margulis

Если верно последнее предположение, то программисты ошиблись с выбором сексуальной перверсии. Оригиналы, считающиеся плохими, конечно, способны причинить боль, но только тогда, когда им будет это позволено. Грамотного ретушера мы уподобим не рабу, а надсмотрщику. Правда, чтобы стать им, нужно овладеть всеми тонкостями Photoshop, иначе все претензии так и останутся фантазиями. Ведь сколько раз, глядя на оригинал, при виде которого кровь стынет в жилах, мы понимали, во что его следует превратить, но с горьким сожалением вынуждены были лепетать нечто похожее на слова известного маркиза.

"Действительно ли возможно совершение тех преступлений, которых так жаждет наш ум? Что до меня, то сознаюсь: мое воображение всегда превосходило мои способности; я не обладаю силами, которые позволили бы мне выполнить то, о чем мечтаю... Я презираю Природу за то, что, подарив мне страсть к насилию над ней, она так и не удосужилась снабдить меня средствами осуществить его..." Вот о средствах мы и поговорим в последней главе нашей книги. В Photoshop Professional 5 я использовал поврежденные временем оригиналы. Сегодня нет нужды рыскать по архивам, у нас предостаточно отвратительных сканов и цифровых фотографий, с которыми приходится работать. Итак, позвольте начать с небольшого сеанса самобичевания.

Куда ведет прогресс

Фраза "слишком трудно для меня" не должна означать "невозможно в принципе". Об этом, к сожалению, забывают даже опытные пользователи Photoshop. Когда непонятно, как выполнить ту или иную коррекцию, проще всего сказать, что этого не знает никто.

Получение профессионального качества из оригиналов, качество которых ниже профессионального стандарта -это идея, с

которой всегда связывали мое имя, и за которую меня всегда критиковали. Первое издание этой книги появилось в 1994 году, вызвав бурю протестов у профессионалов допечатной подготовки. Причиной нападок стало мое утверждение о том, что многие сканы, полученные на недорогих настольных устройствах вполне можно довести до такого уровня, что они будут конкурировать с изображениями, полученными с помощью барабанных сканеров. Особенно всех возмутило мое неприятие технологии Kodak Photo CD, хотя, чтобы убедить скептиков, я честно поместил в книгу картинки, глядя на которые становилось очевидно, что Photo CDверсию никак нельзя сравнивать со стандартным барабанным сканом.

Я уже отмечал, что оригиналы, с которыми мы работаем, становятся все хуже и хуже. Это утверждение вызвало особенно много критических замечаний. "Но ведь сканеры постоянно улучшаются" - возражали мне. К тому же повышается квалификация пользователей Photoshop.

Все верно. Тем не менее, спустя шесть лет, мы имеем дело с оригиналами более низкого качества. В наше время работа с цветом обходится настолько дешево, что под многие цветные проекты изначально закладывается минимальный бюджет. Конечно,есть и профессиональные фотографы, но действительно профессионально сделан лишь небольшой процент изображений. Современные любительские цифровые камеры способны выдавать высокое качество, но подчас их владельцы могут лишь повернуть камеру в направлении объекта и щелкнуть затвором. А ведь еще существуют растрированные оригиналы, изображения с недостаточным разрешением и те, что реставрировались цифровым образом.

1998. Задача вполне выполнима. Главная проблема решается коррекцией в LAB. Отсутствие детализации можно исправить с помощью крутой кривой L. Недостаток цветов предполагает крутые кривые А и В, типа тех, которые уже несколько раз были показаны ранее, в частности на рис. 8.7. Я оставил обе кривые прямыми, но заставил кривую В пересечь центральную линию в направлении синего конца, потому что начальные показания в облаках были равны 8В, что соответствует небольшому сдвигу в сторону желтого.

Затем, скопировав изображение, я преобразовал оригинал в CMYK, а копию в RGB. Я не стал применять нерезкое маскирование в LAB, как это делаю обычно, поскольку деревьям пока еще недоставало контраста.

Вместо этого я усилил пурпурный канал, смешав его с 75% зеленого из копии RGB, и голубой, смешав его с 50% красного.

Желтый канал я смешал с 75% синего, но не для контраста (желтая краска настолько слабая, что почти не добавляет деталей), а

потому что зелень была неестественно синей. Желтого в ней должно быть больше, чем голубого. Цвета в оригинальном Photo CDизображении и в версии, полученной на барабанном сканере, почти одинаковы, поэтому качество последней я считаю не очень высоким.

Далее, применив кривые к CMYK-файлу, я установил света и тени. При этом, отступая от обычной процедуры, я опустил среднюю точку пурпурной кривой, в результате чего насыщенность зелени повысилась, а мост, который на пурпурной форме выглядит светлым, остался без изменений.

