Некоторые важные этапы развития генетической инженерии

Не будем повторять здесь основных сведений, касающихся биологии и генетики, ограничимся лишь ссылкой на то, что совершенно необходимо знать для понимания этических терминов проблемы, начав с краткого изло­жения исторических этапов развития генетики:

1956 год — повторное открытие хромосом человека как фундаментальных структур и но­сителей генетического материала. Мендель (Mendel) называл их элементами, Морган (Morgan) в 1910 году изучал их химическую структуру;

1965 год — осуществление первого cell-fusion — слияния клеток человека и мышиных клеток с перемещением («переносом») генов в хромосомы человека. Именнотогда Хотчкин (Hotchkin) впервые ввел понятие генетической инженерии (genetic engineering) в том значении, которое было указано нами ранее;

19 67 год — начало использования методов пренатальной диагностики в области генетики;

1969. год — открытие ограниченного эндонуклеоза;

1970. год — синтез первого искусственного гена;

1971. год — получение гибридной (рекомбинантной) ДНК;

1981 год —рождение первых мышей посредством клонирования*.

Следует отметить все убыстряющуюся смену эволюционных этапов этой науки.

Как мы видим, достигнутые успехи не должны автоматически заносить­ся в рубрику зловещих фактов, ибо они открывают возможности и для пози­тивных вмешательств.

Прежде всего был достигнут большой и значимый прогресс в познании генетической информации, содержащейся в отдельных хромосомах: теперь мы лучше знаем воспроизводящие механизмы иммуноглобулинов и структу­ры хромосом X и Y; были налажены технологии для промышленного произ­водства полипептидных молекул огромной важности: человеческого инсу­лина, интерферона, соматостатина, соматотропина, антигриппозных вакцин, антигепатита А и В и многого другого; открылась возможность для осуще­ствления генотерапии и т. д.

В словаре под рубрикой «генетическая инженерия (используемые тех­нологии)» можно найти описание технологий, сгруппированных в соответ­ствии с целью, для которой они предназначены.

Уровни и цели вмешательства

Для того чтобы выработать этические указания, необходимо соотнести их с различными уровнями вмешательства в структуру генов и с различными целями, в которых такие вмешательства производятся.

Уровни вмешательства

Эти уровни необходимо очень точно описать и уметь их различать. Вме­шательство, имеющее своей целью изменение в изначальном генетическом

УРОВНИ И ЦЕЛИ ВМЕШАТЕЛЬСТВА I 113

коде, можно рассматривать на уровне соматических клеток, на уровне реп­родуктивных клеток и на уровне самих эмбрионов в течение первых стадий их развития. Этическая значимость такого вмешательства меняется для каж­дого из этих уровней.

а) На уровне соматических клеток можно, к примеру, говорить о вмеша­- тельстве, направленном на исправление какого-то их изъяна или дефекта. Предположим, что в случае средиземноморской анемии удалось бы испра­- вить генетические дефекты в кроветворных клетках так, чтобы начали выра­- батываться нормальные клетки, которые, умножаясь, могли бы заменить по­ раженные клетки. Это явилось бы огромным успехом, и возможная диспер­- сия живых клеток не причиняла бы вреда индивиду и не вызывала бы ника­- ких этических проблем¹. Как мы увидим в дальнейшем, такого рода терапев­- тическое вмешательство было произведено.

б) Вмешательство с целью изменения зародышевых клеток следует ис­-ключить из-за невозможности, по крайней мере в настоящий момент, осу­- ществить внесение нужного гена. Исходя из того, что в настоящее время генотерапия на зародышевых клетках неэффективна, некоторые документы разных стран говорят о необходимости экспериментирования на зароды-­ шевых клетках и тем самым на эмбрионах, развивающихся из клеток, под­ вергшихся манипулированию, с целью улучшения генной технологии. Нете­- рапевтическое экспериментирование на человеческих эмбрионах является совершенно недопустимым сточки зрения персоналистической биоэтики, какой бы ни была при этом преследуемая цель (перестройка физиологичес­- кой генетической структуры или создание лучших условий для будущего развития науки)².

в) И, наконец, вопрос о вторжении в человеческий эмбрион приобретает еще более деликатный характер в силу того, что существует высокая сте­- пень риска нанести вред жизни эмбриона или его биологическому будуще­- му в генетическом смысле. Возможность такого вторжения ставит этичес-

¹ Первое разрешение на использование генной терапии было дано в Соединенных Штатах 4 сентября 1990 года Управлением по питанию и лекарствам (Food and Drugs Administration — PDA) при попытке пересадки клеток со здоровым геном для лечения дефицита фермента аденозиндиамина (ADA) у девочки четырех лет. Другое разрешение было дано FDA, также в Соединенных Штатах, при пересадке гена при Tumor Necrosis Factor (TNF). В Италии пере­садка генов при дефиците ADA была впервые осуществлена в 1992 году в Научном институте больницы «Сан-Рафаеле» в Милане. Приблизительно через три года у обоих пациентов, пере­несших генную терапию, были нормальные иммунологические показатели и восстановлен иммунитет как на клеточном, так и на лимфатическом уровне. Этот результат говорит о пол­ном успехе подобного вмешательства (ср. С. Bordignon — L. D. Notarangelo — N. Nobili и др., Gene therapy inperiplieral blood Ivmpliocvtes and hone marrow for ADA-immimodeficient patients, «Science», 1995, 270, с 470-475).

