Кто виноват?
Величайшей трагедией молодого белорусского государства выступает то, что содержательное наполнение собственно «белорусской идеи» осуществляется немногочисленными квалифицированными специалистами из взаимно оппонирующих лагерей «с точностью до наоборот». Самодостаточная ценность суверенности (которую изначально и обе стороны начали истолковывать неверно) была низведена до уровня орудия мелкотравчатых разборок.
Так, официально и повсеместно предъявляемый официальной властью национальный консенсус по поводу «оригинального исторического выбора Беларуси» зиждился исключительно на 10-летнем поступательном росте реального благосостояния большинства населения, обеспеченном беспрецедентными российскими материальными инъекциями. Батькино «общество потребления», оно же – заповедник равнодушных оптимистов – пока не нуждается в отыскании «единых метафизических» ценностей нации, только и способных сплотить последнюю в эру лихих испытаний. Режим копирует идеологические практики советской системы: никто никогда особо не интересовался тем, как именно воспринимаются на «думающих и неравнодушных» кухнях передовицы партийной газеты «Правда». Для подобного контроля существовали стукачи из «тайной полиции мыслей».
Местные духовные гуру абсолютно не заботятся о хотя бы минимальной убедительности и теоретической оснащенности собственных творений. Кто будет их внимательно читать и – тем более – с ними дискутировать? Пробовал это делать – и весьма компетентно – лишь журнал «Архэ»: к чему это его привело, хорошо известно. Идейные полемики целиком отданы на откуп цензорам, чиновникам с запретительными функциями и «силовикам».
Иначе не встречались бы столь поразительные пассажи в творениях государственных авторитетов. Так, зам. главы президентской администрации, тов. А. Рубинов в двухполосной статье «Еще раз об идеологии», опубликованной в «Советской Белоруссии» 28 июля 2006 г., умудрился при описании цивилизационных горизонтов и перспектив Беларуси соединить принципиально несовместимое. С одной стороны, он ни разу не припомнил экономический и культурный опыт почти братского «красного» Китая. С другой же, отметил: «В принципе, все государства Европы, включая Беларусь, идут примерно к одному и тому же, ибо глобализация и интеграция неизбежны».
Глобализация – это стратегия Буша; европейская интеграция – это маршрут в Евросоюз. Зачем тогда батьке Лукашенко рваться на подиум «форума неприсоединения» в Гаване? Зачем задруживаться с неистовым Чавесом? Зачем БТ перманентно обличать империализм США? Или правая идеологическая нога не ведает, что планирует духовная голова? Если творить на подобном профессиональном уровне, то цельной новой истории – «правдивой и чэснай» – точно еще долго не будет создано. Хотя адекватная модель будущего (опорная конструкция любой государственной идеологии) не представима без тесно сопряженной с ней версии объяснения / описания исторического прошлого. Белорусская же официальная пропаганда пока не измыслила ничего лучшего, нежели «победу белорусского народа в Великой Отечественной войне».
Совместить элементарный здравый смысл в ретроспективных оценках исторического прошлого белорусской нации с «простыми как мычание» идеологическими установками-накачками ее лидера гармоничным путем попросту невозможно.
В этом плане весьма показателен также и интеллектуальный строй большинства духовных вождей нынешней оппозиции: люди, еще совсем недавно охотно получавшие из рук Лукашенко должности, чины и звания, сегодня столь охотно объясняют общественности (здешней и зарубежной), как именно в 1996 г. (в их бытность официальной «элитой») батька начал узурпировать государственную власть. Разруха-то, действительно, в головах. Ждать даже от этой публики какого-то стройного, непротиворечивого и искреннего анализа прошлого и настоящего Беларуси тоже вряд ли стоит. Предельно «крупноблочной» модели исторического прошлого нашего Отечества не выработано даже кругами, позиционирующими себя как приверженцев европейского геополитического выбора Беларуси, ее национального суверенитета (вне любых союзов с РФ), демократии и либерализма.
