Школа трудового права 1

ствовала практически безотказно. Кроме того, Иосиф Савельевич был уже не молодым человеком с подорванным здоровьем и расшатанными многолетней травлей нервами. В результате он подписал все предъявленные ему обвинения. Еще до суда с ним случился обширный инсульт, и он практически утратил дар речи. В итоге Военный трибунал Московского военного округа проявил «невиданный гуманизм» и вынес приговор о принудительном медицинском лечении в закрытых медицинских учреждениях. До начала Великой Отечественной войны он находился в Москве, а затем был эвакуирован в закрытую психиатрическую лечебницу г. Казани. В письмах домой он писал, что единственным лечением для него иногда становится «усиленное питание», а в остальные периоды – диета голодом. Единственным человеком, который оказывал ему поддержку и помощь, была жена Евгения Давыдовна Войтинская. Находясь в эвакуации с маленьким ребенком, она находила возможность регулярнонаправлятьвКазаньмужуденежныепереводы,которыеипозволяли ему выживать. По официальным данным, 24 января 1943 г. Иосиф Савельевич умер в результате общего атеросклероза сосудов. Есть основания считать, что он просто умер от голода и, по сути, отсутствия лечения. Только 29 февраля 1956 г. благодаря постоянным запросам вдовы Е. Д. Войтинской он был реабилитирован, а уголовное дело в отношении его прекращено за отсутствием состава преступления.

Необходимо сказать несколько слов о семье И. С. Войтинского. Его отец, вслед за своими сыновьями, в преклонных годах вступил в партию меньшевиков и даже стал членом Совета г. Териоки, где находилась его дача. Но после захвата города белыми в 1918 г. он подвергся преследованиям и вскоре умер. Относительно успешно сложилась судьба старшего брата Иосифа Савельевича – Николая. Он стал известным инженером, доктором технических наук, профессором. В годы первых пятилеток он тесно сотрудничал с С. Орджоникидзе и даже получил от него ценный подарок – автомобиль. Впрочем, он всю жизнь не афишировал сведений о младших братьях. Умер Николай в 1954 г. Наибольшую известность получил младший брат Владимир Савельевич Войтинский (1885–1960), ко-

торый, как уже указывалось, был одним из лидеров меньшевиков, затем стал политическим эмигрантом. В США он стал известным специалистом по социальному законодательству и советником пре-

431

зидента Ф. Д. Рузвельта, в том числе по проблемам социальной составляющей «Нового курса». Отметим, что проблемами трудового права он занимался еще в юности под влиянием старшего брата1071. Под руководством В. С. Войтинского как представителя Правительства США проводилась реформа социальной сферы Японии после ее поражения во Второй мировой войне.

Сестра Надежда еще до революции была достаточно известным художником и иллюстрировала, в том числе, сборники стихов Николая Гумилева. После революции она стала детским писателем, переводила немецкую и английскую литературу, в том числе популярные романы А. Конан Дойла о Шерлоке Холмсе. Работала она также преподавателем иностранных языков в вузах. В 1937 г. она была арестована, но признательных показаний не дала, и в период, когда Л. Берия сменил на посту главы НКВД Н. Ежова, ее выпустили из заключения.

И. С. Войтинский был человеком большого темперамента, увлекающимся. Замечательный рассказчик и внимательный слушатель, эрудит и любитель искусства, он нравился женщинам и платил им взаимностью. Первый раз он женился, вероятно, еще в досоветский период. Об этом мы знаем крайне мало, но уже после переезда в Москву он женился на А. Я. Шапиро-Войтинской, светской красавице и любительницы театра. Его последняя жена Евгения Давыдовна Войтинская стала и последней, поздней любовью ученого. Супруга была намного моложе своего избранника, но она смогла создать домашний уют и душевную атмосферу, которых так не хватало в последние годы жизни нашего героя. Если воспользоваться сюжетом М. А. Булгакова, Мастер обрел свою Маргариту. Но даже булгаковский Мастер не заслужил света, а заслужил только покой. Однако И. С. Войтинский не получил и покоя. Евгения Давыдовна была последней ниточкой, которая связывала ученого с надеждой на лучшее до последнего дня его жизни.

Он имел двух сыновей. Его старший внебрачный сын Владимир взял фамилию матери, а затем и сменил отчество, став Влади- миромОсиповичемБогомолец(Богомоловым)(1926–2003).Ониз- вестен как автор рассказов о Великой Отечественной войне, в том

1071 См.: Войтинский В. С. Безработица и локауты. СПб., 1914; Его же. Заработная плата. СПб., 1910; Его же. Правосудие для бесправных // Право. 1915. № 22. С. 3303–3311 и др.

