Школа трудового права 1

ратрицы Александры Федоровны и общей редакцией В. Ф. Дерюжинского. Журнал имел своей задачей теоретическую и особенно практическую разработку вопросов трудовой помощи бедным в различных ее формах, а также другие вопросы общественного призрения и благотворительности в широком смысле. Специальная рубрика журнала была посвящена анализу зарубежного опыта правовой регламентации и организации систем общественного призрения и благотворительности.

Ниже мы остановимся на биографиях и научном насле-

дии отечественных ученых, которые внесли наибольший вклад в становление новой для отечественного правоведения науки.

В соответствии с общемировой тенденцией первыми исследователями проблемы правового регулирования социального страхования и общественного призрения в России стали экономисты. Первенство можно отдать известному ученому и государственно-

му деятелю Федору Густовичу Тернеру (1828–1906). Он совме-

щал научную работу с государственной службой, причем первая была органически связана с последней. Почти вся его служебная деятельность прошла в Министерстве финансов, которое он представлял практически во всех комиссиях по рабочему вопросу в 60 – 80-х гг. XIX в. Вершиной его карьеры стала должность товарища (заместителя) министра финансов при министре А. В. Вышнеград- скомв1886–1892гг.Вкругегонаучныхинтересоввходилширокий спектр социальных проблем, в том числе российское и зарубежное фабричное законодательство и социальное страхование.

Уже в 1861 г. он писал: «Вопрос о рабочем классе может считаться главною социальною задачей ХIХ века»715. Ученый правомерно связывал обострение рабочего вопроса с развитием промышленности и появлением нового вида социального риска, ибо для рабочего потеря работы – «потеря всего». Эта идея напрямую выводила ее автора на проблему социального страхования лиц наемного труда, т. к. «нельзя наказывать людей, не по своей воле потерявших работу». Для борьбы с социальными рисками предлагались меры «регламентированной предусмотрительности», которые имели целью «некоторое обеспечение рабочего класса путем законодательным». Этот путь предусматривал обязательные

715 Тернер Г. Ф. О рабочем классе и мерах к обеспечению его благосостояния. СПб., 1861. С. 1.

281

меры, как-то: разные сборы с рабочего населения для целей социального обеспечения (на устройство госпиталей, приютов, запасных капиталов и др.). При этом государство должно было на себя брать полное финансирование только системы образования716. По сути Ф. Г. Тернер предлагал ввести систему обязательного страхования рабочих за счет средств самих рабочих.

Тернер заложил своеобразную научную традицию, когда при исследовании рабочего вопроса в России анализировалось фабрично-заводское и социальное законодательство стран Запада. Практически во всех работах автора ему уделено существенное место. Он подверг критике цеховую организацию производства, но выступил за ассоциации рабочих «на новых началах». Меры, в которых рабочий класс «сам принимает действительную инициативу», виделись ему в двух направлениях:

1)ассоциации,деятельностькоторыхдолжнаиметьстрогоэкономический характер (потребительские общества, кассы взаимопомощи, ссудно-сберегательные товарищества, артели и др.) Одна из их целей – создание и реализация «солидарности интересов»;

2)сбережения, прежде всего взаимный кредит и вспомоществование. При этом благотворительность не приветствовалась, т. к. она не исцеляла, а только усиливала зло.

Ф.Г.Тернеротмечал,чтосначалаXIXв.широкоеразвитиеполучили рабочие товарищества самопомощи и взаимопомощи. Частично они выполняли потребительские цели, прежде всего обеспечение рабочих жильем и снабжение продуктами. Но начали появляться и страховые кассы (на случай болезни, инвалидности), которые строились на гражданско-правовых началах.717. Это частнокапиталистическое коммерческое страхование. Оно построено на «лечении язв строя» путем взаимопомощи, но в соответствии с взносами,развиваявкаждойличностистремлениексамообеспечению, где каждый заботится о себе и откладывает средства на «черный день». Практически все страны начали с системы добровольного социального страхования.

Таким образом, на плечи наемных работников предполагалось переложить всю тяжесть страхования в связи с утратой зара-

716 Тернер Г. Ф. О рабочем классе и мерах к обеспечению его благосостояния. С. 24–25.

