§ 2. Психопатологический метод в русском литературоведении

Гиндин В.П. в книге «Психопатология в русской литературе».- М., ( Изд .ПЕР.СЭ, 2005.224 стр.) возвращается к теме Ч.Ломброзо - гений и безумие, гениальность и помешательство. Эта тема в литературе советского периода практически не освещалась и, более того, была долгие годы под запретом. В русской литературе были известны психически больные Н. Гоголь, Ф. Достоевский и В. Гаршин. Автор дает развернутую трактовку диагноза этих писателей. Кроме того, автор дал патографические описания личностей А. Радищева, П. Чаадаева, М. Лермонтова, И. Тургенева, А.Чехова и В. Маяковского. Некоторые факты психопатологического анализа носят сенсационный, а иногда и эпатирующий характер. В части II приведены патографические исследования психологии А. Пушкина, Л. Толстого, М. Горького, публиковавшиеся в 20 годах XX века.

2.1. Психиатрическое литературоведение В.П.Белянина

В современной России зародилась, с опорой на богатые традиции прошлого (в основном западного), еще одно направление в литературоведении – литературоведение психиатрическое. Оно нацелено на анализ литературного текста с точки зрения характера и степени выраженности в нем отклонений психопатологического плана. Различается психиатрический анализ персонажей (К.Леонгард, В.П.Руднев) и психиатрический анализ всего текста с учетом эмоциональной стороны лингвистической его составляющей (В.П. Белянин – доктор филологических наук, профессор кафедры психолингвистики МГЛУ и Центра международного образования МГУ). Его (Белянина) теория психиатрического литературоведения основана на соотнесении лингвистических и литературоведческих критериев с психологическими. По словам автора, это сочетание недопустимо только на первый взгляд, ведь именно речевые сигналы указывают на психологические проблемы личности. Текст представляется как семантический объект, в котором не учитывается эстетическая сторона, т.е. можно провести параллель – текст рассматривается как речь пациента (надо полагать, в первую очередь автора), сидящего на приеме у психиатра.

За основу своей теории Белянин берет мысль, что за языком художественного произведения стоит не только идея или другое содержание, но и психология. Каждый элемент текста обусловлен не только языковыми, но и психологическими закономерностями.

Однако проблема постановки диагноза по тексту не стоит, поскольку в отсутствие информации об авторе как личности психиатрическая диагностика невозможна.

Кроме того, в этом случае действуют ограничения морального характера, препятствующие анализу творческой личности с позиции психопатологии.

В.Белянин предлагает обратить внимание на соотнесение текста с автором и читателем, чего, по его мнению, не делает традиционное литературоведение, и в результате такого подхода индивидуальный взгляд на мир, особенности мировоззрения автора остаются за рамками исследования.

Исходя из этих теоретических предпосылок, В.Белянин предлагает выделять типы текстов по психиатрической акцентуации– выделяя в своей классификации тексты «светлые», «темные», «печальные», «веселые», «красивые», «сложные» (о полноте этой типологии он речи не ведет). То есть, проще говоря, автор выделил лишь несколько основных, с его точки зрения, типов, по которым нужно распределять тексты и выявлять соответствующие этим типам болезни, болезненные проявления и психические состояния.

Светлыетексты автор коррелирует с проявлениями паранойяльной акцентуации.

Темные – с проявлением эпилептоидной акцентуации.

Печальные– с проявлением депрессивной акцентуации.

Веселые– с проявлением гиперинтимности, гиперманиакальности.

Красивые– с проявлением демонстративности, истероидности.

Сложные- с проявлением шизоидности.

Прокомментируем эту типологическую схему. В основе обобщенной модели «темных» текстов лежит эпилептоидность – такое расстройство настроения, которое выражается в раздражительности, вспышках гнева и ярости, приступах злобного настроения. Когда они заканчиваются, возможно раскаяние, обещания исправиться, угодливость, слащавость, льстивость.

«Темные» тексты встречаются в очень большом количестве в художественной литературе. Для них характерна оппозиция «добро – зло». Среди них выделяются подвиды: «собственно темные», «простые», «жестокие», «вязкие», «щемящие», «вычурные», «разорванные».

Эмоционально-смысловая доминанта в «темном» тексте реализуется с помощью следующих ключевых компонентов: «простой», «тоска», «враг», «дело» и др. Кроме того, для них характерна лексика, связанная с сенсорными ощущениями (слуховыми, зрительными, осязательными) и биологическим уровнем человеческого состояния (физиологические отправления, голод, боль, смех).

«Темные» тексты часто встречаются в публицистике, особенно посвященной политической тематике. В художественных произведениях этого типа героями бывают, как правило, люди так называемых опасных профессий. Действие в них происходит, как правило, в суровых условиях на море, на корабле, в самолете, в тылу врага, на войне, в шахте, на Севере, в замкнутом пространстве одной комнаты (например, тюремной камеры), в космическом корабле или психиатрической лечебнице и т.п. «Темные» тексты существуют и в жанре научно-художественной литературы. В центре их внимания находится описание конкретных, приносящих пользу или спасение действий. Много «темных» текстов среди произведений о животных, а также в сказках (характерным примером автор считает чешские сказки, а также сказки братьев Гримм, произведения С.Лагерлёф, Н.Носова, Дж. Свифта).

