Школа трудового права 1

сте 1915 г. Чредин отличался независимостью суждений, открыто выступал за проведение глубоких социально-экономических реформ. В декабре 1914 г. по инициативе лицейского попечителя А. Тихомирова его должны были отстранить от преподавания, но в условиях войны и нарастания кадровых проблем он сохранил должность1172. В лицее он преподавал гражданский процесс

игражданское право (наследственное и семейное русское право), а также институции римского права. Впрочем, весной 1915 г. он временно вернулся в Варшаву, где продолжил преподавание в местном университете и Высшей женской гимназии. Это было связано с тем, что фронт неуклонно приближался к столице тогда еще Царства Польского в составе России и многие преподаватели перевелись в другие вузы. Это был поступок порядочного человека, но вести ему пришлось сразу четыре дисциплины. Вместе с университетом летом 1915 г. он эвакуируется в Ростов-на-Дону, где продолжает проведение занятий по гражданскому праву и ведет студенческий цивилистический кружок. В начале 1917 г. Борис Васильевич избирается на должность профессора.

Февральскую революцию Чредин приветствовал, а к установлению советской власти отнесся с пониманием, хотя разгоревшаяся на Дону гражданская война повлияла на его дальнейшие жизненные планы. Сначала он переезжает в Москву, где начинает преподавать в 1-м МГУ, а в ноябре 1918 г. Совет Демидовского юридического лицея, вскоре преобразованного в университет, избирает его профессором по кафедре истории римского права. Так он стал одним из первых профессоров Ярославского государственного университета и в начале 1919 г. вместе с женой Лидией Николаевной переехал на жительство в Ярославль. Затем он служил на кафедре истории права и государства, но читал лекции и по дисциплинам других кафедр, в том числе: история институтов частного права, учение о суде, техника правовых норм, учение об основных экономических правах, спецкурсы по судебному праву

игражданскому процессу. Он одним из первых в стране стал читать спецкурсы «Организация труда в капиталистическом обществе» и «Правовая организация производства и труда в РСФСР».

Почти сразу же после избрания он занял руководящие должности.Сдекабря1918поиюль1919гг.онсекретарьюридическогоот-

1172 РГИА. Ф. 733. Оп. 155. Д. 977. Л. 74–81.

471

деления факультета общественных наук (ФОН), с июля 1919 по ноябрь 1920 гг. – декан экономического отделения ФОН, параллельно с октября 1919 по июнь 1920 гг. – председатель Совета рабочего факультета (рабфака), одновременно с сентября 1919 (после отставки Н. Н. Полянского) до февраля 1920 гг. – исполняющий обязанности деканаФОН,асфевраля1920идослиянияФОНсПедагогическим институтом им. Н. А. Некрасова и образования на их базе педагогического факультета в середине 1922 гг. – его декан. Наконец, с сен- тября1920дооктября1923гг.Б.В.Чредин–председательдеканата (декан) правового отделения ФОН (т. е. до его закрытия). Чредина можно назвать настоящим патриотом Ярославского государственного университета, который боролся до конца за его сохранение, принимал активное участие в руководстве вуза вместе с В. Н. Ширяевым,Н.Н.ПолянскимиВ.Н.Мышцыным.Такаязагруженность административной работой оставляла мало времени на научные исследования, но его научные публикации по-прежнему отличались глубокой эрудицией и широтой охвата проблемы1173.

После закрытия университета в 1924 г. Б. В. Чредин вернулся в Москву, где начал преподавать в Московском промышленноэкономическом институте. Затем он также перебрался в Белорусский госуниверситет (с марта 1925 г. профессор по кафедре истории институтов частного права), где и на 1928 г. числился преподавателем и одновременно заведующим Ярославским промышленно-экономическим техникумом. Вероятно, и его притягивал к себе Ярославль, с которым он был связан немногим менее 10 лет и куда он неоднократно на срок до полугода приезжал в командировки1174. Дальнейшая его судьба нам неизвестна.

Он выступил сторонником государственного вмешательства в отношения труда и капитала, за дальнейшее развитие фабричного законодательства и законодательное закрепление права на труд. Его небольшое по объему исследование о модной в то время концепции «народного трудового государства» стало одной из луч-

1173 См.: Чредин Б. В. Политические воззрения Горация // Сборник Ярославского государственного университета. Вып. 1. 1918–1919. Ярославль, 1920. С. 61–87.

