Трубецкие. Аристократы по духу

же самая заурядная. Но отец решил сде­лать из нее балерину во что бы то ни ста­ло, да и сама Мария всю жизнь посвятит танцу и будет первооткрывателем многих явлений в балете. Она изрядно «облегчит» наряды танцовщиц, которые прежде пред­ставляли собой тяжелый кринолин со множеством деталей — из-под него видне­лись только ступни балерины, которые могли только семенить, не отрываясь от пола. Мария Тальони первой введет в со­временный ей балет пачку (легкое, воз­душное платье балерины, не стесняющее движения) и сама исполнит танец на пу­антах — высоких полупальцах. Напом­ним, что до нее балерины не «отрывались» от сцены! Прыгать, «размахивать» ногами было просто неприлично.

Дело о восстановлении прав князя Тру­бецкого Александра Васильевича рассма­тривалось в Государственном совете неод­нократно, и к июню 1855 года ему было «высочайше дозволено» вступить в Ново­миргородский уланский полк в чине под­полковника. Что вовсе не являлось «мило­стивейшим прощением», а скорее наобо­рот, ссылкой, куда всегда удаляли проштрафившихся дворян. Куда? На Юж­ные неспокойные рубежи России, конеч­но. В декабре того же года по «Высочай­шему повелению» прикомандирован к

Добавим еще один штрих к портрету князя Александра Васильевича Трубец­кого.

В 1887 году Бильбасов (Василий Алек­сеевич Бильбасов — русский историк и публицист, мастер исторической биогра­фии, крупнейший специалист по правле­нию Екатерины II) издал брошюру «Рас­сказ об отношениях Пушкина к Дантесу. Записан со слов князя А. В. Трубецкого».

полк, откуда возвращен в кавалергарды 12 декабря того же года. Наказание, как видим, длилось недолго. Далее следовали еще более дерзкие проступки: с друзьями сослуживцами по полку устраивали заса­ды в дамских купальнях, подкараулили известную итальянскую певицу за вечер­ним туалетом и вдоволь налюбовались за приготовлением ко сну красавицы через окна, с предварительно снятыми ставня­ми. Но, по словам известного романса, «кавалергарда век недолог»… Поводом могла послужить очередная «шалость», которая имела место быть в имении гра­фини Ю. П. Самойловой. Дело было в сле­дующем: на потеху кавалергардам Самой­лова устроила состязание между своими крестьянками — кто из них первой вска­рабкается на высокий шест, к верхушке которого привязали сарафан и повой­ник, — той эти призы и достанутся. Поте­ха заключалась в том, что, почти до нача­ла XX века дамы, как бы это сказать по­деликатнее, не носили нижнего белья, а уж крестьянки тем более. Панталоны с кружевами были скорее деталью одежды, а не бельем как таковым.