Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Держись в фарватере. Рассказы о жизни и любви
.pdf
На территории пансионата, ближе к морю, обосновался пивной бар. Народ начинал стекаться к живительному источнику
ближе к обеду. Поэтому бармен от нечего делать сидел на бочке
из-под пива, наблюдая за девчонкой, которую приметил еще на
обрыве. «Совсем молоденькая», — отметил он про себя. И, видимо, одна, без родителей. Так что познакомиться не составит труда.
Его последняя подружка уехала домой, а он не привык проводить
время в одиночестве. И тут он увидел, что она, не раздеваясь, вошла в море. Времени на раздумья не оставалось. Он бросился за
ней. Мокрую, ничего не понимающую, отбивающуюся изо всех
сил, вытащил он Катьку на берег. От испуга ее била мелкая дрожь,
стучали зубы. Мокрые волосы в беспорядке облепили ее. Бармен
присел на тот же валун, где недавно сидела Катька, прижимая свою
ношу к груди, пытаясь согреть ее и успокоить. Понемногу Катька
успокоилась и утихла. Уже без страха она смотрела на своего спасителя. А он почувствовал в душе что-то нежное к этой незнакомой
девушке. В свои двадцать пять лет он считал себя опытным мужчиной, думая, что хорошо знает женщин. Правда, опыт его по части
любви основывался только на мимолетных романах с курортницами. Поэтому той теплоте, что родилась в его душе, он не придал
никакого значения.
— Я? Утонуть? — удивилась Катька. — Да у меня разряд по
плаванию.
— А вообще-то спасибо тебе. — Она поцеловала его в нос. Па-
рень был смущен, заморгал. В глазах засветились огоньки.
Дорога к морю проходила мимо бара, и девчонки, Катькины
соседки по комнате, пытались заглянуть внутрь через широко открытые двери. Там пенилось знаменитое чешское пиво, стекая по
кружкам, стреляло пузырьками. На закуску предлагалась разнообразная рыба, разложенная на стеклянных поддонах и подсвеченная снизу. Глаз не мог оторваться от аппетитного, светящегося янтарем рыбного изобилия. Интерес к бару они проявляли не
только из соблазнов, которые он предлагал, — им хотелось рассмотреть Катькиного спасителя.
В очередной раз, возвращаясь с моря, они решили кутнуть. Вошли в бар и скромно пристроились в конце очереди. Вдруг перед
21
ними возник бармен: высокий, стройный, молодой грузин с пивом
и рыбой в руках. Пристроив все это на столике перед девчонками,
хлопнул себя в грудь и представился:
— Гиви! — правда, обращался он только к Катьке.
— Что стоишь, девучка, кушай! — предложил он угощение.
Девчонки во все глаза смотрели на него, Гиви смотрел на Катьку,
а очередь наблюдала за происходящим.
— Кушай! Кушай! — он обеими руками пододвинул угощение
к Катьке. Девчонки переглянулись. В их глазах плясали озорные
огоньки. Не сумев сдержать смех, приглушенно прыснули и убе-
жали.
— Вах! — не то огорчился, не то восхитился он и вернулся за
стойку бара, сунув пиво и рыбу первому, попавшемуся на глаза посетителю.
А через несколько дней он встретил Катьку в аллее парка. Она
сидела на скамье и, сняв туфлю, пыталась стряхнуть песчинки
с натертой ноги. Стремительным шагом направился он к скамье.
Присел перед ней на корточки, положил ее ногу себе на колени и стал разглядывать ранку, осторожно поглаживая ее своими
длинными и нежными пальцами. Песчинки осыпались сами собой, боль утихла. Он наклонился и подул на ранку, а затем, закрыв
глаза и затаив дыхание, на мгновение прижался щекой к ее ноге.
Проходившие мимо отдыхающие реагировали по-разному. Одни
улыбались с пониманием, другие осуждающе качали головами. Ей
казалось, она слышит их осуждающий шепот:
— Смотри! Смотри! Такая молодая и такая распущенная!
