Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
istoria.docx
Скачиваний:
8
Добавлен:
21.03.2015
Размер:
48.22 Кб
Скачать

 

19. Государственный строй Новгородской республики

Новгород не рассматривался ни одной княжеской семьей в качестве вотчины, власть и полномочия князя здесь были сильно урезаны. Князья в Новгороде с XIII в. стали фактически выборными, новгородцы призывали к себе кого-либо из Рюриковичей, обычно из северо-восточных княжеств. Т.о. в Новгороде установился республиканский строй. Новгородцы избирали даже архиепископа, который потом лишь утверждался митрополитом. Новгородская зависимость формально признала свою зависимость от Золотой Орды, следовательно, номинально признавала верховенство владимирского великого князя. В свою очередь, монголо-татары признавали новгородские порядки и не мешали вечевому управлению.

Высшим государственным органом Новгородской республики было вече ("парламент-митинг"). Существует две точки зрения на персональный состав веча:

1. Входили все взрослые мужчины (так считает, в частности, доц. С.М. Казанцев), т.е. была непосредственная демократия. Вместе с тем, на вече (как на народное собрание в Афинах) приходили далеко не все, кто мог бы в нем участвовать.

2. Входили представители населения (т.е. не все новгородцы) (так считает, в частности, Янин), т.е. была представительная демократия. В доказательство говорят о небольших размерах вечевой площади в Новгороде. Вечер решало вопросы об избрании (изгнании) князя, избрании прочих высших должностных лиц Новгородской республики; вопросы войны и мира; налоговые вопросы; выпускало законодательные акты; судило высших должностных лиц. Князь (обычно из Рюриковичей) приглашался на княжение вечем. Князь был символом государства, защитником новгородских земель. Прибывая с дружиной в город, князь заключал договор с Господином Великим Новгородом. Князю и его дружинникам запрещалось приобретать в собственность недвижимость на новгородской земле. Князь имел право на получение определенных пошлин. Князь мог охотиться, но только в специально предназначенных для этого заповедных лесах. Совместно с посадником князь осуществлял судебные функции. Князь также назначал судей на местах, возможно, также судебных приставов. Архиепископ (владыка) возглавлял церковь, ведал мерами и весами, обладал некоторыми судебными и иными полномочиями, под его командованием состоял специальный архиепископский полк. Архиепископ председательствовал на заседаниях Боярского совета, который в Новгороде назывался "Оспода", а в Пскове - "Господа" Посадник избирался на определенный срок вечем. Действующий посадник назывался степенным, а бывший - старым. Также избирался вечем тысяцкий. Трудно разграничить полномочия посадника и тысяцкого, они решали оперативные вопросы жизни Новгородской республики. Им, как и другим новгородским должностным лицам, принадлежали определенные судебные полномочия: посадник вершил суд вместе с князем, а тысяцкий выступал судьей по торговым (коммерческим) спорам. Все города, входившие в состав Новгородской республики, считались новгородскими пригородами. Новгородский пригород Псков де-факто обладал широкой автономией, обычно имея даже собственного князя. Однако в Пскове не было собственных бояр, т.к. все они жили в Новгороде, поэтому делами Пскова управляли житьи (т.е. зажиточные) люди, которые в Новгороде были боярами оттерты от управления. Только в сер. XIV в. Псков получил официальное признание своей независимости со стороны Господина Великого Новгорода. Система государственного управления Пскова полностью копировала новгородский аналог. Однако в Пскове не было собственного архиепископа, здесь находился наместник новгородского владыки. Вместо посадника и тысяцкого, в Пскове функционировало 2 степенных посадника. Некоторые полномочия тысяцкого были спущены на уровень вниз, сотским.