Остальные типы текстов Белянин в своих исследованиях рассматривает по той же схеме, что и «темные»¹. Приведем их описания с некоторыми сокращениями.

«Печальные» тексты автор связывает с депрессивностью и меланхолией. Такие тексты лиричны по стилю, герой в них либо молод, жизнерадостен и полон надежд, но умирает в расцвете сил, либо уже стар, беден и оплакивает свою несостоявшуюся жизнь. Смысл жизни, выраженный в «печальном» тексте, состоит в том, чтобы дорожить каждым прожитым днем, любить жизнь. Вместе с тем жизнь в рамках такого мироощущения тяжела и изнурительна, поэтому смерть приходит как избавление от страдания, она сладка и желанна. Эмоциональная окраска и оценка времени в «печальном» тексте меняются от прошлого, которое прекрасно, но в нем сделано много ошибок, через настоящее, приносящее страдания, к будущему, в котором человека ждут только одиночество, холод, смерть. Содержание произведения воспринимается как жалоба на жизнь и призыв о помощи. Такого рода мироощущение вполне соответствует депрессивному видению мира. Автор называет среди создателей «печальных» текстов Пушкина, Гоголя, Лермонтова, Тургенева, Бунина. Другой вышеупомянутый исследователь Вадим Руднев считает возможным в этой связи говорить о «русском депрессивном реализме».

«Сложные» тексты описывают мир идей, концептов и абстракций. В рамках психиатрического литературоведения предполагается, что они могут быть в какой-то степени проявлением шизоидной акцентуации. Многие научно-фантастические тексты также попадают в эту категорию. Философские тексты нередко тоже. Постмодернизму тут тоже найдется место.

«Веселые» тексты представляют собой полную противоположность «печальным» текстам. Обычно в них содержится описание человека, который сталкивается с препятствиями или опасностями, но успешно преодолевает их. Героями могут быть люди так называемых опасных профессий или военные и путешественники, но и такие типы, как жулики, шулеры, воры, полицейские. Сюда же относятся герои авантюрных и плутовских романов.

Обобщенная модель порождения «веселых» текстов может базироваться на такой черте личности, как маниакальность, причем такая, в которой преобладает повышенное настроение. В качестве примеров исследователь называет такие произведения, как «Барон Мюнхгаузен», «Винни-Пух», «Малыш и Карлсон, который живет на крыше», «Двенадцать стульев», «Три мушкетера», «Ревизор» Гоголя, многочисленные комедии (В джазе только девушки», «Веселые ребята», «Джентльмены удачи») и др.

В «красивых» текстах основное внимание уделяется внешнему выражению эмоционального состояния человека. Психологическую основу обобщенной модели «красивых» текстов, может составлять такая черта характера, как истероидность. Она отличается особым, рассчитанным на эффект поведением и особыми - истерическими - реакциями, которые обусловлены ситуативно. «Красивые» тексты, занимая свое особое место в культуре, очень часто составляют основу для театральных и кино-сценариев, являются текстовой основой для оперетт и водевилей. Они очень распространены в виде «мыльных опер» и сценариев для индийских кинофильмов.

Эмоционально-смысловая доминанта «светлых» текстов, как правило, представлена двумя идеями: «Все живое уникально и самоценно» и «Я знаю истину и несу свое миропонимание другим людям».

Классификации могут быть и другими, но в основе всех из них лежит то или иное психологическое или психическое состояние. Кстати, автор не обязательно может быть создателем произведений только одного эмоционально-психологического типа, что упускает В.П.Белянин, ибо это могло бы значительно осложнить или даже разрушить его типологию.

Методологию анализа тестов В.П.Белянина можно определить как типологически-психиатрическую классификацию текстов.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Безусловно, психопатологические теории искусства не могут не привлекать внимание, особенно читателей, страдающих теми или иными психическими отклонениями от нормы. Авторы теорий проводят любопытную параллель между искусствоведением и психиатрией, а то и пытаются их соединить. Нельзя отрицать, что многие положения подобных теорий небезосновательны и несут в себе ценную информацию для анализа некоторых проблем творческого процесса и его продуктов в системе отношений «автор- произведение – читатель». Последний компонент тоже важен, так как и восприятие читателей может базироваться на той или иной собственной психологической или психиатрической доминанте.

Однако подобные теории искусства вызывали и вызывают резкую критику, обвинения в ограниченности (вспомним хотя бы работы профессора Ломброзо или теории Фрейда).

Методы психиатрического литературоведения вызывают критику со стороны традиционного литературоведения, указывающего, что литературное произведение не является непосредственным выражением авторской личности, а опосредовано в процессе своего создания существующими рамками жанров, стилей, литературных направлений и традиций, а потому любые умозаключения от текста к личности автора в профессиональной литературе следует делать весьма осторожно.

С позиции размежевания психиатрического и психологического подходов к психике метод анализа текста и личности через ее речевую продукцию, описанный Беляниным и др., а также базирующийся на других основаниях, трактуется как неполный. При этом ему противопоставляются методы анализа текстов Л.С.Выготского (кстати, тоже не отличающийся полнотой и непротиворечивостью) и С.М. Эйзенштейна, которые анализировали преимущественно психологию формы вне связи с психикой ее создателя.

Как мы видим, есть как плюсы, так и минусы, методы эти позволяют расширить круг знаний о творческом процессе и отдельных сферах содержания художественных произведений.