432

числе рассказа «Иван», по которому А. Тарковский снял фильм «Иваново детство». Большинство читателей знакомы с остросюжетным романом о советской военной контрразведке «В августе сорок четвертого» (другое название «Момент истины»), по которому был снят одноименный фильм. Надо сказать, что И. С. Войтинский принимал некоторое участие в воспитании своего сына, он был вхож в его новую семью. Второй сын ученого Валентин Иосифович Войтинский родился в июле 1937 г., впоследствии он окончил МГУ и аспирантуру данного университета, стал кандидатом физико-математических наук, доцентом. Он долгие годы работал в НИИ системы Академии наук СССР, ныне является преподавателем вузов. Научное наследие И. С. Войтинского включает более 100 публикаций. Далее мы рассмотрим основные направления его научных исследований.

О назначении трудового права. В советский период в начале

20-хгг.ХХв.аксиомойсчиталосьутверждениеотом,чтоглавным назначением трудового права является охрана труда граждан1072. Наиболее последовательно эту позицию сформулировал И. С. Войтинский: «Советское трудовое право дает трудящимся максимум экономически возможных правовых гарантий, которые односторонне определяются советской властью как органом пролетарской диктатуры… Иначе говоря, максимум возможных общих гарантий становится общеобязательным для нанимателя минимумом гарантий»1073. Аналогичную точку зрения поддерживали и другие советские ученые-трудовики того периода1074. Несколько иную позицию занимали К. М. Варшавский и П. Д. Каминская. Первый из них, опираясь на анализ КЗоТ 1922 г., отмечал его компромиссный характер. Он утверждал, что КЗоТ «при столкновении интересов нанимателя и трудящегося старается найти некую равнодействующую, а не становится исключительно на защиту трудящихся, стремится к средней линии»1075. П. Д. Каминская, ссылаясь на труды немецких ученых Г. Зинцгеймера и Р. Зейделя, определяла

1072 См.: Теттенборн З. Р. Советское законодательство о труде. М., 1920. С. 102.

1073 Войтинский И. С. Трудовое право СССР. М.; Л., 1925. С. 67–68. 1074 См.: Семенова А. Е. Очерки трудового права. Харьков, 1925.

С. 8–11.

1075 Варшавский К. М. Трудовое право СССР. Л., 1924. С. 22.

433

трудовое законодательство капиталистических стран как компромисс интересов труда и капитала1076. Такая позиция резко расходилась с уже укреплявшейся тогда официальной советской идеологией классовой борьбы в странах Запада. И. С. Войтинский первым в советской науке трудового права определил двуединое назначение отрасли и прямо заявил о «социально-хозяйственном назначении трудового права»1077. Отметим, что даже вполне прогрессивная редакция журнала «Вопросы труда» во главе с А. М. Стопани заявила о неприемлемости данного термина1078.

О предмете трудового права. Первое в советской науке определение предмета трудового права дал К. М. Варшавский, акцентировавший внимание на правовом регулировании исключительно наемного труда и ставивший знак равенства между трудовым договором и договором личного найма1079. Более развернутое и емкое по содержанию определение сформулировал И. С. Войтинский: «Предметом трудового права является правовая организация несамостоятельного труда или иначе говоря, правовое регулирование трудового отношения»1080. Он отмечал, что понятие трудового права значительно шире, чем понятие рабочего права. Последнее и означает правовую организацию наемного труда. Несамостоятельный труд противопоставлялся им труду самостоятельному (предпринимательскому), при котором работник был собственником средств производства и организовывал свой труд. Далее И. С. Войтинский писал: «Если история рабочего права есть история правовой организации наемного труда, то история трудового права охватывает также правовую организацию рабского и крепостного труда»1081. Таким образом, И. С. Войтинский понимал несамостоятельный труд достаточно широко, включая в него не только наемный труд лично свободных людей, но и труд рабов, а также феодально зависимых крестьян. Он констатировал несамостоятельный характертрудаиприсоциализме,однакоприинойсоциальнойпри-

1076 См.: Каминская П. Д. Очерки трудового права. М., 1927. С. 5. 1077 См.: Войтинский И. С. Трудовой договор по Кодексу законов о

труде // Вопросы труда. 1923. № 9. С. 32. 1078 См.: Там же. С. 32 (прим).