1174 Национальный архив Республики Беларусь. Ф. 205. Оп. 3. Ед. хр. № 8977. Последние архивные сведения о ярославском ученом датируются в белорусском архиве 1927 г.

472

ших в досоветский период работ о праве на труд и праве на существование 1175. Ученый выделил важное значение коллективных договоров как регуляторов общественных отношений, констатировал, что экономические права дают личности правомочия требовать от государства оказания в ее пользу услуг положительного содержания. Основные экономические права он разделил на три составляющие: право на труд, право на полный продукт труда и право на существование1176. Основная часть книги посвящена изучению юридической природы этих прав. Он проанализировал случаи легального закрепления права на труд, начиная с французских конституций 1791 и 1793 гг. Далее он сравнил определения права на труд, данные А. Менгером и Р. Зингером. Борис Васильевич отметил, что право на труд сводится к правомочию требовать простой неквалифицированной работы, и оно есть право вспомогательное, субсидиарное, принадлежащее только работоспособному гражданину данного государства и только на период до появления вакансий. Оно возникает только тогда, когда работник не по своей вине не может найти работы. Реализация этого права предполагает наличие свободного рынка и частной собственности на землю и капитал. Если же право на труд трактовать как право на профессиональный, квалифицированный труд, то Б. В. Чредин резонно связал возможность его реализации только с государственным социализмом, с уничтожением частной собственности и сосредоточением собственности на землю, орудия и средства производства в руках государства и с легализацией обязанности трудиться. В последнем случае право на труд приобретает публично-правовой характер и выражается, по мнению ученого, либо в праве на допущение к труду, если кто-либо препятствует работнику в осуществлении его обязанности трудиться, либо в праве на несменяемость в порученной ему государством должности без достаточных, опять же установленных государством оснований. Если минимальная зарплата при этом будет определяться не условиями рынка, а жизненными потребностями рабочего, то праву на труд придаются не свойственные ему черты права на существование и оно теряет ясные юридические границы. Вывод

1175 См.: Чредин Б. В. Народное трудовое государство и основы экономического права. М., 1918. В печать оно было сдано в июле 1917 г.

1176 См.: Там же. С. 12, 29 и др.

473

ученого очевиден: право на труд должно дополнять уже существующие имущественное право. Его реализация возможна только в условиях рыночной конкуренции, частной собственности, но при активной роли государства, обеспечивающего право безработного получить неквалифицированную работу с оплатой, определяемой его экономическими возможностями1177.

Право на полный продукт труда ученый начал анализировать с определений, данных ему А. Менгером. На первый взгляд, оно означает полную социальную справедливость, однако не свободно от возражений. Более того, раздача всего продукта труда в отдельные руки остановит все культурное развитие человечества, т. к. у государства просто не окажется на него средств (на развитие образования, помощь нуждающимся и др.). Вывод ученого однозначен: «Ни полного продукта труда, ни его эквивалента гражданин не получит и не должен получать, если только правильно понять задачи государства… Частная собственность на землю и капитал должна быть упразднена во имя частной собственности на произведенный продукт – такова внутренняя пружина защиты права на полный продукт труда»1178. Далее он отмечал необходимость «естественного неравенства»: «Восхождение по лестнице различного достоинства труда личных дарований и заслуг должно сопровождаться и увеличением вознаграждения. Чем проще и легче труд, тем меньше плата, чем сложнее, труднее и ответственнее труд, тем выше вознаграждение; тем больше, наконец, вознаграждение, чем выше духовная ценность личности»1179.

При анализе права на существование Борис Васильевич отталкивался от его определения, данного А. Менгером, а также И. А. Покровским и П. А. Новгородцевым (о них говорилось выше). При этом Б. В. Чредин верно подметил главное противоречие этого права. С одной стороны, угроза размножения тунеядцев при наличии субъективного права на получение содержания от государства. При этом невозможно допустить гибель гражданина, даже если он очутился в бедственном положении по своей вине. С другой стороны, «каждый должен иметь воз-

1177 Чредин Б. В. Народное трудовое государство и основы экономического права. С. 29–36.

1178 Там же. С. 38–39.

1179 Там же. С. 45.

