Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Быть в команде
.pdf
тая. Игра получилась нервно-напряжённая и закончилась – 3:3. Дополнительное время 0:0. По буллитам выигрываем финальную игру, а с ней и всё, что вокруг Игр
доброй воли. Америка рукоплещет нам, желая видеть
наших талантливых спортсменов у себя ежедневно.
Возвращаемся в Москву без Серёжи Фёдорова. Узнаём, что сборная команда уже и без Паши Буре и Володи Константинова. Они покинули страну, уехав играть
в НХЛ. Процесс пошёл полным ходом. Кто следующий?
Впереди – серия игр в Швейцарии, которая уже жила
под впечатлением от игр Андрея Хомутова и Славы Быкова. Страна не только заиграла в хоккей, но и начала активно развивать этот вид спорта. Маленькая арена Фрибурга не могла вместить всех желающих. После игры
город пришёл брать автографы нашей сборной. Андрей
и Слава среди болельщиков были родными и любимыми. Выиграв все игры, возвращаемся в Москву на
турнир газеты «Известия».
Очередного «Снеговика» отправили в музей спорта,
хотя последнюю игру с чехами сыграли вничью – 2:2.
Прогулочной Голландии уже нет. Новый 1991 г. начинаем со шведских игр. В сборной команде уже новые мастера-защитники – Дима Миронов и Алексей Житник,
нападающие – Александр Семак, Алексей Жамнов, Слава Козлов, Дима Квартальнов и Валерий Залипукин.
На шведском турнире обыгрываем всех, кроме чехов,
с ними ничья – 2:2.
Чемпионат мира 1991 г. в Финляндии, в городе Турку,
где который год работает Владимир Юрзинов. Финский
молодняк, набранный Владимиром Юрзиновым, терпеливо осваивал школу российского хоккея. Наша школа
«пустила корни» по всей Финляндии. Результат сказался
через пять лет. Школа российского хоккея в финском исполнении лидирует на мировой арене до сих пор.
101
По приглашению Виктора Тихонова и Игоря Дмитриева в Хельсинки прилетают Вячеслав Фетисов,
Алексей Касатонов, Сергей Макаров. Из Швейцарии –
Слава Быков. Андрей Хомутов не смог, травмировано
плечо. Вячеслав Фетисов играл в паре с Алексеем Гусаровым, Алексей Касатонов – с Володей Константиновым. Сергей Макаров – в звене с Алексеем Жамновым и Славой Козловым. Первый тур прошли, как всегда при максимуме забитых и минимуме пропущенных
голов.
К финальному туру НХЛовцы, измотанные напряжением игр своего первенства НХЛ, не выглядели свежо.
Накопленное утомление сказывалось и у Славы Быкова.
В сборной команде постепенно умирал бойцовский дух
ЦСКА. Другого духа на горизонте было не видно. С уходом ларионовского и быковского звеньев, произошёл не
только разрыв поколений игроков. Тот талантливый молодняк, который должен был взять лидерство в сборной,
уже не просто смотрел на запад, но искал и находил возможности туда уехать. Мастера не могли, а молодые не
хотели играть за Родину.
Первую игру в финальной четвёрке с канадцами сыграли вничью – 3:3. Следующую встречу проигрываем
шведам 1:2 в упорнейшей борьбе; первый период 1:1,
второй 0:0, и только в конце третьего шведы забивают
победный гол. Шведы – первые, канадцы вторые, мы –
только третьи. «Перестроечный распад» в сборной шёл
полным ходом. Остановить этот процесс не было возможным. Требовался поиск новых путей, подходов к хоккейной проблеме.
На летнюю предсезонку в сборную приглашены Виталий Прохоров из московского «Спартака», Андрей Коваленко и Слава Буцаев из ЦСКА, Дариус Каспарайтис
и Алексей Ковалёв из – московского «Динамо», а также
102
вратари – Миша Шталенков и Андрей Трефилов. Все игроки колоритные, техничные, играющие, но не созревшие для участия в таких соревнованиях, как Кубок
Канады 1991 г.
ФХР для защиты сборной команды от нападения
НХЛ даёт предписание тренерам клубов: «Кто не заключит контракт со своим клубом, в сборную не будет приглашён». Но талантливые игроки в поисках «лучшего»
хоккея и уровня самой жизни, искали возможности покинуть СССР. На летний сбор в Новогорск приезжает
Павел Буре. Подходит Виктор Тихонов, спрашивает:
«Паша, ты заключил контракт с ЦСКА?», – Нет – «Тогда
сначала езжай в ЦСКА, подпиши контракт, а потом приезжай на сбор». Павел согласился с этим предложением,
развернулся и поехал в ЦСКА. С тех пор Павла Буре
в клубе не видели, в сборной – тоже. Ещё одна «ласточка» начала вить гнездо в чужих краях.
