7. Общественное движение / 3. Социал-демократия / Троицкий. Нач. рус. соц.-демократии

Вторая книга Плеханова усилила резонанс, вызванный его первой книгой и с тех пор не затихавший. К середине 80-х гг. авторитет “Народной воли” был еще настолько велик, что большинство русских революционеров восприняло гениальный прогноз Плеханова как “измену заветам отцов”, “оскорбление святыни” и даже “плевок в кровь, пролитую героями”[51].

Социал-демократия на русской почве казалась вначале скороспелой и малоавторитетной. Первых русских марксистов иронически звали “марксятами”, между тем как народники слыли внушительно “марксоедами”[52]. Дело даже не столько в том, что “Народная воля” была окружена таким ореолом и обаянием, какого русские марксисты не имели. Важнее было другое. Наряду с новыми, капиталистическими чертами, которым соответствовала пролетарская идеология, в России сохранялось многое от старых, докапиталистических отношений: хозяйственная отсталость страны, политическая инертность буржуазии. Поэтому народнические идеи, в значительной мере адекватные тем, старым условиям, оказались чрезвычайно живучими.

Плеханов же не учел всей глубины воздействия докапиталистических явлений на расстановку классов при капитализме, не разглядел за растущим антагонизмом между пролетариатом и буржуазией последствий старого, вовсе не отмиравшего, а напротив, обострившегося антагонизма между крестьянством и помещиками. Поэтому он допустил ошибки в понимании движущих сил грядущей революции[53]. С одной стороны, в противовес народнической идеализации мужика, Плеханов преувеличил крестьянскую отсталость, косность, посчитав даже, что “именно в политическом безразличии и умственной отсталости крестьянства” заключается “главнейшая опора абсолютизма”[54]. С другой стороны, он переоценил революционность буржуазии, именно ее признав единственно возможным союзником пролетариата в демократической революции: “Кроме буржуазии и пролетариата, мы не видим других общественных сил, на которые могли бы у нас опираться оппозиционные или революционные комбинации”[55].

Несмотря на отдельные ошибки, Плеханов пропагандировал марксизм очень веско. Его книги научно опровергали народников и вооружали социал-демократов, помогали самоопределиться тем, кто плутал, как тогда говорили, “между Сциллой народничества и Харибдой марксизма”. Члены марксистской группы Д. Н. Благоева называли “Наши разногласия” “радикальным средством”, которое способствует “прочищению тумана в головах”[56]. Известная народоволка С. М. Гинсбург в 1887 г. писала П. Л. Лаврову, что “Нашими разногласиями” “наводнена теперь Россия” и что она “лично видела людей, разбитых его (Плеханова — Н. Т.) теориями”[57].

Борьба первых русских марксистов с народниками была упорной. Попытки западных советологов — Р. Пайпса (США), Д. Гейера (ФРГ) и др. — свести ее лишь к заграничной полемике Плеханова с инакомыслящими[58] неосновательны. Именно в России решался тогда исход этой борьбы, причем она шла по всем пунктам теории и тактики, а не “только по вопросу о терроре”, как полагает С. Бэрон (США), автор популярной на западе книги “Плеханов — отец русского марксизма”[59].

С каждым годом все больше русских революционеров, из которых “многие <...> начинали революционно мыслить, как народовольцы”[60], рвали с народничеством и, в немалой степени благодаря Плеханову и его группе, становились социал-демократами. С середины 80-х гг. марксизм стал особым и потенциально главным течением русской общественной мысли. В 1885 г., когда появились “Наши разногласия” Плеханова, можно было говорить уже о начале идейного разгрома народничества.

Основав русскую социал-демократию и возглавив ее, группа “Освобождение труда” сочла своим долгом разработать первую в России социал-демократическую программу. Автором обоих ее проектов был Плеханов. Осенью 1883 г. он уже написал первый проект под названием “Программа социал-демократической группы «Освобождение труда»”. Социал-демократический в принципе, проект содержал и уступки народничеству (например, признание “необходимости террористической борьбы” против царизма[61]) как дань времени, над которым еще довлел ореол “Народной воли”. Через два года, получив из России замечания к проекту, а главное, увидев, что русская социал-демократия зреет, набирается сил, Плеханов написал второй проект, уже безоговорочно противостоявший народничеству — пункт о терроре был из него изъят.

