На приеме у психотерапевта

Умственная отсталость ребенка — серьезное испытание для всей его семьи. Часто родители пытаются искать причины несчастья, донимают врачей расспросами о том, кто виноват в том, что развитие нарушено. Нередко они предлагают свои версии случившегося и ждут от врача их подтверждения. Например, отец считает, что во всем виновата его жена, которая простудилась во время беременности, одеваясь «по своей глупости недостаточно тепло, но нарядно». Мать считает виноватым мужа, который, во-первых, «иногда крепко выпивает», а во-вторых, «имеет двоюродную тетку, больную эпилепсией». И, наконец, оба родителя часто считают виноватыми во всем акушеров-гинекологов и других врачей, которые якобы что-то недоглядели или что-то сделали не так. Всякое, конечно, бывает. Однозначного ответа на вопрос «кто виноват?», как правило, нет. Да и не нужен он до той поры, пока не встанет вопрос о возможности рождения следующего ребенка. В этом случае и мать, и отец обязательно должны обратиться в генетическую консультацию и обследоваться там. Во всех остальных ситуациях поиски виновного деструктивны. Они отражают чувство собственной вины, попытки облегчить свои переживания. Нередко споры о виновнике могут привести к ухудшению взаимоотношений в семье и даже к ее распаду.

Умственно отсталый ребенок — беда, и уж если она пришла, членам семьи нужно сплотиться и поддерживать друг друга. Нужно научиться принимать ребенка таким, какой он есть, стараться создавать комфортные условия для его развития, быть требовательным к нему, но в пределах его возможностей. В противном случае возможно воспитание «в культе болезни», при котором родители, а вслед за ними и ребенок считают, что если малышу не повезло, ему ни в чем не должно быть отказа. При таком воспитании дети становятся эгоистичными, плохо адаптируются и обучаются. При правильном подходе к ребенку близкие очень скоро обретают способность радоваться общению с ним, его пускай даже скромным успехам. Благоприятная обстановка в семье, отсутствие у родителей чрезмерных амбиций способствуют развитию ребенка. Умственно отсталые дети развиваются, хотя их развитие имеет определенный предел и они никогда не смогут догнать своих здоровых сверстников.

Умственно отсталый ребенок должен постоянно наблюдаться у одного психиатра, хорошо знающего его особенности, его семью, понимающего его возможности. Родителям не следует метаться от одного специалиста к другому, ездить в другие города и страны в поисках чудесного целителя или лекарства. Грамотный психиатр, постоянно наблюдающий ребенка, нужен ему, как правило, значительно больше, чем разовая консультация знаменитости. Психиатр периодически проводит умственно отсталому ребенку курсы лечения, способствующие улучшению его развития, предупреждению сопутствующих невротических реакций. Таким образом, умственно отсталый ребенок может быть горем семьи, ее позором, хронически травмирующим фактором, а может приносить радость, как другие здоровые дети. Все зависит от отношения к нему семьи, правильного понимания задач воспитания и лечения, правильного подхода.

Судорожные состояния

Судорожные состояния, возникающие в детском возрасте, — свидетельство серьезных нарушений здоровья. Дети, даже однократно перенесшие судорожный припадок, обязательно должны регулярно наблюдаться и обследоваться у врача, несмотря на то, что в межприступный период они могут выглядеть абсолютно здоровыми, даже если у них эпилепсия. Насколько серьезен диагноз, как часто нужно обследоваться и наблюдаться, может решить только врач.

При возникновении припадка у ребенка ни в коем случае нельзя впадать в панику, кричать, трясти ребенка, пытаться вывести его из бессознательного состояния. В случае эпилепсии течение приступа не зависит от воли и сознания больного, возникает внезапно и так же внезапно кончается. Если родитель присутствует при этом, он должен, не теряя присутствия духа, попросить кого-нибудь вызвать «Скорую помощь», постараться положить ребенка удобно — так, чтобы во время судорогой не ушибся, не пытаться сдерживать при этом амплитуду судорожных движений. Голову лучше положить себе на колени, расстегнуть воротник и пояс. Между верхними и нижними зубами желательно положить свернутое жгутом полотенце — это предупредит прикус языка. Пытаться сделать это пальцем не стоит, так как можно получить травму. Важно отметить время, когда начался приступ и когда он закончился, особенности движений, совершаемых больным. Все это может очень пригодиться врачу. После окончания судорог наступает глубокий сон, стараться вывести ребенка из которого не нужно. После того как ребенок пришел в себя, он, как правило, ничего не помнит. Некоторые больные перед началом приступа переживают так называемую «ауру» в виде головокружения, каких-то звуков или образов перед глазами, ощущения дурноты и пр. Это — предвестники приступа. Если при их появлении дать лекарство, иногда можно предотвратить его.

