4 Июня а.М. Василевский выехал в войска, чтобы на месте готовить операцию «Багратион», а 5 июня в 8.00, на командный пункт 1-го Белорусского фронта прибыл г.К. Жуков.

Существующая в некоторых военных кругах версия о «двух главных ударах» на белорусском направлении силами 1-го Белорусского фронта, на которых якобы настаивал К.К. Рокоссовский перед И.В. Сталиным, лишена основания. Оба эти удара, проектируемые фронтом, были предварительно утверждены Верховным Главнокомандующим ещё 20 мая по проекту Генштаба, то есть до приезда командующего 1-м Белорусским фронтом в Ставку.

Нелишне здесь заметить также, что в советской военной теории никогда не предусматривалось нанесение одним фронтом двух главных ударов, а если оба удара по своей силе и значению были равноценными, то их обычно называли “мощными ударами» или «ударными группировки».

На основе утверждённого оперативно-стратегического плана операции «Багратион» и заявок фронтов Генштабом при участии А.В. Хрулева, А.А. Новикова, Н.Н. Воронова, Н.Д. Яковлева, И.Т. Пересыпкина, Я.Н. Федоренко и других видных специалистов и военачальников был увязан план материально-технического обеспечения войск, принимавших участие в операции. 31 мая командующие фронтами получили директиву Ставки, во исполнение которой и началась конкретная подготовка войск к действиям в предстоящей операции.

Планом Ставки предусматривалось нанесение трёх мощных ударов:

• 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусского фронтов в общем, направлении на Вильнюс;

• 1-го Белорусского фронта - на Барановичи;

• 2-го Белорусского фронта во взаимодействии с левофланговой группировкой 3-го Белорусского фронта и правофланговой группировки 1-го Белорусского фронта в общем, направлении на Минск.

Ближайшей задачей 1-му Прибалтийскому и 3-му Белорусскому фронтам ставился разгром витебской группировки, ввод в прорыв танковых и механизированных войск и развитие главного удара на запад с охватом своей левофланговой группировкой борисовско-минской группы немецких войск.

1-му Белорусскому фронту ставилась задача разгромить жлобин-бобруйскую группировку и, введя в дело подвижные войска, развивать главный удар на Слуцк-Барановичи, охватывая частью сил с юга и юго-запада минскую группировку вражеских войск.

2-й Белорусский фронт должен был нанести удар на магилёвско-минском направлении.

Линия переднего края обороны немецких войск группы армий «Центр» к началу наступления проходила от Полоцка на Витебск и далее по линии Орша-Жлобин-Капаткевичи-Житковичи и по реке Припять. Города Полоцк, Витебск, Орша, Могилёв находились в руках врага.

Эти крупные города плюс реки Днепр, Друть, Березина, Свислочь и ряд мелких, сильно заболоченных рек и речушек составляли сильную основу глубоко эшелонированной обороны противника, которая прикрывала важнейшее западное варшавско-берлинское стратегическое направление. Несмотря на то, что для разгрома группы армий «Центр» Ставка сосредоточивала значительные силы, всё же Г.К. Жуков, А.М. Василевский, А.И. Антонов и некоторые другие генералы считали, что для успеха операции нужна более тщательная подготовка войск, участвующих в операции «Багратион».

Фронтам нужно было в сжатые сроки дать громаднейшее количество снарядов, мин, горюче-смазочных материалов, продовольствия, фуража.

По предварительным расчётам Генштаба, для обеспечения операции «Багратион» в войска надлежало направить до 400 тысяч тонн боеприпасов, 300 тысяч тонн горюче-смазочных материалов, до 500тысяч тонн продовольствия и фуража. Нужно было сосредоточить в заданных районах 5 общевойсковых армий, 2 танковые и одну воздушную армию, а также соединения 1-й армии Войска Польского. Кроме того, Ставка передала фронтам из своего резерва 4 общевойсковые армии, 2 танковые армии, 52 стрелковые и кавалерийские дивизии, 6 отдельных танковых и механизированных корпусов, 33 авиационные дивизии, более 210 тысяч человек маршевого пополнения, 2849 орудий и миномётов.

Всё это следовало перевезти с большими предосторожностями, чтобы не раскрыть подготовку фронтов к наступлению. Для успеха предстоящей операции это было очень важно, так как, по данным нашей разведки, главное командование немецких войск ожидало первый летний удар с нашей стороны на Украине, а не на Белоруссии. Оно, очевидно, исходило из того, что из-за лесисто-болотистой местности мы не сможем использовать в Белоруссии надлежащим образом дислоцированные на Украине 4 танковые армии и 11 общевойсковых армий.

Согласно плану Ставки войска 1-го Украинского фронта вступали в действие на втором этапе Белоруской операции, когда войска правого крыла 1-го Белорусского фронта, разгромив бобруйско-минско-слуцкую группировку, должны были выйти на линию Волковыск-Пружаны.

Большое значение Ставка придавала предстоящему удару войск 1-го Белорусского фронта. Сюда и направлялись ею основные силы и средства.