Неожиданно серьёзно заболел Володя Константинов.
На сбор не приехал, поговаривали, что он решил комиссоваться из армии. Предполагаем, собрался в НХЛ. Каждый по-своему.
Но спортивная жизнь страны продолжала свой путь.
Сборная вылетела в Канаду. Тренеры пригласили на сбор
для участия в Кубке Канады Сергея Фёдорова и Александра Могильного. Александр сразу сказал, что играть
за СССР никогда не будет. Сергей согласился, но на сбор
в Москву не приехал, побоялся, что не выпустят обратно, обещал подключиться уже в Канаде.
Товарищескую встречу со сборной Канады выиграли
3:2. Игра показала, что Сергей Фёдоров, несмотря на
огромное желание хорошо сыграть, физически к турниру был не готов, хотя звено – Слава Козлов, Сергей
Фёдоров и Виталий Прохоров было лучшим (забили из
трёх две шайбы).
103
Первую игру с чехами в рамках Кубка проиграли 2:5,
следующую залетели шведам – 2:3. Выиграв у финнов – 6:1, через день проигрываем сборной США – 1:2.
С Канадой сыграли вничью 3:3. Сборная команда СССР,
наспех собравшаяся, впервые не смогла оказать достойное сопротивление командам, укомплектованным игроками НХЛ. Игры профессиональной мировой элитой
хоккея показали, что мы уже не «те». А наши, которые
«те», и могли бы играть за сборную, уже играли в клубах НХЛ. Контактов с ними не было, да и ФХР не искала их.
В финале Кубка Канады 1991 года «кленовые листья»,
при полупустых трибунах, легко обыгрывает сборную
Швеции и вторично становятся обладателями своего
Кубка.
У нас яркой «звездой» вспыхнул своей игрой за сборную Виталий Прохоров. Физически и технически хорошо подготовленный, целеустремлённый Виталий удивлял содержательной игрой. Но один – в поле не воин.
По возвращении в Москву Виктор Тихонов под Виталия
Прохорова формирует звено – Николай Борщевский,
Игорь Болдин, Виталий Прохоров. Звено, которому будет суждено сыграть одну из ведущих ролей на Олимпийских играх в Альбервиле 1992 году.
С исчезновением СССР тихо и незаметно для болельщиков угасло одно из любимейших для москвичей хоккейных соревнований на приз газеты «Известия». Через
год на этом месте возникнут соревнования на приз пивоваренной компании «Балтика», но народ ещё долго
будет путаться в названиях.
Расширенным составом начинаем в январе 1992 года
подготовку к Олимпиаде. К Виктору Тихонову и Игорю
Дмитрееву в помощники подключают Владимира Юрзинова. Сбор лыжно-кроссовый вперемежку со штангой
104
и тренировками на льду. Спокойный, монотонный, размеренный.
По причине не полной комплектации защитников,
Виктор Тихонов просит Владимира Юрзинова пригласить с динамовской базы любого защитника, на пару
тренировок. Хоккейная база «Динамо» – через дорогу.
В синих трусах и синем шлеме на лёд выходит Сергей
Баутин. Своей жёсткой игрой, в пределах правил, Серёжа приводит в чувства всех успокоившихся и считающих себя уже на Олимпиаде хоккеистов – «сборников».
Тренеры и мы с интересом наблюдаем. Мастера ворчат,
но про себя. Серёжа, оттренировавшись, каждый раз
спокойно собирает форму и уходит на динамовскую
базу. После третьей тренировки тренеры, видя положительный эффект и КПД от игры Баутина, предлагают
ему остаться в сборной, а начальнику приказывают выдать Сергею форму сборной – красные трусы и шлем.
Иногда случай меняет судьбу. Сергей Баутин проторил
свой путь на Олимпиаду.
Турне по Австрии с небольшим сбором и товарищескими играми в Швейцарии предшествовали Олимпийским играм в Альбервиле. СССР закончил своё существование. Наши спортивные делегации за рубежом в растерянности. Что такое СНГ, спортивный мир не знал.
Какой у этих трёх букв гимн и флаг – тоже. И мы не
знали. Официально никто не отменял реквизиты бывшего государства, но все знали, что его больше нет, нет
и символов того, что мы олицетворяли. Организаторы
соревнований бегут к нам, спрашивают. На удивление
всех мы разводим руками.
