Глава 12. Срок исковой давности

Нормы Законов об АО и ООО, закрепляя оспоримый характер крупных сделок и сделок с заинтересованностью, не содержат специальных указаний на срок исковой давности по искам о признании таких сделок недействительными и применении последствий их недействительности. Срок исковой давности по соответствующим требованиям исчисляется по правилам п. 2 ст. 181 ГК РФ и составляет один год.

Согласно тому же п. 2 ст. 181 ГК РФ "течение срока исковой давности по указанному требованию начинается... со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной". Однако в соответствии с нормами ст. ст. 65.2 и 65.3 ГК РФ, п. 6 ст. 79 и абз. 2 п. 1 ст. 84 Закона об АО, абз. 2 п. 6 ст. 45 и п. 4 ст. 46 Закона об ООО крупная сделка или сделка с заинтересованностью может быть оспорена в суде (1) самим обществом, (2) членом совета директоров общества или (3) акционерами (участниками), владеющими в совокупности не менее чем одним процентом голосующих акций общества (одним процентом общего числа голосов участников общества). При этом, хотя ни в Законе об АО, ни в Законе об ООО об этом не сказано, согласно абз. 6 п. 1 ст. 65.2 ГК РФ как эти, так и ряд других требований участники корпорации - акционеры, участники общества заявляют не от своего собственного имени, а от имени своего общества (корпорации). То же можно сказать и об исках членов совета директоров, право которых на заявление таких же исков предусмотрено в абз. 2 п. 4 ст. 65.3 ГК РФ.

В п. 32 Постановления Пленума ВС РФ N 25 было отмечено, что "участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ)".

Вопрос о том, как должно определяться начало течения срока исковой давности по требованиям, заявляемым от имени и в интересах истца другими лицами (в том числе представителями), имеет принципиальное значение. С общетеоретической позиции, поскольку "исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено" (ст. 195 ГК РФ), очевидно, что начало течения срока исковой давности должно определяться исходя из того, когда именно истец ("лицо, субъективные материальные права, свободы и законные интересы которого нарушены или оспариваются и в силу этого нуждаются в защите" <1>) узнал или должен был узнать "о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права" (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

--------------------------------

<1> Гражданский процесс: учеб. для студ. высш. юрид. учеб. завед. / отв. ред. В.В. Ярков. 10-е изд., перераб. и доп. М.: Статут, 2017.

Этот же подход отражен и в Постановлении Пленума ВС РФ N 43:

"В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации... исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица.

Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ)".

Соглашаясь с указанной позицией, срок исковой давности по искам об оспаривании крупных сделок и сделок с заинтересованностью следовало бы всегда считать начинающим течь с момента, когда общество, заключившее сделку с нарушением требований закона, узнало или должно было узнать об обстоятельствах, дающих ему право предъявить этот иск, независимо от того, кем данный иск предъявляется: самим обществом или иным лицом, но от имени и в интересах общества.

Однако при таком подходе становится очевидным, что при оспаривании сделок от имени общества членами совета директоров или акционерами (участниками) сроки исковой давности во многих случаях будут истцами пропущены. А следовательно, утрачивает смысл сама идея наделения их правом предъявлять подобные иски от имени общества для того, чтобы преодолеть его пассивность.

Первоначально ВС РФ исходил из того, что срок исковой давности на оспаривание сделки общества начинает течь с момента, когда именно участник общества, предъявляющий иск, узнал или должен был узнать о том, что такая сделка требовала одобрения. Эта позиция была отражена в Определении ВС РФ от 26 августа 2016 г. по делу N 305-ЭС16-3884, где специально подчеркивалось, что "иной подход ставил бы участников общества, не обладающих возможностью постоянно контролировать органы управления юридическим лицом, в заведомо невыгодное положение, сопряженное с невозможностью реальной защиты своих интересов в ситуации, когда факт совершения сделки с заинтересованностью скрывается органом управления юридическим лицом и при этом срок исковой давности продолжает течь, что противоречит сути законодательного регулирования отношений, касающихся одобрения сделок с заинтересованностью, направленных на предотвращение конфликта интересов между органами управления и участниками хозяйственных общества". Это Определение вошло в Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2016), утвержденный Президиумом ВС РФ 19 октября 2016 г.