Рано утром 5 июня по поручению Верховного главнокомандующего Г.К. Жуков прибыл на временный пункт управления 1-го Белорусского фронта в деревню Дуревичи, где встретился с К.К. Рокоссовским, членом Военного совета Н.А. Булганиным и начальником штаба М.С. Малининым.

После предварительного обсуждения вопросов, связанных с планом операции, Г.К. Жуков с К.К. Рокоссовским и командующими артиллерией фронта генералом В.И. Казаковым, бронетанковыми механизированными войсками генералом Г.Н Орлом, воздушной армией генералом С.И. Руденко тщательным обсудили обстановку на правом крыле фронта и договорились по планированию и практическим мероприятиям, связанными с подготовкой предстоящей операции.

При этом тщательное внимание обращалось на тщательное изучение местности в районе действий, разведку системы обороны противника на всю её тактическую глубину, а также на подготовку войск, штабов и тылового обеспечения к началу операции.

Последующие двое суток, 6 и 7 июня, были отданы на изучение обстановки в районе Рогачёв-Жлобин на участках 3-й и 48-й армий. Здесь на наблюдательном пункте командарма А.В. Горбатова было заслушано решение командира 35-го стрелкового корпуса генерала В.Г. Жолудева и командира 41-го стрелкового корпуса генерала В.К. Урбановича.

7 июня такая же работа была проведена на участке 65-й армии генерала П.И. Батова. Детально была изучена местность и оборона противника на участке 69-й и 44-й гвардейских стрелковых дивизий 18-го стрелкового корпуса, где планировался главный удар.

Командующий фронтом генерал армии К.К. Рокоссовский в соответствии с планом Ставки после тщательной доразведки всей обстановки принял решение прорвать оборону противника двумя группировками: одной - севернее Рогачёва и другой - южнее Парачи. Этим двум группировкам ставилась ближайшая задача разгромить противостоящего противника и сходящимися ударами обеих групп окружить жлобин-бобруйскую группу и ликвидировать её.

Освободив город Бобруйск, основная группировка войск фронта должна была наступать в общем направлении на Барановичи через Слуцк. Частью сил намечалось развитие через Осиповичи, Пуховичи на Минск при взаимодействии со 2-м Белорусским фронтом.

В рогачёвскую наступательную группировку входили 3-я армия под командованием генерал-лейтенанта А.В. Горбатова, 48-я армия под командованием генерал-лейтенанта П.Л. Романенко и 9-й танковый корпус под командованием генерал-майора танковых войск Б.С. Бахарова.

В паричскую группу входили 65-я армия под командованием генерал-лейтенанта П.И. Батова, 28-я армия под командованием генерал-лейтенанта А.А. Лучинского. Конно-механизированная группа генерал-лейтенанта И.А. Плиева и 1-й гвардейский танковый корпус генерал-майора М.Ф. Панова должны были войти в прорыв на участке южнопарачской группировки.

Действия этих группировок поддерживала 16-я воздушная армия, которой командовал генерал-полковник авиации С.И. Руденко. В оперативное подчинение фронта была придана Днепровская военная флотилия под командованием капитана 1 ранга В.В. Григорьева.

Главная сложность предстоящего наступления войск 1-го Белорусского фронта, особенно южнопаричской группировки, заключалась в том, что им надлежало действовать в труднопреодолимой лесистой и сильно заболоченной местности.

Немецкое командование меньше всего ожидало в этом районе сильного удара наших войск. Поэтому оборона противника здесь, по существу, была очаговой, сплошной обороны не существовало.

Иначе обстояло дело в районе Рогачёва. Там оборона противника была более сильная, а подступы к ней находились под обстрелом его мощной огневой системы.

2-й Белорусский фронт, которым в то время командовал генерал-полковник Г.Ф. Захаров (член Военного совета Л.З. Мехлицкий, начальник штаба генерал-лейтенант А.Н. Боголюбов) наносил вспомогательный удар на могилёвско-минском направлении. Здесь не имелось мощных средств прорыва, чтобы вести наступление одновременно всеми армиями, находившимися в первом эшелоне. Да и не было смысла выталкивать противника из района восточнее Могилёва до тез пор, пока ударные кулаки 1-го Белорусского и 3-го Белорусского фронтов не выйдут в глубокий тыл всей группировки противника группы армий «Центр».

По решению генерала Г.Ф. Захарова удар на могилёвском направлении наносила усиленная 49-я армия под командованием генерала И.Т. Гришина. Остальным армиям (33-й и 50-й) предстояло вести сковывающие действия и переходить в наступление несколько позже, когда на других направлениях будет сломлено сопротивление обороны противника.

8 и 9 июня К.К. Рокоссовский и Г.К. Жуков вместе с генералами Н.Д. Яковлевым, С.М. Штеменко и командованием фронта провели тщательную подготовку операции 2-го Белорусского фронта, который готовил удар на могилёвско-минском направлении. Генерал С.М. Штеменко хорошо помог генералу Г.Ф. Захарову, только что вступившему в командование фронтом.