К принципам лечения эпилепсии относятся долговременность, скрупулезность. Нужно очень строго соблюдать назначения, ни в коем случае не прекращать прием препаратов или снижать их дозу без рекомендаций врача. Это поможет предупредить изменения личности, нарушения мышления, снижение интеллекта. Больной ребенок может оставаться хорошо адаптированным и чувствовать себя вполне здоровым. Однако не следует скрывать от него, как это делают некоторые родители, что он подвержен приступам. Он должен знать о них и о том, что может их спровоцировать:

• глубокое частое дыхание, возникающее при сильных физических нагрузках, например, беге. Это не значит, что ребенку, больному эпилепсией, совсем нельзя бегать, плавать и т. д. Можно, но во всем нужна мера. Вот в спортивных соревнованиях ему лучше не участвовать (если, конечно, это не шахматный матч); • перегревание на солнце, в ванной, в бане. Он может находиться на пляже, но в тени и обязательно в головном уборе. Купаться, плавать он может, но обязательно в сопровождении взрослого. Париться в бане таким детям категорически не рекомендуется; • недостаточный по времени сон, грубые нарушения режима, чрезмерные умственные и физические нагрузки; • возникновение сопутствующего заболевания, особенно сопровождающегося повышением температуры тела. При этом часто возникает необходимость усилить поддерживающую терапию, но сделать это может только врач; • мелькание перед глазами световых вспышек, частая смена зрительных образов. В связи с этим детям, подверженным припадкам, не рекомендуется смотреть в окно во время поездки в автомобиле, в поезде. Часто используемые сейчас на дискотеках световые эффекты могут спровоцировать приступ. Длительный просмотр телепередач, просиживание часами у монитора компьютера также нежелательны. Это не значит, что ребенка нужно совсем лишить возможности смотреть мультфильмы и играть в компьютерные игры. При этом дети часто чувствуют себя неполноценными, некоторые скандалят. Вред от бурных отрицательных эмоций, испытываемых при этом, может быть больше, чем от часа, проведенного у экрана. Во всем необходимо соблюдать меру, в том числе и запреты должны быть разумными. Определить меру поможет врач.

Невротические расстройства

Невротические расстройства у детей возникают очень часто. Их появление — прямое показание для обращения к психотерапевту. Наиболее часто встречающиеся причины невротических расстройств — неправильное воспитание, психотрав-мирующие ситуации (в семье, в детском саду, в школе).

Кратковременные преходящие невротические расстройства называют невротическими реакциями. Они позволяют адаптироваться в сложной ситуации, но эта адаптация не рациональна. Можно смело утверждать, что на свете нет ни одного человека, который хотя бы раз в жизни, попав в трудную ситуацию, не давал невротических реакций. Если невротические реакции становятся привычным способом реагирования, начинают определять поведение человека, тогда уже можно говорить о возникновении у него невротического состояния, то есть собственно невроза.

Невроз — это уже заболевание, имеющее все характерные признаки болезни: причины, начало, определенную динамику, исход. Нередко неврозы приобретают хроническое течение и длятся годами. В этих случаях становление личности невротика идет в неблагоприятных условиях, происходит невротическое развитие личности. Родителям очень важно не допускать этого. Поэтому они должны знать, что приводит к неврозам, уметь предупреждать их, выявлять и правильно квалифицировать их первые проявления. В то же время, говорить и писать о симптоматике неврозов бесполезно, так как при разных неврозах симптоматика может быть одинаковой или почти одинаковой. А лечение при этом требуется разное. Вот почему при лечении неврозов особое значение приобретает не симптоматический (борьба с симптомом), а этиологический (выявление и устранение причины) подход. К сожалению, родители детей, больных неврозом, о причине расстройства не задумываются, а стараются все свои усилия направить па купирование именно симптомов (обидчивости, плаксивости, тревоги, страха, головных болей, нарушений сна, тиков, недержания мочи, недержания кала, грызения ногтей, онанизма и тому подобных). Мероприятия, направленные лишь на борьбу с симптомом, как правило, безуспешны. Если все же и удается с ним справиться, то часто через некоторое время он возвращается вновь в прежней или измененной форме. Вот почему так важно разбираться в причинах неврозов и закономерностях их развития.