717 См.: Там же. С. 152–179 и др.

282

ботка и работы на началах обязательного и добровольного страхования. Отметим, что на таких началах строились все существующие в то время страховые системы стран Запада. Но для осуществления этих мер предполагалось «капитальное содействие высших классов». При этом административное вмешательство должно было иметь свои пределы и не должно мешать инициативе самих рабочих. Здесь в очень мягкой форме выражена идея о необходимости легализации рабочих ассоциаций, хотя и с очень ограниченными правами.

В своей научной и практической деятельности Тернер проводил идею о необходимости социальных реформ. Впрочем, они виделись ему крайне умеренными. К тому же служебное положение и многолетняя чиновничья выучка выводили в его научных работах и практической деятельности на первый план государственные интересы. Так, представляя Министерство финансов в комиссиипорабочемувопросуподпредседательствомВалуевав1875г., он высказал особое мнение. Оно сводилось к тому, что для детей в возрасте от 12 до 14 лет можно сразу не ограничивать предельную продолжительность рабочего дня 6-ю часами, а установить на четыре года переходный период с 8-часовым рабочим днем. В то же время он считал это крайней уступкой, а ограничение эксплуатации детского труда признавал необходимым. В отношении взрослых рабочих Тернер предлагал сократить обсуждаемый 13-часо- вой рабочий день 12-часовым. Основным аргументом служило то, что такое сокращение будет иметь экономическую выгоду718.

Как уже указывалось, Ф. Г. Тернер значительное внимание уделил исследованию зарубежного опыта, а фабричному законодательству Германии он посвятил отдельную книгу719. Это было одно из первых российских исследований, специально посвященных зарубежному фабричному законодательству. Его теоретические воззрения не расходились с практической деятельностью на посту товарища министра финансов. Во многом благодаря его стараниям в 1887 г. были приняты Общие условия страхования.

718Особое мнение Ф. Г. Тернера приведено в книге: Федоров А. Фабричное законодательство цивилизованных государств. Работа малолетних и женщин на фабриках. СПб., 1884. С. 378–399.

719См.: Тернер Ф. Г. Фабричное законодательство Германии. СПб.,

1874.

283

Данной проблематикой занимался и Алексей Петрович Кеппен, инженер, общественный деятель. По образованию он был горный инженер, специалист по драгоценным металлам и железнодорожному строительству. Публиковаться начал с 1863 г. Был участником Постоянной совещательной конторы железозаводчиков. Занимался вопросами социального страхования и ответственности за вред жизни и здоровью работников720, развитием социального законодательства в странах Запада721. Его работы информационно насыщены, но носят преимущественно описательный характер с уклоном на определение возможных экономических последствий.

Практически одновременно к проблеме фабричного законодательства и социального страхования обратился выдающийся экономист и государственный деятель НиколайХристиановичБун- ге(1823–1895). Он родился в Киеве в дворянской семье немецкого происхождения. В 1845 г. он окончил юридический факультет Киевского университета и был оставлен там на преподавательской работе. С 1859 по 1880 гг. трижды избирался на должность ректора названного университета. С 1850 г. он становится доктором политических наук, с 1852 г. – профессором, в 1890 г. – академиком Петербургской Академии наук. Он также являлся крупным специалистом по полицейскому (административному) и налоговому праву722. Постепенно Бунге перешел с позиции фридредерства к

720См.: Кеппен А. П. Вероятные финансовые последствия законопроекта об ответственности владельцев промышленных предприятий за увечье и смерть рабочих для русской промышленности вообще и горной в особенности. СПб., 1893; Его же. Вспомогательные кассы для горных рабочих (Горнозаводские товарищества). СПб., 1885; Его же. К вопросу об ответственности горнопромышленников и горнозаводчиков за смерть и увечья, причиненные при эксплуатации рудников и заводов. СПб., 1884; Его же. О различных видах неспособности к труду рабочих, занятых в горной промышленности. СПб., 1899; Его же. О страховании рабочих от несчастных случаев. О предупреждении несчастных случаев

срабочими на заводах и рудниках. СПб., 1892;

721См.: Кеппен А. П. Социальное законодательство Франции и Бель-

гии. СПб., 1900.

