Недопустимость методологического принуждения

Считая концепцию методологического плюрализма (и в целом — эпистемологического анархизма) наиболее перспективной для науки, Фейерабенд, однако, резко выступает против того, чтобы навязывать данную концепцию, тем более осуществлять это навязывание насильственным путем. Это обстоятельство нашло свое выражение, как известно, и в названии его программной работы. «Против методологического принуждения».

И хотя насилие — политическое или духовное — играет, по его мнению, важную роль почти во всех формах анархизма, но именно «почти». Это не относится к эпи-стемологическому анархизму, который не навязывает себя и свои идеи насильственным образом, а «устраняет только методологические принуждения», провозглашая «царство самопроизвольности» — как в мышлении, восприятии, так и в деятельности

41. Анализ истории науки и концепция смены парадигм т. Куна.[1, с.514 – 527;]

В русле историко-эволюционного направления в философии науки написана основная работа американского философа и историка Томаса Куна «Структура научных революций». Ее автор считал, что именно история науки должна стать источником и пробным камнем эпистемоло-гических концепций. Исходя их центрального для книги понятия «парадигма» Кун предложил схему (модель) ис-торико-научного процесса.

Парадигма как способ деятельности научного сообщества

В своей книге Кун предложил отказаться от господствовавшего в неопозитивисткой философии образа науки как системы знаний, изменение и развитие которой подчинено канонам методологии и логики, и заменить его образом науки как деятельности научных сообществ. Кстати говоря, отдавая должное «закону и логике», Кун вовсе не отвергал «неявное знание» и «интуицию», отводя от себя обвинения в субъективизме и иррационализме: «Я никогда не считал, что наука по своему существу является иррациональной деятельностью»1.

Специфика куновского образа науки состояла в том, что логико-методологические факторы развития утрачивают свою надысторическую нормативность и становятся в функциональную зависимость от господствующего в те или иные исторические периоды способа деятельности научного сообщества (парадигм). Парадигма у Куна — основная единица измерения процесса развития науки. Это — в самом общем виде — концептуальная схема, которая в течение определенного времени признается научным сообществом в качестве основы его практической деятельности.

Понятие «парадигма» выражает совокупность убеждений, ценностей и технических средств, принятых научным сообществом и обеспечивающих существование научной традиции. Парадигма — это то, что объединяет членов научного сообщества, и, наоборот — научное сообщество состоит из людей, признающих определенную парадигму. Последняя, как правило, находит свое воплощение в учебниках или в классических трудах ученых и на-многие годы определяет круг проблем и методов их решения в той или иной области науки. К парадигмам Кун относит, например, аристотелевскую динамику, птолеме-евскую астрономию, ньютоновскую механику.

Как здесь считает сам Кун, он «осчастливил» человечество двумя «великими открытиями». Первое — выявление общего механизма развития науки как единства «нормальной» науки и «некумулятивных скачков» (научных революций). Вторым своим вкладом в разработку проблем развития науки он считает понятие парадигмы как конкретного достижения, как определенного образца.

Говоря об этом понятии, закрепленном в соответствующем термине, Кун отмечает, что в его книге последний часто используется в двух различных смыслах. «С одной стороны, он обозначает всю совокупность убеждений, ценностей, технических средств и т. д., которая характерна для членов данного сообщества. С другой стороны, он указывает один вид элемента в этой совокупности — конкретные решения головоломок»1. Первый смысл термина, названный автором «социологическим» является основным.

Научные сообщества как особые структуры в науке состоят из исследователей с определенной научной специальностью. Сообщества, по Куну, существуют на множестве уровней. Наиболее глобальное — сообщество представителей естественных наук. Ниже в этой системе основных научных профессиональных групп располагается уровень сообществ физиков, химиков, астрономов, зоологов и т. п. Сообщества представлены философом как такие элементарные структуры, которые являются «основателями и зодчими научного знания». Парадигмы и есть нечто такое, что принимается членами данных групп, которые представляют собой не жесткие структуры, а «диахронические (т. е. изменяющиеся) образования».

Рассматривая парадигмы как «наборы предписаний для научной группы», Кун в «Дополнении 1969 года» эксплицировал(сопроводил) значение данного термина посредством понятия дисциплинарной матрицы, учитывающего, во-первых, принадлежность ученых к определенной дисциплине и, во-вторых, систему правил их научной деятельности.

Дисциплинарная матрица составлена из упорядоченных элементов (компонентов) различного рода, которые образуют единое целое и функционируют как целостная си-стема. К числу основных элементов дисциплинарной матрицы Кун относит следующие компоненты.

а. Символические обобщения,

б. «Метафизические части парадигм» — задающие способ видения универсума.

в) Ценностные установки, влияющие на выбор направления исследования.

