belkin_crim3

Глава 14. Раскрытие и расследование преступления как цели ... частной методики

тификации по дактилоскопическим картам, а следователь. Мы полагаем, что здесь Г. Г. Зуйков допустил противоречие, оставленное им неразрешенным.

В данном случае следователь производит не отождествление способа, что можно отнести к компетенции регистрационно-учетного аппарата, а оценку его вывода о тождестве в совокупности с другими доказательствами по делу, относящимися к этому обстоятельству. Результаты такой оценки в конечном счете излагаются им в обвинительном заключении. Другое дело, если бы Г. Г. Зуйков утверждал, что только учетных данных недостаточно для идентификации способа .В этом случае еще мо - жно было бы говорить о его следственной идентификации, однако при избранных им посылках такое решение, по нашему мнению, исключается.

Обратимся к рассмотрению второго из поставленных нами вопросов

— распознаванию признаков инсценировок преступления и выяснению в этом аспекте значения улик поведения.

Мы уже отмечали, что инсценировка преступления является отражением мнимого события и по отношению к событию, скрываемому инсценировкой, носит характер ложного отражения. Признаки инсценировки связаны с событием преступления опосредствованно— через способ сокрытия преступления, который в них проявляется.

Обычно признаки инсценировки именуют негативными обстоятельствами, имея в виду их несоответствие подлинному отражению преступления. Так, В. А. Овечкин по этому поводу замечает: “...в инсценированной преступником обстановке места определенного события остаются обстоятельства, противоречащие предположению следователя о ходе события — негативные обстоятельства, обнаружение которых может свидетельствовать о наличии инсценировки”84. Но все ли признаки инсценировки являются негативными обстоятельствами и всегда ли негативные обстоятельства свидетельствуют об инсценировке события?

При фальсификации материальных следов мнимого события -пре ступник может изменить положение вещей на месте преступления, унести оттуда или принести туда те или иные предметы и. тп. Однако, яв-

ляясь признаком инсценировки, все эти изменения могут не быть расценены следователем как негативные обстоятельства по отношению к подлинному событию, если они не противоречат его представлению об обычном механизме этого события.

84 Овечкин В. А. Общие положения методики расследования преступлений, скрытых инсценировками. Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. Харьков, 1975, с. 12.

433

Глава 14. Раскрытие и расследование преступления как цели ... частной методики

Дело в том, что событие может протекать по-разному, и в то же время каждый раз — обычным, то есть заурядным, встречающимся в жизни путем. Следователь не всегда однозначно представляет себе течение события (отсюда и множественность версий на начальном этапе расследования, то есть тогда, когда обычно обнаруживаются инсценировки) и его последствия. Одно и то же с уголовно-правовой точки зрения событие может протекать по-разному и оставить разные следы, причем эти следы также могут расцениваться и как следы преступления, и как изменения обстановки, не связанные с ним. Поясним сказанное примером.

Совершено убийство. Потерпевший оказывал сопротивление, в ходе которого были повреждены некоторые предметы обстановки. Эти повреждения позволяют сделать вывод о механизме преступления. Но убийство могло быть совершено тем же способом и также с преодолением сопротивления потерпевшего, однако предметы обстановки при этом могли остаться неповрежденными. И третий вариант: потерпевший непосредственно перед посягательством на него случайно уронил цветочные горшки с подоконника, и они разбились. Это обстоятельство никак не было связано с последующим событием преступления, но его последствия вполне могут быть расценены и как признаки борьбы, и как изменения обстановки, не связанные с убийством.

Аналогичная ситуация возможна и при инсценировке преступления. Инсценированный признак вполне может соответствовать представлению следователя о ходе подлинного, скрываемого инсценировкой, события и не расцениваться им как негативное обстоятельство, хотя фак-

тически он будет признаком не действительного , событияа инсценировки. Точно так же не все обстоятельства, расцененные как негативные и действительно противоречащие представлению следователя об обычном ходе вещей в данной ситуации, на самом деле являются признаками инсценировки.

Инсценируется кража из помещения первого этажа, имеющего неоткрывающиеся окна и дверь с врезным замком. Исполнитель инсценировки разбивает оконное стекло, имитируя тем самым проникновение в помещение через окно, и оставляет прикрытой, но не запертой входную дверь (“преступник ушел через дверь”). При осмотре обнаруживается, что взлом окна произведен изнутри помещения. Может ли этот факт расцениваться как негативное обстоятельство, указывающее на инсценировку? Да, может. Но теперь представим себе иную картину события.