Утром 9 июня вместе с командующим фронтом Г.Ф. Захаровым, Н.Д. Яковлевым, С.М. Штеменко К.К. Рокоссовской и Г.К. Жуков выехали в 49-ю армию И.Т. Гришина, чтобы лично изучить передний край и глубину обороны противника. В первую очередь они побывали на наблюдательном пункте командира 70-го стрелкового корпуса генерала В.Г. Терентьева, который подробно и со знанием обстановки доложил свои соображения.

В конце дня был окончательно сформулированы ближайшие задачи по доразведке огневой системы, планированию артиллерийского наступления, авиационного удара и оперативно-тактическому построению войск для атаки и наступления.

Ответственным за подготовку операции 2-м Белорусским фронтом был назначен представитель Генштаба генерал С.М. Штеменко, а ответственным за подготовку 1-го Белорусского фронта, которому надлежало выполнить главную роль, был назначен Г.К. Жуков.

После возвращения в 3-ю армию генерала А.В. Горбатов, Г.К. Жуков позвонил И.О. Сталину и доложил о ходе подготовки фронтов к предстоящим действиям и попросил обязать Л.М. Кагановича и А.В. Хрулева позаботиться о плане перевозки войск и грузов для фронта, так как он не выполнялся в отведённые для этого сроки.

Так же Г.К. Жуков предложил использовать в предстоящей операции всю авиацию дальнего действия, отнеся на более поздние сроки её действие по объектам, расположенным на территории Германии. И.В. Сталин согласился с этим и тут же приказал послать к Г.К. Жукову маршала авиации А.А. Новикова и маршала авиации, командующего авиацией дальнего действия А.Е. Голованова.

Г.К. Жуков, К.К. Рокоссовский вместе с А.А. Новиковым, А.Е. Головановым, С.И. Руденко и К.А. Вершининым подробно обсудили обстановку, цели, задачи и планы применения воздушных армий и взаимодействия их с авиацией дальнего действия, удары которой нацеливались по штабам, узлам связи оперативных объединений, по резервам и другим важнейшим целям. Кроме того, были рассмотрены вопросы манёвра авиации фронтов в общих интересах. Для поддержки действий 3-го Белорусского фронта в распоряжение А.М. Василевского было выделено около 350 тяжёлых самолётов дальнего действия.

14 и 15 июня командующий 1-м Белорусским фронтом провёл занятия по розыгрышу предстоящей операции в 65-й и 28-й армиях, на которых присутствовали Г.К. Жуков, К.К. Рокоссовский с группой генералов от Ставки

К розыгрышу были привлечены командиры корпусов, командиры дивизий, командующие артиллерией и начальники родов войск армий. В ходе этих занятий детально отрабатывались задачи стрелковых и танковых соединений, план артиллерийского наступления и взаимодействие с авиацией. Основное внимание сосредоточивалось на тщательном изучении особенностей характера местности в полосе предстоящих действий войск, организации обороны противника и способов быстрейшего выхода на дорогу Слуцк-Бобруйскю. Отсюда с выходом к Бобруйску и захватом его имелась возможность закрыть пути отхода жлобин-бобруйской группировке.

В последующие трое суток такие же занятия были проведены в 3, 48, 49-й армиях. В этот же период проводилась большая учебная и политическая подготовка частей и подразделений обеих фронтов, где отрабатывались огневые задачи, тактика и техника атак и наступления во взаимодействии с танками, артиллерией и авиацией в целом, разъяснялись задачи, стоящие перед войсками. Такая подготовка стала теперь обязательной перед каждой крупной операцией, и она целиком себя оправдала. Войска более согласованно и успешно действовали в боях и несли меньше потерь.

Штабы частей, соединений и армий тщательно отрабатывали вопросы управления и связи. Командные и наблюдательные пункты выдвигались вперёд, зарывались в землю, оборудовалась система наблюдения и связи; уточнялся порядок их перемещения и управления войсками в процессе преследования противника.

Разведывательные органы фронтов, армий и войск тщательно изучали систему огня обороны, расположение тактических и оперативных резервов противника, отрабатывали карты и снабжали ими части.

Титаническую работу вёл тыл фронта, обеспечивая быструю и скрытную перевозку и подачу войскам боевой техники, боеприпасов, горючего и продовольствия. Несмотря на большие трудности и сложнейшие условия местности, всё было сделано в срок. Войска обоих фронтов были своевременно обеспечены всем необходимым для ведения боевых действий.

22 июня оба фронта провели разведку боем. В результате удалось уточнить расположение огневой системы противника непосредственно на его переднем крае и расположение некоторых батарей, которые раньше не были известны.

Всего Белорусская операция должна была охватить огромную территорию - более 1200 километров по фронту, от озера Нещердо до Припяти, и до 600 километров в глубину, от Днепра до Вислы и Наревы. Предстояло в ожесточённом сражении столкнуться с 1 миллионам 200 тысячами солдат и офицеров врага, на вооружении которого было 9,5 тысяч орудий и миномётов, 900 танков и штурмовых орудий, 1350 самолётов, преодолеть подготовленную оборону глубиной до 250 270 километров.³