из самых продуктивных теорий подобного рода является теория длинных волн Николая Кондратьева, которая обладает очень боль­шими объяснительными возможностями, в сочетании же с теориями технологических укладов ее эвристический потенциал значительно усиливается [2].

струментов управления на всех уровнях (международном, нацио­нальном, организаций), технологически-производственных и соци­ально-экономических институтов (отношений) на конкретном этапе их временного (исторического), экономического, социального, тех­нологического, экологического, культурного развития» [3]. Послед­нее определение представляется наиболее полным и близким к нашему пониманию технологического уклада, но даже и оно до конца не исчерпывает всех аспектов этого понятия и полностью не отражает тот денотат, который ему соответствует, потому что пони­мание технологического уклада является многоаспектным и требует даже не просто междисциплинарного подхода, но еще и теоретико­методологического философского анализа с позиции теории дея­тельности, ибо все, что происходит с участием человека, является продуктами его деятельности. Технологические уклады не являются исключением, они все есть определенная деятельность людей в кон­кретно-исторических и природных условиях. Но этот сложный ана­лиз – не задача данного исследования, поэтому мы просто будем иметь в виду важнейшую роль деятельности человека как в освоении им окружающего мира, так и в научном отражении как этого самого мира, так и результатов деятельности людей по его освоению, и направим свое внимание на рассмотрение методологических осо­бенностей исследования нового уклада.

оказалось только видимостью, скрывающей прямо противополож­ную реальную картину. Резкое изменение научной картины мира и формирование классической научной рациональности навсегда из­менили гносеологические основания исследований. Таким же точно образом менялась картина мира и тип рациональности в неокласси­ческий период развития науки, а также в постнеклассический, когда тип рациональности подвергался веяниям постмодерна. «Главным его проявлением в нашей науке стало изменение типа рационально­сти. Привычная объективность восприятия и описания окружаю­щего мира стала подменяться продуктом рационального сознания, создающим теоретический мир, мир идеальных конструкций, га­джетных образов, которые начинают жить самостоятельной жизнью и принимаются за истину» [5]. Таким образом, мы живем в тот пе­риод развития науки, когда сознание человека не только отражает объективную реальность, но в какой-то степени еще ее и творит.