И тут она вспомнила косые взгляды соседей по столовой, на
танцплощадке и везде, где она появлялась. Ее поразило открытие: мир так многолик! С одной стороны, он волнующе прекрасен!
Душа переполняется радостью и доверием к людям, взлетает ку-
да-то высоко! С другой — оказывается, все это можно зачеркнуть
одним косым взглядом или язвительной ухмылкой. От смущения
она не знала что делать. Покраснела от кончиков пальцев до корней волос. Из глаз выкатились две крупные слезинки и застыли на
пылающих щеках. Гиви был ошарашен. Он не понимал, что проис-
ходит, но чувствовал, что виной этому он.
22
За скамьей, где сидела Катька, буйно разросся куст сирени. Сорвав листочек, собрал в него слезинки с ее щек и выпил
их. Катька была поражена. Она забыла всех старух с их косыми
взглядами. Перед ней открывался неизвестный, волнующий мир!
Перемены, которые происходили с Катькой, не остались без внимания ее соседок по комнате. Они стали замечать, что она чаще
обычного останавливается перед зеркалом, подолгу разглядывает
себя, словно заново знакомится. Накупила разные баночки с кремами и прочими притираниями. С удовольствием укладывает свои
прекрасные волосы в замысловатые прически. Купила летящее
шифоновое платье и туфли на высоком каблуке.
Каждый вечер они своей стайкой бежали на танцплощадку.
Гиви тоже был там, но не танцевал. Стоял в углу и пристально следил за Катькой. За последнее время он осунулся, похудел. Бешеным огнем горели глаза. После танцев народ разбредался кто куда.
Стайку девчонок сопровождал Гиви. Однажды он оттеснил Катьку
от подруг и, заикаясь, предложил:
— Принцесса, давай дрюжить!
Первый раз на Катьку обратил внимание взрослый мужчина. Прежний взгляд на мальчишек-ровесников рушился, уходил
в прошлое. Новые отношения влекли ее, волновали, но и пугали.
Нужно время, чтобы разобраться в этом. А он требовал ответа сейчас. Как быть? И она не нашла ничего лучшего, как пролепетать:
— Ой! Что вы! У меня есть парень. Там, дома.
Лицо Гиви сделалось черным. Глаза кинжальным блеском полоснули соперника. Руки, как два крыла, взлетели вверх, затем
упали. Раздался хлопок. В тишине ночи он прозвучал как выстрел.
— А-а-а! Чтоб он сдох! — выдохнул Гиви.
У Катьки оставалась еще неделя понежиться на солнышке, но
она кожей чувствовала, что не стоит осложнять обстановку. Ей
повезло. В пансионате была своя билетная касса, и она без труда
обменяла билет. На следующий день, устраиваясь в купе, Катька,
немного успокоилась и в ожидании отправления поезда принялась
наблюдать за суетой на платформе. Вдруг к окну прильнуло лицо.
Страдальческие глаза пожирали Катьку. Руки, как пауки, распластались по стеклу. Она узнала Гиви. Вмиг ее окатила горячая
23
волна. Что это? Страх? Ответ на призыв? Ощущения эти были
внове для нее. В это время поезд тронулся. И пока он шел вдоль
платформы, Гиви не отрывался от окна, а потом еще долго бежал
за поездом. Какая-то неведомая волна толкнула Катьку. Она вскочила на лавку, высунулась по пояс из окна, замахала руками и закричала:
— Гиви-и-и! В это время поезд уже набрал скорость.
Всю дорогу ее занимали мысли о нем. За этими размышлениями время в дороге пролетело незаметно. Вот и Москва! Выйдя на
перрон, Катька нос к носу столкнулась с Гиви. От неожиданности
она остолбенела, выронив сумку с вещами. Гиви подошел, поднял
сумку и, обняв Катьку за плечи, повел к стоянке такси. В душе ее
поднялось что-то невероятное. Она растерялась… И радовалась,
и удивлялась.