22. Псковская судная грамота имеет ряд статей, закрепляющих институты вещного права, то есть права на вещи, центральным из которых являлось право собственности. Вещи согласно грамоте делились на движимость - живот и недвижимость - отчина. Для недвижимости устанавливался особый режим владения, о чем свидетельствуют статьи 88 и 100 Псковской судной грамоты. Эти статьи указывают на сохранение имущества в пределах одного рода. В статьях 14 и 100 оговорены способы получения собственности как движимой, так и недвижимой. Также статья 9 Псковской судной грамоты говорит нам о таком приобретении права собственности как давность владения. Он был закреплен в отношении пахотной земли и рыболовного участка. Но основным способом приобретения права собственности являлись договоры и наследование. Об этом говорят статьи 14, 88, 89, 100 Псковской судной грамоты. Она указывает также на находку и приплод, указанные в статьях 47, 56, 110, 118. В Псковской судной грамоте право на чужие вещи представлено кормлей. Статьи 72, 88, 89 говорят о том, что кормля - это условное землевладение, как правило, пережившего супруга.

Псковская судная грамота особое внимание уделяет залоговому праву. Согласно статье 28 заложенное имущество не переходило во владение залогодержателя. Возможен был залог движимого и недвижимого имущества.

23. Также в Псковской судной грамоте хорошо разработана обязательственное право, что обусловлено развитием товарно-денежных отношений. Обязательственное право в Новгороде и Пскове было достаточно развитым. Псковская судная грамота отдает предпочтение имущественной ответственности должников, письменным формам заключения сделок, равенству положения сторон в договорах без учета сословного положения. Псковская судная грамота различала три способа заключения договора: устное соглашение, доска, запись. При заключении устных соглашении требовалось присутствие посторонних людей, то есть свидетелей.

Доска была простым домашним документом, составленным на доске или бересте. Копия такого документа в архив не сдавалась, поэтому его достоверность могла быть оспарима. Согласно статьям 30 и 38 Псковской судной грамоты давать деньги в долг по доске можно было в сумме до одного рубля включительно. Если кто-нибудь предъявлял иск на сумму свыше одного рубля и в подтверждение своих требований предъявлял доску, то такой документ не имел силы.

Основным способом заключения договора была запись. Запись представляла собой письменный документ, копия которого сдавалась на хранение в архив Троицкого собора. Записью оформлялись договоры купли-продажи, займа на большие суммы (свыше одного рубля), изорничество и поручительство; при помощи записи оформлялось завещание.

Большое внимание уделялось способам обеспечения исполнения обязательства. В Псковской судной грамоте много место отведено поручительству и залогу. В статье 31, например, показана роль залога как способа обеспечения исполнения обязательства. Должник, который отказывался от уплаты долга, терял свой залог. В статьях 32 и 33 говорится еще об одной форме обеспечения исполнения обязательств - поручительство. Оно могло применяться в тех случаях, когда сумма долга или иного денежного обязательства не превышала одного рубля.

Законодательству Новгорода и Пскова было известно большое число договоров. Одним из самых распространенных договоров - купля-продажа. Согласно Псковской судной грамоте, проданные вещи должны были быть доброкачественными. Если вещь продавалась со скрытыми дефектами, то такая сделка должна была быть признана, согласно статье 118, недействительной. Вещи, которые реализовывал продавец, должны были принадлежать ему на законном основании. Псковская судная грамота, защищая добросовестного приобретателя вещи (статьи 46 и 47 Псковской судной грамоты), и рассматривает также случаи, связанные с добросовестным приобретением вещи, ранее украденной. Если у добросовестного приобретателя были четыре, пять свидетелей, то других доказательств не требовалось. Если же свидетелей не было, то следовало прибегнуть к присяге как к доказательству. Об этом говорит статья 56 Псковской судной грамоты. Купля-продажа движимости осуществлялась на торгу, без лишних формальностей. Договор заключался в устной форме, свидетели были необязательны. Сделка, заключенная в пьяном виде, считалась недействительной и могла оспариваться стороной согласно статье 114 Псковской судной грамоты.

Сделки о недвижимости, в частности купля-продажа земли, должны были заключаться в письменной форме и при свидетелях, то есть купля-продажа земли оформлялась записью. Субъектами договора купли-продажи земли могли быть близкие родственники. Оформлялась сделка при свидетелях обеих сторон и скреплялась печатью архиепископа или его наместника. В договоре могло быть оговорено, что земля продается ”одорень” или ”в веки”, то есть без права выкупа. При отсутствии этого условия выкуп не допускался.