722См.: Бунге Н. Х. Гармонизация хозяйственных отношений. СПб., 1860; Его же. Полицейское право. Т. 1–2. Киев, 1873–1877; Его же. Основы политической экономии. Киев, 1870 и др.

284

умеренному протекционизму и необходимости вмешательства государства в экономические отношения. Научную работу он также совмещал с практической деятельностью: в 1862–1866 гг. управлял Киевской конторой Госбанка, в 1880–1881 гг. был товарищем министра финансов, а в 1881–1886 гг. – министром финансов и членом Госсовета. Во многом благодаря его настойчивости и аргументированной позиции были приняты первые российские фабричные законы. В 1887–1895 гг. Бунге был председателем Комитета министров.

Интерес к этой личности сегодня значительно возрос. Для нас немаловажно и то, что он долгие годы был на высших государственных должностях, где его административно-правовые воззрения отчасти нашли практическое применение. В значительной части это коснулось государственного регулирования трудовых и социально-обеспечительных отношений. Его взгляды на социальный вопрос были основаны на следующих посылках. Во-первых, при наличии непрочных уз между работниками и работодателями необходимо установить правопорядок, доставляющий работникам более прочное общественное положение. Во-вторых, государство может и должно контролировать трудовые отношения через соответствующий орган, которым стала впоследствии фабричная инспекция. Характерно, что Н. Х. Бунге сразу же отверг французский вариант, где надзор осуществляли комиссии, составленные из самих владельцев предприятий. По его мнению, в них могли входить только независимые служащие. Все проблемы могли решаться только соединением усилий государства, работодателей и работников. В-третьих, компенсации рабочим за увечья не могут выплачиваться на гражданско-правовой основе с обязательным доказыванием вины предпринимателя. Это должно осуществляться путем страхования трудящихся, по меньшей мере, с участием государства. В-четвертых, он не отрицал свободы договора

врамках закона, но, вслед за А. Смитом, обратной стороной этого видел право рабочих на забастовку и на свободу объединений в профсоюзы. Центр тяжести всего рабочего вопроса виделся ему в повышении благосостояния рабочих, в том числе через их участие

вприбылях и привлечении рабочих к управлению предприятием. Надо отметить, что Н. Х. Бунге выступал против попечительства

вотношении рабочих, как и против административного произвола

285

и открытого давления на работодателей даже во имя достижения благих целей. Как ученый-административист, он считал, что все трудовые споры должны решаться только в рамках закона, где третьей стороной может и должно стать государство в лице уполномоченных органов, прежде всего фабричной инспекции и судов723.

Его интерес к фабричному законодательству носил вполне прикладной характер. В этом законодательстве он видел один из инструментов достижения внутренней стабильности и экономического процветания. Из всех государственных чиновников Российской империи своего времени это был, вероятно, самый компетентный специалист в сфере правового регулирования труда.

Н. Х. Бунге был сторонником полицейского права в широком смысле. В содержание полицейского права он традиционно включал постановления, относящиеся к благосостоянию (законы благоустройства), и постановления, касающиеся безопасности (законы благочиния). При этом благоустройство рассматривалось как прикладная часть политэкономии и включало меры, касающиеся различных сторон хозяйственной жизни (промышленности, торговли, кредитных учреждений и др.), в том числе упрочения благосостояния фабричных рабочих (фабричное законодательство).

Благочиние признавалось частью государственного права, которое относится к сохранению порядка и безопасности как общества, так и отдельных лиц. Законы благочиния включают уставы о народном продовольствии, о народном образовании, об общественном призрении и благотворительности, врачебные, о предупреждении и пресечении преступлений, о цензуре и содержании под стражей. Законы благочиния и составляют предмет полицейского права в узком смысле724.

В сфере действия полицейского права оказывались общественное презрение и благотворительность (с зачатками социального обеспечения), а также фабричное законодательство (или публичное трудовое право). Очевидно, что выделение последнего

723См. о нем: Степанов В. Л. Рабочий вопрос в социально-экономи­ ческих воззрениях Н. Х. Бунге // Вестник Моск. ун-та. Сер. 8. История. 1987. № 3. С. 17–26; Его же. Николай Христианович Бунге // Российские реформаторы (XIX – начало ХХ в.). М., 1995. С. 183–220.