— Ты? Как? Почему? — засыпала она его вопросами.
— Катя, извини, что я так, без предупреждения, встречаю тебя.
Ты уехала, ничего не сказав. Мы даже не простились. Я не знаю,
как мне теперь жить, мне нечем дышать, у меня горит душа. Она
то плачет, то рвется куда-то. Я не нахожу себе места. Что греха
таить? До тебя у меня были отношения с женщинами, но то, что ты
сделала со мной, не было никогда. Катя, а у тебя душа спокойна?
Она тебе ничего не говорит? Ох, не смотри на меня так.
— Гиви, я не могу ответить тебе сейчас. Поэтому и уехала молча. Мне нужно время, нужно разобраться в себе. У меня никогда
не было такой смуты в душе. Пойми меня. Мне тоже трудно. Ты
в этих отношениях человек опытный, а я, благодаря тебе, только
приоткрыла их. Они и влекут меня, и пугают. Я не знаю, как мне
быть. Все это для меня внове. Не смейся надо мной, не торопи и не
сердись. Оставь мне номер твоего телефона.
Родители стали замечать, что с их дочерью что-то происходит.
То она уходит в глубокую задумчивость, то начинает смеяться без
причины, а в глазах загорался такой огонь — они стали беспокоиться за ее здоровье. Она начала понимать, что мужчины и женщины — совершенно разные планеты, по молодости лет не догадывалась, что эти планеты способны приносить друг другу не
только радость и счастье, но разочарование и горе. У них на курсе
24
было много парней, и Катька не осталась без внимания. Под видом дружеских отношений они как бы невзначай задевали ее то за
бедро, а то и за грудь, и, хотя спешили извиниться, видя ее недоумевающий взгляд, это шокировало ее. Всего за несколько месяцев
Катька пережила возвышенное и сальное к себе отношение молодых людей. Ей стало тоскливо и одиноко. Хотелось тепла и защиты, но Гиви был далеко. Несколько раз она пыталась позвонить,
но останавливала себя: «Не будь эгоисткой. Тебя заела тоска, а он
ждет ответа».
Простившись с Катькой, он поехал в аэропорт. В душе творилось что-то невероятное. Добравшись до пансионата, поспешил
к морю и, уплыв подальше от берега, перевернулся на спину, долго
лежал на волне и смотрел в небо. Море успокоило его. В памяти
начали всплывать прежние подруги. Он стал сравнивать свои прошлые отношения с теми, что у него сложились с Катькой. Между
ними не было физической близости. Сколько радости, сколько печали принесли ему эти невинные отношения. Он был благодарен
ей за пережитое. И тут Гиви понял, что это любовь коснулась его
своим крылом. Почувствовав прилив свежих сил, парень внутренне выпрямился, подтянулся. На берег вышел новый человек, раскинув руки, он закричал: «А-а-а! Девучка моя, я лублу тебья! —
И эхо прибрежных скал откликнулось на этот трубный зов любви,
идущий из потаенных глубин души: – Лублу тебья-а, лублу-у-у».
2014 г.
Родные люди
На окраине большого промышленного города, в новом жилом
микрорайоне, хозяйкой небольшой комнатушки была одинокая
старуха. Родственники у нее были, но жили они в другом, отдаленном районе города, работали на заводе, а старуху навещали редко.
Всю свою жизнь она прожила на земле, в деревне. Ее руки любили
землю, чувствовали ее и тосковали по ней. С грустью смотрит она
в окно с десятого этажа, а сердце и руки тянутся к земле. Вдруг
тишину комнаты разорвали переливы звонка. Это приехала родственница с мужем.
— Ну чё, хочешь посадить немного картошки на зиму? — по-
интересовалась она.
— Хотеть-то можно, да земли-то нет, — без особой радости
ответила старуха.
— Не грусти! Моему мужику на заводе выделили землю под
огород, так что и тебе хватит. Готовься, мы за тобой заедем.