Подавляющее большинство психотерапевтов выделяют всего три формы неврозов: неврастения, истерия и невроз нарязчивых состояний.

Неврастения

Неврастения (астенический невроз) — это невроз хронической усталости центральной нервной системы, постоянно испытывающей перегрузки. Возникает неврастения в тех случаях, когда к ребенку предъявляют требования, которые он не в силах выполнить, по воспитан так, что старается вовсю. Для родителей таких детей характерна повышенная амбициозность. Они не считаются с потребностями ребенка в отдыхе, игре, общении со сверстниками, считая их второстепенными и не достойными внимания. Движимые тревогой за будущее своих детей, мечтая о том, чтобы они заняли высокую ступеньку на социальной лестнице, родители, не учитывая их способностей и возрастных особенностей, чрезмерно нагружают ребенка различными «развивающими играми», занятиями иностранными языками, музыкой, рисованием, спортом и т. д. Если способности ребенка позволяют, он посещает эти занятия, а к тому же еще успевает пообщаться с друзьями, погулять, поиграть в игры, которые родители считают «бесполезными». В этом случае невроз не разовьется. В противном случае заболевание неизбежно.

Однажды ко мне на прием мама привела девочку 5 лет и пожаловалась на ее «патологическую лень». Она с болью говорила о том, что дочь не хочет читать («хотя читает бегло, не по складам»), не хочет учить английские слова («хотя учительница английского языка замечательная!»), не хочет играть гаммы и даже не хочет ходить в бассейн. На вопрос о том, чем же девочка будет заниматься, если ее оставить в покое и дать возможность самой организовать свой досуг, мать раздраженно ответила: «Меня это просто бесит! Есть у нее три куклы. Она часами может причесывать их, купать, переодевать, укладывать спать...» Психологи давно доказали огромное значение игр для правильного психического развития ребенка. Игры — это социальный тренинг детей, никакие развивающие игры их не заменят.

Часто астенический невроз проявляется у детей в ситуации, когда жизнь резко меняется и предъявляет новые требования. Нередко это может быть поступление в детский сад или в школу.

Ребенок, живущий в окружении любящих, принимающих, хотя и тревожных близких людей, готовится идти в детский сад. Он слышит постоянные разговоры об этом, с ним проводят беседы, призывая вести себя примерно, слушаться воспитательницу, не конфликтовать с детьми. После подобной подготовки ребенок идет в детский сад, стараясь все время контролировать себя, соответствовать предъявляемым к нему высоким требования. Здесь он впервые остается один — без мамы, бабушки, папы, сам вынужден принимать решения. Он впервые может столкнуться с тем, что у него отнимут игрушку, даже стукнут. Если ему не повезет, то жесткие, нечуткие, авторитарные воспитательницы и нянечки не только не помогут его адаптации в новых условиях, но и замедлят ее. Ребенок всерьез может принять угрозы вылить недоеденный суп ему на голову или зашить ниткой веки на время тихого часа.

От постоянного сверхконтроля нервная система ребенка перенапрягается. К вечеру он очень устает, становится плаксив, капризен, жалуется на головную боль, у него могут появиться мигательные тики. Вечером он долго не может заснуть, ночью его мучают кошмары, утром он выясняет, что описался, так как не почувствовал в глубоком сне позывов к мочеиспусканию.

То же самое может произойти с ребенком, поступившим в школу. Родители внушили ему, что учиться он должен только на «отлично». Хорошо, если его психофизиологические данные позволяют ему достичь таких успехов. Л если нет? Такой ребенок, возвращаясь домой из школы, сразу же садится за приготовление домашнего задания. Он начинает старательно писать упражнение, предвкушая, что учительница поставит ему пятерку, похвалит перед всем классом, а мама и папа будут гордиться сыном. Он очень старается, но внимание постепенно истощается, и в последнем слове ребенок пропускает букву. Другой, не склонный давать неврастенические реакции ребенок на его месте отнесся бы к описке спокойно, дописал бы букву сверху и получил бы не пятерку, а четверку, особенно не переживая по этому поводу. Не так поведет себя наш герой. Он очень огорчится, поплачет, вырвет страницу, вставит новую и начнет все сначала. В итоге весь вечер он работает, но все равно часто не успевает сделать все, не успевает отдохнуть, а иногда отправляется спать с недоделанными до конца уроками. Бедняга долго не может заснуть, а когда часа в два ночи забывается тяжелым сном, его мучают кошмары: учительница вызывает к доске, а уроки не сделаны, и весь класс дружно смеется над ним. Утром его трудно разбудить, у него болит голова, настроение плохое, внимание неустойчиво. А в школе ночной кошмар повторяется наяву... Он идет домой из школы и думает о том, что нужно больше работать! Нужно переписать как следует вчерашнее упражнение, отлично сделать задание на завтра, и тогда... А ведь ему еще предстоят дополнительные занятия музыкой и английским языком, на которых тоже надо быть на высоте.

