Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Уголовно-правовое обеспечение оперативного внедрения. Монография
.pdf
вляющим оперативно-разыскную деятельность, но только
по поручению этого органа.
Рассматриваемая норма предусматривает цели причинения вреда. К ним относятся предотвращение, выявление,
раскрытие и расследование уголовных правонарушений.
Помимо указанных целей, в ч. 1 ст. 35 УК Республики
Казахстан выделяется еще одна – изобличение виновных.
Это весьма спорное положение, поскольку изобличение
виновных является составной частью деятельности по раскрытию преступлений. Кроме того, изобилие целей правомерного поведения может обусловить трудности в правоприменительной практике.
Оптимальным для проведения оперативного внедрения,
но отнюдь не для других мероприятий является ограничение действий субъектов по кругу составов преступлений,
в отношении которых могут проводиться операции, причиняющие вред правоохраняемым интересам. К ним относятся преступления, совершенные группой лиц, группой
лиц по предварительному сговору или преступной группой.
В соответствии с ч. 3 ст. 31 УК Республики Казахстан преступление признается совершенным преступной группой,
если оно совершено организованной группой, преступной
организацией, преступным сообществом, транснациональной организованной группой, транснациональной преступной организацией, транснациональным преступным
сообществом, террористической группой, экстремистской
группой, бандой или незаконным военизированным формированием.
Одним из наиболее важных моментов в приведенной норме, на наш взгляд, является положение, касающееся соотношения вреда причиненного вреду предотвращенному. Согласно ч. 1 ст. 35 УК Республики Казахстан причиненный
вред правоохраняемым интересам должен быть менее значителен, чем вред, причиняемый уголовными правонарушениями.
Также законодатель фактически указывает на наличие
состояния «вынужденности» применительно к возможности
причинения вреда. Согласно нормам уголовного законода-
231
тельства Республики Казахстан совершать дискреционные
действия возможно только при условии, если предотвращение, раскрытие или расследование уголовных правонарушений, а равно изобличение виновных в их совершении лиц не
могло быть осуществлено другими способами. Данное правило является логичным и обоснованным. Если можно достичь
необходимых целей, не прибегая к причинению вреда третьим лицам, то причинение такого вреда уже нельзя назвать
правомерным. А в случае невозможности иным способом достичь целей такие действия исключают противоправность
деяния.
В ч. 2 ст. 35 УК Республики Казахстан говорится об исключении из правил. Положения ч. 1 указанной статьи не
распространяются на лиц, совершивших деяния, сопряженные с угрозой жизни или здоровью человека, экологической
катастрофы, общественного бедствия или иных тяжких последствий.
Таким образом, в Беларуси, Казахстане и Украине законодатель пошел по пути уголовно-правового регулирования
причинения вреда при проведении оперативного внедрения.
Причем следует обратить внимание на то, что в отличие от
Беларуси и Украины УК Казахстана содержит норму, исключающую преступность деяния при проведении любого оперативно-разыскного мероприятия. Данное обстоятельство выгодно отличает казахский вариант от других аналогов.
Завершая рассмотрение зарубежного опыта уголовноправового обеспечения оперативного внедрения, следует
сделать несколько методических выводов.
1. Первый вывод касается отраслевой принадлежности
способов правового регулирования данной проблемы. В данном случае, в зависимости от существующей в конкретном
государстве системы права и правовых традиций, следует
выделить три варианта.
Во-первых, ситуации правомерного причинения вреда
регламентируются процессуальными законами. Это прежде всего касается Франции, а также Австралии и Канады.
В последних двух случаях, хотя формально интересующие
нас положения закреплены в уголовном законодательстве,
232
имеющем консолидированный характер по своему содержанию и детализации описания поведения субъектов, они относятся к процессуальным нормам. Несмотря на это, совершенно очевидно, что в их основе находятся установления, прежде
всего, материального характера. Они касаются дозволения
причинения вреда объектам уголовно-правовой охраны.
