейст­вия общества и географической среды. Такие общие законы суще­ствовали бы, если географическая среда выступала как нечто целое. Однако различные элементы поверхностной оболочки: кли­мат, рельеф, сток, животный и растительный мир, почвенный пок­ров, и полезные ископаемые, с одной стороны, лишь исторически выступают как условия существования общества; а с другой они являются компонентами той или иной природной системы и в своем возникновении, существовании или развитии подчиняются законам этой системы. Например, развитие животных организмов в лесном биогеоценозе подчиняется законам этой системы, а их существование как условие (естественное) охотничьего промысла испытывает лишь косвенное воздействие со стороны общества. Или климат данной местности определяется физико-географическими законами, хотя он и является естественным условием существования различных отраслей народного хозяйства. При таком под­ходе выхолащивается содержание географической науки, которое складывалось в течение многих столетий. Основным разделам этой науки - климатологии, геоморфологии, гидрологии и т.д. отказывается в географичности, хотя первичные географические законы, как это сложилось в географии, связаны именно с их объектами исследования.

Единство географии иногда видят в законах взаимодействия общества и географической среды [18, с. 170]. Это противоречит диалектико-материалистическому пониманию общества как самораз­вивающейся системы, в основе которой лежит процесс материаль­ного производства (взаимодействие людей и средств производст­ва как внутренних компонентов этой системы). При этом, именно от уровня развития материального производства зависит, какие элементы природа становятся условием существования и развития человеческого общества. Это говорит о том, что подобных зако­нов взаимодействия общества и географическая среда не су­ществует. Поэтому методологически ошибочно и ничего кроме вре­да географической науке не приносит такое понимание общегеографичёских законов.

Иногда единство географии видят в существовании общих за­конов социально природных комплексов, которые изучаются географи­ей. В этом случае эти общие законы объявляются законами "общей географии" и они не сводятся ни к законам общества, ни к законам природы. Здесь также категория "общее" подменяется категорией "целое", как мы это уже отмечали выше.

Оригинальной явилась точка зрения Забелина И.В. [8, с. 38]. В 1959 г. он считал, что взаимодействие общества и приро­ды представляет собой более высокую форму движения материи, чем социальная. И вместо единой географии он предлагал особую науку натурсоциологию, предметом которой должен быть процесс взаимодействия общества и природы. Мы не разделяем этой точки зрения, т.к. выделение формы движения материи более высокой, чем социальная, должно предполагать, например, возникновение формы отражения более высокой, чем сознание. Более того, исто­рический материализм показывает нам, что в соотношении природ­ных и общественных закономерностей социальная форма движения материи выступает в качестве ведущей формы движения и не явля­ется частью никакой другой формы движения. Наконец, просто, исходя из сущности движения как способа существования мате­рии, можно утверждать ошибочность данной концепции И.М. Забе­лина, на том основании, что в результате этого взаимодейст­вия (?) не воспроизводятся сами взаимодействующие компоненты - общество и природа.

Единство географии не доказывается и хорологической кон­цепцией А. Геттнера, которая предлагала в качестве единства ге­ографической науки ее общие законы, связанные с пространст­венным соотношением. Однако экономическая география и физичес­кая география изучают соответственно общественные и природные объекты: пространственные, характеристики которых определяются в первом случае - социальной, во втором - географической фор­мами движения материи. Ошибочность хорологической концепции была рассмотрена нами ранее.

Критика концепции "единой географии"

Авторы известной "Американской географии" [3] в вопросе о единстве географии исходят из следующих методологических поло­жений. Во-первых, они считают, что деление наук на естествен­ные, гуманитарные и общественные устарело. Оно является остат­ком представления о науке, наблюдавшееся в XIX в. Во-вторых, такое деление в принципе не подходит к географической науке, которая изучает как человека (общественные явления), так и то, что не является человеком (природа). В-третьих, в геогра­фии главное не временные изменения, не законы строения и фун­кционирования, а законы размещения на земной поверхности.

Однако, человечество не произвольно в построении науки. Последняя, отражает в законах действительность и структуру этой действительности, т.е. качественную специфику различных областей неживой природы, живую природу и человеческое общест­во. С каждым из этих объектов связано существование специфиче­ских законов строения, функционирования и развития независимо от того хотим мы это признавать или нет. Конец XIX столетия ознаменовался появлением первой достаточно полной классифика­ции наук, основанной на классификации форм движения материи, автором которой был Ф. Энгельс. Все науки и тогда "не уклады­вались11 в эту классификацию, например, математика. Но это лиш­ний раз говорило о том, что объективно существуют различные науки со специфическими законами. И если география "не укла­дывалась" тогда в число основных наук, выделяемых по формам движения материи, отсюда никак не следовал вывод об ошибочно­сти деления наук вообще, в частности, на естественные, обще­ственные и гуманитарные.

Географическая наука действительно лежит на стыке знаний о природе и обществе. Но это не дает оснований считать, что ее законы должны быть законами, стоящими над законами природы и законами общества. Или быть какими-то особыми законами, не относящимися ни к природе, ни к человеку. Мы уже видели, что физико-географические знания дают нам законы возникновения, функционирования, строения и развития природных явлений, И не считаться с этим нельзя. Тем более, что общественная практика не только постоянно подтверждает их справедливость. В настоя­щее время многие отрасли народного хозяйства просто немыслимы без этих физико-географических законов. Вместе с тем развитие и функционирование территориально-производственных комплек­сов связано с определенным соподчинением природных и общест­венных законов. К этому необходимо добавить сложные законы строения и развития таких корреляционных систем как географи­ческие ландшафты.