Первая игра в Австрии в городе Фельдкирхе, где
Игорь Дмитриев долго и успешно тренировал местную
команду. Играем спокойно. В австрийской сборной абсолютно охамевший игрок австро-канадского происхож-
105
дения, локтём и клюшкой бьёт всех и вся. Виктор Тихонов мягко просит Серёжу Баутина вернуть игру в нормальное русло и привести в чувство этого канадца. Серёжа не мог отказать главному тренеру. Своё первое
«боевое крещение» провёл на «хорошо». Канадца унесли, Сергея удалили до конца игры, ему не хватило техники. Игра перешла в спокойное русло. Мы выиграли со
счётом 7:2.
Переезжаем в Швейцарию. К команде присоединяются Андрей Хомутов и Слава Быков. Славу Быкова назначают капитаном сборной команды. Товарищескую
игру с канадской сборной выигрываем 7:2. Вся Швейцария болеет за нас. Молодой, но уже разрекламированный
Эрик Линдрос, весь изнервничался, но ничего на льду
путного сделать не смог. Высокого роста, вес под сто килограмм. Эта махина на фоне наших «технарей» была
малоподвижна, маломаневрена. Его хорошая игра по
прямой спокойно нейтрализовалась нашими защитниками. Из Швейцарии автобусом едем на одну игру,
в Италию в город Вареза, где Миша Васильев, уже год
как демонстрировал эмоциональным итальянцам перлы
хоккейного мастерства.
Спускаемся с гор, где температура –10, на равнину
где +10. На автобусе едем вдоль красивейшего озера Европы Комо. Тогда я не предполагал, что судьба через два
года вернёт меня в эти края на целых два года. А сейчас
сняли дублёнки, разгрузили баулы.
Маленькая хоккейная арена битком забита болельщиками. Места только стоячие. Плотность максимальная.
Андрей Хомутов и Слава Быков остались в Швейцарии
доигрывать свой чемпионат. Наше ударное звено – Виталий Прохоров, Игорь Болдин, Николай Борщевский.
Второе звено самое колоритное по росто-весовым показателям – Алексей Ковалёв, Алексей Жамнов, Алексей
106
Яшин и Андрей Петренко. В каждой игре идёт поиск оптимального звена и пары защитников.
Обыгрываем итальянцев 4:2 и возвращаемся во Фрибург. Играем последнюю товарищескую игру со сборной
Швейцарии, за которую по договорённости играют Андрей Хомутов и Слава Быков. Мы проигрываем 0:3. Окончательно укомплектовавшись, едем автобусом с юга
Швейцарии на север к французской границе в Альбервиль на Олимпийские игры 1992 года.
Альбервиль – небольшой городок на равнине среди высоких Альп. Специально для открытия и закрытия Олимпиады построили стадион-времянку. Все игры
и тренировки по хоккею высоко в горах. На подъёмнике
от Альбервиля до хоккейной арены по прямой – час
езды. На автобусе по серпантину – два с половиной часа
при хорошей погоде.
Маленький пятачок равнинной земли назывался Мерабель, где одна улица с отелями, стадионом для хоккея
и бесчисленным множеством канатных дорог для горнолыжников. Здесь же проходили соревнования по спуску
с горы по прямой на скорость, впервые введённые в программу Олимпийских игр. Фиксировалась максимальная
скорость на отрезке дистанции. Посмотреть не удалось,
но говорили, что впечатляет: максимальная скорость на
лыжах зафиксирована под двести километров в час.
Все хоккейные команды разместились в двадцати километрах от Мерабеля, на таком же маленьком плато
среди гор Ла-Танья. С десяток гостиниц, столовая-времянка и бесконечные подъёмники для горнолыжников.
На тренировку ездим в противоположную сторону от
Мерабеля, за те же двадцать километров узкими горными дорогами, где встречные автобусы разъезжаются
только в определённых местах. Куршавель городком
можно назвать с большой натяжкой. Одна кривая улица
107
с отелями, от которых, как паутина расходятся канатные
дороги, во все немыслимые стороны. На горных лыжах
все, от малого с соской во рту, до бабульки со старичком,
у которых лыжные палки казались основной точкой
опоры.
Трудно понять, как сюда во всю эту паутину горнолыжных трасс вписалась закрытая хоккейная коробка
с малюсенькими раздевалками для любителей катания
на коньках. Толпы народа на ярком солнце, белейшем
снегу и склонах на любой вкус. Коньки для любителей
только вечером. Сноубордистов в те годы не было видно.
Всё дневное время хоккейные коробки были заняты под
тренировки команд приехавших на Олимпийские игры.
Тренировки расписаны по минутам, двенадцать команд,
надо всем успеть покататься. Душевых нет.
После тренировки снял доспехи, коньки и – в автобус. Через двадцать километров дома в Ла-Танья. Душ,
обед, отдых. Нам с Сергеем Чекмарёвым приходится после тренировки в Куршавеле по пути высаживать команду
в Ла-Танья и ехать дальше в Мерабель – выгружать, стирать, сушить форму, и так все десять олимпийских дней.
