Русская литература ХХ века. Первая половина. Учебное пособие

11. Колобаева Л. И мужество и женственность: о своеобразии

20. Смирнов И.П. К изучению символики Анны Ахматовой.

Цель: сформировать представление об уникальности творче­ства М. Цветаевой, масштабности ее дарования.

3. Новизна образной системы в стихотворениях М. Цветаевой

пытывала всю жизнь, и ту «беспощадную и вызывающую искрен­ность», которая пронизывает все ее творчество.

3. Лирическая героиня М. Цветаевой знает, что «не суждено, чтобы сильный с сильным соединились бы в мире сем», поэтому в ее стихах любовь двоих, казалось бы, предназначенных друг другу людей, всегда оборачивается или борьбой, или невстречей. Иногда лирическая героиня М. Цветаевой прекрасно осознает, что ее воз­любленный слаб и недостоин ее любви, но, не в силах бороться с его очарование, она целиком отдается своему чувству. Проанали­зируйте стихотворения М. Цветаевой, которые помогут вам по­нять, что любовь в них – это любовная вспышка, яркая, как мол­ния, иногда она приходит слишком поздно и рождает тоску на всю жизнь у тех, кто пережил ее, а самой счастливой любовью в этом мире оказывается любовь к уже ушедшим.

Опираясь на высказывание Е. Евтушенко: «Марина Ивановна

6. Проанализируйте стихотворение «Литературным прокуро­рам», в чем, на ваш взгляд, М. Цветаева видит предназначение по­эта и его творчества? В каких стихотворениях М. Цветаевой эти темы становятся центральными? Исходя из анализа 2-3 стихотво­рений подобного плана, назовите программные требования М. Цветаевой к литературному творчеству.

7. Обратитесь к сборнику М. Цветаевой «После России» (1928), выделите развитие в нем актуальных ранее тем: дисгармония отноше­ний с миром, мотивы Эроса и Танатоса, стремление к трансцендентно­сти. В чем, на ваш взгляд, проявляется новизна трактовки урбанисти­ческих мотивов в аспекте экзистенциального сознания?

5. Долгополов Л. На рубеже веков: О русской литературе кон­ца XIX –начала ХХ века. – Л.: Сов. писатель, 1977.

9. Кудрова И. Просторы Марины Цветаевой: Поэзия, проза, личность. – Спб.: Вита Нова, 2003.

17. Саакянц А.А. Марина Цветаева: страницы жизни и творче­ства (1910-1922). – М.: Советский писатель, 1986.

русской и мировой литературе; постичь своеобразие его стилисти­ческого мастерства и дарования.

дожественных приемов А. Платонова является путешествие. По­этому форма семинара – «путешествие» с «открытым сердцем» по роману А. Платонова «Чевенгур».

1. Творческий замысел романа «Чевенгур», история его во­площения и публикации.

2. Проанализируйте систему образов в первой части романа («Происхождение мастера») и определите, какую художественно­философскую нагрузку несут образы Захара Павловича, бобыля, рыбака-отца, Саши, Прошки и Кондаева.

5. «Прочие» и их функция в романе. Сопоставьте этот мотив в «Чевенгуре» и «Джане».

7. Платоновское «косноязычие» и его роль в художественном осмыслении мира.

2. Отвечая на последующие вопросы, обратите внимание, что художественное своеобразие романа «Чевенгур» нельзя постичь без учета оригинальности его композиции. Он состоит из трех ча­стей. Первую из них – повесть-притчу «Происхождение мастера», принято считать экспозицией к роману. Ей свойственна реалисти­ческая, достаточно традиционная поэтика. Вторая часть – повесть­путешествие. Ее содержание предопределено странствиями Саши Дванова. Третья часть романа – описание самого Чевенгура как результата мифотворчества, обретения коммунизма во плоти.

Финал романа трагичен: разгром чевенгурской коммуны, доб­ровольный уход Саши Дванова из жизни в озеро Мутево, уход Прошки на поиски Саши по просьбе Захара Павловича. Откры­тость финала, характерная и для других произведений А. Платоно­ва этого периода, зиждется на авторской мысли: «Окончание не в литературе, а в жизни».

Обратите внимание, читая и анализируя произведение, что стиль, сюжетика, система героев романа «Чевенгур» эпичны в ос­нове своей романной идеи – идеи спасения мира. Развитие сюжет­ных линий отличается дискретностью, прерывистостью. Но фраг­ментарный и нечеткий сюжет романа тем не менее раскрывает всю полноту связей между совершенно разными людьми, предстаю­щими в своей разрозненности, противоречивости. Вместе с тем, «Чевенгур» – произведение по характеру своему не только эпиче­ское, но и философское. Его герои, безусловно, – народные фило­софы, ищущие смысл жизни. Но подлинным героем А. Платонова становится «вещество существования».

Идея Рая есть логический конец человеческой мысли в том от­ношении, что дальше она, мысль, не идет; ибо за Раем больше ничего нет, ничего не происходит. И поэтому можно сказать, что Рай – ту­пик; это последнее видение пространства, конец вещи, вершина горы, пик, с которого шагнуть некуда, только в Хронос – в связи с чем и вводится понятие вечной жизни. То же относится и к Аду.

Таков, на мой взгляд, язык прозы Андрея Платонова, о кото­ром с одинаковым успехом можно сказать, что он заводит русский язык в смысловой тупик или – что точнее – обнаруживает тупико­вую философию в самом языке. Если данное высказывание спра­ведливо хотя бы наполовину, этого достаточно, чтобы назвать Платонова выдающимся писателем нашего времени, ибо наличие абсурда в грамматике свидетельствует не о частной трагедии, но о человеческой расе в целом. В наше время не принято рассматри­вать писателя вне социального контекста, и Платонов был бы са­мым подходящим объектом для подобного анализа, если бы то, что он проделывает с языком, не выходило далеко за рамки той утопии (строительство социализма в России), свидетелем и лето­писцем которой он предстает в «Котловане». «Котлован» – произ­ведение чрезвычайно мрачное, и читатель закрывает книгу в са­мом подавленном состоянии. Если бы в эту минуту была возможна прямая трансформация психической энергии в физическую, то первое, что следовало бы сделать, закрыв данную книгу, это отме­нить существующий миропорядок и объявить новое время.