г) «Общепринятые образцы», «признанные примеры» решения конкретных задач («головоломок»),

Заслуга Куна состоит в том, что в понятии парадигмы он выразил идею предпосылочности знания, т. е. достаточно убедительно показал, что формирование и развитие знаний осуществляется в некотором пространстве предпо-сылок, в некоторой порождающей их среде. Такой подход во время засилья антиисторизма и формализма в философии и методологии науки был шагом вперед. «Методологические директивы» — один из факторов развития науки

Развитие науки определяется, согласно Куну, целым рядом самых разнообразных факторов. К их числу он, в частности, относит прежний опыт исследователя, его собственный индивидуальный склад ума, совокупность фак-тического материала, на котором основана деятельность сообщества, и другие «личные и исторические факторы», которые большей частью представляют собой «элемент случайный и произвольный», но тем не менее оказывающий существенное воздействие на развитие науки.

Один из этих факторов — и весьма немаловажный — состоит в том, что «ученые, научная деятельность которых строится на основе одинаковых парадигм, опираются на одни и те же правила и стандарты научной практики»1. Эти общие установки Кун называет «правилами-предписаниями» или «методологическими директивами».

Кун, на наш взгляд, очень трезво и взвешенно оценивает возможности «методологических директив», не впадая в крайности, т. е. не абсолютизируя, но не игнорируя их роль в развитии науки. Во-первых, как только было сказано, данные «директивы» — одни из многих факторов историко-научного процесса, который, разумеется, не может собой заменить их все, а они — в свою очередь — не могут быть сведены к нему одному.

Во-вторых, методологические правила-предписания регулируют в определенной мере научную деятельность, препятствуют (если они верные) тому, чтобы наука «сбивалась с дороги все время». Так, уже для ранних стадий развития науки весьма важным является следующее обстоятельство: «Никакую естественную историю нельзя интерпретировать, если отсутствует хотя бы в неявном виде переплетение теоретических и методологических предпосылок, принципов, которые допускают отбор, оценку и критику фактов»2.

Среди методологических предпосылок Кун называет и «обыденную философию», которая в этом деле может оказать помощь. Вот почему на каждом из своих этапов наука всегда есть «совокупность фактов, теорий и методов». Ни один из этих элементов не может быть устранен из науки как целостного образования, ибо при этом будет устранена и сама наука как таковая.

Вместе с тем Кун указывает на то, что «для многих разновидностей научных проблем недостаточно одних методологических директив самих по себе, чтобы прийти к однозначному и доказательному выводу»1. Этот свой тезис он иллюстрирует примером человека, которого заставляют исследовать электрические или химические явления, не знающего этих областей, но знающего, что такое «на-учный метод» вообще. Такой человек, замечает Кун, может, «рассуждая вполне логически», прийти к любому из множества несовместимых между собой выводов. К какому именно из этих логических выводов он придет, будет определяться не только избранными им «методологическими директивами», но и многими другими факторами, в том числе и личностно-индивидуального свойства. Но это не означает, что предписания научного метода нужно иг-норировать или недооценивать.

Роль философии в развитии науки

Среди совокупности «методологических директив» Кун находит место и философским принципам, отнюдь не отвергая (как логические позитивисты) их роль в научном исследовании на всех его этапах, начиная с отбора и ин-терпретации фактических данных. Такой подход был для него вполне естественным, ибо он считал, что создаваемый им исторически ориентированный образ науки «имеет скрытый философский смысл».

Соотношение правил, парадигм и «нормальной науки»

При исследовании данного соотношения Кун исходит из приоритета парадигм. Что же касается принятых научным сообществом правил — «особой совокупности предписаний», — то они вытекают из парадигм, но последние сами могут управлять исследованием даже в отсутствие правил. Однако такое состояние («отсутствие правил») обычно долго не продолжается, ибо члены данного сообщества рано или поздно абстрагируют определенные элементы парадигм и используют их в качестве правил в своих исследованиях.

Итак, первый шаг — определение парадигмы, второй — вычленение на ее основе определенных правил-предписаний, принципов, присущих данному сообществу. При этом Кун полагает (опираясь на свой собственный опыт), что отыскивать правила — занятие более трудное и приносящее меньше удовлетворения, чем обнаружение парадигмы.

Весьма позитивная его мысль состоит в том, что «существование парадигмы даже неявно не предполагало обязательного наличия полного набора правил»1. Это и означает, что, во-первых, этого «полного набора» никогда (ввиду хотя бы бесконечности познания и его объекта) нельзя добиться. Во-вторых, научная деятельность не может быть «закована» в систему каких бы то ни было правил, ибо существует неявное знание, никаким рациональным правилам не подвластное. В этой связи Кун ссылается на Полани, который доказал, что многие успехи ученых зависят от «скрытого знания», которое является личностно-практическими, не допускает полной экспликации и не подпадает ни под какие правила.

Таким образом, поскольку парадигмы направлены не только на природу (отнологический аспект), но выражают также особенности научного познания (гносеологический аспект), то «они являются источником методов, проблемных ситуаций и стандартов решения, принятых неким развитым научным сообществом в данное время»2. Будучи таким «источником», парадигма тем самым выполняет не только познавательную, но и нормативную функцию.