Хорошо был известен в Новгороде и Пскове договор займа. Займ на сумму до одного рубля мог совершаться в устной форме при свидетелях и без залога. Статья 30 Псковской судной грамоты устанавливает общий порядок заключения договора займа: суммы свыше одного рубля даются в долг только под заклад или оформляются записью, иначе иск запрещалось рассматривать. Разновидность займа была денежная ссуда, которая не требовала заклада, но должна была письменно оформляться с передачей копии администрации. При ссуде могли устанавливаться проценты. Вопрос о размере процентов определялся соглашением сторон путем оформления записи. Закон устанавливал права кредитора, пожелавшего получить свои деньги до срока. Кредитор при этом терял право на проценты. Если же должник начинал возвращать срок досрочно, то он должен был заплатить проценты, но не все, а по расчету времени. Таким образом, последствия невыполнения условий должников в Псковской судной грамоте подробно не оговаривалось.

Договор поклажи во времена Псковской судной грамоты уже перестал быть дружеской услугой. Порядок заключения договора поклажи стал строго формальным. За редким исключением он оформлялся записью. В документах о поклаже должно было подробно перечисляться имущество, иначе иск о хранении не принимался.

В Новгороде и Пскове был договор изорничества. Будучи феодало-зависимым человеком, изорник заключал договор, по которому за пользование землей обязан был отдать хозяину половину или иную часть урожая. Изорник при этом брал покруту. Покрута - заем, предоставленный господином своему половнику - человеку, работающему из половины урожая.

Псковская судная грамота знала также договор поручительства. В торговых операциях довольно часто возникала нужда в наличных деньгах. Поручитель обязывался за нуждающегося, и закон устанавливал, что подобные сделки могут заключаться на сумму не свыше одного рубля. Поручитель при этом отвечал за доверенное лицо собственными средствами.

Имущественный найм хорошо известен Псковской судной грамоте как найм помещения. Подсуседник - зависимый наниматель дома, живший в усадьбе хозяина. В XV веке на Руси был довольно распространен имущественный найм земли, лесов, водных угодий в форме аренды на несколько лет. Условия этих договоров и плата оговаривалась сторонами.

Распространенным видом договора был личный найм. Договор заключался обычно устно, однако была возможна и запись. Закон ставил обе стороны в равное положение, предоставляя им равные права в отстаивании своих интересов. Псковская судная грамота знает два вида наследования - по закону и по завещанию. Преобладало письменное завещание, что для республиканского права было общим правилом для всех сделок. Важными новшествами явилось деление имущества на движимое и недвижимое и относительно равные завещательные права женщин и мужчин. Смерть одного из супругов при отсутствии детей позволяла другому пользоваться имуществом и недвижимостью пожизненно или до второго брака. После его смерти или повторного брака имущество возвращалось родственникам, то есть оставалось в роду.

25. головному праву посвящено значительное число статей Псковской судной грамоты. Понятие преступления по сравнению с Русской Правдой в Псковской судной грамоте значительно изменилось. В ней преступными считались посягательства не только на человека - его личность или имущество, но и иные запрещенные законом деяния, в том числе направленные против государства, его органов.

В Псковской судной грамоте нет ни одной статьи, которая закрепляла бы уголовную ответственность нарушителя в зависимости от его сословной принадлежности. Лица всех сословий, кроме холопов, отвечали перед законом. Об этом говорится в статьях 60 и 120 Псковской судной грамоты. Дело в том, что о холопах и их убийстве Псковская судная грамота вообще не упоминает. В данном случае действовали нормы Русской Правды: холоп не был субъектом преступления, а его убийство влекло денежное возмещение убытков. Псковская судная грамота освобождает от ответственности при невиновном причинении вреда (субъективная сторона состава преступления). К примеру, статья 98 освобождала от ответственности истца и пристава, если их приход в дом ответчика вызывал выкидыш у испугавшейся жены ответчика. И наоборот (объективная сторона состава преступления), кодекс говорит о преступлениях, которые предполагают суровость наказания. Это кража, грабёж, разбой, рецидив. Статья 8 определяет наказание за кражу на посаде. В ней даётся определение рецидива, которое характеризуется как троекратное совершение преступного деяния. Троекратность совершения показывает особую опасность преступника, на которого не действуют меры, применяемые по отношению к ворам обычным.

