belkin_crim3

Глава 16. Криминалистика как объект сравнения

гностику и другие науки, без которых уже не может обойтись современная криминология.

Включение криминалистики в криминологию, где она рассматривается наряду с методами социально-эмпирического исследования, чревато подменой ее последними, переоценкой их значения в решении криминалистических задач и в итоге полным растворением криминалистических знаний в столь расплывчатой по своим контурам криминологии.

Более дальновидные западные криминологи уже бьют тревогу в связи с проявлением подобных тенденций. Р. Хепп (ФРГ) в этой связи пишет: “В последнее время со стороны немецкой полиции наблюдается сильный интерес к методам эмпирического социального исследования. Считают, что эти методы, будучи поставленными на службу полиции, могут быть использованы для профилактики преступлений. Поскольку эта вера связана с надеждой на то, что изучение “социальных причин преступления” могло бы в той или иной степени заменить репрессивную борьбу полиции с преступлениями, постольку обращение к методам социального исследования неизбежно имеет следствием известный отказ от методов традиционной криминалистики, которая, вне всякого сомнения, была прежде всего наукой методов уголовного преследования и изучения обстоятельств дела... Не подлежит сомнению, что почитатели эмпирического социального исследования в рядах полиции переоценивают предмет своего почитания”83.

Далее Хепп подробно обосновывает тезис о том, что основы эмпирического социального исследования переживают кризис по ряду причин, и в том числе в связи с обнаруживающейся ненадежностью приме-

няемых методов. Выход из этого кризиса он видит в широком применении криминалистических методов, и прежде всего приемов допроса и проверки показаний. Нет необходимости спорить о том, пишет он, что дискутировалось в криминалистике уже в начале нашего века, и открывать “новые методы”, известные криминалистике уже десятилетия.

Он заканчивает призывом не допускать смешивания или растворения друг в друге социологии и криминалистики, развивать кооперацию наук на основе равноправного партнерства.

О кооперации, а не о слиянии пишут и сторонники четвертой группы определений криминалистики, рассматривающие ее как одну из судебных наук.

Строго говоря, четких определений криминалистики как судебной науки не существует, поскольку нет определений родового понятия “судебная наука”. Из отдельных высказываний можно сделать приблизитель-

83 Hepp R. Die Methoden der empirischen Sozialforschung und die Kriminalistik. — Archiv für Kriminologie, 1976, Band 158, H. 1-2, S. 1.

543

Глава 16. Криминалистика как объект сравнения

ный вывод, что под судебной наукой понимают использование, приспособление каких-либо знаний к решению задач правосудия, а ее главной целью — установление индивидуальности или приближение к ней.

По мнению Дж. Остербурга, научная дисциплина существует тогда, когда имеется масса фактов и разъяснены некоторые основные принципы исследования. В криминалистике двумя главными принципами -яв ляются идентификация и идентичность. Руководствуясь содержанием этих принципов, Остербург пытается отграничить криминалистику от других судебных наук. Он использует определение П. Кёрка: “Идентичность все философские авторитеты определяют как уникальность. Вещь может быть идентична только самой себе и никогда никакой другой вещи, поскольку все объекты во вселенной уникальны. Если бы это было не так, не могло бы быть идентификации в том смысле, в каком его применяет криминалист. Преклоняясь перед общепринятым научным употреблением термина “идентификация”, мы должны, однако, понять этот термин в более широком контексте, относя данный объект только к ограниченному классу. Это необходимо потому, что каждая наука имеет свою узкую сферу идентификации, которая может относиться к видам (в ботанике и зоологии), к составам (в химии) и минералам (в геологии и минералогии). В этом смысле криминалист идентифицировал бы объект как стружку, но не относил бы его к окрашенной поверхности, с которой она была взята. Он даже идентифицировал бы метку как отпечаток пальцев, не относя ее к руке, с пальцев которой были взяты эти отпечатки... Криминалист рассматривает идентификацию только как прелюдию к его настоящей функции — к индивидуализации... Криминалистика

— это наука об индивидуализации. Она только побочно занимается идентификацией в обычном смысле”.

Дж. Остербург из этого высказывания делает вывод, что непонимание значения термина “идентификация” привело к тому, что “все содержание криминалистики началось с ошибочного определения, которое было несовместимо с наукой вообще”. Суть же в различении области криминалистики как отдельной науки об индивидуальности84.