474

можность жить своим трудом», а государство должно создавать условия, чтобы вознаграждение за труд позволяло существовать. Следовательно, никто не имеет права притязать на помощь государства, пока не докажет, что им сделано все возможное, что бы пропитать себя, но этого не удалось достичь. Следовательно, право на существование обусловлено обязанностью трудиться. В качестве понятия, обладающего всеобщностью применения, ученый предложил «человеческое существование», право на которое имеют все граждане независимо от их трудоспособности и наличия работы. Напомним, что И. А. Покровский признавал право на существование (содержание от государства) за нетрудоспособными или безработными, причем трудоспособные могли притязать на предоставление им работы. Отсюда его формула, обращенная к государству: «или содержи, или дай работу». Однако Б. В. Чредин с его идеей «человеческого существования» вывел другую формулу: «существование – это право, труд – это обязанность», причем юридически эти право и обязанность не связаны между собой. Однако такое право является естественным и принадлежит всем гражданам, в силу того, что они суть человеческие личности. Ученый считал «чудовищной» доведенную до логического конца идею трудового государства, которое интересуют только трудоспособные лица, а все нетрудоспособные (по любой причине) для него безразличны. Б. В. Чредин главной целью государства считал содействие насаждению и развитию культуры, устранение причин, влекущих народ к одичанию. Поскольку естественное условие культуры – труд, а одна из причин падения культуры – нищета, то надо стимулировать первое и бороться со вторым. Между конструкциями «права на достойное человеческое существование» (В. С. Соловьев, П. И. Новгородцев) и «права на существование» (И. А Новгородцев) он избрал компромисс и свел это право к обеспечению необходимых, насущных потребностей, признаваемых в данном обществе в определенный период (общепризнанного уровня). Обеспечение достойного человеческого существования необходимо, но это дело перспективы. При этом Б. В. Чредин был осторожен в прогнозах и показал себя противником рискованных социальных экспериментов во имя «всеобщего счастья». Он писал: «Свобода, заключенная в каменную ограду на месте грабе-

475

жа и насилий, идол вместо божества – таков предмет поклонения разнузданной черни. Не с ее действий свободолюбивому народу брать пример. Народ этот чтит свою свободу повсюду, гонит от себя прочь призывы к бесчинству и, не покладая рук, трудится над укреплением мощи государства – этого верного залога всеобщей свободы и благоденствия»1180. Хорошее напоминание за три месяца до октября 1917 г.

В начале 1920-х гг. он читал цикл курсов, касающихся правового регулирования трудовых отношений. Особый интерес представляли читаемые Чрединым курсы: «Организация труда в капиталистическом обществе» и «Правовая организация производства и труда в РСФСР». Программа первого из названных курсов по большей части совпадает с программой курса трудового права. Она охватывала такие вопросы, как трудовой договор, внутренний распорядок предприятия, институт хозяйской власти, правовое значение рабочих объединений, коллективные договоры, их юридическая сила и соотношение с индивидуальным договором, трудовые споры, правовое значение и последствия стачек, способы разрешения коллективных трудовых споров (примирительные камеры, примирительно-третейские учреждения, примирительные суды)1181. При рассмотрении правовой организации производства и труда в РСФСР Чредин особое внимание обращал на правовое положение рабочих и служащих, фабричное самоуправление, охрану труда. Лекции Чредина пользовались успехом, но их публикацию нам обнаружить не удалось.

Анатолий Васильевич Венедиктов (1887–1959) долгое время оставался единственным специалистом по гражданскому праву, избранным в действительные члены Академии наук

СССР, а затем и Российской академии наук. Но во время годичного пребывания в качестве заведующего кафедрой промышленного права Ярославского госуниверситета он разработал одну из первых программ по рабочему праву для студентов-юристов, а в число рекомендованной литературы включил труды одного из своих учителей – Л. С. Таля. Между тем в некоторых биографи-

1180 Чредин Б. В. Народное трудовое государство и основы экономического права. С. 79.

1181 ГАРФ. Ф. 298. Оп. 1. Д. 23. Л. 34–35, 47, 88–91.

476

ческих очерках о нем даже не упоминается о периоде преподавания в Ярославле1182.