Второй вариант Плеханов назвал “Проектом программы русских социал-демократов”, а не только группы “Освобождение труда”. Он и был принят фактически всеми социал-демократами, действовавшими в России. Хотя в проекте 1885 г. тоже были отдельные слабости (теперь уже антинароднического толка: например, принижение роли крестьянства), в целом он стоял “вполне на уровне современной социал-демократической теории”[62] и четко формулировал задачи молодых марксистов в России, включая самую насущную: “Русские социал-демократы считают первой и главнейшей своей обязанностью образование революционной рабочей партии”[63].

Группа “Освобождение труда” не довольствовалась ролью идейного руководителя молодой русской социал-демократии. Преодолевая огромные трудности из-за недостатка людей, средств, связей, она вступала в деловые сношения с кружками социал-демократов Петербурга и других городов России, которые, со своей стороны, тянулись к ней. Почти все социал-демократические организации России 1883-1894 гг.[64] либо поддерживали прямой контакт с группой (кружки Д. Н. Благоева, М. И. Бруснева, Н. Е. Федосеева), либо пользовались и руководствовались изданиями группы (“Товарищество санкт-петербургских мастеровых” П. В. Точисского).

Тем временем группа утверждала свой авторитет и на международной арене. Неоценимую помощь оказал ей в этом Ф. Энгельс. Ходовая на Западе версия Н. А. Бердяева, С. Бэрона, Л. Шапиро и др. о том, что К. Маркс и Ф. Энгельс “были за народников”, против русских марксистов, ошибочна. Маркс умер еще до того, как появились русские марксисты, а Энгельс, хотя и не спешил вначале приветствовать группу “Освобождение труда”, зная о народническом прошлом ее деятелей и учитывая, что ранее уже называли себя марксистами социалисты мелкобуржуазного толка, поддержал группу, когда ее марксизм вполне определился. “Я горжусь, — написал он Вере Засулич 23 апреля 1885 г., — тем, что среди русской молодежи существует партия, которая искренне и без оговорок приняла великие экономические и исторические теории Маркса и решительно порвала со всеми анархистскими и несколько славянофильскими традициями своих предшественников. И сам Маркс был бы так же горд этим, если бы прожил немного дольше”[65].

Понимая, сколь значим переход революционной России от народничества к марксизму для судеб социализма во всем мире, Энгельс заботился о международном признании первых русских марксистов. По его рекомендации Плеханов был приглашен на учредительный конгресс II Интернационала в Париже (1889 г.), где произнес знаменательную речь, предсказав, что “революционное движение в России восторжествует только как рабочее движение или же никогда не восторжествует!”[66]. Отныне группа Плеханова становится признанным отрядом международной социал-демократии. Из пяти первых конгрессов II Интернационала Плеханов не участвовал только в одном — Брюссельском 1891 г. К середине 90-х гг. он стал уже одним из лидеров II Интернационала.

Разумеется, нельзя переоценивать ни свершений, ни возможностей группы “Освобождение труда” до середины 90-х годов. То было время “утробного развития” русской социал-демократии, когда она “существовала без рабочего движения”[67]. Лишь со времени знаменитых петербургских стачек 1895-1896 гг. начинается в России массовое рабочее движение и стало возможным соединение с ним окрепшей социал-демократии. Таким образом, освободительная борьба вступила с 1895 г. в новый этап — пролетарский.

Переломный для русского освободительного движения вообще, 1895 год стал таковым и для группы “Освобождение труда”. В тот год впервые встретились зачинатель дела пролетарской революции в России и его завершитель — Г. В. Плеханов и В. И. Ленин.

Ленин приехал в Женеву весной 1895 г. от имени социал-демократических групп Петербурга для переговоров с группой “Освобождение труда” о совместном издании сборника “Работник”. К тому времени Владимир Ильич уже знал почти все труды Плеханова и проникся к нему чувством глубочайшего почтения и “влюбленности”[68]. Со своей стороны, Ленин произвел на Плеханова и его соратников “ошеломляющее, чарующее впечатление”[69].

Благодаря Ленину, группа “Освобождение труда” установила деловую связь с петербургским “Союзом борьбы за освобождение рабочего класса”, а через его посредство — и с другими марксистскими рабочими организациями России. На Лондонский 1896 г. конгресс II Интернационала Плеханов приехал с мандатом от “Союза борьбы” (кстати, и на его средства) уже как полномочный представитель русского рабочего движения.

