3. Современное состояние разводимости в России

Тенденции разводимости тесно взаимодействуют с динамикой брачности. В демографической статистике браки и разводы отражаются как явления, характеризующие прежде всего демографическое поведение, связанное с рождением детей, однако они прямо связаны и с сексуальным поведением, и с социальной идентификацией индивида (см. табл. 19).

Таблица 19

Браки и разводы в России

Годы	Всего, тыс.		На 1 000 населения
	браки	разводы	браки	разводы
1960	1499,6	184,4	12,5	1,5
1966	1146,9	412,5	9,0	3,2
1967	1164,8	412,3	9,1	3,2
1970	1319,2	396,6	10,1	3,0
1975	1495,8	483,8	11,1	3,6
1980	1464,6	580,7	10,6	4,2
1985	1389,4	574,0	9,7	4,0
1990	1319,9	559,2	8,9	3,8
1992	1053,7	639,2	7,1	4,3
1994	1080,6	680,5	7,4	4,6
1996	866,7	562,4	5,9	3,8
1998	848,7	501,6	5,8	3,4
2000	897,3	627,7	6,2	4,3

Рассматривая данные табл. 19, следует прежде всего обратить внимание на перепады в годовых числах разводов, связанные с изменением порядка расторжения брака. Так, снижение частоты разводов к 1950 г. по сравнению с довоенным временем связано скорее всего с некоторым усложнением процедуры развода, введенным Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 июля 1944 г., согласно которому расторжение брака допускалось только в суде с последующим утверждением этого решения вышестоящим судом.

Можно полагать, что резкий скачок числа разводов в 1966 г., а отчасти и рост их числа в последующие годы вызваны не только повышением частоты развода, но главным образом тем, что было юридически оформлено прекращение браков, фактически распавшихся в предыдущие годы. Косвенным подтверждением этого служит повышение в конце 60-х гг. продолжительности расторгаемых браков. Медианная продолжительность расторгаемых браков, составлявшая в начале 60-х гг. 6,5 года, к концу десятилетия увеличилась до 8,2 года и лишь затем стала медленно снижаться. Иными словами, Указ от 10 декабря 1965 г. повлиял на расторжение браков преимущественно большой длительности, в действительности уже давно не существовавших.

Как видно из таблицы 19, абсолютные числа разводов росли быстрее общего коэффициента разводимости. Таким образом, их прирост нельзя целиком отнести на счет увеличения частоты разводов. В определенной степени он связан с увеличением численности населения и соответственно числа супружеских пар: с 1959 по 1970 г. оно выросло на 19,3 млн, или на 22%, а с 1970 по 1979 г. — на 16,8 млн, или на 16%. Кроме того, играло роль также изменение возрастной структуры супружеских пар.

Надо иметь в виду, что всплеск ежегодных чисел разводов в конце 70-х — начале 80-х гг. был в значительной мере обусловлен приростом в те же годы числа молодых браков, т.е. браков, заключенных в молодых возрастах. В 1970-е гг. вступали в брак поколения родившихся в начале 50-х гг., т.е. в годы максимального послевоенного подъема рождаемости. А поскольку молодые браки распадаются чаще, росли и ежегодные числа разводов. Разложив их прирост на компоненты, можно утверждать, что прирост числа молодых браков обусловил примерно треть прироста ежегодных чисел разводов. Однако остальные две трети следует отнести на счет роста частоты разводов.

За последнюю четверть века значительно возрос общий коэффициент разводимости не только из-за увеличения числа вступивших в брак (эффект структуры), но и за счет существенных изменений в поведении населения, прежде всего молодежи. Рост разводимости в 1970-х гг. сменился стабилизацией в 1980-х, но с 1991 г. кривая разводимости опять пошла вверх, достигнув наивысших показателей в 1993—95 гг. Затем последовало снижение как абсолютных чисел разводов, так и коэффициентов разводимости, однако в 2000 году общее число разводов вновь увеличилось сразу на 95 тыс., а коэффициент разводимости возрос до 4,3%о (см. табл. 19).

Изменения в динамике коэффициентов разводимости в 1990-х гг. вызваны прежде всего демографическими причинами: отмеченной в 1991—95 гг. высокой разводимости предшествовал всплеск брачности в молодых и самых молодых возрастах в 1987—91 гг., особенно у женщин. Естественно, следовало ожидать, что после резкого увеличения числа браков через несколько лет наступит увеличение числа разводов даже при сохранении неизменной вероятности расторжения брака. Анализ показывает, что разводимость росла наиболее интенсивно в возрастах 20—24 года и 25—29 лет и превысила к 1994 г. наблюдавшиеся ранее значения в этих возрастных группах. При этом омоложение возраста разводящихся женщин было значительнее, нежели разводящихся мужчин. В возрастах старше 30 лет рост разводов не привел к каким-либо рекордным показателям. Их повышение скорее отражало изменение отношения к разводу, произошедшее в семьях с детьми: наличие детей все менее играет роль фактора, удерживающего зарегистрированные брачные союзы от развода.

Наряду со снижением разводимости с 1995 г. сократилось и число детей, затронутых разводом родителей. Если за 1988—94 гг. число разводов, при которых супруги имели детей, увеличилось на 32%, то за последующие четыре года (1995—98) оно, напротив, сократилось на 36%. По данным Центра демографии и экологии человека, среднее число детей на один развод уменьшилось до 0,77 — наименьшее значение за последние 10 лет.

Существенные изменения претерпела и средняя продолжительность браков, завершившихся разводом. Как уже говорилось, в 60-х годах наблюдалось повышение средней длительности распадавшихся браков, вызванных либерализацией законодательства. С 1967 по 1975 гг. средняя длительность брака заметно уменьшилась, затем кратковременно стабилизировалась, а с 1985 г. опять начала быстро увеличиваться.

Следует отметить дифференциацию в динамике разводимости городского и сельского населения (см. табл. 20). В 1980 г. в городах общий коэффициент разводимости достиг величины 5,0%о и в течение 20 лет колебался в пределах 4,4—5,3. В селе разводов было значительно меньше, чем в городе (так, в 1970 г. — в 3,8 раза). Затем в сельской местности разводимость стала стабильно расти.

Таблица 20