uchebniki_ofitserova / разная литература / отеч спецслужбы / mozohin / валютка

В процессе следствия, было установлено, что Зильберман участвовал во многих сделках. При нем были найдены расчеты, которые являлись расчетами на купленные им доллары, которые он закупал и сдавал сотруднику Германского Посольства Эрдману, для отправки Койфману, от которого при встречах получал на эту цель червонцы.

Скупку долларов Зильберман производил не лично, а через крупного валютчика Горона А.Е., который имел сеть агентов - валютчиков которые скупали для него доллары, принося их к нему на квартиру. Горон помимо продажи долларов Зильберману проводил крупные сделки с грузинским евреем «Илюшей». Два раза Зильберман покупал у Горона для отправки за границу по 7000 долларов.

В процессе следствия были изобличены в незаконных валютных операциях:

Зильберман Сруль Беркович - 49 лет, из мещан Подольской губ, торговец, - в том, что являлся нелегальным агентом заграничных банкирских контор в Берлине занимающихся нелегальными переводными операциями по ввозу в СССР червонцев и вывозу из СССР инвалюты,

Телегина Евгения Григорьевна - 60 лет, из мещан г. Тамбова, в том, что предоставляла сотруднику Германской миссии Эрдману В.Р. свою квартиру для явок и свиданий с валютчиками и скупала для Эрдмана инвалюту.

Горон Абрам Хаимович -, 52 г., из мещан Ковенской губ, в том, что систематически скупал инвалюту для арестов Германской и Афганской миссии.

Баракаев Илья Исаакович, 29 лет, из мещан г. Самарканда, в том, что систематически скупал крупные партии инвалюты, которая через Пинхасова сбывалась Афганской миссии.

Пинхасов Мордух Аваевич, Афганский подданный, кустарь в том, что систематически скупал в СССР инвалюту, для Афганской миссии вывозящей эту инвалюту за границу.

Ритенбург Аркадий Борисович - 44 года, из мещан г. Москвы, в том, что содействовал обвиняемому Зильберману в проведении им нелегальных валютных переводных операциях.

Натансон Абрам Исаакович - 42 года, из мещан Подольской губ., ранее судился за контрабанду, в том, что содействовал обвиняемому Зильберману в проведении им нелегальных валютных переводных операций.

Спектор Фишер Лейзерович - 48 лет, из мещан Подольской губ., привлекался к ответственности в том, что систематически скупал инвалюту для лиц, снабжавших этой валютой иностранные миссии.

Гольдейман Григорий Фронович - 21 г., из мещан г. Могилева, в том, что систематически скупал инвалюту для лиц, снабжавших инвалютой инмиссию.

Миллер Ира Мошкевич - 53 лет, из мещан Подольской губ, в том, что систематически скупал инвалюту в крупных размерах.

Зильберман Мендель Аронович - 39 лет, из мещан Подольской губ., в том, что систематически скупал инвалюту.

Тансер Роза Ионовна, 25 лет, из мещан Подольской губ., в том, что содействовала Зильберману и Менделю в проведении им незаконных валютных операциях.

Вайсман Софья Мосеевна - 52 года, из мещан Волынской губ., в том, что совершала незаконные валютные операции по нелегальному получению из-за границы червонцев.

Ханис Борис Моисеевич - 44 лет, из мещан Подольской губ., в том, что через нелегальных агентов получал из-за границы червонцы.

Вайсблай Янкель Пинхасович - 49 лет, из мещан Подольск. губ., в том, что участвовал, совместно со своими компаньонами по производству, в скупке инвалюты.

Столиер Мендель Беркович - 62 года, из мещан, г. Двинска, в том, что систематически скупал инвалюту.

Горон Гора Михайловна - 49 лет, из мещан, г. Двинска, в том, что являлась соучастницей в преступлениях своего мужа Горона Х..

Зильберман Рахиль Абрамовна - 42 лет, из мещан, Бессараевской губ., в том, что являлась соучастницей в преступлениях своего мужа Зильбермана С.Б..

Коллегией ОГПУ по ст. 17-58 п. 7 УК РСФСР, все вышеуказанные лица были приговорены к различным мерам наказания.

Однако 12 августа 1929 года ОГПУ вынуждено было констатировать, что произведенные аресты группы лиц, занимавшихся нелегальными операциями по ввозу в СССР червонцев и вывозу за границу валюты, не остановили работы германских банкирских контор. Эти конторы через сотрудника Германской Миссии Эрдмана Владимира Рудольфовича, продолжали скупку и вывоз инвалюты, причем Эрдман интенсивно пытался найти и привлечь для скупки иностранной валюты граждан СССР.