Вторую половину 90-х гг. В. И. Ленин характеризовал как “период детства и отрочества” русской социал-демократии, который с 1898 г. уступает место “периоду разброда, распадения, шатания”[70]. Сам Ленин с 1895 до 1900 г. был в тюрьме и ссылке. Но группа Плеханова не теряла с ним связи, печатала и распространяла в России его сочинения (“Новый фабричный закон”, “Объяснение закона о штрафах”), переписывалась с ним, радовалась тому, что “мужичок”, как называли Ленина в плехановском кругу, полон “бодрости моральной и физической”[71]. Главное же, группа старалась укрепить русскую социал-демократию, боролась с шатаниями в ее рядах.

Этой цели служила замечательная книга Плеханова “К вопросу о развитии монистического взгляда на историю”, изданная под псевдонимом “Н. Бельтов” в 1895 г. и до 1898 г. (пока царизм не спохватился и не запретил ее) свободно распространявшаяся в России. Здесь Плеханов первым после К. Маркса и Ф. Энгельса систематически изложил марксистское учение, опроверг многочисленные разновидности идеалистического понимания истории и, показав, что научно объясняет исторический процесс именно марксизм, оценил возникновение марксизма как революцию в идейном развитии человечества. На этой книге, по словам В. И. Ленина, “воспиталось целое поколение русских марксистов”[72].

Группа “Освобождение труда” заботилась об идейной чистоте социал-демократического движения в России. Когда начали ревизовать марксизм т. н. “экономисты”, Плеханов первым выступил против них, объявил им “войну не на живот, а на смерть”[73]. Начало разгрому “экономизма” положил сборник “Vademecum” (Путеводитель), который был издан группой “Освобождение труда” в 1900 г. В нем увидел свет и присланный из Сибири ленинский “Протест российских социал-демократов”. Вообще все, что Плеханов вместе с другими членами своей группы сделал в годы второго (“детства и отрочества”) и третьего (“разброда, распадения, шатания”) периодов развития русской социал-демократии, очень помогло русским марксистам утвердиться во главе русского освободительного движения и, говоря словами Ленина, “ликвидировать третий период”[74].

Последний этап деятельности группы “Освобождение труда” наступил в 1900 г. Его открыла новая встреча группы с В. И. Лениным. Вскоре после возвращения из ссылки, в августе 1900 г., Владимир Ильич приехал в Швейцарию для переговоров с группой Плеханова о совместном издании первой общерусской марксистской газеты “Искра”. Плеханов недооценивал значение такой газеты. По его вине переговоры стали острыми, нервными и едва не сорвались. Ленин описал их под названием “Как чуть не потухла «Искра»?”[75].

Только благодаря настойчивости Ленина соглашение было достигнуто: “Искра” “загорелась”. Отныне и до конца участие в “Искре” стало главным делом группы “Освобождение труда”. Сам Плеханов опубликовал в № 1-51 “Искры” 37 статей. Вместе с Лениным он и его соратники (в 1901 г. после 16 лет каторги и ссылки к ним вновь присоединился Л. Г. Дейч) опровергали “легальный марксизм”, несли в рабочие массы идеи марксизма революционного, а главное, работали над созданием Российской социал-демократической рабочей партии, пока в 1898 г. только провозглашенной.

Последним аккордом деятельности плехановской группы стало ее участие в работе II съезда РСДРП. Плеханов открывал съезд и по всем основным вопросам поддерживал Ленина. Создание на этом съезде марксистской рабочей партии было их общим триумфом. Когда на 29-м заседании съезда 19 августа 1903 г. от имени группы “Освобождение труда” Дейч заявил, что группа прекращает свою деятельность, “растворяется в партийной организации”, это выглядело актом историческим: партия, необходимость которой первыми из русских провозгласили в 1883 г. пять членов группы “Освобождение труда”, теперь стала реальностью, и группа сдавала ей полномочия, гордая сознанием торжества своих 20-летних усилий.

С группой “Освобождение труда” связан важнейший из трех периодов жизни и деятельности Г. В. Плеханова (1883-1903 гг.), когда он был революционным марксистом. До 1883 г. он оставался народником, а с 1903 г. (вскоре после II съезда РСДРП) стал меньшевиком.

Хотя к меньшевикам Плеханов повернул уже после того, как группа “Освобождение труда” прекратила свое существование, его поворот назревал еще в группе. Плеханов давно расходился с Лениным в отдельных вопросах теории и тактики. При первой же встрече летом 1895 г. он заявил Ленину: “Вы поворачиваетесь к либералам спиной, а мы — лицом”[76]. Еще сильнее разошлись они в споре вокруг проекта программы партии для II съезда РСДРП: Ленин подверг тогда критике проект, составленный Плехановым, за абстрактный подход к идее диктатуры пролетариата без должного учета особенностей России[77]. Склонность к оппортунизму, которая обозначилась у Плеханова к середине 90-х годов[78], в последующие годы росла необратимо, пока не взяла над ним верх.