Дело в том, что всерьез утверждать, что «историческим прародителем» нашего современного Отечества является Великое Княжество Литовское, может лишь откровенно глумливый политикан. В историческом интервале между законодателем Л. Сапегой из ВКЛ и, к примеру, неистовым В. Вечеркой миновал добрый десяток полновесных поколений. Из них как минимум последним четырем – пяти (!) ничего не сообщали об этой главе из национального прошлого. Патриотическая интеллигенция же, способная напомнить сколько-нибудь значимой массе сограждан об этих ярких страницах, прошла на протяжении последних двух веков сквозь четыре тотальные «культурные катастрофы», уничтожавшие местную элиту «под корень». Проект подлинной Беларуси необходимо осмысливать заново: на основании реалий XXI столетия. Здесь даже не столь важно: в оппозиции к властям находятся подлинные патриоты или им предоставлен телеэфир. Умонастроения нации творятся несколькими десятками (и вряд ли более) людей: Быков, Короткевич, Алексиевич и иже с ними. Но творения таких авторов – неудобных, взывающих к совести сограждан и не подыгрывающих национальной ограниченности и лени – востребованы лишь в периоды кризисов.
Выбрать и детально обосновать более-менее единую систему ценностей, способную сплотить хотя бы активную часть общества, Беларуси все равно придется. Иначе это сделают равнодушные к нашим проблемам чужие политтехнологи и духовные шаманы. Но в пределе лишь реальное развитие Истории способно окончательно подтвердить или опровергнуть правоту как Лукашенко, так и его оппонентов. Вполне правоверный марксист В. Беньямин, признанный сегодня, тем не менее, одним из наиболее выдающихся мыслителей ХХ столетия, писал перед Второй мировой войной: «Исторически артикулировать, осмысливать прошедшее» не значит осознавать «как оно было на самом деле»; поражение революции радикально обессмысливает всю героическую борьбу предшествующих поколений («и мертвые не уцелеют, если враг победит»).
Батьке Лукашенко в статусе Главного Историка, наверное, стоило бы встать на безошибочную позицию Иисуса Христа, избрав в качестве камертона личных ретроспективных оценок любовь к каждому грешнику и всепрощение. Но как «православный атеист» он не склонен к излишнему гуманизму, а – вдобавок – кроме «правды Бога Сына» уже существует «истина Аллаха и Мухаммада», а также «евангелия от Кастро и Че Гевары». Непросто будет и ему, и всем думающим белорусам.
Но в любом случае искренне размышлять по этому поводу необходимо уже сейчас. Ибо если страна не сохранит себя как самостоятельное государственное образование, должны сохраниться хотя бы яркие мысли именно ее граждан – в качестве наилучшего памятника Отечеству.
Историки, ретроспективно конструирующие историю / государственную идеологию жизненно необходимы любой суверенной стране: новейший литовский историк Э. Гудавичус в рамках 700-страничной «Истории Литвы» (описывающей события вплоть до судьбы ВКЛ в 1569 г.) не посчитал нужным ни разу упомянуть белорусов или Беларусь вплоть до XVII в. Пока государственная ученая челядь в Беларуси локтями распихивает друг друга в поиске званий и чинов, у нашего Отечества похищают саму его историю. Любой уважающей себя нации должна быть присуща некая изысканная легитимность, некий рыцарский аристократизм, свидетельствующие о культурной преемственности. Купала призывал «людзьмi звацца», сейчас же у белорусов (между прочим, при поддержке ряда профессиональных просветителей-россиян) отнимают это право вплоть до событий всего-навсего 300-летней давности.
Кто еще в деле духовного ограбления белорусов?
До сей поры вся официальная пропагандистская машина «государства белорусского президента» (ибо данное сейчас в наличии политическое образование вряд ли заслуживает того, чтобы именоваться Беларусью) работала на идею того, что территория нашей страны – это легитимный фрагмент былой Империи Кремля. Доказывалось, что местное население – это неотъемлемая часть имперской истории. Местные молодые карьеристы в своих интернет-проектах договорились до того, что они – часть той возрастной генерации, которую взращивали именно для «управления империей».