Во-вторых, действия внедренного лица, которые имеют
внешнее сходство с преступлением, регулируются общими
нормами уголовного законодательства. Такая ситуация сложилась в Италии и Германии. Однако если в Италии бланкетная ст. 51 УК об осуществлении прав и выполнении обязанностей корреспондируется с нормами в специальных законах,
сочетающими в себе и процессуальные, и материальные начала, то совершенно иначе обстоит дело в Германии. Там только на подзаконном уровне делается ссылка на возможность в
исключительных случаях применения положений о крайней
необходимости при проведении тайных операций. Причем
сложившееся правовое регулирование не является оптимальным. Поэтому в немецкой литературе высказываются предложения о специальном правовом регулировании причинения
вреда при проведении оперативного внедрения.
В-третьих, в странах ближнего зарубежья – Республике
Беларусь, Республике Казахстан, Украине – при разрешении рассматриваемой проблемы законодатель пошел по пути
следования логике ее отраслевой принадлежности. По этой
причине в УК этих стран появились в свое время новые обстоятельства, исключающие преступность деяния. На наш
взгляд, такой способ правового регулирования необходимо
взять на вооружение и отечественному законодателю. Он является более правильным, соответствующим предметному
построению системы российского права.
В нашей классификации не нашла отражение ситуация,
существующая в США. Как мы говорили выше, в этой стране отсутствует законодательное регулирование правомерного причинения вреда при проведении тайных операций.
Однако неприкосновенность тайных агентов там обеспечивается на основании отсутствия вины или правилом защиты
государственной власти. Подобное положение вещей, на наш
233
взгляд, несколько ассоциируется с ситуацией, сложившейся
на сегодняшний день в России, о чем мы будем говорить в
следующем параграфе.
2. Во всех странах право на причинение вреда при проведении оперативного внедрения принадлежит только специальным субъектам. Как правило, это представители правоохранительных органов и лица, с ними сотрудничающие.
3. Проведение тайных операций, при которых возможно причинение вреда объектам уголовно-правовой охраны,
санкционируется вышестоящим руководством, специально
уполномоченными сотрудниками правоохранительных органов, прокурором или судьей.
4. В некоторых из приведенных выше норм разных стран
при регулировании правомерного причинения вреда законодатель обращает внимание на его соразмерность. В УК Канады это упоминание о необходимости руководствоваться
принципами разумности и пропорциональности. В Германии, в соответствии с нормой о крайней необходимости, обращается внимание на причинение меньшего вреда, чем тот,
который грозил от расследуемого преступления.
5. В законодательстве различных государств всегда указываются определенные цели, для достижения которых
проводятся соответствующие операции и причиняется вред
правоохраняемым интересам. Как правило, это цели расследования преступлений, получения необходимых доказательств для привлечения виновных к уголовной ответственности, предупреждения, пресечения, выявления или
раскрытия преступлений.
6. Законодательство некоторых государств специально
выделяет возможность причинения так называемого вспомогательного вреда (Австралия, Франция). Речь идет о ситуациях, когда внедренному лицу необходимо создать достоверную легенду либо поддержать ее правдоподобность.
Таким образом, проведенный анализ правового регулирования причинения вреда при проведении оперативного
внедрения в различных государствах указывает на относительно длительный период существования данной проблемы (в некоторых странах около 50 лет). Зарубежный опыт
234
разрешения данного вопроса и сделанные выводы следует
учесть при совершенствовании российского законодательства в рассматриваемой сфере.
CОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
О ПРИЧИНЕНИИ ВРЕДА ПРИ ПРОВЕДЕНИИ
ОПЕРАТИВНОГО ВНЕДРЕНИЯ
Учитывая изложенное выше, следует отметить, что на
сегодняшний день в отечественной теории уголовном права
и правовом регулировании оперативно-разыскной деятельности существует проблема уголовно-правового обеспечения
проведения оперативного внедрения. Несмотря на то что в
конце ХХ в. в России впервые на постсоветском пространстве были сделаны попытки законодательного регулирования данного вопроса, на сегодняшний день по-прежнему
отсутствует надлежащий правовой механизм проведения
оперативного внедрения. Несостоявшийся отечественный
правовой опыт был учтен, и его идеи восприняты законодателями приведенных выше государств – бывших республик
СССР.