Дело не в том, что Плеханов “изменил” и “переметнулся”, как иногда думают. Его отступление к оппортунизму было постепенным и объяснялось совокупностью главным образом двух объективных факторов, непреодолимых для Плеханова именно в своей совокупности. С одной стороны, он сформировался и выдвинулся на одно из первых мест в мире как марксист в домонополистическую эпоху и подходил к вопросу о судьбах революции в России соответственно критериям той эпохи. Между тем, наступила новая, монополистическая эпоха, своеобразие которой применительно к России Плеханов, может быть, и постигнул бы силой своего мышления, если бы ему не помешал другой фактор — его долголетняя оторванность от родины (уехав за границу в 1880 г., он вернулся в Россию лишь через 37 лет). По словам П. Н. Лепешинского, “его огромному уму не хватало живых впечатлений от той российской действительности”, которая так быстро и многозначаще изменялась на рубеже XIX-XX веков, и с первых лет нового века он “уже стал выдыхаться как теоретический вождь русского пролетариата”[79], не сумев в новых условиях ни изменить, ни отстоять свое видение марксизма. Была ли в этом вина Плеханова? Нет, в этом была его трагедия.

Все сделанное группой “Освобождение труда” за 20 лет ее существования заслуживает высокой оценки. Нельзя согласиться с тем, что “весь путь группы” с 1883 до 1903 г. — это лишь “маленькая страничка из истории развития марксизма в нашей стране”[80]. Организация, которую В. И. Ленин считал “и основательницей, и представительницей, и вернейшей хранительницей” социал-демократизма в России[81] и во главе которой стоял такой выдающийся марксист, как Г. В. Плеханов, вправе рассчитывать на большее место в истории русского марксизма, чем одна “маленькая страничка”.

Во-первых, группа “Освобождение труда” расчистила путь для распространения марксизма в России и положила начало этому распространению. Благодаря ей, марксизм стал течением русской общественной мысли и, “подобно Ариадниной нити” (излюбленное сравнение Плеханова), вывел русских революционеров из лабиринта противоречий народничества. Группа основала русскую социал-демократию — это главное.

Далее, группа “Освобождение труда” приблизила теорию марксизма к практике русского рабочего движения. Марксистские идеи она пропагандировала не вообще, а применительно к России. Русские рабочие считали Плеханова своим властителем дум и высшим авторитетом, до того как на роль вождя пролетариата выдвинулся Ленин. Современный американский биограф Плеханова С. Бэрон заблуждается, полагая, что “отец русского марксизма” оказался незадачливым, ибо не смог победить своего противника — Ленина[82].. Главное, чему посвятил большую часть жизни и во имя чего успешно боролся с многочисленными противниками Плеханов, — распространение марксизма и создание марксистской рабочей партии в России — было достигнуто еще до Ленина и вместе с Лениным. Против Ленина Плеханов выступил уже после того, как самую важную свою роль — основателя русской социал-демократии — он сыграл до конца.

Правда, деятельность группы “Освобождение труда” не привела к соединению марксизма с рабочим движением в России. Группа “лишь теоретически основала социал-демократию и сделала первый шаг навстречу рабочему движению”[83]. Но это — не упрек ей, а указание на историческую ограниченность условий, в которых она действовала: до середины 90-х гг. группа не могла соединить марксизм с рабочим движением, еще не созревшим для этого, а к 1895-1896 гг. выросли (под влиянием Плеханова и его соратников) социал-демократические организации в самой России, среди них — петербургский “Союз борьбы” во главе с Лениным, который и осуществил такое соединение. Главную же свою историческую миссию — основательницы социал-демо­кратического движения в России — группа Плеханова выполнила с честью.

[1] Эта статья была написана к 100-летию группы “Освобождение труда” по заказу журнала ЦК КПСС “Коммунист”. 28 февраля 1983 г. зав. отделом редакции “Коммуниста” С. С. Салычев письменно уведомил меня, что моя статья “принята редколлегией” и он посылает ее в набор. Однако в 14-м номере журнала за 1983 г. вместо нее появилась статья М. Т. Иовчука с акцентом — по застойной традиции — не на преемственность (как у меня), а на разрыв между народничеством и марксизмом в России. Теперь эта традиция ушла в прошлое, и публикация моей статьи вполне уместна к 115-летнему юбилею плехановской группы.