Никакими таблетками, гипнозом, физиотерапией неврастению не вылечить, если не снизить уровень притязаний больного и к больному ребенку, не изменить ситуацию.

Для многих родителей отличная учеба детей имеет совершенно особую ценность. Я предлагаю им вспомнить круглых отличников из своего класса. Во многом ли их профессиональная и личная жизнь сложилась успешнее, чем у одноклассников, имеющих среднюю успеваемость? Некоторые родители заявляют о своем ребенке: «Он может! Вот я отругаю его, потом сижу с ним, и отлично работает, а как только отойду...» Да, такой ребенок под воздействием дополнительной стимуляции действительно может на короткое время собраться и под грузом вины и под страхом наказания показать отличный результат. Но он не может работать в таком же ритме все время! Нельзя 1000 метров бежать со скоростью, которую развил на 100-метровой дистанции.

Профилактика неврастении — уважение ребенка, признание его прав на отдых, организацию досуга, а также понимание его возможностей, организация оптимального, а не изнуряющего ритма работы.

Истерический невроз

Истерическим неврозом часто заболевают дети, являющиеся «кумиром семьи». Их любят и балуют. Любые их желания выполняются. Каково же бывает их недоумение и возмущение, когда с них начинают что-то требовать или в чем-то им отказывают.

Наверное, многим довелось наблюдать типичную истерическую реакцию где-нибудь в магазине. Ребенок, которому мать отказалась купить игрушку, начинает орать, размахивает руками и ногами, бросается на пол. Испуганная мать испытывает неловкость перед окружающими, однако никакие уговоры на ребенка не действуют. Тогда мать покупает игрушку, а удовлетворенный ребенок мгновенно успокаивается. Таким образом, мать дает ребенку понять, как он может добиться своего при помощи истерических реакций. Он теперь знает: чтобы сделали так, как он хочет, нужно орать. Он чувствует себя сильнее матери, так как может манипулировать ею. Попав в детский сад или в школу, такой ребенок сталкивается с людьми, которыми манипулировать сложнее, чем домашними. Они совсем не готовы восхищаться им и выполнять все его капризы. Да и печем особенно восхищаться: он не умеет и не любит работать, не способен преодолевать трудности. Такие дети, как правило, выполняют задания не лучше, а даже хуже сверстников. При этом очень страдает их самолюбие. Понятно, что в детский сад или в школу ходить им не хочется. У таких детей может развиться выгодная им, но пугающая родителей симптоматика, позволяющая избегать неприятных ситуаций.

У одной моей четырехлетней пациентки была «стенокардия напряжения», которая встречается только у взрослых. По дороге в ненавистный детский сад малышка останавливалась, покрывалась холодным потом, хваталась за грудь и говорила: «Кинжальная боль!» Все, как у дедушки. Разумеется, в детский сад ее не вели, а возвращались домой, где она была окружена вниманием и заботой встревоженных родственников и вызванных на дом врачей.

Ни в коем случае не следует путать симуляцию и истерическую симптоматику. Истерик — не симулянт! Симптоматика развивается у него без включения сознания. Он ничего не придумывает, а действительно страдает. Перечислять истерическую симптоматику бесполезно, ее разнообразие поражает. Это могут быть параличи, судорожные приступы, слепота, глухота, тики, заикание, всевозможные боли, тошнота и рвота, недержание мочи и кала... Перечень можно продолжать без конца. Объединяет эти разнообразные симптомы лишь то, что они выгодны больному и помогают решать некие проблемы, не делать того, чего не хочется. Единственная возможность справиться с истерической симптоматикой — сделать ее невыгодной.