724См.: Бунге Н. Х. Полицейское право. Киев, 1869. С. 2–5; 259–267; 153–260.

286

было в то время вполне обоснованно. В этой части исследования русских административистов отличались достаточной полнотой и точностью.

Н. Х. Бунге к мерам, относящимся к упрочению благосостояния рабочих, причислял меры, установленные законами о соблюдении осторожности на фабриках и вознаграждении рабочих за увечья; о кассах пенсий, пособий, взаимной помощи работников, учебных учреждениях и проч. В этой части ученый видел задачу в установлении юридических норм, которые должны облегчить возникновение и деятельность товариществ рабочих. Эти товарищества рассматривались им как средство, которое служит цели достижения рабочим сословием нравственной и хозяйственной самостоятельности, ограждению каждого члена от случайных бедствий. По мнению ученого, все товарищества рабочих могут быть подразделены на два вида. Первые – потребительские общества и общества вспомоществования – учреждаются для обеспечения дешевого удовлетворения потребностей товаров, дешевого жилья, для облегчения пользования кредитами. Особая роль отводилась товариществам вспомоществования, которые осуществляют выплату пособий в случае болезни, смерти, пенсий и др. Второй вид товариществ рабочих – производственные (производительные), – в которых рабочие являются не только исполнителями работ, но и по преимуществу пайщиками.

ПрименительнокнародномуобразованиюН.Х.Бунгесчитал, что государство не может ни оставить просвещение на произвол судьбы, ни монополизировать его в своих руках. Участие государства необходимо в устройстве и содержании учебных заведений за государственный счет, в заведывании ими, в надзоре за школами, устроенными на средства земства, общин, личных союзов и частных лиц. Но как бы ни обширна была деятельность государства, потребность в образовании так велика, что успешное достижений целей немыслимо без привлечения земств, общины, частных предпринимателей к устройству и содержанию учебных заведений, которые не могут быть основаны в достаточном количестве государством. Для ученого очевидна необходимость совместной деятельности государства, местного самоуправления, частных лиц и их союзов в деле народного образования. Порядок деятельности всех этих учебных заведений, их внутреннее устрой-

287

ство, административный надзор устанавливаются законодательством настолько, насколько этого требуют задачи образования.

Меры по противодействию нищете он связывал с частной и общественной благотворительностью, признавая термин «благотворительность» общим для всех случаев призрения725. При этом он отвергал юридическое право нуждающихся на вспомоществование. К органам благотворительности он относил совместную деятельность частных лиц и органов общественной благотворительности – личных союзов, в том числе церкви, общины, области и государства. Частная и церковная благотворительность носят нравственный и религиозный характер. Благотворительность государства связана распоряжениями и законодательными мерами. Но расширение пределов государственной благотворительности, по мнению Н. Х. Бунге, приведет к узаконению права нищеты, к установлению принудительных налогов, падающих на одни классы населения в пользу других. Государство дополняет частную и общинную благотворительность и устанавливает правила для всех благотворительных учреждений, обязывает их отчетностью, подчиняет надзору и пр. Все виды благотворительных учреждений Н. Х. Бунге разделил на три вида в зависимости от их предназначения: во-первых, для призрения детей (воспитательные дома, приюты, школы для бедных), во-вторых, для оказания помощи бедным, способным к работе (агентства для доставления работы, работные дома, земледельческие колонии), в-третьих, для призрения неспособных к работе (богадельни и др.) Таким образом, Н. Х. Бунге не признавал права на общественное призрение, трудовую помощь в качестве юридически обеспеченного, субъективного права. Неслучайно все виды социальной помощи нуждающимся он подвел под общую категорию благотворительности (милости). Эта помощь независимо от вида носит характер милостыни, в том числе и со стороны государства.

Н. Х. Бунге имел немало единомышленников среди видных российских экономистов, которые считали необходимым принятие относительно обширного фабричного законодательства. Так, известный ученый и одесский городской голова Н. А. Новосельский (1818–1898) признавал актуальность рабочего вопроса в России и предлагал его разрешить на «практической почве». По его мнению,

725 См.: Бунге Н. Х. Полицейское право. Киев, 1869. С. 231–254.

