193. "Великая замятня"

Череда убийств в Сарае, поставившая Золотую Орду на край гибели, была воспринята русскими князьями весьма болезненно. В лице Джанибека они лишились надежного союзника. Отцеубийца Бердибек в 1359 г. был убит авантюристом Кульпой, выдававшим себя за сына Джанибека. Так угасла линия ханов дома Бытыя и началась борьба за власть, превратившая сильнейшую державу Восточной Европы в объект захватов с востока и запада.

Кульпа правил шесть месяцев и был убит Наврузом, тоже выдававшим себя за сына Джанибека. По‑видимому, Навруз стремился к наведению порядка, потому что русские князья «приходили к Наврузу и били челом царю о разделении княжений их» ««Экземплярский А.В. Великие и удельные князья северной Руси в татарский период с 1238 по 1505 г. Т. II. СПб., 1891. С. 405»». Каждый был утвержден на своей отчине, а Дмитрий Константинович, князь суздальско‑нижнегородский, весной 1360 г. сверх того, получил великое княжение ««Там же. С.408»». Казалось, порядок восстановлен, но в том же 1360 г. из‑за Яика явился потомок Шейбана (сына Джучи) Хызр (Хыдыр‑бек) с войсками Синей орды.

Навруз погиб, и, хуже того, была убита вдова Джанибека, ханша Тайдула ««Там же. С.104»», покровительница митрополита Алексея, а тем самым всей России, очень в этом нуждавшейся. Золотая Орда стала Синей ««Синяя орда, располагавшаяся между Тюменью и Мангышлаком, была менее затронута влиянием мусульманской культуры, нежели Золотая и Белая. Воины в ней сохранили древнюю свирепость и выступали как ревностные защитники традиционной степной культуры. Последним ханом Синей орды был Тохтамыш»».

Хан Хызр, по мнению русских князей, был правитель «кроткий и смиренный» ««Экземплярский А.В. Указ. соч. С.405»». Он потребовал у русских только одного — выдачи ему новгородских ушкуйников, разбойничавших на Волге и грабивших и русских и татар. Великий князь Дмитрий Константинович, Андрей Нижегородский и Константин Ростовский выполнили это поручение с охотой, так как грабежи касались их подданных ««Там же»».

Но, к сожалению, сподвижники Хызра были иного склада, в том числе его сын Темир‑ходжа, в 1361 г. убивший своего отца.

Через шесть дней негодяй был убит темником Мамаем, который возвел на престол некоего Абдаллаха. Напуганные русские князья бежали из Сарая, Мамай с Абдаллахом ушли на правый берег Волги, а в Орде (теперь уже не Золотой, а Синей) воцарился Орду‑Мелик, вскоре смененный Кельди‑беком, потомком Тука‑Темура, младшего брата Батыя ««Грумм‑Гржимайло Г.Е. Джучиды: Рукопись//Архив ГО»».

Но попытка реставрации оказалась неудачной. На престол вскоре сел брат Хызра, Мурид ««См.: Экземплярский Л.В. Указ.соч. С.104»», царствовавший до 1364 г. Его сменил Шейх Азиз, погибший в 1370 г., когда Сарай был взят на короткое время Мамаем, успевшим сменить Абдаллаха на некоего Мухаммеда Булака, после чего Большая орда распалась на семь независимых владений ««В земле камских болгар правил Пулад‑Темир; в земле мордвы — Тагай; в Сарае — Шейбаниды; в Астрахани, Сарайчике и Крыму — самостоятельные князья; в Причерноморье — Мамай, который попытался наладить через генуэзские колонии в Крыму контакт с Западом»».

Затем наступила очередь Белой орды, которая после развала Золотой Орды унаследовала первенство в степном мире. Энергичный Урус‑хан отражал попытки Тимура распространить свое влияние на север от Сырдарьи. Урус‑хан умело защищал южную границу Белой орды, но, не ограничиваясь этим, он решил присоединить к своим владениям гибнущую Золотую Орду, чтобы восстановить единство улуса Джучиева.

Вероятно, этот план можно было осуществить, если бы правитель Мангышлака Туй‑ходжа‑оглан не отказал Урус‑хану в военной помощи. Хотя Туй‑ходжа‑оглан был потомком Орды‑Ичэна, его улус входил в состав Кок‑орды (Синей орды), а хан больше зависел от своих беков, нойонов или эмиров, нежели они от него.

Тем не менее расплачиваться пришлось правителю, причем собственной головой ««См.: Якубовский Л.Ю. Тимур и его время//История народов Узбекистана. Ташкент, 1960. С. 353»».

Сын казненного, Тохтамыш, убежал к Тимуру ««Захватив власть, эмир Тимур стал носить титул «его величество султан — воитель за веру» (Тизенгаузен. Т. II. С. 131. Примеч. 3)»» и предложил ему свои услуги.

Тимур принял царевича, так как столкновение с объединенной степью не сулило ему ничего доброго. Наоборот, он попробовал повести превентивную войну, но отдельные победы в боях не давали возможности закрепиться на широкой территории. Хуже того, его креатура Тохтамыш дважды потерпел сокрушительные поражения. После последней битвы он добежал до берега Сырдарьи и, сбросив одежду, попытался переплыть ее, но преследователи заметили пловца и пустили в него стрелы. Одна стрела вонзилась ему в плечо, но он все‑таки пересек реку и скрылся в камышах, где упал без сил. Спас его случай. Один из сотников Тимур‑бека, Едигей, обнаружил нагого и окровавленного беглеца, одел его и привел к себе в ставку. Там Тохтамыш поправился, был представлен Тимуру и получил от него помощь для продолжения войны с Урус‑ханом.

В 1375 г. Урус‑хан скончался, а его сын и наследник Токтакия умер через два месяца. На престол вступил брат — Тимур‑Малик, который проявил исключительную бездарность и патологическую лень. Он умел только много есть и долго спать, чем вызвал разочарование своих беков и нукеров. В 1376 г. Тохтамыш снова выступил в поход и без труда овладел Белой ордой. После этого он перенес удар на запад, на берега Волги, где ему предстояла серьезная борьба с Мамаем, правителем правобережья Волги.

Мамай не был потомком Чингиса и поэтому не мог стать ханом. Фактически Мамай вышел из улуса Джучиева, более того, он стал врагом Чингисидов.

Левобережье Волги удерживали ханы Кок‑орды, а прочие владетели даже не пытались отстаивать свои княжества от этих титанов. Эту эпоху русские летописцы удачно назвали великой замятней.

Это трудное для татар время использовал литовский князь Ольгерд. Осенью 1362 г. он напал на трех татарских мурз, кочевавших по днепровскому правобережью, и нанес им поражение у Синих Вод.

Мамай отнесся к этому благосклонно, — видимо, разбитые мурзы не были его сторонниками ««См.: Шабульдо Ф.М. Указ.соч. С.66 (разобраны расхождения в датировках)»». Пользуясь договоренностью с Мамаем, Ольгерд занял Чернигов, Новгород‑Северск, Трубчевск, Путивль и Курск ««Там же. С. 60‑62»», а в Киеве упразднил местное самоуправление и присоединил город к Литве.

Таким образом, «западничество», давно бытовавшее у русичей, привилось и у татар. Оно проникло в Степь по «экономическим каналам» — через итальянцев, а политически — через литовцев. Единственным сознательным противником Запада была Московская митрополия, управлявшая в то время Русью. Это делало Москву естественным противником Мамая и соответственно сторонником ханов Синей орды — Чингисидов. Такова была расстановка сил перед Куликовской битвой.