Египет: роман археологии

«… В 1858 году в Египет приехал ученый-археолог и хранитель Лувра француз Огюст Мариэтт. Он намеревался купить папирусные документы для своего музея. Каир со своими мечетями и стрельчатыми минаретами произвел на него неизгладимое впечатление. Прохаживаясь по улицам города, он с удивлением заметил, что перед мечетями и дворцами высокопоставленных чиновников стоят одинаковые фигуры сфинксов. Его заинтересовало их происхождение. Сфинксы, несомненно, были привезены в Каир из одного места, так походили они друг на друга и по размерам и по стилю исполнения. Тайну их происхождения он открыл совершенно случайно. Прогуливаясь в Саккаре, местности, расположенной недалеко от Каира, он заметил выступающую из песка голову сфинкса. Раскопав его туловище, он прочитал надпись: «Апис, священный бык Мемфиса».

Это открытие необычайно взволновало его. Он знал, что культ священного быка отправлялся в храме, связанном с легендарной Аллеей сфинксов, которая уже давно исчезла с лица земли, и никто не знал, где искать ее следы. Неужели она скрывалась под песком здесь, в Саккаре? Он немедленно нанял несколько десятков арабов и начал раскапывать песок поблизости от найденной скульптуры. Результаты этого труда были ошеломляющими. По обе стороны широкой дороги стояло сто сорок огромных сфинксов. Последующие раскопки обнаружили, что аллея соединяла два храма, от которых теперь остались совершенные развалины.

Однажды возле одного из храмов Мариэтт нашел засыпанный вход в подземелье. Он зажег факел и по наклонному коридору спустился туда. При свете шаткого пламени ученый увидел незабываемую картину. В огромной галерее, вырубленной в скале, стояли в ряд саркофаги из полированного черного и красного гранита, весившие на первый взгляд тонн по семьдесят. Должно быть, и здесь похозяйничали грабители, так как крышки некоторых саркофагов были свалены в сторону. В каждом из этих саркофагов покоилась мумия быка, нетронутая и отлично сохранившаяся, хотя и ограбленная, – драгоценностей, которыми в загробный путь снабжались покойники, не было. Уже давно было известно, что египтяне считали некоторых животных божествами и воздавали им надлежащие почести. Однако только здесь Мариэтт открыл вещественное доказательство этого своеобразного верования в виде целого кладбища очередных воплощений священного быка Аписа, слуги бога Пта, в честь которого возводились храмы, которому служила особая коллегия жрецов. Животное проводило всю жизнь в храме или на близлежащем пастбище, а когда заканчивало свое беспечальное существование, жрецы, совершая особые религиозные обряды, бальзамировали его и хоронили в подземных катакомбах.

Египтяне верили, что умирает только его земная оболочка, а душа переходит в тело другого быка. По окончании длительных траурных церемоний и обрядов выделенные храмом жрецы отправлялись в путешествие по стране, чтобы среди быков найти божественного преемника. Украшенного цветами и лентами избранника торжественная процессия вела к храму. По дороге толпы верующих приветствовали его радостными танцами и пением. В различных районах существовал культ разных животных. Отсюда следует, что поклонение животным восходит к тем временам, когда Египет был еще разделен на маленькие племенные государства. В Бубастисе и Бени Хасане найдено кладбище забальзамированных котов, в Омбосе – крокодилов, в Ашмунене – ибисов, в Элефантине – баранов. Животные играли в египетских религиозных верованиях очень важную роль. В самые отдаленные времена боги выступали под личиной коровы, барана, сокола, ибиса, шакала, крокодила, кота, змеи. Позднее им начали придавать вид людей, однако сохраняя в этих изображениях головы животных.

Мариэтт сделал и второе, не менее важное для археологии открытие. Неподалеку от Аллеи сфинксов он раскопал высеченную в скале необычайно древнюю гробницу сановника и крупного землевладельца Ти, относящуюся ко времени постройки пирамид Хеопса, Хефрена и Микерина. Гробница эта была полностью разграблена, но на ее стенах сохранились фрески.