Учитывая это, ОГПУ посчитало необходимым вторично просить Народный комиссариат иностранных дел поставить перед Германским послом вопрос о немедленном отзыве из СССР сотрудника Германской миссии Эрдмана и об установлении такого порядка, при котором диппочта не использовалась бы впредь для перевозки валюты.

В конце 1928 года Эрзерумский персидский генконсул Мирза Гасан вел переговоры с советником Ахмед Ханом, перед которым ставил вопрос о необходимости иметь официального дипкурьера по линии Эрзерум-Тефлис-Константинополь, мотивировав это тем, что важные материалы консульства нельзя доверять советской почте. Однако в ОГПУ возникли предположения, что Ахтер намеривался дипкурьера попутно с его прямыми обязанностями использовать в деле провоза контрабанды.

Проведенной проверкой было установлено, что Ахтер за время своих проездов через Тифлис в Константинополь всегда занимался контрабандной деятельностью.

Так, в декабре он из Эрзерума привез с собой 300 турецких золотых лир, каковые в Тифлисе продал и на вырученные деньги купил доллары. При возвращении из Константинополя, привез с собой червонцы в сумме более 15 тысяч рублей (червонцы купил по 3 лиры 78 пиастров каждый) на эти деньги в Тифлисе скупил доллары и стерлинги и 8 января 1929 года выехал через Ленинакан в Эрзерум.

Имея официальные свидетельские показания о провозе Ахтером валюты, Ленинаканская погранохрана хотела произвести личный обыск, при проезде Ахтера через границу. Однако, ввиду категорического воспрепятствования обыску, он не был ему подвергнут и был пропущен за границу без досмотра.

Наряду с этим были отмечены случаи провоза валюты и контрабанды Ахтером, которая принадлежала другим лицам.

Ахтер по поводу обыска его вещей, произведенного Ленинаканской таможней, сообщил 1-му секретарю Тифперсгенконсульства Арфа, что валюты при обыске у него не обнаружили, т. к. он не разрешил себя обыскивать. Аналогичного содержания письмо Ахтер написал Тифперсконсулу Захиру, который на основании этого письма обратился письмом в НКИД, с требованием удовлетворения Ахтера за нанесение ему морального оскорбления.

На это требование, Консульству был дан ответ, что обыск был произведен без ведома центральных властей сотрудниками Ленинаканской таможни, виновные будут привлечены к ответственности.

После этих событий Ахтер учил Арфа, как надо провозить контрабанду. Он предлагал во время его отъезда в Константинополь английские фунты стерлинг или доллары в больших купюрах взять с собой, чтобы иметь возможности положить их в карман или в пакет, на котором написать адрес посольства, наложив на него сургучную печать Ген. Консульства.

При возвращении обратно, при условии, если червонец будет дешевле, приобрести их и положить в пакет, который будет иметь печать. И даже, если пакет будет в вскрытом виде, все равно его трогать не будут. Золото Ахтер предложил положить в пояс.

Органы госбезопасности сообщали Сталину о контрабандных перемещениях червонцев со стороны сотрудников посольств иностранных государств. В записке, направленной на его имя в июле 1929 года информировали «об исключительно широком масштабе, какой приняли операции иностранных организаций по выкачке из СССР инвалюты и ввозу сюда контрабандного червонца». Сообщалось, что в отношении контрабандной деятельности, осуществляемой с позиции Латвийской миссии к следствию привлечено до 70 человек.

Сообщалось так же о том, что в Риге, Праге и Харбине были выявлены лица и организации, занимавшиеся подобного рода операциями и имеющими в СССР многочисленную агентуру. Деятельность этих организаций была возможна в силу того, что использовались аппараты посольств, заграничных учреждений, концессий и иностранных корреспондентов.

Было установлено, что пересылка долларов из СССР в Германию и червонцев обратно производилась через Германскую и Чехословацкую миссии, в валютных операциях были замешаны секретарь экономического отдела Германского посольства Эрдман, посол Чехословакии - Гирса и др.

Однако каких либо правовых актов пресекающих дипломатическую контрабанду принято не было. Дипломатическая переписка и ряд операций по захвату с поличным дипломатов, к каким либо существенным положительным сдвигам не привела.

В январе 1930 гола не только дипломаты, но и некоторые концессионные фирмы стали скупать у русских граждан червонцы, причем расчеты между ними производились путем перевода за границу инвалюты лицам по указанию продавца червонцев. Таким образом, некоторые советские граждане, обладавшие большим капиталами в червонцах, стали переправлять свои деньги за границу.

Одновременно ряд концессий стали заниматься усиленной скупкой иностранной валюты на «черной бирже», имея своих агентов среди валютчиков. В то время большой размах приобрела деятельность валютчиков на территории СССР, усилились нелегальные переводы за границу.