В соответствии с новым понятием преступления изменяется и сама система преступлений. Псковская судная грамота вводит одно государственное преступление: государственную измену (статья 7).

Также впервые Псковская судная грамота говорит о преступлениях против порядка управления и суда. В частности статья 67 запрещает самоуправство истца, приехавшего вместе с приставом и пожелавшего взять силой что-либо из имущества ответчика за долги. Если истец проигрывал дело, то он обвинялся в грабеже и нёс соответствующее наказание. Довольно много внимания Псковская судная грамота уделяет правовой регламентации деятельности должностных лиц: посадников, наместников, судей, сотских и т.д. Формы этой регламентации весьма своеобразны. Запреты нарушения должностных обязанностей закреплены в каком-то специфическом “некарательном” виде. Должностным лицам предписывался надлежащий образ поведения без угрозы репрессиями и карательными санкциями. Об этом говорится в статье 4 Псковской судной грамоты. Однако карательная мера государства наглядно проявлялась при покушении на достоинство должностных лиц. Оскорблению судебного пристава посвящена 58 статья. Закон предусматривал ответственность за самовольное и насильственное вторжение в судебное помещение, за нанесение ударов специальному должностному лицу, следившему а порядком в помещении суда.

Существенно расширяются и изменяются по сравнению с Русской Правдой имущественные преступления, среди которых Псковская судная грамота называет в первую очередь татьбу (кража), грабёж и разбой, наход, поджог. Статья 1 относила кражу к княжеской юрисдикции. Князь судил в составе коллегии-господы, в которую входили посадники и сотские. Статья 7 предусматривала квалифицированную и простую татьбу. К квалифицированной татьбе относилась кража в Псковском кремле: кража государственного имущества, конокрадство, а также татьба, совершённая в третий раз. Простой татьбой считалась кража, совершённая в первый и второй раз, за исключением татьбы из кремля и конокрадства. Псковская судная грамота не устанавливала различий между грабежом и разбоем (статья 20). Термин разбой сохранил значение неспровоцированного убийства с целью завладения имуществом (статья 1). В статье 1 упоминалось также такое преступление, как наход, то есть разбой, произведённый шайкой. Опасным преступлением является также поджог, сопряженный порой с изменой (статья 7). Пожар в средневековом городе мог быть совершён по заданию врага. Вместе с тем законодатель предусматривал ситуацию и при недоказанном поджоге. Тогда, в случае недостаточности улик, подозреваемый приносил присягу в невиновности - вольную роту (статья 116).

Преступления против личности. Наиболее серьёзным преступлением против личности считалось вырывание бороды (статья 117). Вырывание бороды расценивалось как оскорбление действием, обезображение лица. Оберегая бороду от посягательств других лиц, государство расценивало её как внешний признак принадлежности к православному народу. Из других преступлений этой категории Псковская судная грамота упоминает побои (статья 20). Хотя убийству посвящено всего две статьи Псковской судной грамоты (статья 96 и 97), о нём говорится более подробно, нежели о других преступлениях против личности. Но, в отличие от Русской Правды, Псковская судная грамота не устанавливает никакой дифференциации в зависимости от социальной принадлежности убитого.

В Псковской судной грамоте совершенно отсутствует абстрактно-теоретическое понимание вины, то есть понятие виновности не получило в кодексе, в сравнении с Русской Правдой, нового развития. Общая конструкция статей показывает, что виноватый - это лицо, обвинённое в противозаконных действиях. Виновность связывается с конкретным состоянием лица. Поэтому Псковская судная грамота существенно отличает ответственность соучастников преступления: в Новгороде и Пскове преступники выплачивали указанную в законе сумму пропорционально.