Кража действительно совершена. Преступник проник в помещение через дверь, скажем, воспользовавшись выкраденными ключами, которые он впоследствии вернет на место. Дверь за собой он прикрыл, но не запер. По каким-то причинам он не смог покинуть помещение, уйдя че-

434

Глава 14. Раскрытие и расследование преступления как цели ... частной методики

рез дверь, и вынужден был поэтому выдавить изнутри стекло и вылезти через окно. Обстоятельство, расцененное как негативное, теперь таковым не является.

Более того, обстоятельство действительно может быть негативным по отношению к картине подлинного события и в то же время не быть признаком инсценировки. На это правильно указывает С. И. Медведев, который перечисляет случаи, когда возможны подобные неверные оценки обстоятельств события.

“Нельзя, однако, считать, — пишет С. И. Медведев, — что негативные обстоятельства, выявленные в процессе расследования(а чаще уже при осмотре места происшествия), говорят только об инсценировке. Это мнение может создаться в случаях, если: 1. Неправильно объяснены их существенные связи с событием преступления. Негативные обстоятельства могут появиться в деле в результате случайных причин, не связанных с преступлением, или внесены впоследствии лицами, не имеющими отношения к этому происшествию... 2. Позитивное обстоятельство хотя причинно связано с событием преступления, но под воздействием других причин, как имеющих, так и не имеющих связи с событием, трансформируется в негативное... 3. При совершении совокупно-

сти преступлений признаки и обстоятельства одного из них могут переплетаться, смешиваться с признаками другого преступления и будут ему противоречить. Разграничив же преступления, можно дифференцировать и обстоятельства”85.

Из сказанного следует вывод: негативные обстоятельства не исчерпывают собой всего круга признаков инсценировки, поэтому ее разоблачение требует не простого сопоставления инсценированной обстановки места с представлением о том, как это место должно было бы выглядеть, если бы здесь действительно произошло инсценированное событие. Необходим детальный анализ самой инсценированной обстановки, выяснение и проверка всех связей между ее элементами, обнаружение признаков искусственности этих связей и .т п., то есть операции по разоблачению инсценировки “изнутри”, исходя из дефектов и просчетов, допущенных исполнителем инсценировки при реализации своих замы-

85 Медведев С. И. Негативные обстоятельства и их использование в раскрытии преступлений. Волгоград, 1973, с. 38.

435

Глава 14. Раскрытие и расследование преступления как цели ... частной методики

слов86. Это особенно важно при разоблачении инсценированных инсценировок преступления.

Инсценирование инсценировки заключается в том, что преступник, совершив преступление, затем создает обстановку, наводящую на мысль, что преступления совершено не было, а оно инсценировано. Действия преступника при этом выражаются в нарочитом преувеличении следов подлинного события, добавлении к ним инсценированных следов, создании типичных признаков инсценировки. Так, совершив действительно кражу, преступник затем инсценирует все атрибуты“грубой работы” вора, нетипичные для действительной кражи: наносит явно не вызывающиеся необходимостью повреждения предметам обстановки, учиняет демонстративный беспорядок и т. п.

С. И. Медведев неправильно раскрывает смысл инсценирования инсценировки, иллюстрируя его таким примером: “Совершив кражу из магазина, преступник создает признаки, по которым было бы видно, что произошла не кража, а хищение ценностей материально-ответственным лицом, инсценировавшим кражу”87. Но здесь нет инсценирования инсценировки, это обычная инсценировка другого преступления с целью скрыть преступление, имевшее место в действительности.

От ложных инсценировок следует отличать ошибочное представление о наличии инсценировки, якобы скрывающей иное преступление. Последнее бывает тогда, когда обстановка места происшествия ошибочно расценивается как инсценированная и выдвигается версия о совершении преступления, которого в действительности не было и которое якобы скрывается этой мнимой инсценировкой. Известен случай, когда на месте происшествия в магазине следователь обнаружил взломанный дверной замок и лужу водки на полу торгового зала. В магазине была обнаружена недостача водки. Обстановка была расценена как

инсценированная с целью создания видимости кражи для покрытия предполагаемого хищения. В действительности оказалось, что водку украли подростки, содержимое бутылок частично вылили в торговом зале магазина, а частично на улице, посуду сдали, а на вырученные деньги приобрели радиодетали.

86В. А. Овечкин называет этот метод разоблачения инсценировки методом интеллектуального анализа действий преступника на месте происшествия(указ.

раб., с. 15).

87Медведев С. И. Указ. раб., с. 39.