[2] Аксельрод (Ортодокс) Л. И. Из моих воспоминаний о Г. В. Плеханове // Под знаменем марксизма. 1922. № 5-6. С. 86.

[3] Горький М. Собр. соч.: В 16 т. М., 1979. Т. 16. С. 153.

[4] Луначарский А. В. Силуэты. М., 1965. С. 111.

[5] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 4. С. 338.

[6] Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 36. С. 62.

[7] Выстрел Веры Засулич в могущественного царского сатрапа Ф. Ф. Трепова 24 января 1878 г. вызвал не только общероссийский, но и международный резонанс.

[8] Тихомиров Л. А. Плеханов и его друзья. Из личных воспоминаний. Л., 1925. С. 38.

[9] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 4. С. 347.

[10] Луначарский А. В. Указ. соч. С. 110.

[11] Рындзюнский П. Г. Утверждение капитализма в России. М., 1978. С. 8; Дружинин Н. М. Русская деревня на переломе (1861-1880). М., 1978. Гл. 5-7.

[12] См.: Рындзюнский П. Г. Указ. соч. С. 266.

[13] См.: Бурлак В. Н. Отражение идей марксизма в русской прогрессивной общественной мысли 1840-1860-х гг. М., 1980. С. 20.

[14] Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 23. С. 19.

[15] См.: Базанов В. Г. “Капитал” К. Маркса в годы “хождения в народ” // Русская литература. 1968. № 3.

[16] Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 34. С. 380.

[17] Плеханов Г. В. Соч.: 3-е изд. Т. 1. М., б. г. С. 59.

[18] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 20. С. 162-163.

[19] Плеханов Г. В. Соч. Т. 24. С. 113.

[20] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 41. С. 8.

[21] Там же. Т. 6. С. 25.

[22] Чернышевский выдвинул идею крестьянской социалистической революции с полным и безвозмездным уничтожением помещичьего землевладения. Это и был революционный максимум народнической идеологии.

[23] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 2. С. 539.

[24] Показательны “Опыт истории мысли” (1875) П. Л. Лаврова, “Кнуто-германская империя и социальная революция” (1871), “Федерализм, социализм и антитеологизм” (1876) М. А. Бакунина, “Роль мысли в истории” (1875), “О пользе философии” (1877), “Мужик в салонах современной беллетристики” (1879) П. Н. Ткачева и др.

[25] Например, идею слома буржуазной государственной машины — в книге П. Л. Лаврова “18 марта 1871 г.” (1880), лучшей, по мнению В. И. Ленина, из книг о Парижской Коммуне после “Гражданской войны во Франции” К. Маркса (см.: Бонч-Бруевич В. Д. Избр. соч.: В 3 т. Т. 1. М., 1961. С. 226).

[26] Плеханов Г. В. Соч. Т. 1. С. 20.

[27] Плеханов Г. В. Письма к П. Л. Лаврову // Дела и дни. 1921. Кн. 2. С. 86.

[28] Программа “Набата” // Ткачев П. Н. Избр. соч. т. 3. М., 1932. С. 219; Программа “Земли и воли” // Революционное народничество 70-х годов. Т. 2. М.; Л., 1965. С. 31; Программа рабочих, членов партии “Народная воля” // Там же. С. 186.

[29] Полевой Ю. З. Зарождение марксизма в России. М., 1959. С. 143, 148; Жуйков Г. С. Петербургские марксисты и группа “Освобождение труда”. Л., 1975. С. 34.

[30] См. об этом показания самих рабочих: ГАРФ. Ф. ОППС. Оп. 1. Д. 209. Л. 83, 85 об., 90.

[31] Тезисы Культпропа ЦК ВКП(б) к 50-летию “Народной воли”. М., 1931. С. 26.

[32] Показательно, что первую из политических организаций рабочего класса в России (“Южнороссийский союз рабочих”) возглавлял народник Е. О. Заславский, а вторую (“Северный союз русских рабочих”) — уже сами рабочие, которые, однако, вышли из народнических кружков: В. П. Обнорский, С. Н. Халтурин, П. А. Мои­сеенко, Д. Н. Смирнов, А. Н. Петерсон и др.

[33] См.: Программа Исполнительного комитета // Революционное народничество 70-х годов. Т. 2. С. 173.

[34] Не менее 80-90 местных, 100-120 рабочих, 50 военных, 30-40 студенческих, 20-25 гимназических кружков по всей стране — от Вологды до Тифлиса, от Ревеля до Иркутска.