Таким образом, принимая во внимание, во-первых, современное состояние преступности, имеющее в значительной
степени профессиональные, глубоко законспирированные
черты, во-вторых, то, что оперативно-разыскная деятельность в целом и оперативное внедрение в частности являются
наиболее эффективными средствами предупреждения преступлений, и, в-третьих, учитывая сложившуюся практику, существующие теоретические разработки и зарубежный опыт,
считаем необходимым дополнить Уголовный кодекс Российской Федерации ст. 39.1 следующего содержания:
«Статья 39.1. Причинение вреда при проведении опера-
тивно-разыскного мероприятия
1. Не является преступлением вынужденное причинение
вреда охраняемым уголовным законом интересам при проведении оперативно-разыскного мероприятия уполномоченным
лицом, которое действует в целях предотвращения, пресечения
235
или раскрытия преступления, если при этом не было допущено
превышения пределов причинения вреда при проведении оперативно-разыскного мероприятия.
2. Превышением пределов причинения вреда при проведе-
ленное причинение смерти или тяжкого вреда здоровью другому человеку, либо нарушение половой неприкосновенности
или половой свободы личности, либо умышленное причинение
иного вреда, явно не соответствующего характеру и степени
общественной опасности предотвращаемого, пресекаемого
или раскрываемого преступления»
1
.
Обобщая характеристику данной дефиниции, можно выделить необходимые признаки предусматриваемого ею деяния. Следует обратить внимание на то, что в уголовном
праве такие признаки иногда рассматриваются с точки зрения состава социально полезного поведения
2
. В науке оперативно-разыскной деятельности в последнее время получает
распространение аналогичный подход, согласно которому
оперативно-разыскные мероприятия раскрываются через
призму состава правомерного поступка
3
. В целом мы поддерживаем данную идею и воспринимаем ее как перспективную
и способствующую совершенствованию применения норм
права. Однако в настоящем исследовании мы будем использовать традиционный для уголовного права способ описания
обстоятельств, исключающих преступность деяния, состоящий в анализе условий правомерности.
Первое условие – право на причинение вреда принадлежит только определенным субъектам, к которым относятся
специально уполномоченные лица. В ст. 13 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» закреплены
органы, которым предоставляется право на осуществление
оперативно-разыскной деятельности на территории Российской Федерации. К ним относятся:
1
См.: Шкабин Г.С. Уголовно-правовая норма (de lege ferenda) о причинении вреда при проведе-
нии оперативно-разыскного мероприятия // Государство и право. 2017. № 4. С. 56–64.
2
См., например: Арямов А.А. Правомерное причинение вреда. Челябинск, 2004. С 11; Мерку-
рьев В.В. Состав необходимой обороны. СПб., 2004.
3
См.: Шумилов А.Ю. Оперативно-разыскная наука в Российской Федерации. В 3 т. М.: ИД Шу-
миловой И.И., 2013. Т. I: Оперативно-разыскная деятельность и формирование науки о ней.
С. 120–123 и др.
236
– органы внутренних дел Российской Федерации;
– органы федеральной службы безопасности;
– федеральный орган исполнительной власти в области
государственной охраны;
– таможенные органы Российской Федерации;
– Служба внешней разведки Российской Федерации;
– Федеральная служба исполнения наказаний Российской Федерации;
– оперативные подразделения органа внешней разведки
Министерства обороны Российской Федерации.
Соответственно, сотрудники этих служб и ведомств при
соблюдении необходимых процедур могут проводить оперативно-разыскные мероприятия. Также следует иметь в виду, что гл. IV Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» предусматривается право граждан с их
согласия быть привлеченным к подготовке или проведению
оперативно-разыскных мероприятий с сохранением по их
желанию конфиденциальности содействия органам, осуществляющим оперативно-разыскную деятельность.
Таким образом, субъектом причинения правомерного
вреда при проведении оперативного внедрения может быть,
во-первых, должностное лицо органа, осуществляющего оперативно-разыскную деятельность, во-вторых, лицо,
оказывающее конфиденциальное содействие оперативному сотруднику и проникшее в криминальную среду извне,
в-третьих, конфидент, уже находящийся внутри объекта
оперативного интереса.
Второе условие – наличие специальной цели причинения
вреда. Таким целями, на наш взгляд, должны быть предотвращение, пресечение или раскрытие преступления.
Цель предотвращения преступлений может иметь место в
том случае, когда оперативно-разыскное мероприятие проводится в отношении подготавливаемого преступления. Как
мы уже говорили ранее, речь идет о стадии приготовления
к преступлению. Следует иметь в виду, что допустимым будет считаться предотвращение приготовительных действий
только тогда, когда имеет место приготовление к тяжкому
или особо тяжкому преступлению.