436

Глава 14. Раскрытие и расследование преступления как цели ... частной методики

Е. В. Баранов удачно связывает возникновение признаков инсценировки преступления со стадиями процесса инсценирования— созданием мысленной модели инсценировки в сознании правонарушителя, реализацией замысла и подготовкой аргументации на случай разоблачения инсценировки. Соответственно возникновение признаков инсценировки на первой стадии связано с неправильным представлением о характере инсценируемого события, с незнанием закономерностей следообразования, на второй стадии — с неточностями при реализации замысла, на третьей стадии — с ошибками, характерными для первых двух стадий, и несоответствием объяснений инсценировки88.

Не представляется возможным привести исчерпывающий перечень признаков инсценировки. Пожалуй, можно лишь сказать, что признаки инсценировки в целом характеризуются своей демонстративностью, избыточностью или явной недостаточностью, разнородностью, то есть принадлежностью к разным системам признаков различных видов преступлений.

Признаки инсценировки могут являться и признаками скрываемого преступления, поскольку свидетельствуют о способе его сокрытия. Такую же двойную роль могут играть и так называемые улики поведения.

Под уликами поведения в теории уголовного процесса понимают либо “действия обвиняемого, направленные на сокрытие истины... с целью

89

избежать ответственности за совершенное им преступление” , либо “поведение обвиняемого после совершения преступления, обусловлен-

90

ное фактом совершения им преступления” , либо “действие или бездействие обвиняемого (подозреваемого), которое, не входя в состав преступления, может оказаться причинно связанным с его совершением, а потому указывает на возможную причастность к нему обвиняемого”91.

К уликам поведения обвиняемого, по мнению А. И. Винберга, Г. М. Миньковского и Р. Д. Рахунова, относится заведомая ложность показаний, фальсификация доказательств; данные, свидетельствующие о зна-

88Баранов Е. В. Криминалистическая сущность инсценировок и методы их разоблачения при расследовании преступлений. Автореф. дисс. ... канд. юрид.

наук. М., 1977, сс. 6, 14-15.

89Гродзинский М. М. Улики в советском уголовном процессе. — Ученые труды ВИЮН, вып. VII. М., 1945, с. 111.

90Строгович М. С. Материальная истина и судебные доказательства в советском уголовном процессе. М., 1955, с. 373.

91Мудьюгин Г. Н. Расследование убийств по делам, возбуждаемым в связи с исчезновением потерпевшего. Дисс. ... канд. юрид. наук. М., 1962, с. 338.

437

Глава 14. Раскрытие и расследование преступления как цели ... частной методики

нии им определенных обстоятельств расследуемого события; данные о том, что обвиняемый при обыске отказался добровольно выдать отыскиваемую вещь, заявив заведомо ложно, что ее у него нет; данные о том, что обвиняемый преднамеренно уклоняется от явки к следователю или в суд92.

Дополняя и детализируя этот перечень, Г. Н. Мудьюгин называет следующие доказательства поведения: ложь (как в процессе расследования, так и вне его рамок); умолчание о невыгодном факте; заведомо ложное неопознание; инсценировки как комплекс искусственно созданных доказательств, уничтожение или сокрытие вещественных доказательств, документов, одежды и вещей потерпевшего; меры, принимаемые для непосредственного уклонения от уголовной ответственности (тайный отъезд, изменение фамилии и пр.); поступки и высказывания, в которых проявляется осведомленность о событии, характере и обстоятельствах преступления и которые могли быть известны лишь лицам,

93

виновным в его совершении . Некоторые виды улик поведения называют М. С. Строгович, Б. Н. Коврижных, С. И. Медведев, А. И. Ковалев и другие авторы94.

Улики поведения играют роль признаков инсценировки, когда связаны с материальными следами инсценировки единым замыслом, либо служат средством разоблачения инсценировки. В иных случаях их можно оценить как непосредственные признаки преступления. В таком, например, качестве выступают такие действия при расследовании краж, как приобретение ценных вещей, создание крупных вкладов в сберкассах и банках, изменение образа жизни и т. п.95

92Винберг А. И., Миньковский Г. М., Рахунов Р. Д. Косвенные доказательст-

ва в советском уголовном процессе. М., 1956, сс. 58-59.

93Мудьюгин Г. Н. Указ. раб., с. 338. Об уликах поведения см. также Мудьюгин Г.Н. Расследование убийств,замаскированныхинсценировками.М.,1973.