Эту тенденцию можно обнаружить и в документе CNB о генотерапии (комментарии к Документу и его сопоставление с документами других комитетов по этике в этой области см. соответственно в V. Mele, La geneterapia eel ilparere del Comilato Nazionaleper la Bioetica, «Vita e Pensiero», 1991,5,с 362- 367; A. G. Spagnolo — M. L. Di Pietro, Terapiagenica: ildocument/) 15.2.91 ael Comitate nazionale per la Bioetica e/l un 'analisi comparativa con le esperienze di altri Comitati etici nazumali ed internazionali. «II Diritto di Famiglia e delle Persone», 1992, XXI (2), с 323 - 363).

I ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

I Часть первая: БИОЭТИКА, ГЕНЕТИКА И ПРЕНАТАЛЬНАЯ ДИАГНОСТИКА

кие проблемы в еще большей степени, когда она заранее планируется с це­лью экспериментирования.

Цели

Цели использования многих достижений генетики определяют, как лег­ко догадаться, и моральную сторону многих видов вмешательства в области генетики.

Мы можем следующим образом классифицировать цели подобного вме­шательства:

диагностические,

терапевтические,

продуктивные,

перестройки,

экспериментальные (деструктивные).

Использование генетической инженерии в диагностических целях весь­ма многообразно, в последние годы значительно расширился диапазон ее новых применений.

Если оставить в стороне пренатальную генетическую диагностику, о ко­торой мы поговорим подробнее отдельно, в настоящее время развивается использование генетического диагностирования по отношению ко взрослому индивиду с целью выявления болезней предполагаемого генетического проис­хождения в рамках генетических консультаций еще до бракосочетания и до наступления беременности, в области гражданского права—для установле­ния отцовства, в области уголовного права—для идентификации преступни­ка и, помимо этого, с целью обследования (зародышей, но также и взрослых).

Терапевтические цели в генетической области, если только они не явля­ются преступными с точки зрения закона, должны учитывать интересы ин­дивида, являющегося объектом вмешательства, и ни в коем случае не долж­ны приводить к тому, чтобы один индивид был принесен в жертву другому.

Продуктивные цели генетической инженерии объясняются прежде все­го необходимостью фармакологического производства гормонов, таких как человеческий инсулин, интерферон, бактерийные, противовирусные и про-тивопаразитические вакцины.

Цели перестройки (где перестройка означает не терапевтическое, но це­лесообразное и избирательное изменение) могут иметь место в сфере чело­веческого существования или вторгаться в жизнь животных или растений для создания модифицированных видов или классов индивидов, подвергну­тых перестройке. Как мы увидим, первый случай, когда речь идет о человеке, даже если оставить в стороне вопрос о реальных технических возможнос­тях, всеми исключается из рассмотрения. Вторая возможность фактически уже претворяется на практике в жизнь, что ставит проблему потенциального воздействия биотехнологий на экосисгему или экосистемы.

В этой области предметом дискуссии является смягченная форма пере­стройки, которая могла бы привести к улучшению вида. Генетическая инже-

ЭТИЧЕСКИЕ ОРИЕНТИРЫ И КРИТЕРИИ ЭТИЧЕСКОЙ ОЦЕНКИ I 115

нерия, направленная на улучшение вида, кое-кем в принципе не исключается и в отношении человека³.

Этические ориентиры

и критерии этической оценки

Каким должен быть этический и биоэтический критерий различения? Мы должны повторить то, что уже изложили в главе о принципах биоэтики и в особенности то, что было сказано о проблемах единства личность — тело и о принципе, который мы назвали терапевтическим принципом, или принци­пом целостности.

Тело, ипрежде всего его генетическая программа, его генетический код, в самой сущности своей едино с духом и образует с ним экзистенциальное и сущностное единство личности. Это означает, что всякое вмешательство в телесную природу человека, а тем самым и в его генетический код, являет­ся вмешательством в целостность человеческой личности и может быть оправдано только в том случае, если для него существует терапевтическое основание, ибо таковое вмешательство, как и всякое иное внедрение в лич­ность, пусть даже и не очень ощутимое, является или проявлением господ­ства одного человека над другим, или результатом произвола⁴ .Телом не ис­черпывается реальность человека, но оно является существенным ее компо­нентом, и человеческому разуму надлежит позаботиться о сохранении чело­века в его целостности и полноте.