Система наказаний согласно Псковской судной грамоте включала только два вида наказания - смертную казнь и уголовный штраф (продажу). Статья 7 вводит смертную казнь как новый вид наказания, не знакомый Русской Правде. В статье перечислены преступления, представлявшиеся во времена Псковской судной грамоты наиболее опасными: измена (_еревеет), поджог, государственная кража, конокрадство. Политическое преступление, означавшее государственную измену и каравшееся смертью, стоит рядом с таким имущественным преступлением, как конокрадство. С точки зрения законодателя, конокрадство было также опасно, как и измена, и наказывалось по Псковской судной грамоте смертной казнью. Под это же наказание подпадали поджог и кража, совершённые в третий раз. Способы осуществления смертной казни в самой грамоте не указываются. Однако псковское летописи зафиксировали несколько случаев смертной казни, а именно: путём избиения или истязания, повешения м сожжения, утопления.

Вторым видом наказания была продажа (уголовный денежный штраф). Она назначалась за большинство преступлений, в том числе и за убийство. Существовала классификация видов уголовного денежного штрафа. Это могла быть и компенсация потерпевшему, это мог быть и штраф в пользу Пскова или Новгорода. Штраф в пользу земель был наиболее вероятным. В отличие от Киевской Руси, где великокняжеская казна составляла единое целое с личным имуществом князя, в Псковской и Новгородской феодальных республиках такого единства быть не могло. Поэтому в Русской Правде, как правило, имеет место два вида денежных взысканий за преступление: штраф в пользу князя (вира, продажа) и компенсация потерпевшему (головничество, урок); иногда определялись отчисления в пользу людей князя. В Псковской судной грамоте другая картина: продажа распределяется между князем. Посадниками и Псковом (государством, казной).

26. В Псковской судной грамоте содержится подробная система судоустройства, конкретно названы органы и лица, осуществляющие правосудие.

Увеличение видов преступлений диктовало более четкий подход к обеспечению целенаправленного воздействия на личность провинившегося. В этой связи Псковская судная грамота выносит на суд веча преступления политические и связанные с государственной изменой. Именно в судебную компетенцию веча вписывались политические преступления (статья 3). Ни князь, ни посадник не могли вмешиваться в суд высшего вечевого органа.

Следующим звеном в судебной иерархии было должностное лицо в ранге посадника. Посадник не мог судить на вече, но именно он руководил народным собранием. Согласно сложившемуся правилу, рассматривать дело и выносить по нему решение должен был тот посадник, который начинал его слушать (статьи 3, 4, 6).

Что касается князя, то в компетенцию княжеской юрисдикции входят кража, разбой, назод, грабёж. Говорится также о суде князя по делам о нанесении побоев, об убийстве, о земле. Однако судить князь мог только в составе коллегии-господы, в которую входили посадники и сотские. При прохождении суда в княжеском доме суд мог вершиться только князем и посадским (статья 1, 4).

Имелись также судьи, вершившие суд на местах. К ним, в частности, относились сотские судебно-административные выборные должностные лица. Им предписывалось судить исключительно по закону, для чего они обязаны были приносить присягу (статья 20, 78). Должностным лицом, осуществлявшим суд в пригороде, являлся наместник. Наместников в пригороды присылали из Пскова, они должны были принести присягу верности Пскову и его законам (статья 5).

Помимо вышеназванных судов существовал особый суд наместника новгородского архиепископа. Дело в том, что церковные люди подлежали неподсудности суду князя и посадника. Церковные люди подлежали суду владыки или его наместника. Лишь когда одной из сторон являлся церковный человек, а другой - мирянин, составлялся общий суд наместника владыки и князя с посадником. По такому же принципу должны были действовать и местные суды (статьи 2, 109).