[35] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 6. С. 135.

[36] Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 36. С. 105.

[37] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 5. С. 39.

[38] Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 22. С. 451. Современные критики “Народной воли”, обильно цитирующие классиков марксизма по всякому поводу, обходят приводимые здесь оценки далеко стороной.

[39] Маклаков В. А. Из воспоминаний. Нью-Йорк, 1944. С. 74.

[40] Учитывая деятельность главным образом “Народной воли”, К. Маркс и Ф. Энгельс в январе 1882 г. назвали Россию “передовым отрядом революционного движения в Европе” (Соч. Т. 19. С. 305).

[41] Плеханов Г. В. Соч. Т. 2. С. 30.

[42] Пантин И. К. Социалистическая мысль в России: переход от утопии к науке. М., 1973. С. 16.

[43] РГАЛИ. Ф. 1744. Оп. 1. Д. 56. Л. 32, 43.

[44] Состав группы почти не менялся. После ареста Л. Г. Дейча (1884 г.) и смерти В. Н. Игнатова (1885) в 1888 г. был принят в группу С. М. Ингерман, который, однако, в 1891 г. уехал в США.

[45] Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 36. С. 106.

[46] Там же. Т. 39. С. 209.

[47] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 4. С. 311.

[48] Там же.

[49] Плеханов Г. В. Соч. Т. 2. С. 271.

[50] Бердяев Н. А. Истоки и смысл русского коммунизма. М., 1990. С. 88.

[51] Горький М. Полн. собр. соч. Т. 16. М., 1973. С. 64; От группы Благоева к “Союзу борьбы”. Ростов н/Д., 1921. С. 69.

[52] Бонч-Бруевич В. Д. Избр. соч. Т. 2. С. 150.

[53] Таких ошибок было еще больше у других марксистов ранней (до начала ленинского этапа) поры, которые значительно уступали Плеханову в теоретической зоркости и вооруженности.

[54] Плеханов Г. В. Соч. Т. 2. С. 402.

[55] Там же. Т. 3. С. 120.

[56] Литературное наследие Г. В. Плеханова. Сб. 8. Ч. 1. М., 1940. С. 233.

[57] Лавров П. Л. Воспоминания о С. М. Гинсбург // Голос минувшего. 1917. № 7-8. С. 230-231.

[58] Pipes R. Social Democracy and the St.-Petersburg Labor Movement 1885-1897. Cambridge Mass., 1963. P. 12; Geyer D. Lenin in der russischen Sozialdemokratie. Koln-Graz, 1962. S. XV.

[59] Baron S. Plekhanov the Father of Russian Marxism. Stanford, 1963. P. 267.

[60] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 6. С. 180.

[61] Плеханов Г. В. Соч. Т. 2. С. 361.

[62] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 4. С. 216.

[63] Плеханов Г. В. Соч. Т. 2. С. 402.

[64] Их было тогда около 40 в 22 пунктах (без Польши): История КПСС в 6 т. Т. 1. М., 1964. С. 594-596.

[65] Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 36. С. 260.

[66] Литературное наследие Г. В. Плеханова. Сб. 8. Ч. 1. С. 87.

[67] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 6. С. 180.

[68] Там же. Т. 4. С. 343.

[69] Бонч-Бруевич В. Д. Избр. соч. Т. 2. С. 213. (цит. отзыв П. Б. Аксельрода).

[70] Ленин В. И Полн. собр. соч. Т. 6. С. 181.

[71] Цит. по: Жуйков Г. С. Группа “Освобождение труда”. М., 1962. С. 131-132.

[72] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 19. С. 313.

[73] Там же. Т. 4. С. 267.

[74] Там же. Т. 6. С. 183.

[75] См.: Там же. Т. 4. С. 334-352.

[76] Переписка Г. В. Плеханова и П. Б. Аксельрода. Т. 1. М., 1925. С. 271.

[77] См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 6. С. 212, 229, 235.

[78] Эта склонность еще раньше и сильнее проявилась у других членов группы “Освобождение труда” — по тем же причинам, что и у Плеханова.

[79] Лепешинский П. Н. На повороте. М., 1935. С. 181.

[80] Жуйков Г. С. Группа “Освобождение труда”. С. 165; Он же. Петербургские марксисты и группа “Освобождение труда”. М., 1975. С. 327.

[81] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 4. С. 180.

[82] Baron S. Plekhanov the Father of Russian Marxism. P. IX.

[83] Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 25. С. 132.