1079 См.: Варшавский К. М. Трудовое право СССР. Л., 1924. С. 9–10. 1080 Войтинский И. С. Трудовое право СССР. М.; Л., 1925. С. 11–12. 1081 Там же. С. 12.

434

роде этой несамостоятельности. Если при капитализме работнику противостоит собственник средств производства, то при социализме – государственно-организованный рабочий класс, т. е. в конечном итоге социалистическое государство как собственник средств производства. Это, естественно, меняет характер труда, делая его социалистическим, но во всех случаях он остается несамостоятельным. И. С. Войтинский, как и его учитель Л. С. Таль, особо подчеркивал, что объектами современного им трудового права был именно наемный несамостоятельный труд, когда работник не являлся собственником средств производства, не организовывал свой труд и самостоятельно не распоряжался его результатами. Кроме того, работникподчинялсяработодательскойвластииименновсилувсего вышеназванного, был несамостоятельным.

В советской науке трудового права 20-х гг. ХХ в. концепция несамостоятельного труда была ведущей и ее, наряду с И. С. Войтинским, разделяли В. М. Догадов, А. Е. Семенова, А. Ф. Лях и др. В начале 1930-х гг. под влиянием идеологического диктата в русле «общенародной собственности» на средства производства в своих работах И. С. Войтинский признал несостоятельность данной концепции и, по сути, заявил о самостоятельном характере труда при социализме1082. Л. Я. Гинцбург, арестованный в этот период, так написал об этом: «После 1937 г. эти мысли И. С. Войтинского уже никто не оспаривал»1083.

О соотношении трудового права и права социального обе-

спечения. Отметим, что еще в начале ХХ в. некоторые ученые уже разделяли трудовое (фабричное) право в узком смысле и проблемы социального обеспечения. Так, Л. С. Таль занимался только первым из них. В первые годы советской власти эти предметы разделились даже структурно. Например, в начале 20-х гг. ХХ в. на правовом отделении факультета общественных наук МГУ читались отдельные курсы «Трудовое право» (И. С. Войтинский) и «Социальное страхование» (З. Р. Теттенборн)1084. Со-

1082 См.: Войтинский И. С. Против извращений в теоретической работе по советскому трудовому праву // Проблемы социалистического права . 1937. № 1. С. 65–67.

1083 Гинцбург Л. Я. Социалистическое трудовое правоотношение. М., 1977. С. 174.

1084 См.: Академическая хроника // Право и жизнь. 1922. № 3. С. 88.

435

ветскую концепцию соотношения трудового права и права социального обеспечения сформулировал И. С. Войтинский: «Специальной отраслью трудового права является социальное страхование и социальное обеспечение»1085. В первом учебнике по трудовому праву этого автора даже отсутствовал раздел по социальному страхованию1086, но затем и в учебной, и в научной литературе, в том числе в работах И. С. Войтинского, проблемы трудового права и права социального обеспечения стали рассматриваться, как правило, совместно.

Опринципах трудового права. Российскими учеными уже

вначале ХХ в. были выделены следующие особенности, имеющие прямое отношение к характеру правового регулирования трудовых отношений. Во-первых, это – равенство сторон трудового договора, но при подчинении работников хозяйской (работодательской) власти и правилам внутреннего трудового распорядка1087. Во-вторых, совмещение­ индивидуально-договорного, коллективно-договорного и законодательного регулирования трудовых отношений1088. В-третьих, договорный характер возникновения трудовых отношений при возможности их одностороннего изменения или прекращения в установленном законом порядке1089. И, в-четвертых, сочетание третейского, арбитражного и судебного разрешения трудовых споров, возможность самозащиты прав рабочих посредством забастовки1090.

Относительно самостоятельное осмысление феномена отраслевых принципов не могло быть осуществлено без институциолизации самого трудового права, происшедшей уже в советский период. Первенство в этом плане, как и при создании всей догмати-

1085 Войтинский И. С. Понятие трудового права // Вопросы труда. 1923. № 7–8. С. 51.

1086 Войтинский И. С. Трудовое право СССР. М.; Л., 1925.

1087 См.: Войтинский И. С. Новые течения в гражданском законодательстве о найме труда // Вопросы обществоведения. 1908. Т. 1. С. 5–71 и др.

1088 См.: Войтинский И. С. Коллективные соглашения об условиях труда (тарифный договор). М., 1917. С. 6–14 и др.