«… Ни одно из ранее открытых захоронений не давало такого реального представления о жизни древних египтян, как эта гробница. Мариэтт был достаточно осведомлен о том, как хоронили древних египтян, и поэтому надеялся обнаружить здесь кроме украшений предметы домашнего обихода, статуи и «рассказывающие рельефы». Богач Ти постарался, чтобы и после смерти в его распоряжении оказалось все, что окружало его при жизни. В центре всех изображений – он сам, богатый вельможа Ти. Он в три-четыре раза выше всех окружающих – рабов, простолюдинов; сами пропорции его фигуры должны подчеркивать его власть и могущество перед униженными и слабыми.

В росписях и рельефах, хотя и линейных, но весьма подробно детализированных, нашло свое отражение не только праздное времяпрепровождение богача. Мы видим процесс изготовления льна, видим косцов за работой, погонщиков ослов, молотьбу, веяние. Видим изображение всего процесса постройки корабля: обрубку сучьев, обработку досок, работу со сверлом, стамеской, которые изготовлялись в те времена не из железа, а из меди. Совершенно отчетливо различаем орудия труда и среди них пилу, топор, даже дрель. Мы видим золотоплавильщиков и узнаем, как в те времена задували печи для плавки золота. Перед нами – скульпторы и каменотесы, рабочие-кожевники за работой. Мы видим, какой властью был наделен чиновник Ти. Стражники сгоняют к его дому деревенских старост для расчетов, они волокут их по земле, душат, избивают. Перед нами бесконечная вереница женщин, несущих дары, бесчисленное множество слуг, которые тащат жертвенных животных и здесь же закалывают их (изображение так детализировано, что мы узнаем, какими приемами закалывали быков сорок пять столетий назад). Видим мы и как жил господин Ти – словно смотрим в окно его дома. Господин Ти у стола, господин Ти со своей супругой. Вот господин Ти за ловлей птиц, вот он с семьей путешествует по дельте Нила. Господин Ти – и это один из самых красивых рельефов – едет сквозь заросли тростника. Стоя во весь рост, он едет в лодке; измученные гребцы сгибаются, налегая на весла. Вверху в зарослях летают птицы, в воде вокруг лодки кишмя кишат рыба и всякая прочая нильская живность. Одна лодка плывет впереди. Команда занята охотой: сидящие в лодке люди нацелили гарпуны, готовясь вонзить их в мокрые, блестящие спины гиппопотамов…».

(Керам К. Боги, гробницы, ученые. –

СПб., 1994. – С. 117-118).

Заслугой Мариэтта было также создание в Каире Египетского музея. Будучи его директором, он успешно боролся с нелегальной торговлей памятниками древности; благодаря ему был принят закон, определяющий условия проведения раскопок, и охраняющий Египет от полного опустошения. …



«… Если теперь мы имеем подробнейшие сведения о пирамидах, то в немалой степени обязаны этим многолетнему терпеливому труду Уильяма Флиндерса Питри. В 1880 году он впервые оказался перед пирамидами в Гизе. Условия, в которых он предпринимал свою работу, требовали большой самоотверженности. Денежные средства его были очень скудными, он не мог построить барак, где бы можно было жить и спокойно работать. Он расположился в пустой скальной гробнице, спал на сеннике, готовил себе еду на спиртовке и вел свои записи при свете коптящей керосиновой лампы. Как только наступала ночь, слегка снижалась температура, Питри раздевался донага и входил в запутанные коридоры и могильные камеры пирамиды. В центральной части постройки стояла тропическая температура и ужасающая духота, поэтому он не мог там оставаться более часа или двух. Все это время он торопливо зарисовывал расположение коридоров и делал копии настенных надписей. Он возвращался из таких походов облитый потом, с головной болью, глазами, покрасневшими от переутомления. Несмотря на это, он немедленно садился на землю и дополнял незаконченные наброски.…