Мелкие дела, например оскорбления и драки во время массовых гуляний (пира), могла рассматривать братчина - группа соседей, объединявшихся между собой с целью организации в складчину общественных пирушек. К юрисдикции братчины могли быть отнесены состоявшиеся на пиру кражи, но не нанесение побоев.

Названные выше органы и лица, осуществлявшие правосудие, естественно, нуждались в вспомогательном персонале и необходимой для вершения правосудия документации. Таковыми, в частности, были: позовщины - повестки в суд; бессудные грамоты - судебные решения, вынесенные без судебного разбирательства в связи с неявкой стороны в суд; приставная - документ, доставлявшийся судебным приставом (например, о вызове в суд). Перечисленные документы могли быть исполнены княжим писцом, который мог взять за это с человека по таксе, определяемой размером судебных пошлин. В случае если сторона не обращалась к княжему писцу, а составляли документы у другого лица, то устанавливался обязательный порядок обращения либо к князю, либо в архив Троицкого собора для приложения печати. Таким образом, выписка судебных документов и приложение к ним печати не являлись исключительной прерогативой князя и его писцов, а обращение к Троицкому собору за приложением печати к частным документам не означало измены князя, оскорбления его власти, нарушения обычая (статья 50, 82).

Судебный процесс начинался по инициативе государственных органов или заявления истца (статья 10, 24). Вызов ответчика в суд производился публично, на церковной площади. Позовницу зачитывал перед народом истец в присутствии священника. Это, конечно, не означало, что ответчик являлся в суд незамедлительно. Видимо, нередки были случаи, когда ответчик пытался уклониться от суда. В этом случае явка ответчика в суд регламентировалась законодателем следующим образом: если в течение пяти дней ответчик не являлся суд, господа (господа - государственный орган в Пскове, имеющий право осуществлять правосудие) давала разрешение на его принудительную доставку (статья 25). Принудительная доставка ответчика в суд, санкционированная господой истцу, могла быть реализована как самим истцом, а могла быть предоставлена приставу. При этом особое внимание обращалось на предотвращение самосуда в случае доставки ответчика самим истцом. В этой ситуации законодатель устанавливал ответственность за любой случай попытки истца самостоятельно расправиться с ответчиком (статья 26).

При явке ответчика в суд начинался разбор доказательств, представленных тяжущимися сторонами. Центральное место в процессе было отведено послуху. Послух в процессе играл активную роль: свои показания он защищал в поединке, причём заменить себя наймитом был не вправе. Неявка послуха вела к автоматическому проигрышу дела стороной, опирающейся в доказательстве своей правоты на его показания. Допрос истца и его послуха прежде всего должен был выявить то обстоятельство, что послух действительно находился вместе с истцом, и подтвердить показания истца, причём свидетельством правоты истца должно было быть совпадение его показаний с показаниями послуха. Несовпадения показаний истца и послуха вело к проигрышу дела. При отсутствии убедительных доказательств споры сторон решались присягою или судебным поединком (полем) послуха с ответчиком (статья 20). Кроме послуха в качестве свидетелей могли выступать особые свидетели - соседи и сторонние люди, которые знали что-либо о преступлении. Об этом свидетельствуют статьи 9 и 15.

На процессе допускалось представительство сторон. Право поставить вместо себя на судебный поединок наёмного бойца предоставлялось только малолетним, больным, увечным, престарелым, монахам, монахиням и священнослужителям. Женщина могла выставить наёмника в тяжбе с мужчиной. Если же споры решались между двумя женщинами, то законодатель предписывает в этом случае поединок, запрещая сторонам выставлять вместо себя наймитов (статьи 21. 36, 119). Поединок кончался гибелью одного из сражавшихся, примирением или победой одного из них. Победивший на судебном поединке, как доказавший свою правоту судом божьим, выигрывал тяжбу, а сверх того имел право снять с побеждённого оружие и вооружение, с которым тот вышел в бой (статья 37). Псковская судная грамота запрещала должностным лицам выступать в качестве представителя стороны в процессе, чтобы, вероятно, не оказывать давления на суд. В случае спора о церковной земле интересы церкви представлял староста, то есть выборный представитель верующих прихода этой церкви (статьи 68, 70, 71).

