Вопрос 18

В Англии лишь весьма незначительное меньшинство образованных людей отнеслось сочувственно к Ф. революции. В той ненависти к ней, которую проявило английское общество, действовало и национальное соперничество, и стремление французов вмешаться во внутренние дела Англии, и антирелигиозный характер, какой приняла революция, и те жестокости, которыми она сопровождалась, а когда между Англией и республикой началась война, то парижские революционеры сделались предметом ненависти и в качестве опасного внешнего врага. Это смешанное чувство на первых же порах нашло свое выражение в знаменитом памфлете Бёрка: "Размышления о революции во Франции" (Reflexions on the revolution in France), вышедшем в свет в 1790 г. и сразу сделавшемся необычайно популярным в английском обществе. Почти все английское общество стало смотреть на Ф. революцию глазами Бёрка, взгляд которого надолго утвердился в английских правящих классах. Тем не менее и в Англии не было недостатка в приверженцах революции. Они были и в числе вигов (Фокс, Шеридан, Стэнгоп, Лансдоун), хотя большинство партии пошло за Бёрком; но особенное сочувствие вызвала революция в незадолго перед тем народившейся демократической партии. Некоторые видные деятели даже защищали Ф. революцию в печати (Макинтош, Пэн, Пристлей, Прайс). Образовались даже целые политические ассоциации с реформаторскими программами. Уже осенью 1789 г. лондонское "общество революции" вотировало, под председательством лорда Стэнгопа, поздравительный адрес парижскому учредительному собранию. Еще раньше, в 1780 г., возникла в Англии большая ассоциация (Society for promoting Constitutional information), поставившая своей целью распространение в народе политического образования посредством издания книг и брошюр, в которых проводились идеи всеобщего голосования, закрытой подачи голосов и т. п. В 1791 г. для достижения парламентской реформы образовалось в Лондоне и др. городах несколько обществ, из коих особенно деятельным было лондонское Corresponding Society. Через несколько месяцев (1792) возникло "Общество друзей народа", поставившее своей задачей добиваться мирными путями парламентской реформы и тем самым противодействовать революционным проискам. Когда старейшее из этих обществ однажды решило послать адрес якобинскому клубу в Париже, правительство встревожилось и издало " прокламацию" о необходимости строгого подавления всех попыток распространять вредные и мятежные сочинения. Тем не менее все три общества продолжали агитировать в пользу реформы и в 1793 г. устроили в Лондоне первые два публичных митинга под открытым небом. Примеру столицы последовали и другие города. На одном из этих собраний было даже постановлено, что народ может требовать всеобщей подачи голосов, как своего права, и что потому нет надобности о нем просить, как о какой-то милости; некоторые ораторы, увлеченные примером Ф. революции, прямо настаивали на том, чтобы созван был национальный конвент, который и произвел бы парламентскую реформу. Все это, однако, только усилило общую реакцию.

Гораздо сильнее было увлечение французской революцией в Ирландии. Здесь уже раньше существовало общество "соединенных ирландцев", которое сначала думало лишь о внутренних реформах, но после событий 1789 г. перешло к мысли об отторжении Ирландии для образования из нее самостоятельной республики. В 1794-95 гг. в стране начались народные мятежи, а в следующие годы ирландские патриоты вступили в формальные переговоры с Францией об общих действиях против англичан. Ирландское восстание в 1798 г. было, однако, подавлено, несмотря на помощь, оказанную ему директорией.

Большие надежды на Ф. революцию возлагали и поляки. В 1788 г. в Варшаве собрался знаменитый четырехлетний сейм (см.), который произвел революцию 3 мая 1791 г. С 1792 г. Польше и Франции одинаково пришлось отстаивать себя от внешних и внутренних врагов новых порядков, и это объединило обе революции. Уже в эпоху четырехлетнего сейма пример французов сильно поощрял поляков, но особенно сильное влияние Ф. революция оказала на восстание Костюшко; в Варшаве появились даже свои якобинцы. После третьего раздела Польши многие защитники ее независимости эмигрировали во Францию и вступили в ее революционные армии.