Гости уехали, а в ее душе поселилась тихая радость: «Надо же,
не забыли! Хорошо-то как! Значит, зимой не придется мерзнуть на
остановках, дожидаясь транспорта. С базара до дому доехать непросто, да и сумка с годами становится все тяжелее и тяжелее, но
сейчас это не имело значения».
Она побежала на базар, купила ведро посадочного картофеля. Приехали родственники, с шутками устроились на мотоцикле
с коляской и с ветерком отбыли на огород. Этого ведра хватило,
чтобы засадить весь участок. Также дружно и весело ездили полоть
и окучивать будущий урожай. Вот и конец августа — начало сен-
26
тября — время копки картофеля. Старуха ждала родных, но никто
не приехал. Телефон тоже молчал. Пришлось ей своим ходом добираться до огорода: по городу на троллейбусе, потом на автобусе
и еще пять километров пешком. Погода стоит сухая, жарко. Еле
дыша, волоча ноги и падая от усталости, добралась она до места.
Огород оказался вскопан. Урожай собран. С благодарностью подумала она о своих родных: сами управились, не побеспокоили
старуху. Зря все-таки ругают молодежь. Отдохнув, отправилась
домой счастливая. Уж нынешней-то зимой ей не придется себя
ограничивать. Ешь, сколько хочешь: вари, жарь картошечку —
все для души! Она даже чувствовала аромат жареной картошки на
сале, с луком, чесноком, посыпанную свежим укропом! Тихое счастье засветилось в ее душе. Зря люди говорят, что старики никому
не нужны. Ан, нет! Вот, уважили! Дня через два поехала к родным
узнать, как ей быть с урожаем.
— Вот твой урожай, — услышала она в ответ. Перед ней в углу
сарая лежала небольшая кучка картофеля, который в народе зовут
просто горох.
— Смеешься? А нормальная-то картошка где? — не поверила
она своим глазам.
— Сгнила! — ответил зять и повернулся к ней спиной.
— За два дня? — не унималась старуха.
— А чё, дурное дело нехитрое! — ухмыльнулся зять.
— Приятного вам аппетита, — попрощалась она и поспешила
домой. Ей не хотелось, они чтобы видели ее слезы.
— Эй! Да не реви ты, старуха! — вдогонку ей закричал зять.
Тебе картошка-то зачем, а нам свинью откормить надо. В дороге
она успокоилась: а и то правда, чё реветь-то? Родным помогла, да
еще и весело было.
2013–2016 гг.
«Как хороши, как свежи были розы»
Как-то в начале мая я вернулась из командировки. Не успела
открыть дверь, слышу, надрывается телефон. Звонила Ленка, моя
давняя подруга.
— Где тебя черти носят? У меня такая радость! Не могу тер-
петь! — одним духом выпалила она.
— Хорошо, хорошо! Приходи вечерком, поговорим, — вот
и отдохнула. Да ничего. Подруга, родной человек.
В шесть вечера прямо с порога, взахлеб, Ленка поведала о своем счастье. Как-то в одной компании она познакомилась с симпатичным молодым мужчиной. Все в нем было хорошо: острый
ум, воспитан, образован, да и юмором Бог не обидел. А внешне
— Аполлон Бельведерский! Что и говорить, такой мужик — мечта
всей жизни любой женщины. Они часто перезванивались. Встречались. Каждая встреча оставляла незабываемое впечатление!
Восхищение ее росло! Она была на седьмом небе от счастья!
— Так, я вижу, Господь послал тебе ангела. На земле таких му-
жиков нет, но даже если и есть, я их не встречала, — попыталась
я охладить ее восторг.
— Может и ангел, но зачем? — задалась вопросом Ленка.
— А затем, чтобы в трудную минуту было что вспомнить, —
ответила я.
— Зачем мне вспоминать? Я хочу, чтобы счастье поселилось
в сердце и осталось там навсегда! — размечталась Ленка.