Наконец я поднял резкость в голубом, пурпурном и черном каналах по отдельности. По причинам, описанным в главе 4, в последних двух каналах резкость была увеличена гораздо сильнее, чем в голубом.Голубой здесь является доминирующим и содержит больше шумов, чем более слабые пурпурный и черный каналы.

Конечный результат показан на рис. 17.1C.

2000. По прошествии двух лет, посмотрев свежим взглядом, я решил, что ни "барабанный" скан, ни моя версия 1998 года не способны передать все буйство пуэрториканской зелени. Из двух вариантов скан - худший с точки зрения общей передачи цвета, однако здесь лучше выглядят листья, имеющие красноватый оттенок. Но на скане выше резкость, и он более объемный, то есть деревья на переднем плане выглядят более выпуклыми.

Хотя версия 1998 года - это огромный прогресс по сравнению с оригиналом, и цвета ее в целом лучше, чем на барабанном скане, здесь все еще присутствует нежелательный оттенок. В принципе первоначальный переход в LAB был правильным - когда так много зелени, мысль ретушера должна обращаться к LAB - а вот попытка устранить оттенок была не слишком удачной.

Оттенки обычно портят все изображение, проявляясь в каждом тоновом диапазоне. Но нередки исключения, подобные нашему. Облака здесь действительно начинаются с желтых тонов, но в тенях измерения показывают -5В, а это синий цвет. Я посчитал, что смогу расправиться даже с более синей тенью, поэтому тогда, в 1998 году, предпринял неуклюжую попытку устранить оттенок в LAB. Возможно, мои действия были бы успешны, если бы тень была желтой, но вышло так, что самые темные участки изображения стали слишком синими, а красноватая листва помертвела.

В 2000 году я опять конвертировал изображение в LAB и проделал похожие манипуляции в канале L. Я опять "закрутил" кривые А и В, чтобы добиться лучшего различения окрашенных областей, но не стал убивать оттенок. Я переключил передачу и оказался в RGB.

Идея заключалась в том, чтобы лучше прорисовать детали изображения, воспользовавшись техникой яркостного слияния каналов, описанной в главе 16. Я обнаружил, что красный канал несколько лучше двух других. Итак, последовательность операций была следующей: создать копию слоя командой Duplicate Layer, вставить красный канал в верхний слой, переключить

режим наложения слоев в Luminosity, и выполнить склеивание слоев (Flatten Image).

Это немного помогло, но главным было то, что я заготовил сюрприз. В прошлый раз моей первой операцией было конвертирование изображения в LAB. Теперь в LAB я преобразовал копию, решив, что и для кажущегося безнадежным CMYK-оригинала также найдется свое применение.

Оригинал наш и слишком светлый, и слишком "плоский". В нем практически отсутствует черный канал, как вы можете видеть на рис. 17.2. Но деревья на переднем плане вполне различимы, и они темнее фона. Здесь возможен трюк, о котором я еще не рассказывал. Я влил этот черный канал в RGB-файл, использовав режим Multiply и непрозрачность 50%.

Режим Multiply, который предполагает, что результирующее изображение всегда темнее обоих "родительских", обычно не слишком полезен для цветокоррекции. Он помогает при ретушировании важных деталей в светах. Тогда можно создать копию документа и наложить ее на себя саму в режиме Multiply. Таким образом, можно расширить света (и полностью уничтожить все остальное). Получившиеся света можно постепенно ввести в оригинал, и для этого есть множество методов, например слой-маска.

Если черный канал достаточно светлый, такой маневр вполне возможен, при этом непрозрачность обычно устанавливается очень невысокой. В итоге версия 2000 выглядит объемнее версии 1998 года.

Далее, переходим к цветокоррекции. Поскольку цель была не столько добавить контраста, сколько нормализовать

цвета, почему бы не сделать это в RGB? Мои кривые нейтрализовали тени и значительно осветлили зеленый канал. Изображение, в итоге, не только осветлилось в целом (в данный момент оно было слишком "тяжелым" после всех операций, связанных со слиянием каналов), но и кроме того, зеленый канал стал более чистым. В светах я пошел еще немного дальше и заставил темные участки облаков стать синими. Это было сделано сознательно, поскольку в голове я держал "CMYK-план".

Чтобы претворить его в жизнь, я выпустил три стрелы в виде трех команд Adjust: Hue/Saturation. Во-первых, я сделал эти синие участки более темными. Во-вторых, я сделал более насыщенными зеленые тона. И наконец, я выделил желтые и передвинул их к красным. Моя задача была изолировать красноватую растительность.