288

фабричные законы должны были взять под свое покровительство материальные интересы рабочих. Неразрешенность рабочего вопроса угрожала «перспективой социальной революции»726.

Среди сторонников социального страхования особое место занимает Василий Гаврилович Яроцкий (1855–1917)727. Он ро-

дился 20 декабря 1855 г. в Петербурге. В 1874 г. поступил в Горный институт, но оставил его на третьем курсе. В 1876 г. поступил на юридический факультет Санкт-Петербургского университета, который окончил в 1880 г. со степенью кандидата права. Со студенческих лет он был умеренным социалистом, сторонником активного участия государства в регулировании отношений между фабрикантами и рабочими и оставался таковым до последних дней. Кстати, в Горном институте на одном курсе с ним учился первый русский марксист Г. В. Плеханов (1865–1918). Стены института они покинули также почти одновременно в 1876 г. Но если Плеханов решил сделать мир более справедливым через его радикальное политическое переустройство, то Яроцкий хотел сделать то же самое через правовые и экономические реформы.

В1880–1881гг.ВасилийГавриловичпроходилзарубежнуюста- жировку в Германии, Австро-Венгрии, Франции, Бельгии, Швейцарии и Англии. Там он специально изучал правовую регламентациюотношениймеждуработникамииработодателями,структуруи организацию государственных органов, надзирающих за соблюдением фабричного законодательства. Впоследствии он неоднократно бывал в зарубежных командировках и заслуженно пользовался репутациейзнатокаевропейскогозаконодательства.Специализировался на проблемах политэкономии и налогового права.

В1883 г. он выдержал испытание на магистра политической экономии и в том же году определился на службу в Департамент торговли и промышленности Министерства финансов, но почти сразу перевелся преподавателем политэкономии и финансового права Александровского лицея. В 1885 г. по совместитель-

726См.: Новосельский Н. А. Социальный вопрос в России. СПб., 1881. С. 81–102.

727См.: Лушников А. М. Становление концепции социального страхования: учение В. Г. Яроцкого // Правовое регулирование социальной защиты населения: проблемы истории, теории и практики. Омск, 2003.

С. 9–14.

289

ству (с 1891 г. в штате) он стал преподавателем финансового права Военно-юридической академии, с которой будет связан более 20 лет. В 1888 г. после защиты магистерской диссертации в Московском университете Яроцкий был утвержден магистром политэкономии и начал читать лекции в Петербургском университете в звании приват-доцента. Именно здесь в 1907 г. он начал читать для студентов частный необязательный курс под названием «Курс социальной политики в области рабочего вопроса»728. Это был не очень далекий прообраз трудового права.

Но основная его преподавательская деятельность была связана с Александровским лицеем, где с 1897 г. он был ординарным, а с 1908 г. – заслуженным профессором, исполнял обязанности секретаря Совета лицея. Действительный статский советник (светский генерал-майор) с 1894 г. В 1896 г. он защищает докторскую диссертацию по политической экономии и статистике в Московском университете. Его магистерская и докторская диссертации, посвященные правовому регулированию рабочего вопроса и социальному страхованию, были изданы в виде книг. С 1903 г. Яроцкий по совместительству заведовал Коммерческими курсами при Обществе для распространения коммерческих знаний. В 1910 г. согласно прошению он увольняется от службы в лицее, но продолжает преподавать и остается членом его Совета. Февральскую революцию он приветствовал и в апреле 1917 г. был назначен сенатором II Департамента Правительствующего Сената. Из числа гражданских профессоров он имел едва ли не наибольшее число государственных наград, в том числе шесть орденов и медаль. Но большинство из них были получены преимущественно за преподавательскую деятельность в Военно-юридической академии. Это, на первый взгляд, не сочетается с социалистическими убеждениями Яроцкого. Более того, некоторые лекции уважаемого профессора не были разрешены к публичному чтению из-за их расхождения с официальными установками. Но в действительности здесь нет никакого противоречия. Военно-юридическая академия была создана в 1867 г. по инициативе либерального военного министра Д. А. Милютина и была одним из лучших юридических вузов страны. На преподавательскую работу в эту академию привлекалась ведущая российская профессура, а степень интеллектуальной свободы преподава-

728 Юридическая библиография. 1907. № 2. С. 55.

290