28
— Об этом мечтают все, да где столько счастья взять? Цветы,
интеллект, секс, и кажется, что пришла любовь! Ах! Ах! «Как хороши, как свежи были розы!» Так?
— Верно! Верно, ты говоришь! — отозвалась Ленка.
— Он такой интересный собеседник! А любовник! Это труд-
но передать словами. Это нужно испытать! — светилась счастьем
Ленка.
— О чем же вы говорите? — поинтересовалась я.
— Да обо всем. Я даже обнаружила, что и у меня довольно ши-
рокий кругозор, — призналась она.
— Ха! Ха! Ха! Тоже мне, редактор литературного журнала! Ты
что, девушка?
— Ой, и не знаю, — испуганно ответила она.
— Да будет тебе. Все достойны счастья, а ты больше всех! Ты
самая замечательная! — успокоила я ее. С этим убеждением она
и пошла домой.
Прошло какое-то время, и снова звонок.
— Катька, давай встретимся. Голос ее мне не понравился. По-
казалось, что она вот-вот заплачет.
— Хорошо! Приходи вечерком, поговорим.
И вот что я услышала.
— Ты знаешь, с каждым нашим свиданием мы становились
ближе друг другу. Роднее, что ли… Но я вдруг начала побаиваться, что счастье мое может быстро закончиться. Ну
не бывает так в жизни. Просто стало страшно, — начала
она рассказ.
— А что тебя насторожило? — спросила я.
— Да он высказал очень неординарную мысль. От неожи-
данности я растерялась и решила, что не поняла, о чем речь.
Смотрю на него, в глазах — вопрос.
— Да! Да! Ты не ослышалась. Роди от меня ребенка, — пов-
торил он. — Я тебя очень люблю!
— Я тоже тебя очень люблю! Ты делаешь мне предложе-
ние? Хочешь ребенка и намерен его воспитывать? Я согласна
выйти за тебя замуж, — ответила я.
29
— Нет! Что ты! — с испугом отшатнулся он. —
Я не имел этого в виду.
— Тогда почему такая мысль пришла тебе в голову? —
поинтересовалась Ленка.
— Как почему? Ты женщина моей мечты! Естественно,
я хочу, чтобы ты родила от меня ребенка. Это же так прекрасно!
— Да, прекрасно, но к этому нужно быть готовым. А чем
занят в жизни ты? Какая у тебя профессия? Я — редактор
большого литературного журнала. А вы, сударь, сможете
обеспечить достойную жизнь своей семье?
— Семья? О чем ты говоришь? — удивлению его не было
предела.
— Как, ты не хочешь заводить семью, воспитывать детей? А как же женщина твоей мечты? О чем вообще речь?
Жаль. Ребенок — не щенок, и тут меня начал разбирать смех.
Смеялась я и от обиды, и от злости на безответственность,
на первый взгляд, такого замечательного человека.
— Твой смех оскорбителен, — возмутился он. — Обидно,
что я так скоро и так глубоко разочаровался в тебе.
— Русские женщины никогда не складывают ответственность на мужчин, — резко повернувшись, он ушел не
оборачиваясь.
— Да, не доросла ты до такого мужика! — заключила я.
— Смейся, смейся. Прошло уже больше недели, а он ни разу
не позвонил. И чего так смеяться? Была бы умнее, иначе бы отреагировала, — в глазах Ленки стояли слезы. — Жизнь у меня одна,
и я не хочу истратить ее попусту. Как всякий нормальный человек,
хочу семью, детей. Время уходит. Мне тридцать. Я встречаю родного по духу человека. Вместе нам легко, интересно. В душе поселилась свобода и бесконечное доверие к людям, к жизни. И вдруг
такая неожиданная развязка.
И тут в чашку с кофе, стоявшую перед Ленкой, упала слезинка.
Затем друга, третья… Это были горькие слезы о прожитой жизни,
о несбывшихся мечтах.
30
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]