А. В. Венедиктов родился 30 июня 1887 г. в Уфе. В 1910 г. он окончил экономическое отделение Петербургского политехнического института, а в 1912 г. – юридический факультет Петербургского университета1183. В числе его учителей были видные цивилисты И. А. Покровский, В. Б. Ельяшевич, А. И. Каминка, М. Я. Пергамент. Занятия по торговому праву и спецкурс по договорам о труде вел у него Л. С. Таль. В мае 1912 г. молодого ученого оставляют на кафедре торгового права Петербургского политехнического института для подготовки к профессорскому званию, где он работал под руководством А. Г. Гусакова и В. Б. Ельяшевича. В 1912–1914 гг. он находился в учебной командировке в Германии, преимущественно в Гейдельбергском и Мюнхенском университетах. В последнем он два семестра занимался под руководством профессоров Венгера и Хеллмана. Затем он вернулся в Россию и до 1916 г. вел научную работу в политехническом институте. В 1916–1917 гг. он преподавал курс гражданского права на Высших коммерческих курсах, одновременно служил в Министерстве торговли и промышленности, а осенью 1917 г. стал юрисконсультом Главного экономического комитета и чиновником для особых поручений V класса. Октябрьская революция прервала его государственную службу.

В ноябре 1918 г. Совет Ярославского госуниверситета единогласно избирает Венедиктова профессором кафедры промышленного права. Как уже указывалось, он разработал первую программу по рабочему праву. Вероятно, творчество Л. С. Таля оказало на него определенное влияние. Впоследствии он многие годы дружил с известным ученым-трудовиком В. М. Догадовым и постоянно интересовался проблемами правового и экономического регулирования труда1184. Его учение о юридическом лице

1182 См., например: Иванов А. А. Ученый и власть. Жизнь и деятельность А. В. Венедиктова // Венедиктов А. В. Избранные труды по гражданскому праву: В 2 т. Т. 1. М., 2004. С. 7–55.

1183 Филиал ГАЯО-ЦДНИ. Ф. 7867. Оп. 2. Д. 574 (личное дело

А. В. Венедиктова).

1184 См.: Венедиктов А. В., Догадов В. М. Ленинско-сталинское учение о социалистической организации труда // Вестник ЛГУ. 1950. № 4. С. 31–50.

477

связывало это понятие с коллективом, что было достаточно прогрессивным и адекватным для идеологии и практики советского периода. А. В. Венедиктов исходил из того, что носителем правосубъектности государственного юридического лица является коллектив рабочих и служащих предприятия, а также всенародный коллектив, организованный в социалистическое государство1185. Он признавал коллектив работников государственного юридического лица подлинным носителем правомочий государственного органа по отношению к имуществу, находящемуся в его оперативном управлении. По его мнению, возглавляемый директором коллектив работников и являлся государственным юридическим лицом1186. В целом аналогичной позиции придерживался и Б. Б. Черепахин, сделавший однозначный вывод о том, что права юридического лица принадлежат ему самому, а не лицам, составляющим его людской субстрат1187. Весьма своеобразную точку зрения высказал Ю. К. Толстой (ученик А. В. Венедиктова), полагавший, что правомочиями по владению и пользованию имуществом наделяется не коллектив рабочих и служащих как таковой, а каждый из рабочих и служащих как сторона трудового договора1188. В учении о юридических лицах, наряду с теорией коллектива (А. В. Венедиктов), теорией государства (С. И. Аскназий), теорией директора (Ю. К. Толстой), выделяется также теория социальной реальности, которую обосновал Н. Г. Александров именно в применении к трудовому правоотношению1189. Но и те цивилисты, которые акцентировали внимание на людском субстрате, как, например, О. С. Иоффе1190, связыва-

1185 См.: Венедиктов А. В. Государственная социалистическая собственность. М.; Л., 1948.

1186 См.: Венедиктов А. В. О государственных юридических лицах // Вестник ЛГУ. 1955. № 3. С. 85–92.

1187 См.: Черепахин Б. Б. Волеобразование и волеизъявление юридического лица // Правоведение. 1958. № 2. С. 43–50.

1188 См.: Толстой Ю. К. О государственных юридических лицах в

СССР // Вестник ЛГУ. 1955. № 3. С. 117 и далее.

1189 См.: Александров Н. Г. Трудовое правоотношение. М., 1948. С. 202.

1190 См.: Иоффе О. С. Гражданское право // Избранные труды. М., 2000. С. 293–329.

478

ли работодательскую правосубъектность со статусом юридического лица.

Е. Б. Хохлов по этому поводу отмечал, что теория коллектива не свободна от внутренних противоречий, но весьма удобна в практическом применении относительно советского периода1191. Можно предположить, что А. В. Венедиктов выводил свою теорию исходя,

втом числе, из своих знаний в области трудового права.