Невроз навязчивых состояний

Невроз навязчивых состояний связан, прежде всего, с повышенной тревожностью детей. Уровень тревоги у них высок всегда, но возрастает в ситуациях, предвидеть исход которых сложно. Часто такой невроз развивается у детей, воспитание которых носит противоречивый характер. За один и тот же поступок он может получить наказание или поощрение — в зависимости от настроения взрослого. Когда у мамы хорошее настроение, она, придя с работы, говорит: «Давай-ка быстренько уберем игрушки и пойдем погуляем, мороженое поедим!» Если же настроение у нее плохое, она с порога набрасывается на ребенка: «Я устала как собака, у тебя тут все разбросано!» Ребенку трудно выработать стереотипы поведения. Он не может понять, что одобряют, а что нет значимые взрослые. То же происходит в семьях, в которых бабушка безмерно балует ребенка, отец пытается жесткими мерами «воспитать настоящего мужчину», а мать заботится о «гармоничном развитии личности», таская ребенка по кружкам.

Непредсказуемость ситуации — вот частая причина тревоги. Попытки предугадать, что ожидает, заставляет верить в приметы, придумывать собственные («Если первая машина, которая проедет мимо, будет светлой, мама не будет сегодня ругаться, а если темной...»). Повышенная тревог» у детей часто бывает в семьях, имеющих тайну. Например, родители находятся в процессе развода, но скрывают это от ребенка, поддерживая между собой вполне корректные отношения, или ребенку не говорят о серьезности болезни кого-нибудь из близких. В любом случае ребенок чувствует гнетущую атмосферу в семье, как правило, понимает, что ему чего-то не говорят, тревожится за будущее благополучие семьи и свое собственное.

Навязчивости могут проявляться в эмоциональной сфере (навязчивые страхи), в сфере мышления и в сфере движений (навязчивые ритуалы). Возможны различные сочетания проявлений иавязчивостей в разных сферах. Объединяет все навязчивости критическое отношение больного к ним, непонимание их психологического смысла, его тщетные попытки с ними справиться. Понимая необоснованность страхов, глупость навязчивых мыслей, нелепость ритуалов, больной борется с ними, но чем интенсивнее борьба, тем сильнее тревога, тем более выражены их проявления.

Чтобы справиться с тревогой, ребенок — часто на бессознательном уровне — формирует ритуалы, смысла которых не понимает сам и не может объяснить взрослым. Психотерапевт может помочь понять их.

Ритуалы могут быть связаны с агрессией, направленной на себя (аутоагресси-ей). К ним относятся: грызение ногтей, покручивание и выдергивание волос, обдирание заусениц, расцарапывание и расчесывание кожи, покусывания губ, легкие и не очень удары, наносимые себе и тому подобные действия. Таким образом ребенок как бы заранее наказывает себя. Он бессознательно надеется, что после этого судьба (Бог, Провидение, Природа, Случай) будет более милостива, все закончится благополучно (задачка на контрольной решится, хулиганы не пристанут, мама не заметит разбитой чашки и т. п.).

Другие ритуалы можно связать с попытками больных противостоять тревоге, демонстрируя свою силу. Дети бессознательно пытаются отпугнуть опасность, побороть ее. К таким ритуалам относятся навязчивые сплевывания, отмахивания, подергивания головой, постукивания по предметам и т. п.

Следующую группу ритуалов объединяют попытки больного вытеснить тревогу, вызывая у себя приятные эмоции. К ним относятся навязчивые облизывание губ, сосание языка, ковыряние в носу, поглаживание себя, иногда эрогенных зон, и другие действия.

Иногда ритуалы представляют собой действия, когда-то позволившие больному справиться с трудной ситуацией, приведшие его к успеху. Их отличает большое разнообразие и, как правило, алогичность. Например, один наш пациент во время школьных соревнований по бегу споткнулся, но первым достиг финиша. С этих пор он неосознанно спотыкается не только во время спортивных соревнований, но и, например, когда идет на экзамен, когда поздно возвращается домой и гадает: «Будут ругать или нет?»

Нередко именно ритуалы помогают больным справиться с навязчивыми идеями или страхами. Навязчивые страхи очень разнообразны. А. И. Захаров (1998) считает, что некоторые из них (страх темноты, страх одиночества, страх замкнутого пространства) могут быть связаны с тревогой, испытанной ребенком еще в период внутриутробного развития и в процессе родов.

Навязчивые идеи также разнообразны. Они могут быть достаточно безобидны (навязчивая попштка вспомнить чье-то имя, навязчивая мелодия), а могут вызывать очень сильные переживания, отрицательные эмоции. У детей и особенно подростков часто бывают так называемые хульные мысли, как правило, сексуального содержания (навязчивое желание ругаться матом, представлять своих родителей во время полового акта и т. п.).