Этим еще раз утверждается тварная природа человека и власть Божья над человеческой личностью. Однако мы полагаем, что обосновывать эти­ческий критерий следует, исходя и из персоналистического видения теле­сности с учетом того, что генетический код составляет основную глубин­ную структуру телесности⁵.

Из этой установки вытекают некоторые принципы этической ориента­ции, которые мы можем кратко изложить следующим образом.

1. Сохранение жизни и генетической идентичности каждого человеческого индивида

Всякое вмешательство, которое может привести к уничтожению физи­ческой индивидуальности человеческого субъекта, даже и в том случае, ког-

³ М.Cuyas, Problematicaeticadellainampolazionegenetica, «RassegnadiTeologia», 1987,5,с471 -497.

⁴ Это вовсе не означает сведения к биологической концепции, или к биологизму*, естествен­ ного закона, скорее, речь может идти о рациональной дедукции, базирующейся на представ­ лении о сущности человека, постигаемого в единстве души и тела.

Смотри выступление Иоанна Павла II от 29.10.1983, использованное в Указаниях, где выдви-гаются следующие условия, соблюдение которых необходимо при возможных генетических Манипуляциях: для сохранения жизни эмбриона; когда речь идет исключительно о терапевтичес­ких вмешательствах; соблюдение основных прав человека, в которые включается и право на генетическую идентичность; необходимость сохранения при искусственном оплодотворении всего спектра эмоциональных и духовных свойств наряду с биологическими и телесными.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

116 Часть первая: БИОЭТИКА, ГЕНЕТИКА И ПРЕНАТАЛЬНАЯ ДИАГНОСТИКА

да прямой целью такого вмешательства является благо других, представляет собой покушение на основополагающую ценность человеческой личности, ибо оно лишает человека фундаментальной ценности, на которую опирают­ся все другие, - ценности телесной жизни. И концепция качества жизни не может быть важнее ценности жизни как таковой, поскольку качество явля­ется дополнительным свойством жизни.

Принятие критерия качества жизни с целью дискриминации и подавле­ния других жизней является покушением на принцип равенства и равного достоинства всех.

2. Терапевтический принцип

Допустимо производить вмешательство, даже и на самом глубинном уров­не, ради пользы живого субъекта с целью устранения дефекта или избавле­ния от болезни, не достижимых никаким иным способом. Как и всякая дру­гая, генетическая терапия находит здесь свое основание и свое оправдание. В дальнейшем мы увидим, как применяется этот принцип.

3. Сохранение экосистемы и окружающей среды

У этого принципа имеется двойное обоснование. Во-первых, окружаю­щая среда, которая состоит из совокупности особых экосистем, составляю­щих вместе глобальную экосистему, необходима для жизни и здоровья че­ловека, и, во-вторых, весь созданный мир при креационистском видении все­ленной устроен ради блага человека, который является его центром и хра­нителем, однако его «инструментальность», направленная на служение че­ловеку, отнюдь не единственное оправдание его существования: он есть благо, находящее свое оправдание в Боге.

4. Различие между человеком и другими живыми существами Вполне признавая наличие связи, представляющей собой жизненный вза­имообмен между живыми существами и человеком, не следует при этом затушевывать реальное и глубокое различие, которое отделяет человека от других живых существ в силу того, что только он обладает рефлектирую­щим сознанием*, свободой и ответственностью, или, если выразить это в немногих словах, потому, что он наделен духом.

5. Компетенция мирового сообщества

Проблема вмешательства в генетический код человека и других живых существ не может зависеть от желания и решений определенных экспертов, будь они учеными или политиками: это вопрос, который в определенном смыс­ле касается всего человечества. Будущее человечества нередко требует от­ветственного участия всего мирового сообщества. Вот почему наряду с при-знанием принципа свободы научного исследования должны быть признаны и необходимость информирования населения и принцип разделения ответ-ственности. Следует подумать о проблемах массового генетического обсле­дования, о манипулировании экологической средой и о геноме человека.

ОСОБЫЕ ЭТИЧЕСКИЕ НОРМЫ I 117

Необходимо найти формы объединения и совместной ответственности среди самих ученых, основанные на принципе самоконтроля и учитываю- щие и общее благо, и общественное мнение. Опыт работы комитетов по биоэтике и саморегулированию, подтвержденный там, где это требуется, законом, служит достаточным обоснованием этого принципа.

Кратко остановимся на проблеме развивающихся стран, которые тоже дол­жны быть услышаны и включены в это сообщество. Эти страны, с одной сто­лоны, могли бы извлечь несомненную пользу из биотехнического прогресса, (мо, с другой—они оказываются вынужденными жить во все большей эконо­мической и производственной зависимости от развитых стран, обладателей биотехнологической мощи. Хотя, конечно, развитие биотехнологии уже поло­жило начало новой стадии в отношениях в мире между Севером и Югом.