Выражая сказанное в принятых у нас терминах, можно сказать, что и Кёрк, и вслед за ним Остербург считают установление групповой принадлежности неспецифичным для криминалистики, задача которой заключается лишь в установлении идентичности объекта. Однако и этот признак они в конечном счете не используют для отграничения криминалистики от других судебных наук, поскольку, по их мнению, всякая судебная наука стремится к установлению индивидуальности. В итоге

84 Остербург Дж. Указ. раб., сс. 14-16.

544

Глава 16. Криминалистика как объект сравнения

можно сделать вывод, что определение криминалистики как судебной науки ничего не дает, во-первых, потому, что не существует строгого определения понятия судебной науки в целом, а, во-вторых, потому, что не дается четких критериев различия между криминалистикой и другими судебными науками.

Существующие в западной науке различия— порой диаметральные

— в определениях криминалистики естественно сказываются и при определении ее природы и системы. Ф. Луваж относит криминалистику к группе криминальных наук, то есть рассматривает ее как юридическую науку. Приблизительно такой же точки зрения придерживаются и те авторы, которые считают криминалистику частью криминологии. Те же, кто рассматривает криминалистику как эклектическую дисциплину или как судебную науку, видят в ней средство решения естественнонаучных или чисто технических вопросов. “Юрист передает проблему в руки криминалиста, — пишет Брэдфорд, — и ждет от него применения всех имеющихся научных знаний, профессиональных навыков и изобретательности, которые должны в сумме привести к правильному решению”.

Один из крупнейших немецких криминалистов Ф. Геердс последовательно придерживается взгляда на криминалистику как на самостоятельную неюридическую науку, корреспондирующую с уголовным правом и уголовным процессом. Однако он не дает ответа на вопрос о формах такого корреспондирования и не аргументирует своего мнения о неправовом характере криминалистики.

На взглядах Геердса есть смысл остановиться подробнее.

Фридрих Геердс, профессор университета во Франкфурте-на-Майне, приобрел широкую известность, издав в 1977-78 гг. двухтомное “Руководство” Гросса в его современной интерпретации. В 1981 г. в книге “Криминалистика” Геердс задумал изложить содержание этой науки с точки зрения ее предмета и функций85.

Геердс определил криминалистику как учение о непосредственной репрессивной и превентивной борьбе с преступностью, которую ведут органы уголовного преследования. Предметом криминалистики является:

1)преступность, точнее — преступное поведение людей. Криминалист занимается преступным поведением людей как реальной действительностью, следовательно, криминалистика является наукой факта или эмпирической дисциплиной;

2)непосредственная борьба с преступностью— репрессивная и превентивная: преступления следует раскрывать, а уголовных преступников изобличать; преступное поведение следует предупреждать;

85 Geerds F. Kriminalistik. Lübeck, 1981.

545

Глава 16. Криминалистика как объект сравнения

3) организация борьбы с преступностью.

Области, в которых криминалисты осуществляют свою теоретическую и практическую деятельность, это:

1)техника совершения преступлений;

2)криминалистическая техника — учение об инструментарии, средствах и методах, с помощью которых на основе вещественных доказательств должно быть раскрыто уголовное преступление или соответственно предупреждено или затруднено совершение преступления;

3)криминалистическая тактика, охватывающая исходную ситуацию расследования, розыск, психологию уголовного процесса;

4)организация борьбы с преступностью, понимаемая как оптимальное распределение задач и форм сотрудничества, как в национальной сфере, так и при международной кооперации.

По существу, Геердс таким образом изложил свои представления о системе криминалистики.

Рассматривая вопрос о связи криминалистики с другими науками, Геердс кратко останавливается на решении этого вопроса в ряде стран Запада. По его словам, если в Германии различают криминалистику и криминологию, то в Австрии криминалистику считают особой областью криминологии. В романских странах криминалистические проблемы рассматриваются в рамках так называемой“полицейской науки” (“police technique”, “police scientifique”). В англо-американской сфере криминали-

стику или ее отдельные области рассматривают как“полицейскую науку” или “судебную науку”, понимая под этим, в основном, ее естественнонаучное содержание, относя остальные ее области к социологии или психологии.