Псковская судная грамота фиксирует внимание на состязательном характера процесса (статьи 34, 35), хотя и подчёркивает развитие его следственной, розыскной формы (статья 24).

Подобно Русской Правде Псковской судной грамоте присущ институт досудебной подготовки дела (статья 46) - свод. Подробно в Псковской судной грамоте свод не регламентируется, хотя о нём говорят также статьи 34, 39, 44, 46, 47, 54, 56, поскольку и в этом случае действовали нормы Русской Правды.

Псковской судной грамоте присуща также система доказательств. Учитывался интерес самих сторон, поэтому при недостатке улик и доказательств, особенно в имущественных тяжбах, обычно привлекались четыре, пять свидетелей, способных подтвердить обстоятельства дела (статьи 9, 27, 51).

Согласно общему правилу, основное внимание уделялось документам и вещественным доказательствам. Серьёзную роль играли письменные доказательства. Имущественные споры разрешались при помощи записи - договоры ссуды, поклажи, хранения, положения о наследовании и т.д. Об этом говорят статьи 14, 15, 73. В отдельных случаях доказательственную силу имели простые записки - рядницы (статьи 32, 38) и доски (статьи 14, 19, 28). Среди доказательств могло быть и собственное признание. Псковская судная грамота упоминает его, говоря о споре по договору займа (статьи 28, 29) и это является существенным отличием от Русской Правды, которая в качестве доказательства не знала собственное признание.

По делам о воровстве в качестве доказательства выступало поличное, то есть краденая вещь, найденная у лица, заподозренного в краже. Поличное обнаруживалось во время обыска, производимого должностным лицом - приставом, вместе с которым мог присутствовать и истец. Лицо, подозреваемое в краже, обязано было допустить в свой двор приставов для обыска. В противном случае оно обвинялось в краже (статья 57). В случае обнаружения у него краденой вещи человек признавался вором, если же ничего не находили, то его объявляли свободным от подозрения (статья 60).

Псковская чудная грамота упоминает и такой вид доказательства, как присяга. Например, способом доказательства своей правоты могла быть присяга, данная суду как ответчиком, так и истцом (статья 17).

35,36,37,38,39,40,41 -Создание Судебника 1497 г. Его источники, структура, значение в ходе оформления крепостного права

В качестве основного источника права продолжает действовать Русская Правда. В условиях централизации всеобщее правовое значение приобретает законодательство великого князя (грамоты и указы), акты Боярской думы (приговоры), постановления Земских соборов.

Постепенно происходит переход от издания отдельных актов к составлению сборников законов. Первым кодифицированным актом является Судебник Ивана III 1497 г.Его принятие было обусловлено процессом централизации, который затрагивал развитие не только государства, но и права. Вместе с политическим происходит юридическое объединение путем составления общего сборника правовых норм для всего государства. Судебник составлен дьяком Владимиром Гусевым, одобрен царем и Боярской думой. В него вошли нормы Русской Правды, обычного права, судебной практики и литовского законодательства. В отличие от Русской Правды, которая содержала обычные нормы и судебные прецеденты и была своеобразным справочником для поиска правды, Судебник уделяет основное внимание организации судебного процесса - суда. Поэтому главное содержание Судебника - процессуальные постановления, перенятые из уставных грамот и объединенные в один акт. Уголовное право получило в Судебнике более широкое регулирование. Первая часть Судебника включает уголовные постановления, предположительно, Ивана III - о лихоимстве, об отказе в правосудии, о лжесвидетельствах и др. Вторая, меньшая часть Судебника состоит из норм гражданского права - о давности, о наследстве, о купле-продаже, о займе, о холопстве и др. Судебник является документом, который знаменует новую эпоху в истории государства и права России - становление единого Русского государства.