Почитаем фрагмент текста, адресованного одним из московских духовных дел мудрецов своим литовским (!) оппонентам. (Размещено это было пока в «газете второго ряда» - «Московские новости», № 41, 2006 г.) Как выясняется, европейский культурный багаж нужен и «энергетической империи» Кремля. Иначе как доказать западным высоколобым умникам, что Москва – издавна у себя дома там, куда сегодня настойчиво тянется с не самыми благотворительными объятиями «Газпром».
Осмысливая то, как на постсоветских просторах «национальные интеллигенции создают ксенофобские настроения», автор из «МН» пишет:
«В еще советской Литве прославлялось Великое княжество литовское, включавшее в себя в годы расцвета кроме территории нынешней Литвы земли нынешней Белоруссии, почти всю Украину, берег Черного моря. Западная граница княжества проходила около Можайска. С удовольствием обсуждались документы, доказывающие, что Московское государство признавало верховную власть Литвы. Мог ли народ с такой историей быть частью страны, управляемой русскими? Но дело в том, что могучее средневековое государство называлось великим княжеством литовцев и русских, глава его именовался русским словом князь, а не европейским аналогом герцог или литовским кунигас. Языком летописей и двора был русский, по-русски пели колыбельные матери будущим великим князьям (все их отцы были женаты на русских). Русские составляли около 90 % населения государства. Можно говорить о неравноправии литовцев – ведь выходец из коренной Литвы не мог сделать карьеру без знания русского языка. Князья не завоевывали русские земли – они сами присоединялись, сплачиваясь против общих врагов – рыцарских орденов и татар. И Москвы. Тогда она не была центром всего русского… Не могли сражавшиеся за независимость с Москвой Новгород, Тверь и Рязань знать, что Русское государство сложится вокруг Москвы. Не знали этого и жители Смоленска и Полоцка, погибавшие за право жить в государстве литовцев и русских, не желавшие идти под Москву. Не было русско-литовских войн – сражались два русских государства, претендовавших на власть над всеми русскими. Литовцы были меньшинством в том, которое проиграло…».
Белорусский батька иногда соизволяет упоминать о ВКЛ как о собственной исторической вотчине. Но – как выясняется – в прошлое не назначишь губернатора, который квалифицировал бы тебя «немного превыше Бога». Москвичи даже не считают население «соседней страны с центром в Минске» потенциальным партнером в дележе этого культурного и цивилизованного наследства. Вильнюс – как прагматичный и по-европейски окультуренный политический центр – начал эту игру немедленно после обретения суверенитета. Литву воспринимают всерьез. А как же батькины белорусы? К ним относятся соответственно. Как, впрочем, официальные историки и заслужили. А именно: в ряду многих откровенных издевок над несмышлеными «братьями меньшими».
Так, в этой же статье из «МН» упоминается о том, что «новейшие исследования бакинских историков доказывают, что Ветхий Завет переведен неверно: Бог творил Адама и Еву отнюдь не в междуречье Тигра и Евфрата, а в Карабахе, очевидно, тогда уже азербайджанском». И – здесь же почти рядом: «Можно Франциска Скорину назвать белорусским ученым, а его Библию русску - переводом на белорусский язык, но вот сам Скорина так не думал».
Под шумок растаскивают все.
История есть слишком дорогостоящий и – без его тщательного консервирования определенным образом – быстро портящийся товар. Беларусь – уже третья (после Вильно и Москвы) в очереди за своей собственной подлинно европейской «спадчынай».
Пока за историческую честь Беларуси сражаются единицы. И за свой личный счет. Кто пропагандирует цельные и четко идейно отстроенные тексты Владимира Орлова или Геннадия Сагановича? Единицы, ибо остальными управляют выросшие «среди растений и животных».