94Строгович М. С. Курс советского уголовного процесса, т. 1. М., 1968, с. 390; Коврижных Б. Н. Деятельность органов прокуратуры по делам о нераскрытых убийствах. Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. Харьков, 1969, сс. 15-16; Медведев С. И. Указ. раб., с. 43; Ковалев А. И. Улики поведения и их роль в расследовании преступлений. Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. Свердловск, 1974.

95Густов Г. А., Танасевич В. Г. Указ. раб., с. 95.

438

Глава 14. Раскрытие и расследование преступления как цели ... частной методики

14.4. Вопрос о методе раскрытия и расследования преступлений

тановление криминалистической методики как раздела науки и

Ссистемы ее рекомендаций следственной практике сопровождалось исследованием вопроса о том, существует ли, может ли су-

ществовать общий метод раскрытия и расследования преступлений, определяющий принципиальные подходы к решению задачи установления истины по уголовным делам независимо от их разновидностей.

Известно, что западная криминалистическая наука пыталась дать положительный ответ на этот вопрос. Г. Гросс утверждал существование смешанного правового и естественнонаучного метода раскрытия преступлений. По А. Вейнгарту, научный метод раскрытия преступлений состоит из двух частей: главного и дополнительного методов. Главный метод преследует цель выяснения личности виновного, дополнительный — определения круга доказательств, типичных для данного вида преступлений96. А. Ничефоро и Е. Аннушат рассматривали метод расследования как прикладную логику, выведение умозаключений из сформулированных посылок. Российский процессуалист Л. Владимиров выдвигал задачу создания действительно научной теории уголовного судопроизводства как метода исследования истины в области уголовного суда.

Оценивая попытки западных криминалистов сконструировать метод расследования преступлений, И. Н. Якимов писал: “... относительно метода Вейнгарта должно сказать, что он настолько расчленен на мельчайшие составные части, в нем столько отдельных рубрик и классификаций уголовных доказательств, что за ними не видна общая конструктивная мысль автора. Метод Ничефоро, в ущерб чисто материальным приемам расследования, выдвигает психологию следственного процесса, придавая излишне большое значение изучению мотива и цели преступления (логика процесса) и личности преступника(психология процесса). Метод Аннушата явно искусственно упрощен сведением следствия к логическому выведению заключения из посылок, взятых из материалов данного уголовного дела. Автор сам чувствует, что в частях и целиком следственный процесс не может быть сведен“решениюк криминалистической проблемы средствами одной только логики(как в беллетристических произведениях Эдгара По), и вводит в него элемен-

96 Вейнгарт А. Уголовная тактика. СПб., 1912, сс. 65, 68.

439

Глава 14. Раскрытие и расследование преступления как цели ... частной методики

ты, не поддающиеся предварительному логическому учету(введение в

заблуждение и случайность)”97.

Однако, подвергнув критике неудачные попытки предшественников, И. Н. Якимов поддался искушению создать свой метод расследования преступления, “который мог бы быть усвоен как рабочий прием в практике следственных и розыскных работников”98. Он назвал его методом расследования преступлений по косвенным доказательствам(уликам) по той схеме, которую мы уже упоминали.

Пожалуй, это была первая и последняя заметная попытка создания универсального метода расследования в отечественной криминалистике, попытка, отмеченная явной печатью влияния западной криминалистики. Было бы по меньшей мере несправедливо сейчас упрекать И. Н. Якимова и других пионеров советской криминалистики, что они не смогли в те годы преодолеть этого влияния, да мы и не ставим себе задачу с высоты сегодняшнего дня науки бичевать взгляды полувековой давности. Уже в последующие годы само развитие криминалистики показало, что следует идти другим путем.

Уже В. И. Громов, который ввел в науку и практику термин“методика расследования преступлений”, выдвинул тезис о множественности методов расследования. Под ними он понимал“все те допускаемые законом, выработанные наукой или практикой и проверенные на опыте способы и приемы, которые способствуют достижению практической задачи исследования преступления и обнаружения его виновников”, и считал задачей методики расследования преступлений“изложение всей совокупности правил о наиболее целесообразном использовании и применении способов и приемов, которые могут облегчить работу по расследованию преступлений”99. Позднее он вновь подчеркивал, что “расследование уголовных дел требует от органа расследования известного “навыка в маневрировании всеми указанными способами в целях раскрытия существа исследуемого преступления, — требует умения выбрать и применить именно те методы, использование которых в данном конкретном случае является наиболее целесообразным и может дать наиболее эффективные результаты”100.

Формированию взглядов отечественных криминалистов на проблему методов расследования преступлений существенно способствовали

97Якимов И. Н. Криминалистика. Уголовная тактика. М., 1929, с. 161.