Геердс видит различие между криминологией и криминалистикой в том, что если первая занимается формами проявления и причинами преступного поведения, то вторая имеет своей задачей, по возможности, предупреждать непосредственно угрожающие преступные деяния или же затруднять их совершение. Связь криминалистики с уголовным и уголовно-процессуальным правом заключается в учете их положений при разработке криминалистических средств и методов. Что касается таких наук, как статистика, химия, биология, медицина, психология, то их данные используются во всех разделах криминалистики, включая и организацию борьбы с преступностью.

Сугубо прагматический подход к криминалистике приводит к ее -оп ределению как искусства и техники расследования преступлений. “Я умышленно употребил эти два термина, — пишет Жан Непот, — искусство и техника, потому что они в равной степени используются при исполнении обязанностей следователя. Это искусство, потому что челове-

546

Глава 16. Криминалистика как объект сравнения

ческий фактор в этой области играет основную роль... Из двух следователей, находящихся в одинаковых условиях и располагающих одинаковыми средствами, один достигает успеха, в то время как другой терпит неудачу. Первый овладел своим “искусством”, а второй нет. Это, конечно, и техника. Расследование преступлений также является профессией, которой приходится овладевать как путем изучения теории на школьной скамье, так и на практике, занимаясь конкретными делами. Таким образом, криминалистика является функцией криминалиста и его способностей. Но она также является функцией его окружения, то есть совокупности данных, которые образуют условия, в которых криминалист осуществляет свою деятельность”. Из этих рассуждений следует вывод: “Трудно говорить о какой-тосовременной криминалистике. В этой области в один и тот же период, в разных странах и районах мира существует несколько уровней “современной” криминалистики”86.

Не дает четкого ответа на вопрос о природе криминалистики и предлагаемая западными учеными систематика науки. Это либо перечень отраслей других наук, используемых в криминалистических исследованиях, либо упоминание о том, что криминалистика состоит из техники и тактики, но при этом и тактика трактуется как применение не собственно криминалистических знаний, а данных психологии, феноменологии, техники. Пожалуй, лишь Цбинден, Майкснер и Г. Вальдер несколько отошли от этой традиции.

В соответствии со своим определением предмета криминалистики Цбинден делит ее на три раздела: физические компоненты, психические компоненты и криминалистическую тактику. Под физическими компонентами им понимается, главным образом, учение о вещественных доказательствах, охватывающее следоведение и криминалистическую технику, под психическими компонентами— криминальная феноменология, криминальная психология и психология уголовного процесса.

Криминалистическая тактика изучает основанные на законе тактические условия расследования: быстроту расследования, выбор наиболее целесообразных процессуальных средств, объективное изучение обстоятельств дела, разработку планов расследования, быстрое выявление вещественных доказательств87.

Ф. Майкснер определяет тактику (он называет ее полицейской тактикой в соответствии со своим представлением о криминалистике как о полицейской науке, “научной полиции”) как учение о целесообразных и

86Nepote J. Situation actuelle et tendance d’évolution de la criminalistique. — Revue International de Police Criminelle. Paris, jan. 1983, p. 2-19.

87Лузгин И. М. Указ. раб., сс. 9-11.

547

Глава 16. Криминалистика как объект сравнения

правильных мероприятиях полиции при выполнении своих задач по расследованию. Он полагает, что она основывается на таких принципах, как предписания уголовного и уголовно-процессуального права; использование знаний из области криминалистической техники, использование опыта криминальной полиции, знание психологии людей, знание и применение законов логики; быстрота и целеустремленность в работе. Криминалистическая тактика, по его мнению, решает две группы вопросов: изучение тактических особенностей отдельных следственных действий и применение полицией особых тактических средств типа засад, наблюдения, ловушек и т. п.88

Г. Вальдер относит к предмету криминалистической тактики средства познания преступлений и обнаружения их признаков: подозрение, средства наблюдения, выявления и регистрации обстоятельств преступления или находящихся с ним в какой-то связи объектов; жизненный опыт; сведения о фактах физики, химии и других наук; экспериментальные и статистические истины; логические и математические методы познания, фантазию — все то, что он объединяет понятием “криминалистического мышления”89.

Даже оставляя в стороне вопрос о целях, которыми руководствовался Вальдер при отборе указанных средств познания, нетрудно заметить расплывчатость его концепции, искусственность объединения под флагом криминалистического мышления процессуальных средств установления истины и мыслительных приемов.