1089 См.: Войтинский И. С. Стачка и трудовой договор по русскому праву. СПб., 1911. С. 30–37 и др.

1090 См.: Войтинский И. С. Примирительные камеры в России. М., 1917. С. 5–18; Исаев А. А. Забастовка. СПб., 1906. С. 19–20 и др.

436

ки советского трудового права, принадлежало И. С. Войтинскому. Именно он изложил принципы советского трудового права, именуемые также основными чертами советского трудового права1091. Его приоритет в этом качестве был общепризнанным1092. И. С. Войтинский выделил четыре основных признака (принципа) советского трудового права.

1.Единство советского трудового права в отличие от буржуазного дробного права отдельных производств и профессий. Это предполагало равенство прав и обязанностей всех работников, распространение норм трудового права на всех лиц, заключивших трудовой договор. Это не исключало дифференциацию по половому, географическому, возрастному и другим признакам.

2.Устойчивость трудовых отношений, которая выражалась в том, что работодатель по своей инициативе мог расторгнуть трудовой договор только по строго установленным в законодательстве основаниям. Трудовой договор, по общему правилу, заключался на неопределенный срок, а его срочный характер также требовал законного основания. Гипертрофированная трактовка этого принципа привела к тому, что в конце 30-х гг. ХХ в. за самовольный уход с работы была введена уголовная ответственность,

аборьба с «летунами» (лицами, часто меняющими место работы) стала не последней задачей советского трудового права. Сам И. С. Войтинский таких крайностей не предвидел.

3.Закономерность условий трудового договора, что предполагало толкование всех спорных положений в пользу работника, т. е. приоритет интересов работника. Это относилось к случаям, когда договоры заключались как гражданско-правовые, но по своему содержанию являлись трудовыми. К таким договорам должно было применяться трудовое законодательство1093.

4.Определенность условий найма. Этот принцип означал, что условиянайманедолжныухудшатьположениеработникапосравнению с условиями, предусмотренными трудовым законодатель-

1091 См.: Войтинский И. С. Трудовое право СССР. М.; Л., 1925. С. 62– 120.

1092 См.: Хлебников Д. Н. К догматике советского трудового права // Вопросы труда. 1925. № 11. С. 71–82.

1093 См.: Войтинский И. С. Трудовое право СССР. М.; Л., 1925. С. 127.

437

ством. Если какое-либо из условий трудового договора не определено, то оно должно определяться исходя из норм действующего законодательства. Так, если не определено условие об оплате труда, то оплата производится не из минимального, а из среднего заработка, и не только за проделанную работу, но и за будущую. Здесь еще раз подчеркнут приоритет интересов работников и толкование спорных положений в их пользу1094.

И. С. Войтинским был намечен перспективный подход к принципам трудового права, которые не сводились к основным правам и обязанностям сторон трудового договора. Как нам представляется, необходимо разграничивать принципы и нормы права. Принципы первичны по содержанию, но вторичны по форме относительно правовых норм. Первичность определяется тем, что нормы принимаются на основе принципов и должны им соответствовать. Вторичность означает, что принципы должны прямо закрепляться в нормах права (нормы-принципы) или выводиться из содержания норм. Здесь нельзя усмотреть «порочного круга», т. к. механизм их взаимодействия на уровне отрасли «запускался» общеправовыми и межотраслевыми принципами, закрепленными в нормативном акте большей юридической силы, начиная с Конституции.

Впоследствии И. С. Войтинский скорректировал свою позицию, впервые высказав суждение об основных трудовых правах и обязанностях граждан как принципах советского трудового права. Одновременно он поставил знак равенства между основными правами и обязанностями граждан и принципами социалистической организации труда1095. Эту концепцию в дальнейшем наиболее активно развивал Н. Г. Александров1096. В завершенном виде

1094 См.: Войтинский И. С. Трудовое право СССР. С. 67–69.

1095 См.: Войтинский И. С. Против извращений в теоретической работе по советскому трудовому праву // Проблемы социалистического права: Сб. 1. М., 1937. С. 82. (Это утверждение было сформулировано в связи с принятием Конституции СССР 1936 г.).

1096 См.: Александров Н. Г. Принципы советского трудового права – принципы подлинной свободы труда. М., 1949. С. 10–11; Советское трудовое право / Под ред. Н. Г. Александрова. М., 1949. С. 31–33; Александров Н. Г., Пашерстник А. Е. Советское трудовое право. М., 1952. С. 38–39; Александров Н. Г. Социалистический принцип всеобщности труда // Социалистический труд. 1961. № 11. С. 53–61; Его же. Социали-

438

эту концепцию наиболее подробно изложил и исследовал действительно Н. Г. Александров, но впервые эту проблему поставил И. С. Войтинский, на приоритет которого справедливо указывал О. В. Смирнов1097.