Справиться с проявлениями невроза навязчивых состояний можно, только выявив причину тревоги и по возможности устранив ее. Борьба с симптомом без понимания его происхождения и сути редко приводит к положительному результату, а иногда ухудшает состояние пациента. Например, когда мать постоянно одергивает ребенка, грызущего ногти, тревога у него возрастает, самооценка снижается. Шансов справиться с «вредной привычкой» при таком подходе почти нет. Вот почему многие навязчивые симптомы не проходят годами.

Невротические расстройства, связанные с сексуальностью

Поскольку в происхождении невротических расстройств у детей и подростков часто большую роль играют особенности их сексуального развития, опасения, связанные с этой сферой человеческих взаимоотношений, следует сказать несколько слов и об этом. Тем более, что последнее время в России отмечается либерализация сексуальной морали. В результате этого все реже встречается негативное отношение к проявлениям детской сексуальности, что имеет как положительные, так и отрицательные моменты.

С одной стороны, преодолены устоявшееся неверное представление об отсутствии полового влечения у детей допубертатного возраста и оценка любых его проявлений как патологических. В наше время все реже встречается онанофобия. Приведенный в 1984 году Д. Н. Исаевым в качестве одного из проявлений «патологичное подростковой мастурбации» признак «большой частоты» (чаще одного раза в 10-60 дней) нуждается в пересмотре.

С другой стороны, многих родителей теперь совершенно не беспокоят даже такие сексуальные проявления, интенсивность и качественное своеобразие которых свидетельствуют о нарушениях здоровья детей.

На приеме детского психотерапевта все чаще появляются пациенты с невротическими расстройствами, в структуру которых входят сексуальные проявления. К ним относятся упорные стремления к мастурбации, к подглядыванию за переодеванием, физиологическими отправлениями лиц противоположного пола, к организации сексуальных игр со сверстниками, квалифицируемые нами как проявления гиперсексуальности. Они отличаются от встречающихся в норме у детей подобных эпизодических явлений тем, что носят постоянный, часто навязчивый характер и приводят к нарушению психологической и социальной адаптации. 3. Фрейд (S. Freud) считает, что у таких детей затруднено формирование тех «душевных сил», которые возводят «плотины на пути сексуального влечения и сужают его направление», то есть у них возникают трудности при формировании чувства стыда, эстетических и моральных установок.

Одной из причин развития детской гиперсексуальности, отмечаемой нами в структуре невротических нарушений у детей, является недостаточное внимание к ним со стороны взрослых, социально-бытовая запущенность. Это подтверждается наблюдениями за детьми, которые воспитываются в детских домах и испытывают дефицит впечатлений и положительных эмоций. Нередко это встречается и в семьях, в которых детям уделяют мало внимания.

Сексуально стимулирующими являются воспитание детей в духе «движения за свободную телесную культуру» (В. Е. Каган, 1991), неправильно проводимое половое воспитание (И. В. Добряков, 1996).

Зачастую детская гиперсексуальность провоцируется сексуально неудовлетворенными родителями. Это может происходить в неполной семье, в которой одинокий

родитель (чаще женщина) не в силах разрешить свои сексуальные проблемы, а также в семьях с дисгармонией супружеских отношений. В подобных ситуациях нередко формируются неосознаваемые отношения с детьми противоположного пола, носящие скрытый сексуальный характер. Нами отмечались следующие их проявления.

• Излишне подробные, не соответствующие запросам ребенка половое воспитание и просвещение (рассказы о строении половых органов, их функционировании, о половом акте и пр.). • Одностороннее нарушение телесных границ ребенка: требование не стыдиться наготы, порицание и даже наказания за это; мытье детей старше пяти лет родителями противоположного пола, их участие в инструктаже и проведении процедур личной гигиены; телесные наказания, особенно за проявления сексуальности. • Двухстороннее нарушение телесных границ включает все перечисленное во втором пункте, а также провокационные действия родителей в виде обнажения перед ребенком противоположного пола, совместные купания, излишне нежные ласки, объятия, поцелуи, борьба, совместное пребывание в одной постели в ночное время. • Специфически направленное беспокойство родителей в отношении незначительных или вообще отсутствующих у детей противоположного пола заболеваний половых органов (постоянные расспросы по поводу мочеиспускания, осмотры, ощупывание половых органов, проведение «лечебных» мероприятий: ванночек, спринцеваний, обработка половых органов мазями и т. п.).