Несколько отличны от изложенных взгляды на систему криминалистики Ф. Геердса, К. Геммера и Э. Кубе. По их мнению, наряду с криминалистической техникой и криминалистической тактикой формируются еще две области криминалистики— история криминалистики (или “историческая криминалистика”) и основы криминалистики. В раздел истории Ф. Геердс предлагает включить такие подразделы, как задачи, методика исследования и источники; периоды истории криминалистики;

90

значение и возможности использования истории криминалистики. В число “основ криминалистики” К. Геммер и Э. Кубе, сотрудники Криминалистического института Федерального управления криминальной полиции ФРГ, включают: 1) криминалистическое мышление (конструирование подозрения, тактические преобразования и т. д.); 2) организацию работы полиции; 3) подготовку и повышение квалификации кадров; 4)

88Там же, с. 48.

89Walder G. Kriminalistisches Denken. Auflage 2. Hamburg, 1960, S. 30.

90Geerds F. Historische Kriminalistik. — Archiv für Kriminologie, 1973, H. 1, S. 1.

548

Глава 16. Криминалистика как объект сравнения

переработку информации; 5) проблему коммуникации (имеются в виду коммуникации с неполицейскими областями управления, и особенно с населением)91.

Мы уже имели возможность высказать свое отношение к предложению включить историю науки в предмет криминалистики, высказывавшееся и у нас. История — это результат познания развития науки, взгляд на нее со стороны, когда она является предметом изучения. С нашей точки зрения, история любой науки, в том числе криминалистики, предмет не ее самой, а специальной исторической науки, типа истории естествознания и техники.

Что же касается предлагаемых на Западе “основ криминалистики”, то ознакомление с их содержанием убеждает нас, что они не могут рассматриваться как теоретические основы науки, содержат вопросы преимущественно управленческого характера, имеющие общее значение не только для борьбы с преступностью, но и для всей деятельности полиции.

Неясность представлений о предмете и системе науки, содержании ее составных частей, ее месте в системе научного знания, характерное даже для тех западных криминалистов, которые считают криминалистику самостоятельной наукой, свидетельствует, несомненно, о неразработанности ее теоретических основ и уступках бихевиоризму и неофрейдизму. “На первый взгляд, — пишет Дж. Остербург, — наука о поведении человека (бихевиоральная наука) кажется чем-то отдаленным от проблем криминалистики и ее потенциальные возможности едва используются при решении вопросов об уголовной ответственности...

Однако более широкий подход требует, чтобы вместе с естественными науками в развитии общей теории расследования также участвовала наука о поведении”92. На практике это означает внушение подозреваемому уверенности, что имеются доказательства его вины(о законности такого внушения и его средствах предпочитают умалчивать или цинично рекомендуют обман подозреваемого), исследование связи между обменом веществ у алкоголиков и наркоманов и формами их преступного поведения и т. п. Сомнительно, чтобы подобные данные “науки о поведении” могли способствовать развитию криминалистики.

Отсутствие теоретических основ как препятствие к развитию научной криминалистики признают и сами западные криминалисты. “Бесспорно, что в криминалистике был достигнут определенный прогресс, причем на широком фронте, — отмечал П. Кёрк. — Однако при тщательном рас-

91По материалам О. М. Глотова.

92Остербург Дж. Указ. раб., сс. 10-13.

549

Глава 16. Криминалистика как объект сравнения

смотрении данного вопроса выявилось, что в большей части этот прогресс имеет скорее технический, а не фундаментальный, практический, а не теоретический, преходящий, а не постоянный характер. Есть много людей, умеющих устанавливать конкретное оружие, из которого был произведен выстрел, но мало или вовсе нет людей, которые могли бы

привести хоть один фундаментальный принцип установления - огне стрельного оружия. Исследователи документов постоянно идентифицируют почерк, но учащимся, занимающимся у этих самых людей, трудно было бы различить основные применяемые при этом принципы. Короче говоря, в области криминалистики существует серьезный пробел в теории и в основных принципах в противоположность имеющемуся большому разнообразию эффективных практических методик”93.