Судебник регулирует земельные отношения, которые характеризуются полным исчезновением самостоятельной собственности общины на землю и оформлением вотчинного и поместного землевладения. В Судебнике впервые используется термин поместье, для обозначения особого вида условного землевладения, есть нормы о поземельных спорах и способах их решения.

Обязательственному праву Судебник уделяет меньше внимания, чем Русская Правда. Выделяются обязательства из причинения вреда (за потраву), правонарушения, связанные с судебной деятельностью.

Нормы о наследовании предусматривали, что при наследовании по закону наследство получал сын, при отсутствии сыновей - дочери. Дочь получала не только движимое имущество, но и земли. За неимением дочерей наследство переходило ближайшему из родственников. В Судебнике 1497 отражались интересы феодалов-землевладельцев, поэтому в нем регламентируются правила перехода крестьян в Юрьев день (переходить можно было 26 ноября в Юрьев день, и в течение недели до и после этого дня, заплатив пожилое - ст.57), это был первый шаг к закрепощению крестьян. Источники холопства по Судебнику 1497 года: те же, что и в Русской правде, кроме городских ключников. Кроме того, холоп автоматически получал освобождение при совершении побега из татарского плена. Судебник 1497 года основывался на предшествующем законодательстве.

Источниками этого нормативно-правового акта явились:

1.  Русская правда, включая её позднейшие редакции.

2.  Псковская судная грамота

3.  Уставные грамоты — нормативные документы, издаваемые верховной властью по вопросам местного управления.

4.  Судные грамоты — постановления о судоустройстве, даруемые отдельным местностям и содержащие, кроме того, некоторые нормы гражданского и уголовного права.

5.  Судебные решения по отдельным вопросам.

15.Уголовное право, суд и процесс по Судебнику 1497 г.

Уголовное право рассматриваемого периода отражало обострение противоречий феодального общества и усиление классовой борьбы. Закрепляется сословный принцип наказаний, расширяется круг субъектов преступления (П) - в него включаются холопы. Судебник 1497 г. определяет понятие П. П выделяется как категория самых опасных правонарушений и именуется лихим делом. Под П понимаются всякие действия, которые угрожают государству или господствующему классу в целом и запрещены законом. С введением новых видов П усложняется система П, в которой представлены:

1) государственные П: крамола (деяние, совершенное представителями господствующего класса) и подым (подстрекание народа к восстанию). Мера наказания - смертная казнь;

2) должностные П и П против порядка управления и суда: взятка (посул), вынесение заведомо несправедливого решения, казнокрадство, фальшивомонетничество;

3) имущественные П: разбой, татьба, истребление и повреждение чужого имущества;

4) П против личности: убийство (душегубство), оскорбление действием и словом.

Появляются квалифицированные виды убийства (государственный убийца, разбойный убийца) и татьбы (церковная, головная - похищение людей, грабеж и разбой).

Усложняется система наказаний (Н). Основной целью Н становится устрашение и изоляция преступника. Н носят публичный характер. Высшая мера Н – смертная казнь (могла быть отменена царем).

Виды телесных Н: торговая казнь (битье кнутом на торговой площади); членовредительство (усечение руки, отрезание носа, уха). В качестве Н применяются штрафы и денежные взыскания.

Судебный процесс имел две формы:

1) состязательную (гражданские, уголовные дела средней тяжести), в которой использовались свидетельские показания, присяга, ордалии. Инициатором процесса являлся истец путем подачи устной жалобы - челобитной, на основании которой судебный орган доставлял ответчика в суд. Если ответчик уклонялся от суда, он проигрывал дело. При неявке истца дело прекращалось;

2) розыскную (государственные П, убийство, разбой), которая характеризовалась тем, что суд сам, по собственной инициативе и своему усмотрению возбуждал, вел и завершал дело. Введение розыска имело цель скорой расправы над лихими людьми, а не поиск истины.

Подсудимый почти не имел прав на защиту и был не субъектом, а объектом процесса. Главным способом выяснения истины при розыске являлась пытка.

Тут вы можете оставить комментарий к выбранному абзацу или сообщить об ошибке.

Оставленные комментарии видны всем.

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]