98Там же.

99Громов Вл. Методика расследования преступлений. М., 1930, с. 17.

100Громов Вл. Техника расследования отдельных видов преступлений. М., 1931, с. 5.

440

Глава 14. Раскрытие и расследование преступления как цели ... частной методики

работы Б. М. Шавера, и в частности, его статьи “Об основных принципах частной методики расследования преступлений” и “Предмет и метод криминалистики”. Он сформулировал основные предпосылки решения проблемы, которые заключались в том, что: а) не существует единого метода расследования различных преступлений и б) должны быть разработаны некоторые общие принципы, исходя из которых следует решать проблемы частной методики101.

В своей кандидатской диссертации Б. М. Шавер назвал эти принци-

пы:

¨освоение опыта расследования анализируемой категории дел, включая способы совершения преступлений;

¨установление обычного для данной категории дел местоположения следов преступления и методов их обнаружения, исследования и оценки;

¨определение данных, облегчающих установление круга лиц, среди которых может быть обнаружен преступник и выявлены свидетели;

¨указание способов анализа, сопоставления и изучения фактов и событий, пользуясь которыми можно было бы ближе всего подойти к установлению истины;

¨приспособление научных и специальных знаний для расследования данной категории уголовных дел;

¨приспособление для тех же целей уже известных приемов и методов криминалистики;

¨определение политической направленности следствия;

¨разработка форм и методов сочетания оперативно-розыскных и следственных действий;

¨определение процессуальных особенностей проверки и оформления доказательств, которые нужно учитывать при расследовании данной

категории дел102.

Можно сказать, что, в целом, эти положения сохранили свое значение, хотя и не все в них сейчас представляется бесспорным в той форме, в какой они были сформулированы . БМ. Шавером. Главная их мысль, которую он воспринял у В, И. Громова и развил, заключалась в замене идеи метода расследования идеей методики расследования. “Никаких шаблонных методов и способов, которые можно было бы ме-

101Шавер Б. М. Об основных принципах частной методики расследования преступлений. — Соц. законность, 1938, № 1, с. 46.

102Приводится но обзору “Диссертации советских криминалистов”. — В кн.: Советская криминалистика на службе следствия , вып. 8.М.,1956, с. 107-108.

441

Глава 14. Раскрытие и расследование преступления как цели ... частной методики

ханически применять при расследовании различных дел, нет, — утверждали впоследствии С. А. Голунский и Б. М. Шавер. — Не только методика расследования отдельных категорий дел, но и методика расследования каждого конкретного дела отличается целым рядом индивидуальных особенностей”. Учет таких особенностей возможен при следовании правилу: “Идти от метода совершения преступления к методу его раскрытия”103.

Это правило, относящееся к разработке частных криминалистических методик, постепенно стали употреблять и для характеристики путей установления истины по уголовным делам, то есть в смысле метода расследования. “Расследование каждого преступления идет от установления и изучения способа совершения преступления к его раскрытию”104, — такова типичная формулировка этого метода, хотя само слово “метод” и не употребляется и тем более не говорится вслух об универсальном методе расследования. Но тем не менее смысл приведенной формулы именно таков, поскольку она носит универсальный характер, в чем можно убедиться, если вспомнить слова Г. Г. Зуйкова: “Широко распространенная схема — от способа совершения преступления к способу его раскрытия— вполне приемлема как определение пути познания истины(выделено нами — Р. Б.) по конкретному делу”105. Путь познания истины и есть метод ее постижения.

Из числа известных нам авторов лишь один поднял свой голос против абсолютизации правила“от метода совершения к методу раскрытия” при разработке криминалистической методики. В 1965 г. А. Н. Колесниченко писал: “Изучение способов совершения преступлений является важной предпосылкой разработки научной методики расследования. При этом, однако, следует иметь в виду два положения. Вопервых, методика расследования основывается на обобщениях методов раскрытия преступлений, изучая которые анализирует и способы -со вершения преступлений, определяющие использование тех или иных приемов и способов следователем. Во-вторых, способ совершения преступления необходимо рассматривать как самостоятельно, так и в не-

103Голунский С. А., Шавер Б. М. Криминалистика. М., 1939, с. 11.

104Сенчик Н. А. Особенности установления способа совершения спекуляции.

— В кн.:Криминалистика и судебная экспертиза, вып. 8.Киев, 1971, с. 71.

105Зуйков Г. Г. Криминалистическое понятие и значение способа совершения преступления. — Труды ВШ МООП СССР, вып. 15. М., 1967, с. 70.

442