Эта слабость теории, а подчас и полное отсутствие каких-либо исходных теоретических посылок проявляются и в той проблематике, которая считается актуальной для разработки. Брэдфорд, например, считает такими проблемами меры по отношению к водителю, находящемуся под влиянием алкоголя или наркотиков, лабораторные исследования наркотиков, медикаментов и ядов и т. п. Практическая же реализация того, что на Западе чаще всего именуют криминалистикой,

— это физические, химические, судебно-медицинские и подобные исследования. В этом можно убедиться, ознакомившись со структурой экспертных лабораторий94. Перспективы же развития криминалистики как самостоятельной науки оцениваются пессимистически: “Мы не можем обманом заставить себя поверить в то, что научные методы будут раскрывать большинство преступлений, — пишет профессор СевероЗападного университета США Ф. Инбау. — Сначала вам нужно добыть подозреваемого, а обычно на месте происшествия не оказывается никаких улик. Тогда полиция прибегает к осведомителям. После этого полиция находит подозреваемого и начинает его допрашивать; при этом она пытается получить от него признание...”95 Осведомитель — вот центральная фигура “научного расследования”, преступников обнаруживают “не с помощью пальцевых следов, радио в наручных часах или блестящей дедукции. Для этого требуется ежедневная работа полиции—

93Kirk P. K. The Ontogeny of Criminalistics. — The Journal of Criminal Law, Criminology and Police Science, vol. 54, No. 2, June 1963, p. 235.

94Carry A. Research in Forensic Science. — Police, vol. 14, No. 6, July-Aug., pp. 7- 9; Olsen P. Crime Fighters in the Laboratory. — Fingerprint & Identification Magazine, No. 3, 1971; Osterburg J. W. The Evaluation of Physical Evidence in Criminalistics: Subjective or Objective Process? — The Journal of Criminal Law, Criminology and Police Science, vol. 60, No. 1, 1969.

95U. S. News and World Report, March 22, 1965, p. 40.

550

Глава 16. Криминалистика как объект сравнения

наем осведомителей, слежка за известными полиции взломщиками и допрос подозреваемых лиц”96.

После таких откровений закономерным является признание, что “Великобритания не имеет организованной системы научного расследования... Полицейский не понимает ученого, а ученый не понимает полицейского”97. Это типично не только для Великобритании , но и для многих других стран.

* * * * *

Предпринятый краткий обзор близкой по проблематике западной литературы явно свидетельствует в пользу российской криминалистики, не только опирающийся на развитую теоретическую базу, но и четко представляющей себе свою роль и место в системе средств борьбы с преступностью.

96Time, April 29, 1966, p. 34.

97Morland N. An Outline of Scientific Criminology. London, 1950.

551

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Завершая работу над Курсом, нам хочется хотя бы вкратце охарактеризовать современное состояние криминалистической науки и той общественно-политической ситуации, в которой она сейчас

существует и развивается.

Распад СССР повлек за собой разрыв многочисленных творческих и деловых связей между криминалистами страны и их коллективами. Ослабло, а порой и совсем прекратилось общение между ними, нарушились творческие связи, и лишь тоненькие ниточки личных контактов ме-

жду отдельными учеными все еще позволяют получать скудную информацию о закордонных делах тех, кто раньше плечом к плечу решал общие задачи. В силу чисто экономических причин для многих из нас стало недоступным участие в научных и научно-практических конференциях, которые, к тому же, стали явлением чрезвычайно редким и обычно сугубо локальным. Исчезли пользовавшиеся большой популярностью сборники “Следственная практика” и “Вопросы борьбы с преступностью”. С огромными усилиями преодолевает финансовые трудности высокопрофессиональный украинский сборник“Криминалистика и судебная экспертиза”, а для криминалистов других стран СНГ он вообще уже стал недоступным.

Но на фоне всех этих негативных явлений заметно растет криминалистики, что связано с разгулом преступности во всех странах бывшего

СССР. В России ощущается острая нехватка преподавателей криминалистики, особенно в системе учебных заведений МВД, заметно увеличивших выпуск специалистов для органов расследования и внутренних дел. Центр научной мысли вновь, как когда-то в прошлом, переместился на кафедры вузов, которые в ряде случаев не только сохранили, но и приумножили свой научный потенциал, приобрели большую самостоятельность и свободу творчества, о чем убедительно свидетельствует появление сразу нескольких вузовских учебников криминалистики, написанных разными кафедральными коллективами, публикация ряда монографий, ставших заметным явлением в науке, в том числе по проблемам криминалистических теорий прогнозирования, временных связей и отношений, диагностики, общей теории судебной экспертизы, по таким животрепещущим вопросам практики, как преодоление противо-

552