«… Питри в 1883 году удалось проверить сведения Геродота о строительстве пирамид. Греческий историк сообщал, что пирамида Хеопса строилась в течение 20 лет. Сложена она была из 2,3 млн. блоков. Ежегодно – в течение двадцати лет – нужно было укладывать 115 тысяч блоков. С весом 2,5 тонны может справиться группа мужчин из 8 человек. Из соотношения количества блоков и числа занятых на стройке людей вытекает, что каждая такая группа должна была уложить за 3 месяца 10 блоков. Укладка одного блока требовала от восьми рабочих 9-дневного труда. Все это не выходит за рамки возможного и правдоподобного…»

(Замаровский В. Их величества пирамиды. –

М.: Прогресс, 1986. – С. 132).

О недоверии, какое питали фараоны к жрецам, свидетельствует открытие, случайно сделанное Питри. В 1889 году он решил исследовать содержимое одной из пирамид, в то время еще безымянной, т.к. не было известно, какой фараон был в ней когда-то похоронен. Несмотря на тщательные поиски, он никак не мог найти скрытого входа, хотя знал, что обычно вход находится в северной стене. Потеряв терпение, Питри решил пробить наклонный тоннель через весь каменный массив вплоть до погребального склепа. Это была мучительная и затяжная работа. Лишь по истечении нескольких недель арабские рабочие дали ему знать, что пробили последний слой камня, отделяющий их от склепа. Питри на животе прополз в склеп и нашел там два разграбленных саркофага с отброшенными и разбитыми крышками. Он не сразу смог установить, кому принадлежала пирамида, т.к. стоявший сухим в течение десятков веков склеп по неизвестным причинам начали заливать подпочвенные воды. С большим трудом осушив камеру, Питри начал ее осматривать. В углу он нашел алебастровую вазу с надписью, из которой следовало, что пирамида была построена для фараона Аменемхета III и его жены.

Питри необычайно заинтересовал вопрос: каким образом пробрались в склеп грабители, не оставив после себя ни малейшего следа? Где находится вход в пирамиду, который он безуспешно разыскивал? Неужели грабители так хорошо знали план постройки, что попросту открыли вход и вошли внутрь? Стремясь разгадать эту тайну, Питри решил исследовать весь лабиринт коридоров, продвигаясь от склепа к потерянному входу. Задача это была невероятно трудной и опасной. Коридоры были заполнены грудами щебня и песка, который, будучи залит подпочвенными водами, превратился в липкую грязь. Питри полз на животе, задыхаясь в затхлом воздухе. Наконец он добрался до входа, который, вопреки всем правилам, находился в южной стене пирамиды. Он возвращался путем, которымбезошибочно прошли грабители, причем старался поставить себя в их положение и раздумывал, как бы он поступал на их месте. Он натыкался на различные ловушки и препятствия, которые должны были затруднить непрошеным посетителям доступ к склепу. Неоднократно он должен был признать, что заблудился бы в этом лабиринте, если бы перед тем не узнал дороги с противоположного конца. Но грабители, как об этом свидетельствовали отброшенные обломки, шли вперед с поразительной уверенностью. Когда лестница обрывалась вдруг в какой-то глухой камере, они знали, что дальнейший путь нужно искать в потолке, где находилось отверстие, замаскированное каменной плитой. Так они легко прошли три глухих камеры. В одном из коридоров дорогу преграждали груды камней, достигающие до потолка. Устранение препятствия требовало много сил и времени. Питри подсчитал, что грабителям потребовалось по крайней мере пять месяцев, чтобы добраться до царской гробницы и вынести ее сокровища.

Стало совершенно очевидным, что, не возбудив подозрений жрецов и начальника стражи некрополя, сделать это было невозможно. Если же, несмотря на это, грабители в течение пяти месяцев спокойно хозяйничали в гробнице, это означало, что они были не одни, а принадлежали к большой шайке, в которой жрецы и главный кладбищенский страж были вдохновителями преступления…».

(Косидовский З. Когда солнце было богом. –

М.: Детская литература, 1970. – С. 116-124).



