111 Е.И.Рерих – в.Л.Дутко

31 октября 1944 г.

Родная, не скрою от Вас грусти, испытанной мною при чтении пересланного Вами письма от молодой, неуравновешенной, но неплохой души. Бедняга думал, что он силен, говоря: «Хочу, добьюсь или умру», но именно в последней альтернативе сказался надрыв, слабость духа. Часто я думала о той сугубой бережности и сердечности, которые потребуются при встрече и в беседах с юными душами, претерпевшими столько тяжкого, видевшими такие страдания и ужасы и знавшими лишь краткие моменты относительного счастья и радости между периодами земного разрушения. Большинство из них именно «надорванные» души. У них свое особое сознание, болезненно обостренное, и сама эта болезненность сужает их горизонт. Лишь осторожными касаниями можно направить такое сознание к более уравновешенному состоянию и наметить новую колею. Удастся ли мне выявить нужную бережность, когда придется встретиться с такими душами, не знаю. Конечно, мой возраст многое облегчает. Ваша молодость – большая сила, но и Ваша слабость, потому, родная, будьте особо осторожны. Мне всегда казалось, что малые дети и малосведущие, неискушенные юные души гораздо острее чувствуют горе, нежели люди со значительным багажом в голове и широким горизонтом. Последнее обстоятельство спасает от так называемой «безысходности», которая так остро овладевает всем существом ребенка или юноши и приводит иногда к печальному исходу. Постарайтесь не вызывать и не останавливаться на воспоминаниях об ушедшем, но мысленно сердечно устремите его к оказанию помощи еще более несчастным, нежели он. Такое устремление приведет его к радостному нахождению помощников и руководителей в его трудном состоянии. Описание Вашего ночного переживания весьма характерно. Будьте осторожны. Такое приближение обоюдно неполезно. Главное, не уявляйте страха, но умейте защитить себя приказом и помните об Учителе. Имя Его – вернейшая защита. Но все это Вы, конечно, знаете.

Ваши статьи получила и, как всегда, одобряю их, но в статье «Самоотречение», где Вы отвечаете на вопрос – что могут принести все так называемые отречения? – следовало бы упомянуть о расширении сознания и немного больше распространиться на эту тему. Именно, расширение сознания уявляет все эти отречения не как весьма трудное достижение, но как естественное сбрасывание изношенной ветоши и замену радостью более утонченных чувств. Помните, как сказано в первой книге «Листов Сада Мории»: «Прежний аромат превратится в зловоние. Прежняя песнь – в шум колеса. Прежний щит – [в] печную заслонку; так растет дух...»¹ Это не метафоры и не гиперболы, но глубокая Истина для тех, кто мог слышать и сравнить струны и звуки земные с надземной музыкой Сфер. Расширенное сознание уявит спокойствие там, где обычный ум не видит выхода и мечется в тоске непонимания, не замечая великого Простора, открытого всем. Но, конечно, многие люди смешивают расширение сознания с механическим познаванием. Они не признают действия психической энергии, которая проявляется при расширении сознания. Для них наука есть все, что суждено человечеству. Они не могут понять, что наука без психической энергии есть нечто мертвенное. Расширение сознания начинается с проявления психической энергии и Высшего познания духоразумения. Но как может начаться сложный процесс расширения сознания, если люди закроют отрицанием возможности высшего познавания? Человек должен сказать себе: «Хочу расширить сознание». Ибо лишь свободная воля может создать действенный магнит. «Хочу и могу» (но без «или умру», добавление уявляет формулу несознательности) – так человек откроет первые врата к преображению Мира. Но расширение сознания требует времени, потому необходимо уявить терпение. Расширенное сознание, истинно, есть общее благо, ибо оно гармонирует окружающие сознания и даже влияет на окружающую атмосферу, получается своеобразный Магнит, который притягивает и преображает окружающее. Такое состояние важно не только для Земли, но и для Надземного Мира, но нужно помнить, что оно не дается легко. Неоткрытые, неготовые сознания не зазвучат на зовы психической энергии, на зовы Пространства, но терпимость, уявленная в Учении, найдет и для них полезный совет. Так будем бережны и осторожны в мыслях, словах и поступках. Знаю, как это трудно, и люблю постоянно напоминать себе о таком первейшем правиле, преподанном во всех Учениях Древности.

Буду ждать обещанного следующего письма, чую, что Вам не легко. Вероятно, многие неизвестные нам обстоятельства еще больше сгустили мрак на душе ушедшего. Берегите себя и Мишу, Ваше сокровище, его глаза уявляют его нежное сердце.