Раздел 2. Приватизация в Украине (1992–1998)

Украинская модель приватизации отличалась более медленным и менее радикальным характером. После обретения независимости в 1991 году Украина также столкнулась с экономическим спадом, однако политическое руководство избегало резких шагов, стремясь сохранить управляемость экономики. Важным фактором была нестабильность государственной власти в первой половине 1990-х годов, включая конфликты между президентом и парламентом.

Приватизация в Украине развивалась по нескольким направлениям. Во-первых, широко применялся выкуп имущества арендаторами, что позволяло трудовым коллективам формально становиться собственниками предприятий. На практике это часто означало сохранение контроля за директорами. Во-вторых, в 1995 году была запущена сертификатная приватизация, аналогичная российской ваучерной системе, но реализованная более постепенно. В-третьих, происходило акционирование предприятий, при котором государство сохраняло значительные пакеты акций.

Ключевую роль в этом процессе сыграли так называемые «красные директора» — руководители крупных советских предприятий, сумевшие сохранить контроль над активами. Среди них можно выделить Владимир Бойко, возглавлявшего Мариупольский металлургический комбинат. В отличие от России, где финансовые группы быстро вытеснили старую номенклатуру, в Украине именно директора стали основой новой экономической элиты.

Параллельно формировались региональные финансово-промышленные группы — прежде всего донецкая и днепропетровская. Эти группы постепенно интегрировались в политическую систему. Центральной фигурой стал Леонид Данилович Кучма, занимавший пост президента с 1994 по 2005 год. Его политика заключалась в балансировании интересов различных элитных групп, что исследователи (например, украинские политологи начала 2000-х) характеризуют как «олигархический компромисс».

В результате Украина смогла сохранить значительную часть промышленного потенциала, особенно в металлургии и энергетике, однако модернизация происходила медленно. Сформировалась система, в которой права собственности оставались неопределёнными и зависели от политических решений. Это привело к укоренению неформальных практик взаимодействия между бизнесом и властью.

Дополнительной особенностью стала выраженная региональная дифференциация: восточные регионы ориентировались на промышленность и экспорт, тогда как западные — на аграрный сектор. Это различие в экономических интересах впоследствии стало важным политическим фактором.

---

Раздел 3. Элиты 1990-х: сравнительный анализ

Формирование новых элит в России и Украине происходило по разным траекториям, но имело общие структурные черты. В России доминирующее положение заняли финансисты, предприниматели из комсомольских структур и новые коммерсанты, сумевшие конвертировать финансовый капитал в контроль над промышленными активами. Роль «красных директоров» была менее значительной, чем в Украине.

В Украине, напротив, именно директора предприятий и региональные группы стали основой новой элиты. Это объясняется более постепенным характером приватизации и меньшей ролью финансового капитала на раннем этапе.

Несмотря на различия, постсоветские элиты обладали рядом общих характеристик: тесное переплетение бизнеса и политики, активное использование административного ресурса, клановый характер организации и низкая легитимность в глазах населения. Эти черты определяли специфику политических режимов обеих стран.

В России к концу 1990-х годов сложилась система, которую в СМИ называли «семибанкирщиной» — группа крупнейших банкиров оказывала существенное влияние на политику и средства массовой информации, особенно в период выборов 1996 года. В Украине, напротив,

сформировалась модель «соревновательной олигархии», при которой различные группы конкурировали друг с другом за доступ к государственным ресурсам.

В 2000-е годы произошла трансформация этих отношений. В России ключевым событием стало Дело ЮКОСа, после которого государство значительно усилило контроль над крупным бизнесом. В Украине аналогичным переломным моментом стала Оранжевая революция, приведшая к перераспределению влияния между элитными группами, но не к демонтажу самой олигархической системы.

---