Однажды в 1881 году в рабочем кабинете одного немецкого египтолога появился богатый американец. Сев на стул, он достал из портфеля свиток папируса и сказал:

• Я узнал, что вы можете читать египетские папирусы, и хотел бы попросить вас оценить этот документ. Имеет ли он какую-нибудь ценность? Я заплатил за него довольно значительную сумму.

Профессор внимательно осмотрел папирус и углубился в чтение. По мере того, как он читал, на лице его рисовалось все большее удивление. С трудом сдерживая возбуждение, он спросил:

• Где вы это приобрели?

• А почему вы спрашиваете? Разве это что-то исключительно ценное?

• Это текст одного из фараонов, гробница которого в Долине царей пуста с незапамятных времен. Такие свитки вкладывались фараонам в гроб, и раз есть этот папирус, можно сделать вывод, что мумия этого фараона не погибла, ее прячут где-то в другом месте. Вы понимаете, как важно для науки установить происхождение папируса?

• Не стану скрывать, – улыбаясь ответил американец, – я поехал в Каир, намереваясь приобрести для моей коллекции несколько египетских древностей. Зная, что это дело нелегальное, я встречался с арабскими торговцами только по ночам. Однажды какой-то огромного роста араб пригласил меня в заднюю комнату своей лавчонки и предложил мне этот папирус. Поторговавшись, я приобрел его и немедленно выехал из Египта, чтобы меня не поймали.

Немецкий египтолог написал об этом в Каир. Директор Египетского музея Гастон Масперо, прочитав сообщение о краже ценного папируса, пришел в ярость. В последние годы за границу было вывезено несколько ценных документов, к исчезновению которых всегда оказывался причастен неизвестный араб огромного роста. Задачу найти гиганта в тюрбане Масперо поручил молодому ассистенту Эмилю Бругшу. Он поехал в Луксор и поселился в гостинице, выдав себя за американца, разыскивающего памятники древности. Днем и ночью ходил он по городским закоулкам, время от времени приобретая за большие деньги различные предметы. Сначала арабы пытались продать ему поддельную дешевку, но, когда увидели, что молодой иностранец с одного взгляда распознал фальсификаты и отказывался от них, прониклись к нему уважением, убедившись, что имеют дело не с наивным туристом.

Как-то на базаре ассистент проходил мимо бесчисленных лавчонок. Сидевший на пороге араб с длинной седой бородой кивнул ему и, проводив в дальнюю комнату, предложил маленькую каменную статуэтку. Увидев ее, Бругш с трудом скрыл удивление – он сразу понял по стилю, что статуэтке по меньшей мере три тысячи лет. Торгуясь, он с притворным пренебрежением вертел ее в руках и по вырезанной иероглифической надписи понял, что она извлечена из гробницы одного из фараонов двадцать первой династии. Его гробница в Долине царей давно была пуста. Откуда же взялась эта скульптура? Псевдоамериканец купил фигурку и дал арабу понять, что он ищет и другие предметы египетского искусства. Через несколько часов после этой беседы в гостиницу пришел из деревни Эль Гурна араб, которого звали Абд-аль-Расул, и предложил Бругшу различные предметы, относившиеся к временам той же династии. Не было никаких сомнений в том, что бородатый мужчина огромного роста и есть неуловимый торговец, ускользающий из всех расставленных на него ловушек. Араб был немедленно арестован.

Проводимое египетскими властями следствие тянулось бесконечно. Привлеченные в качестве свидетелей родственники и другие жители деревни клялись Аллахом, что Абд-аль-Расул почтенный человек и никогда не запятнал бы себя запретной торговлей древностями. Арестованного волей-неволей пришлось освободить. Но через несколько дней – о чудо! – виновник вернулся сам и признался. Что заставило его сделать это? Расул был членом шайки, к которой принадлежали его братья и еще некоторые односельчане. По условию он получал одну пятую всех прибылей от нелегальной торговли. Вернувшись из тюрьмы, он потребовал, чтобы ему отдали половину прибыли в награду за то, что он держался стойко и никого не выдал. Отказ разозлил его до такой степени, что он побежал в полицию.