Всентябре 1919 г. Венедиктов покидает Ярославль и продолжает вести занятия в Петроградском политехническом институте. С 1929 г. он становится также профессором ЛГУ, в 1939–1942 гг. заведует кафедрой в Плановом институте. Наконец, при воссоздании юридического факультета ЛГУ в 1944 г. он становится первым его деканом (до 1949 г.) и заведующим кафедрой гражданского права (до 1954 г.). В 1958 г. его избирают действительным академиком АН СССР. Еще раз подчеркнем, что этот замечательный ученый внес свой вклад в развитие ярославской школы трудового права. Умер он 9 августа 1959 г.

Александра Митрофановича Стопани (1871–1932) можно назвать ярким представителем практиков советского трудового права. Он родился 9 ноября 1871 г. в Иркутской губернии в семье военного врача. После окончания гимназии он поступает на юридический факультет Казанского университета, где пошел по пути уже отчисленного годом раньше В. И. Ленина. Стопани вступил в нелегальный студенческий кружок и увлекся марксизмом. Вследствие этого и за пропуск занятий он был отчислен из университета и перевелся в Демидовский юридический лицей. Впрочем, в связи с большой занятостью политической работой он так и не смог завершить юридического образования. Но он получил определенный объем знаний по теории права, политэкономии и статистике, вынес некоторое уважение к формальному праву и законодательству, чем позднее существенно отличался от своих однопартийцев – большевиков. В 1895 г. А. М. Стопани организовал в Ярославле первый марксистский кружок, был делегатом Второго съезда РСДРП, где проявил себя «твердым» искровцем и поддержал позицию В. И. Ленина. В 1903–1904 гг. он участвовал в создании Северного комитета, в 1905–1907 г. был секретарем Костромско-

1191 См.: Курс российского трудового права: В 3 т. Т. 1: Общая часть /

Под ред. Е. Б. Хохлова. СПб., 1996. С. 384–385.

479

го комитета РСДРП, делегатом V съезда партии. Его официальная деятельность была связана с земской статистикой.

С 1908 г. Стопани непосредственно начал заниматься проблемами правового регулирования труда, работая в Союзе нефтепромышленных рабочих г. Баку. Особое внимание он уделял вопросам заработной платы, рабочего времени и времени отдыха, предотвращению несчастных случаев с рабочими нефтяной промышленности. Его работы были основаны на анализе большого статистического и нормативного материала, имели некоторые социологические аспекты. Преимущественно эти работы носили острокритический характер, а позитивная часть сводилась в основном к предложениям политического характера, связанным с изменением общественного строя1192. Впоследствии он принял участие в революционных событиях 1917 г. в Петрограде. В советский период его практическая деятельность была в большей части прямо связана с проблемами труда и его правового опосредования.

В 1918 г. Стопани назначается комиссаром труда и промышленности в Терский народный совет (Северный Кавказ), а затем членом Коллегии Народного комиссариата труда (НКТ) РСФСР. В 1920 г. он снова член Северо-Кавказского ревкома, уполномоченный НКТ и ВЦСПС на Кавказе. В 1921–1922 гг. он является членом Революционного военного совета (РВС) Кавказской трудовой армии. В годы гражданской войны Стопани занимался преимущественно вопросами мобилизации трудовых ресурсов и организацией производства. С 1922 г. он продолжил работу в НКТ и одновременно стал членом Верховного Суда РСФСР. Наконец, на 1924–1929 гг. пришелся пик его юридической карьеры, когда Стопани стал прокурором РСФСР по трудовым делам. Отметим, что в этот же период действовали сессии народных судов по трудовым делам, что в целом обеспечивало относительно эффективный контроль за соблюдением трудового законодательства и оперативное разрешение трудовых споров. Но это касалось преимущественно частных предприятий. При этом Стопани наладил по-

1192 Стопани А. М. Заработная плата и рабочий день бакинских нефтепромышленных рабочих в связи с условиями работы на промыслах. Баку, 1910; Его же. Нефтепромышленный рабочий и его бюджет. Баку, 1916; Стопани А. М., Карташев Н. Н. Несчастные случаи с рабочими в нефтяной промышленности (1907–1910 гг.). Баку, 1913 и др.

480