В отеле, где разместилась наша команда, нам с Серёгой места не нашлось. Приходится в шлёпанцах по снегу, в куртке накинутой на маечку, бегать к ребятам делать массаж.
Первая игра со швейцарцами. Выигрываем 8:1. Звено
Славы Быкова забивает три шайбы, звено Виталия Прохорова – столько же. Перед игрой функционеры из ИИХФ
запросили у игроков «расписки», за какие сборные они
хотят играть. Первым написал «Россия» Дариус Каспарайтис так, что все сомнения, что он по доброй воле играет за СНГ и не за какую другую страну играть не собирается, отпали, Лёню Житника с Димой Юшкевичем
оставили в покое, наверное, потому, что Украина в те
108
времена не выступала на Олимпийском турнире. Следующая игра с Норвегией. Выигрываем – 8:1, все голы
повторяются, как в первой встрече.
Вечером захожу делать массаж Андрею Хомутову
и Славе Быкову. Они просят меня поговорить с Виктором Тихоновым о том, чтобы он заменил им третьего игрока, зная, что я захожу к нему делать массаж. Третьим
у них играл Женя Давыдов. В команде его звали «Чума»
за экспансивный характер в жизни и в игре. Ребята считали, что игра у них с ним не клеится. Спрашиваю: «А кого хотите?» Сказали, что можно было бы попробовать
с Юрой Хмылёвым. Ночью, после обхода всех ребят, захожу к Виктору Тихонову, рассказываю о ребячей просьбе. Тренер спрашивает: «Почему не сами?», отвечаю:
«Не знаю». На следующей игре и до конца Олимпиады
Юра Хмылёв играл в звене Славы Быкова.
Единственную игру на Олимпиаде мы проиграли чехам 3:4. После чего последовательно обыгрываем французов 8:0, канадцев 5:4, финнов 6:1 и США 5:2. Выходим
на последнюю финальную игру с командой Канады.
День отдыха. Наездились так, что решили отдохнуть
на месте. Французы в Ла-Танья устроили маленький
праздник, с ряжеными, музыкой, катанием с гор на надувных баллонах от больших грузовиков. Приз вручали
тому, кто удержится на баллоне до конца спуска. Призёров не оказалось. Никто не мог удержаться на баллоне,
скользящем с горы со скоростью автомобиля. Из хоккейных команд никому не разрешили кататься, т.к. боялись
травм, хотя желающих из игроков хоть отбавляй. Олимпийцы веселились, как дети.
Мы с Серёгой решили посмотреть Альбервиль. Сели
в кабину канатной дороги и через полтора часа спуска
мы на равнине. Небольшой городок с прямыми улицами,
одноэтажных домов. Дошли до стадиона, где проходили
109
соревнования по фигурному катанию. Шли долго, по
пути ни одного «музея» – магазина. Устали, как черти,
вернулись обратно. По той же канатной дороге домой.
Финальная игра. Сборная команда Канады настроена
по-боевому.
Желание выиграть олимпийское золото светилось на
их лицах. Эрик Линдрос, как молодой петух, самовлюблён, самонадеян. Игры в условиях среднегорья всегда
тяжёлы, а таким игрокам как Эрик Линдрос, весом за сто
килограмм, тем более. Нехватка кислорода не позволяет
играть в высоком темпе и заставляет игроков чаще меняться по ходу игры.
Матч начали в бешеном темпе обе команды. Канадцы
не хотели уступать нам ни в чём, мы – тоже. Заканчивается первый период, на табло 0:0. Установка тренеров:
«Потерпеть, через не могу, последняя игра». Заканчивается второй период, на табло 0:0. Игра за пределами невозможного. Ребячьи глаза светятся. Слышу среди них
шепот: «Дожмём». Капитан Слава Быков: «А ну, мужики, в последний решающий!» Начали третий период ещё
активней и нас прорвало. Слава Быков забивает первый
гол, через минуту Игорь Болдин удваивает разрыв. Канадцы с остервенением равняют одну шайбу, но через
считанные секунды Слава Буцаев заколачивает последнюю золотую шайбу в ворота до конца измотанных канадцев.
Весь стадион, стоя, долго рукоплескал героям. Герои
стояли в игровых свитерах без опознавательных знаков
страны, сняв шлемы, слушали незнакомую музыку, глядели на поднимающийся флаг ИИХФ (международной
федерации хоккея). Своего флага мы пока ещё не имели.
Но это не убавило радости ни у тренеров, ни у игроков,
ни у меня – это была моя третья командная золотая
олимпийская награда.
110
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]