Директор Масперо находился в то время в Париже, поэтому был приглашен его ассистент, которого интересовал источник происхождения древностей. И тогда Абд-аль-Расул рассказал фантастическую историю случайно сделанного открытия. Однажды он в сопровождении брата Магомета и знакомого из своей деревни отправился в маленькую долину, расположенную недалеко от Долины царей и отделенную от последней грядой фиванских холмов. Разыскивая среди обломков вещи, которые можно было бы продать, они неожиданно наткнулись на открытую шахту, отвесно высеченную в скале. Абд-аль-Расул на веревке спустился в нее, но вдруг потребовал, чтобы его немедленно подняли, и в страхе начал кричать: «Африт! Там внизу сидит Африт!» Африт означает по-арабски злой дух, поэтому все бросились бежать. Вечером Абд-аль-Расул признался брату, что история с Афритом была уловкой, чтобы испугать их спутника и утаить от него находку в шахте. На следующий день оба брата вернулись к шахте и спустились в нее. В глубь скалы шел коридор, который в конце превращался в подземную галерею, где в неровном свете факелов они увидели потрясающую картину – установленные в ряд деревянные гробы. Поднимая крышки, они убедились, что в гробах лежат хорошо сохранившиеся мумии. По знакам змеи на головах мумий даже невежественные феллахи поняли, что перед ними останки фараонов.

О том, чтобы извлечь сокровища сразу, не могло быть и речи: появление на рынке такого количества новых находок немедленно вызвало бы подозрение властей. Поэтому они условились, что организуют союз с остальными членами семьи и еще с некоторыми знакомыми, чтобы гробницу эксплуатировать постепенно. Таким образом, они обеспечили бы себе доходы на всю жизнь…

Ассистент музея Эмиль Бругш немедленно отправился в указанную долину и спустился на дно шахты. «Я не знал, – пишет он в своих воспоминаниях, – во сне или наяву. Взглянув на один из саркофагов, я прочитал на крышке имя царя Сети I, отца Рамсеса II. В нескольких шагах далее со скрещенными на груди руками лежал в скромном гробу Рамсес II. Чем дальше я продвигался в глубь зала, тем больше находил сокровищ. Здесь Аменхотеп I, там – Яхмос I, три фараона по имени Тутмос, царица Амес Нефертари – всего 37 гробов с хорошо сохранившимися мумиями царей, цариц, принцев и принцесс». Некоторые гробы были еще закрыты, иные стояли открыты и были разграблены. Между гробами в беспорядке валялось множество разнообразных предметов – вазы, шкатулки, драгоценности, которыми снабдили мертвых для загробного странствия. К некоторым черепам еще прилегали кожа и волосы, там и тут в открытых ртах виднелись хорошо сохранившиеся челюсти. Особенное впечатление производил фараон Рамсес II, умерший на девяностом году жизни. В черепе фараона Секененры зияла огромная дыра от смертельного удара, нанесенного ему во время нашествия азиатов. Некоторые мумии так хорошо сохранились, что даже можно было увидеть кровное родство умерших. По чертам лица можно было узнать, что Рамсес II был сыном Сети I.

Каким образом мумии оказались здесь, в коллективной катакомбе, в то время как их первичные гробницы в Долине царей стояли заброшенными? Загадку объяснили надписи, поспешно нацарапанные на гробах, – имена лежащих покойников и их очередное местонахождение. Некоторые фараоны, как это видно из надписей, не знали после смерти покоя. Так, например, Рамсеса III трижды переносили из одной гробницы в другую…».

(Косидовский З. Когда солнце было богом. – М.:

Детская литература, 1970. – С. 113-115, 124-128).

? Попробуйте объяснить странную находку близ Долины царей. Почему саркофаги фараонов оказались собраны вместе в одной погребальной камере? В чем причины этих загадочных перемещений?

