Серебряный век права

Согласно социологической теории Сорокина решающим фактором социальной жизни является система ценностей и истин, принятая в том или ином обществе. Именно они определяют всю деятельность людей – от религии и нрав­ственности вплоть до экономической и политической жизни. В зависимости от доминирующих систем ценностей и «оче­видных» истин (этик) выделяется несколько типов культу­ры. Каждый тип имеет свою ментальность, систему знаний, философию, религию и мировоззрение, искусство, мораль, право и т.п.

Чувственный тип культуры исходит из того, что мир и дей­ствительность по своей природе материальны, они постоян­но меняются и развиваются, истинными признаются только чувственные потребности и цели (пища, комфорт, процве-

Концепция смены ценностной ориентации социума как механизма исторического процесса была впоследствии, как в социально-экономическом, так и в социально-психо­логическом аспекте, развита известным российским исто­риком Игорем Михайловичем Дьяконовым (1914–1999). Замена ценностей на антиценности в его теории является необходимым, хотя и недостаточным условием перехода от одной фазы исторического процесса к другой. Необходи­мы еще определенный прогресс в развитии технологий, пре­жде всего производства оружия, а также наличие пассионар­ных личностей, способных реализовать возникшие условия перехода от одной фазы к другой. В отличие от Маркса он выделяет не четыре, а восемь фаз исторического процесса: первобытную, первобытнообщинную, фазы ранней древ­ности и имперской древности, средневековую, стабильно­абсолютистскую постсредневековую, капиталистическую и посткапиталистическую. При этом замена одной фазы на другую происходит не мгновенно, а в течение некоторого периода. Таким образом, разные фазы исторического про­цесса могут существовать в одно и то же время

Но в собственных изысканиях Н.С. Тимашев исходил из теории своего учителя, профессора Санкт-Петербургского университета Л.И. Петражицкого. Однако ответ Льва Иоси­фовича на основной вопрос: что такое право, – его не удо­влетворял. «На этот вопрос как будто бы давал ответ самый оригинальный из русских юристов – Л. Петражицкий. Но его ответ – правовые нормы суть фантазмы, реальные только в психике переживающих их людей. Но почему же эти фан­тазмы одинаковы у всех (или почти у всех) людей, составля­ющих данную нацию?»

.

.

.

Как мы отмечали в самом начале, Серебряный век, будучи проявлением кризиса рубежа XIX–XX вв. в России, в изна­чальном своем виде был бунтом деятелей искусства против рационализма. Он принял форму «эстетических разногла­сий» с реалистическим искусством. Молодым поэтам надое­ли «ямбы и хореи», сдерживающие эмоции и свободу самовы­ражения, художникам «надоело» изображение неприглядной действительности, музыканты не желали сочинять изобрази­тельную назидательную музыку. Это был один из тех перио­дов истории, когда «думать иначе» стало не только возможно, но и модно, современно. Модернистские течения в искусстве становились все более популярными.

В понимании революционно ориентированных партий итогом преобразований должно стать разрушение государ­ства как инструмента подавления одних классов другими, а вместе с ним и права, которое многие, включая и очень влиятельного мыслителя и писателя Л.Н. Толстого, считали злом. Поэтому поиски аксиом права их мало интересовали. Только когда большевики оказались перед необходимостью построить «первое в мире государство рабочих и крестьян», они озаботились этой проблемой.

Программной установкой партии кадетов было постро­ение правового государства. В своих правовых теориях они опирались на позитивизм – философскую основу научного знания того времени. Однако поиски «универсальных» основ права на базе позитивизма натолкнулись на существенные трудности.

Как писал Б.А. Кистяковский, «ни в какой другой науке нет столько противоречащих друг другу теорий, как в науке о пра­ве. При первом знакомстве с нею получается даже такое впе­чатление, как будто она только и состоит из теорий, взаимно исключающих друг друга. Самые основные вопросы о суще­стве и неотъемлемых свойствах права решаются различными представителями науки о праве совершенно различно. Спор между теоретиками права возникает уже в начале научного познания права; даже более, именно по поводу исходного вопроса – к какой области явлений принадлежит право»

Российские мыслители, разбросанные по всему миру, уже не представляли собой единого культурного феномена и либо продолжали свою работу в чужеродной среде, либо вливались в ряды иностранного научного сообщества.