6.3.2. Гипотезы, экспедиции и новые материалы

В течение всего ХХ в. шло накопление антропологических материалов и обсуждение итогов изучения новых групп современного и древнего населения. Важным итогом стало представление о месте, которое занимает это население в системе европеоидных антропологических типов: валдайский, ильменский и восточновеликорусский комплексы представляют собой местные варианты, в целом, входящие в т.н. "пояс шатенов", то есть занимают промежуточное положение между северной и средиземноморской расами (рис. 6.25).

• Больше разногласий вызывал вопрос о генезисе типов, проявляющихся в восточнославянском населении. Здесь выдвигались подчас противоположные гипотезы:

  • например, Г.Ф. Дебец, основываясь на сходстве ряда восточнославянских вариантов с группами финно-угорского населения, делает вывод о формировании славянских и финских народов на одной широкой территории, неоднородной в расовом отношении (т.е. в целом речь идет об автохтонном происхождение этих народов) (Дебец Г.Ф., 1948 и др.);

  • Н.Н. Чебоксаров, напротив, связывает проникновение северопонтийских черт на Восточно-европейскую равнину с юго-западными регионами (в частности, Поднепровьем) и объясняет изменение их в славянском населении влиянием летто-литовцев и прибалтийских финнов (т.о. формирование антропологической специфики автор объясняет в большей степени миграционными процессами) (Чебоксаров Н.Н., 1964 и др.).

Р ешить вопрос можно было, только привлекая новые, более обширные антропологические данные о славянах, обитающих на Восточноевропейской равнине, а также об окружающем их населении. И вскоре эти данные были получены.      Наиболее масштабное исследование было осуществлено в 1955-1959 гг. Русской антропологической экспедицией (Происхождение и этническая история…, 1965; Восточные славяне…, 1999). Руководителем и идейным вдохновителем ее стал В.В. Бунак, а организатором полевых работ - Т.И. Алексеева. Целью ставилось выявление и описание основных антропологических элементов, вошедших в состав русских, и изучение путей их формирования. Руководствуясь такой задачей, исследования начали проводить в зоне расселения предков русского народа в XI-XIV вв., а экспедиционные маршруты шли в соответствии с напрвалением колонизационных потоков восточнославянских племен средневековья (вятичей, кривичей, северян и словен новгородских). В течение пяти лет в 107 населенных пунктах по обширной антропологической программе было обследовано около 17 тысяч взрослых мужчин и женщин.      В 1953-57 гг. на северных территориях расселения русских работала экспедиция М.В. Витова. Маршрут разрабатывался в соответствии с колонизационными потоками из Новгородской и Ростово-Суздальской земель. В 80 территориальных группах Русского Севера было обследовано около 8 тысяч русских мужчин. Изучалось и расселенное на контактных территориях финно-угорское население (Витов М.В., 1997).      В тех же 60-х гг. XX в. была осуществлена Украинская антропологическая экспедиция, были собраны материалы по антропологии белорусов, шли активные работы в ареале расселения финно-угров и т.д.      Колоссальные материалы собирались на единой методической основе, а анализировались в соответствии с правилами географического метода. До настоящего времени они служат надежным источником новой информации по антропологии и этнической истории восточнославянских народов (Восточные славяне…, 1999).