Более аккуратно, чем в последний раз, было выполнено и нерезкое маскирование. Находясь в RGB, я обнаружил, что зеленый канал содержит больше деталей растительности, чем два других. Поэтому я решил повышать резкость только в зеленом канале. Я создал слой-копию, и применил к нему фильтр нерезкого маскирования с параметрами 500, 1.5, 15, а затем переключил режим наложения слоев в Luminosity.

Но перед этим я создал копию "нерезкого" RGB-файла. Затем оба файла я конвертировал в CMYK. Черный канал в "резкой" версии я заменил черным каналом "нерезкой" версии, выбросив в корзину "нерезкие" CMY-каналы.

Конечно, это было только прелюдией перед настоящим усилением резкости уже в новом черном канале. Вообще, повторные манипуляции с резкостью где бы то ни было - прекрасный способ наполнить изображение отвратительными артефактами. Поэтому, начав с относительно мягкого черного, я смог установить следующие значения параметров USM:500, 1Д 8.

Теперь в CMYK значения светов и теней были достаточно близкими к истине, и никаких кривых больше не требовалось. Я все же использовал Adjust: Selective Color. Так я сделал зеленые тона более интенсивными, добавив желтого и убрав пурпурный. Далее я

изолировал бесцветную листву путем вычитания голубого из желтого. И, уже подготовив облака для теперешних действий, добавил в голубой черного и вычел голубой из голубого.

Весь многоэтапный процесс занял около 15 минут. Столько же времени занимает процедура сканирования на барабанном сканере, ведь перед тем как "крутануть" барабан, оператор должен хотя бы минут десять потратить на анализ изображения.

Довольно интересный пример, однако вряд ли он сможет породить неуемные фантазии.

Керваль говорил:

"В этом мире, есть два, три, ни в коем случае не более преступлений такого рода, которые, будучи совершенными, делают ненужными любое их обсуждение; все меркнет перед ними. Не я ли бессчетное количество раз молил Бога, чтобы ниспослана была мне способность поразить Солнце, вырвать его из небесного свода и погрузить в абсолютную тьму все сущее; и о другом просил: дайте мне эту звезду, я испепелю с ее помощью Землю! Вот что могли бы назвать преступлением, а не пошлым проступком..." Теперь, когда мы откорректировали "проступок", давайте займемся "преступлением".

Опасная фраза

"Хуже некуда" - это самая опасная фраза в нашей полной разочарований, нелогичной и склонной к ошибкам профессии.

с "ярко-желтой женщиной" с рис. 9.17) является, пожалуй, наиболее трудным для цветокоррекции. Чтобы получить вариант, который вы видите на рис. 17.4, понадобилось множество инструментов и цветовых пространств. Я предложил эту задачу пятидесяти студентам, и никто из них не добился приемлемых результатов.

Основная сложность заключается в том, что проблем слишком много, и слишком велико искушение сразу наброситься на изображение и начать его бездумно терзать. Тогда оно очень быстро превратится в документ со множеством дополнительных каналов и слоев, и получившаяся мешанина заполнит все дисковое пространство. Разумнее проявить осторожность. Мы знаем, что применение инструментов выделения приводит к неестественности, поэтому, насколько это возможно, выделений следует избегать. Спланируйте заранее, какие участки собираетесь выделить, и не принимайте поспешных решений в процессе работы.

Вот здесь-то нам и понадобился бы барабанный сканер, обладающий изумительной способностью прорисовывать глубокие тени. Если бы нам предоставили

фрагмент пленки, который выглядела бы как рис. 17.3, хороший оператор барабанного сканера без особых трудностей справился бы с поставленной задачей.

Но мы живем в двадцать первом веке. У нас нет пленки, у нас есть кадр любительской цифровой камеры. Снимал, похоже, тоже любитель, поскольку профессионал хотя бы знает, зачем в камеру встроена вспышка.

Не напоминает ли вам попытка откорректировать такой файл некую форму мазохизма? Наверное, напоминает, но придется смириться. За цифровыми камерами будущее, и, надеясь все же, что не все кадры будут отличаться столь отвратительным качеством,я уверен: некоторые обязательно окажутся таковыми.

Разработчики успешных корректировочных стратегий ненавидят инструменты выделения, но при взгляде на рис. 17.3 любой из них поймет: одно из них напрашивается сразу. Интуиция подсказывает: особенно аккуратно нужно обращаться с коробкой, где лежит приз. В нашем оригинале коробка - самый светлый объект. Это плохо. Все остальное изображение нужно осветлять настолько радикально, что коробка будет просто уничтожена. Тогда мы

вынуждены заключить, что данный объект следует вставить в изображение позже, а пока отправляемся к самой светлой точке изображения, которая находится на воротнике Крэйга.