Об источниках трудового права. И. С. Войтинский понимал источники права достаточно широко. Он относил к ним как законодательство в широком смысле, так и акты внезаконодательного характера. К последним причислялись коллективные соглашения о труде и нормативные постановления примирительных камер и расчетно-конфликтных комиссий. В условиях формирующегося трудового законодательства это было вполне обоснованно. Вступление в силу коллективных договоров было связано с их регистрацией в Народном комиссариате труда (НКТ СССР). Прямое правотворчество профсоюзов в годы гражданской войны И. С. Войтинский считал следствием их огосударствления1098.

В этой связи утверждение ряда современных авторов о том, что начиная с 1917 г. право понималось только как система норм, издаваемых органами государственной власти и управления, явно преувеличено1099. Такое положение было свойственно правовой практике в годы гражданской войны и окончательно возобладало только в конце 20-х гг. ХХ в. Как уже указывалось, И. С. Войтинский выделял в качестве источников права не только нормативные правовые акты, но и нормативные решения органов «трудовой юстиции», а также коллективные договоры и соглашения.

О трудовом договоре и трудовом правоотношении. КЗоТ

1922 г. дал легальное определение трудового договора как «соглашение двух и более лиц, по которому одна сторона (нанимающийся) представляет свою рабочую силу другой стороне (нанимателю) за вознаграждение» (ч. 1 ст. 27). Опираясь на это опреде-

стические принципы Основ законодательства СССР и Союзных республик о труде. М., 1970. С. 6–22 и др.

1097 См.: Смирнов О. В. Основные принципы советского трудового права. М., 1977. С. 47.

1098 См.: Войтинский И. С. Трудовое право СССР. С. 28–29.

1099 См.: Курс российского трудового права: В 3 т. Т. 1. Общая часть / Под ред. Е. Б. Хохлова. СПб., 1996. С. 537. (Автор главы – А. В. Гребенщиков.)

439

ление, И. С. Войтинский обосновал следующие признаки трудового договора: 1) несамостоятельный характер труда, представляемого в распоряжении нанимателя; 2) представление рабочей силы, а не выполнение определенной работы; 3) оплата за труд не менее установленного минимума; 4) определенность трудовой функции с обеспечением соответствующих условий труда; 5) условия договора не могут ухудшать положение работника по сравнению с нормами КЗоТ, коллективного договора и правил внутреннего трудового распорядка; 6) определенность и закономерность (законность) условий трудового договора1100. К середине 20-х гг. ХХ в. практически общепризнанным стало утверждение, что «…общие начала обязательственного права, рассчитанные на товарно-имущественный оборот, не могут иметь применение к трудовому договору без некоторых изменений и отступлений, т. к. мы имеем дело не с имуществом, а с личностью человека, которая стоит вне гражданского оборота и должна быть защищена в своих неотъемлемых правах»1101.

Постепенно акцент в отечественных исследованиях стал смещаться в сторону общественных отношений, регулируемых нормами трудового права. Уже в 1925 г. И. С. Войтинский отмечал: «Трудовое отношение является центральным понятием в области трудового права»1102. Он первым ввел в теорию советского трудового права понятие «трудовое правоотношение», доказав его нетождественность понятию «трудовой договор». О важности трудовых правоотношений писал В. М. Догадов1103. Эти авторы разделяли трудовой договор как основание возникновения трудового правоотношения и собственно трудовое правоотношение, акцентируя внимание на последнем.

Российские ученые, начиная с Л. С. Таля, связывали возникновение трудовых отношений с наемным трудом, имманентно присущим капиталистическому способу производства. И. С. Войтинский констатировал существование трудовых правоотноше-

1100 См.: Войтинский И. С. Трудовой договор по Кодексу законов о труде // Вопросы труда. 1923. № 9. С. 27–44; Его же. Сфера действия Кодекса законов о труде // Вопросы труда. 1923. № 12. С. 11–23 и др.

1101 Канторович Я. А. Коллективный договор. Л., 1924. С. 184. 1102 Войтинский И. С. Трудовое право СССР. С. 14.

1103 См.: Догадов В. М. Очерки трудового права. Л., 1927. С. 5.

440