237
Цель пресечения ограничивает причинение вреда при
проведении оперативно-разыскного мероприятия в отношении действий, совершаемых на стадии покушения на совершение преступления.
Цель раскрытия преступления в данном случае следует
понимать и как процесс, и как определенный результат. Оно
включает в себя выявление преступления и лиц, его совершивших, а также процесс расследования уголовного дела.
Третье условие – вынужденность причинения вреда при
проведении оперативно-разыскного мероприятия. Соблюдение данного условия означает, что причинение правоохраняемым интересам вреда обусловлено обстановкой, при
которой несовершение таких действий может повлечь более
тяжкие последствия.
Четвертым условием является недопущение превышения
пределов причинения вреда. Нельзя признать допустимым
умышленное причинение смерти или тяжкого вреда здоровью третьим лицам, а также нарушение половой свободы и
половой неприкосновенности лица. Во всех остальных случаях вред правоохраняемым интересам может быть равен
или незначительно большим по сравнению с вредом от преступления, в отношении которого проводится оперативноразыскное мероприятие.
Пятое условие состоит в том, что причинение вреда возможно только в определенные временные рамки. Начальным моментом является совершение уголовно-наказуемого
приготовления к преступлению, покушения или оконченного преступления. Конечным моментом является истечение
сроков давности привлечения к уголовной ответственности.
При этом необходимо учитывать, что лица, виновные в совершении преступлений против мира и безопасности человечества, военные преступники привлекаются к уголовной
ответственности независимо от времени, истекшего после совершения ими преступлений. Поэтому причинение вреда в
целях раскрытия этих преступлений может быть совершено
в любой срок, прошедший после преступления.
Считаем, что закрепление в уголовном кодексе только
дискреционных полномочий лиц, осуществляющих опера-
238
тивно-разыскную деятельность, было бы незавершенным
решением этой проблемы. На практике не исключены ситуации, когда внедренное лицо может нарушить условия правомерности причинения вреда. Поэтому считаем правильным
внести изменение в перечень обстоятельств, смягчающих
наказание. Необходимо п. «ж» ч. 1 ст. 61 УК РФ после слов
«крайней необходимости,» дополнить словами «причинения вреда при проведении оперативно-разыскного мероприятия,».
Кроме того, вполне обосновано и внесение изменений в
ст. 62 УК РФ. В ней было бы правильным закрепить ограничение назначения наказания, не превышающего 3/4 максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного санкцией соответствующей статьи
Особенной части УК РФ за совершение преступления при
нарушении условий правомерности причинения вреда при
проведении оперативно-разыскного мероприятия.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Проведенный анализ проблем применения уголовного
права при проведении такого оперативно-разыскного мероприятия, как оперативное внедрение, позволяет сделать ряд
выводов и предложений.
1. Уголовно-правовая категория вреда является базисной
точкой соприкосновения уголовного и оперативно-разыскного законодательства. С одной стороны, в уголовном праве
предусматривается ответственность за преступное причинение вреда, а в Федеральном законе «Об оперативно-розыскной деятельности» закреплены действия, направленные на
предупреждение, выявление и раскрытие преступлений.
С другой стороны, при осуществлении оперативно-разыскной деятельности возможны ситуации причинения уже общественно полезного правомерного вреда правоохраняемым
объектам, который должен быть урегулирован в уголовном
законе.
Кроме того, в Федеральном законе «Об оперативно-розыскной деятельности» закреплены три вида норм, которые
предусматривают возможность причинения вреда объектам
уголовно-правовой охраны. Во-первых, это нормы, сочетающие в себе одновременно процессуальный и материальный
характер (например, п. 8–11 ч. 1 ст. 6). В них достаточно подробно описываются порядок и условия совершения дискреционных действий, которые должны сопровождаться санкцией должностного лица. Ко второму виду следует отнести
норму о правомерном причинении вреда (ч. 4 ст. 16). К третьей группе относятся нормы, при реализации которых причинение вреда является лишь возможностью, зависящей от
определенных обстоятельств (например, п. 12, 14 ч. 1 ст. 6).
Перечисленные предписания регулируют общественные отношения, которые одновременно могут быть и уголовно-правовыми. Это обстоятельство указывает на перспективность
дальнейшего межотраслевого исследования этого вопроса.
240
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]