Поэтому игнорирование объективного существования различ­ных по природе законов и декларирование общегеографических за­конов, не являющихся ни законами природы, ни законами общест­ва, отрывает географическую мысль от действительности, вти­скивают ее в "прокрустово ложе" концепций, абсолютизирующих один из возможных подходов в географическом исследовании. Та­ким "прокрустовым ложем" географии является хорологическая концепция. Однако, по мнению авторов "Американской географии" основной сущностью географии является то, что она как и в прошлом "имеет дело с размещением предметов на земной поверх­ности, и с их ассоциациями, определяющими характер отдельных территорий" [3] с. 26 . Стремление свести географическое изу­чение к исследованию размещения различных объектов, является абсолютизацией одного из необходимых подходов в экономической и физической географии. Но этот подход является не конечной Целью, а началом физико-географического изучения. Думая, что и в экономической географии при всей важности проблемы раз­мещения, она не исчерпывает основных элементов содержания этой географической дисциплины. Единая география, предметом которой являются геометрические законы размещения разнокачественных объектов, служит вариантом хорологической концепции. Как мы уже отмечали, наиболее выпукло эта точка зрения пред­ставлена в "Теоретической географии" В. Бунте.

Концепция географической формы движения материи как ме­тодологическая основа единства физической и экономической _географии. Предложенное нами понимание географической формы движе­ния материи, как специфического взаимодействия между элемен­тами гидросферы и тропосферы позволяет решить ряд трудных мо­ментов в представлении о единстве физической и экономической географии [13] .

Во-первых, единство географической науки должно означать, что любая географическая дисциплина, кроме специфических за­конов, связанных с особенностями изучаемого компонента геог­рафической системы или его связей с другими объектами, обяза­тельно содержит в себе те законы, которые являются общими для всей географии, то есть присутствуют во всех разделах геогра­фии. Это общее не есть законы целого, они присутствуют в лю­бой географической дисциплине. Во-вторых, известно также, что законы не существуют сами по себе. Закон есть взаимодействие сущностей. Значит, географические законы общие для всех геогра­фических дисциплин должны быть связаны с определенными матери­альными объектами. Общность материальных объектов второй при­знак единства географии. В-третьих, с каждым объектом связаны специфические методы исследования, поэтому о единстве геогра­фических наук может свидетельствовать наличие общих методов исследования,

Большое значение при решении проблемы единства физической и экономической географии имеет метод восхождения от абстрак­тного к конкретному. Если представить себе географические дис­циплины в виде "этажей высотного здания" географии, то "ниж­ние этажи" будут представлять собой физико-географические ди­сциплины: климатология, гидрология, геоморфология, биогеогра­фия и география почв, лавдшафтоведение; "верхние этажи" - ди­сциплины экономической географии: география сельского хозяй­ства, география транспорта, география населения и т.д. Для вы­членения общегеографических законов можно в абстракции от­влечься от дисциплин экономической географии, ландшафтоведения, биогеографии и географии почв. Однако, климатический,

гидрологический и геоморфологический процессы как стороны ге­ографической формы движения материи являются носителями тех географических законов, которые связаны с тепловлагообменом между гидросферой и тропосферой. Таковы, например, законы ге­ографическом зональности - поясной ж вертикальной. Конечно, содержание климатологии, гидрологии и геоморфологии не сводит­ся к этим законам, но они присутствуют в содержании этих гео­графических дисциплин, являясь общими для них географическими законами; эти общие законы присутствуют в биогеографии ж ландшафтоведении, отражая зональность в распространении объектов этих наук; точно также они присутствуют как общегеографические законы в содержании всех экономико-географических дисциплин. Так как основой существования этих законов является географи­ческая форма движения материи, к географической науке будет относится любая наука, которая имеет дело с элементами данной формы движения материи или отражает ее связи с другими форма­ми .движения, подобно биогеографии:, или экономической географии.

Отсюда следует также, что структуру географии ошибочно представлять как соотношение целого ж частей. Это не единство физической и экономической географии, как составных частей ге­ографической науки. Такой подход уже заведомо предполагает на­личие общей географии с синтетическими законами, более высоки­ми, чем законы физической географии (природы) и более высокими, чем законы экономической географии (общества), В действитель­ности географическая наука имеет структуру, которая является отражением структуры географического объекта (географической формы движения материи и ее материального носителя) и систему его связей с другими формами движения - геологической, биоло­гической и социальной. (Эта структура была рассмотрена в раз­деле о принципах внутреннего деления географии-) Здесь геог­рафические дисциплины подразделяются на географические знания о самой географической форме движения материи и о ее компонен­тах: физическая география, климатология, гидрология; криолитология, океанология; о связях географической формы движения ма­терии с геологической - геоморфология; с биологической - био­география и география почв; с социальной формой движения -экономическая география. Ландщафтоведение и страноведение как комплексные знания о совокупностях природных и общественных явлений имеют дело уже с иными законами, отражающими корреля­ционные связи, лежащие в основе изучаемых ими систем.

Общим географическим методом исследования при таком пони­мании структуры географической науки является, в первую оче­редь, картографический метод, который и зародился в недрах ге­ографических знаний. "Выход" картографического метода за пределы географической науки как раз и показывает, что одного метода недостаточно, чтобы считать науку географической. Так структурная и динамическая геология, где особо распространен картографический метод потому и не является географической наукой, что в ее объекте нет географического содержания, а зна­чит и действия географических законов. Напротив, перечислен­ные географические дисциплины и по материальному содержанию едины, так как каждая из них исследует объект географического качества; а также с каждым из этих объектов связано действие географических законов (общегеографических законов).