Для выявления связи концессионеров с продавцами червонцев и валюты гражданами СССР, Экономическое управление ОГПУ особое внимание стало обращать на деятельность концессий по валютным операциям, а так же выявлять лиц, посещающих концессии с целью продажи червонцев и без деловых надобностей.

26 января 1930 года ЦИК и СНК СССР принял постановление: «Об ответственности за нарушение Правил о вывозе, ввозе, пересылке и переводе за границу из заграницы валютных и фондовых ценностей», согласно которому ст. 23 Постановления Центрального Исполнительного Комитета и Совета Народных Комиссаров Союза ССР от 21 марта 1928 года о вывозе, ввозе, пересылке и переводе за границу и из-за границы валютных и фондовых ценностей была изложена в следующей редакции:

«23. Нарушения порядка, предусмотренного для вывоза и ввоза валютных и фондовых ценностей, влекут за собой ответственность, как за контрабанду.

Нарушения порядка, предусмотренного для пересылки и перевода валютных и фондовых ценностей, влекут за собой уголовную ответственность, как за нарушение Правил о валютных операциях. Независимо от привлечения к уголовной ответственности, незаконно пересылаемые валютные и фондовые ценности конфискуются в административном порядке. Однако, в тех случаях, когда валютные и фондовые ценности, не подлежащие пропуску в Союз Советских Социалистических Республик, обнаруживаются в поступающих из-за границы письмах с объявленной ценностью, они не конфискуются, а отсылаются обратно за границу в места подачи этих писем».

Валютно-контрабандная деятельность иностранных дипломатических представительств на территории СССР в начале 30-х годов наносила валютным интересам СССР значительный ущерб.

В связи с этим 5-го июля 1932 года в шифртелеграмме ОГПУ было указано, что эффективная борьба с контрабандной деятельностью инопредставительств может быть развернута только при тесном оперативном контакте аппаратов Особого отдела и Погранохраны ОГПУ.

Исходя из необходимости усиления работы по обслуживанию дипломатических учреждений в области борьбы с контрабандой по линии Особых отделов было предложено выделить имеющиеся агентурные материалы о контрабандной деятельности дипучреждений, отдельных сотрудников диппредставительств и лиц, связанных по контрабанде с последними, и все эти материалы передать для дальнейшей разработки в соответствующие аппараты Пограничной охраны ОГПУ по территориальности.

В дальнейшем поступающие материалы о контрабандной деятельности дипучреждений и лиц, связанных с ними по контрабанде, передавались для дальнейшей разработки в аппараты Пограничной охраны ОГПУ.

По линии Пограничной охраны ОГПУ предлагалось, составив специальные справки по агентурным разработкам по дипконтрабанде направить последние в аппараты ОО ОГПУ по территориальности.

О всех вновь поступающих в аппараты Погранохраны агентурных материалах по дипломатической контрабанде, необходимо было ставить в известность Особые отделы ОГПУ. Разработку и реализацию материалов по дипломатической контрабанде, поступающих от Особых отделов, предлагалось проводить согласованно с последними.

В исключительных случаях, когда разработки по контрабанде, находящиеся в производстве Погранохраны ОГПУ, представляли особую оперативную ценность для Особых отделов, их могли передавать соответствующими аппаратам Особых отделов ОГПУ. По такого рода разработкам Погранохраны ОГПУ предоставлялась во временное распоряжение агентура, работающая по данному делу.

В области борьбы с нелегальными (лицами, бегущими за кордон, в связи с экономическим их ущемлением – нэпманы, быв. сов. люди и т.д.) все материалы по такого рода делам должны были передаваться в органы Погранохраны ОГПУ для дальнейшего использования.

В случаях, когда в результате реализации полученных материалов о дипломатической и нелегальной контрабанде, контрабанда задерживалась, то 35% от реализационной стоимости последней, должна была переводиться Особым отделам ОГПУ на премирование сотрудников.

В целом, деятельность органов ВЧК ОГПУ по борьбе с контрабандой валюты и ценностей в 20-е годы нельзя признать достаточно эффективной. Низкая плотность охраны границы, отсутствие необходимого инженерного оборудования не позволяли должным образом перекрыть пути нелегального ввоза и вывоза контрабанды.

В большей степени это относится к морскому побережью, участкам границы Дальнего Востока, Сибири, Туркестана, Закавказья, севера и северо-запада. Только в начале 30-х годов защищенность границ повысилась до приемлемого уровня.

Благоприятные условия для развития валютной контрабанды в СССР, прежде всего, были созданы ошибками правительства, которое затянуло экономический кризис.