Разумеется, эта позиция должна была бы применяться и в тех случаях, когда от имени общества иск об оспаривании сделки предъявлялся бы иным управомоченным законом лицом. "Если следовать такому подходу, логично предположить, что при оспаривании сделки от имени общества членом коллегиального органа управления (например, совета директоров АО) в порядке п. 4 ст. 65.3 ГК РФ исковая давность должна отсчитываться от момента, когда о нарушении устава узнал или должен был узнать соответствующий член такого органа" <1>.

--------------------------------

<1> Сделки, представительство, исковая давность: постатейный комментарий к статьям 153 - 208 Гражданского кодекса Российской Федерации / В.В. Байбак [и др.]; отв. ред. А.Г. Карапетов. М.: М-Логос, 2018. С. 483.

В доктрине такое мнение суда не встретило безоговорочной поддержки <1>. "Но, если сложить все эти выработанные в практике или следующие из нее подходы, получается, что в зависимости от того, кто будет подавать иск об оспаривании сделки, момент начала расчета срока давности может определяться по-разному. Так, например, сам участник, оспаривающий сделку, может узнать о нарушении или получить реальную возможность узнать о нем позже, чем иной участник общества, члены совета директоров или вновь назначенный директор. Неужели в такой ситуации логично отодвигать момент начала расчета давности, подстраивая течение давности в зависимость от того, кто из уполномоченных лиц решит подать иск об оспаривании сделки? Все такие иски подаются от имени общества. Участники, члены совета директоров или вновь назначенный директор - все они подают иски с одной и той же целью и действуют как представители общества. Несколько странно, если в отношении оспаривания оспоримой сделки от имени одной из ее сторон не было бы четкого единого порядка течения давности. Это открывало бы дорогу различным манипуляциям и провоцировало бы не вполне справедливые решения" <2>.

--------------------------------

<1> Кузнецов А.А. Исковая давность по косвенному иску участника. Комментарий к определению Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 26.08.2016 N 305-ЭС16-3884 // Вестник экономического правосудия Российской Федерации. 2016. N 11.

<2> Сделки, представительство, исковая давность: постатейный комментарий к статьям 153 - 208 Гражданского кодекса Российской Федерации / В.В. Байбак [и др.]; отв. ред. А.Г. Карапетов. С. 483.

Пункт 2 Постановления Пленума ВС РФ N 27 отразил отход от ранее занятой позиции. Пленум ВС РФ указал, что срок исковой давности по требованиям о признании недействительной крупной сделки или сделки с заинтересованностью и о применении последствий недействительности такой сделки независимо от того, кем предъявлен данный иск (самим обществом в лице единоличного исполнительного органа, акционером (участником) или членом совета директоров), начинает течь со дня, когда единоличный исполнительный орган общества (по сути, само общество) узнал или должен был узнать о том, что такая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, в том числе если он непосредственно совершал данную сделку.

Из этого основного принципа Пленум ВС РФ делает два исключения, рассчитанные на применение только в единственном случае: в случае сговора лица, являвшегося единоличным исполнительным органом общества и заключившего сделку, с другой стороной сделки.

Во-первых, при наличии подобного сговора срок исковой давности по требованию об оспаривании сделки и о применении последствий ее недействительности начинает течь со дня, когда лицо, также являющееся единоличным исполнительным органом общества, но иное, чем то, которое совершило сделку, узнало или должно было узнать об обстоятельствах, позволяющих ее оспаривать. По-видимому, речь может идти о ситуациях, когда в обществе:

- имеется несколько единоличных исполнительных органов, действующих независимо друг от друга или совместно, и требование предъявляется одним из них, иным, чем тот, кто совершил сделку и находится в сговоре с контрагентом;

- появляется новый единоличный исполнительный орган вместо того, который заключил сделку, находясь в сговоре с другой ее стороной.

Во-вторых, при наличии сговора единоличного исполнительного органа общества, совершившего сделку, с другой ее стороной и при отсутствии иного единоличного исполнительного органа общества срок исковой давности для акционера (участника общества) или для члена совета директоров, предъявившего требование, исчисляется со дня, когда о названных обстоятельствах узнал или должен был узнать участник или член совета директоров, предъявивший такое требование.

Очевидно, что выделение ситуаций, когда имеет место сговор между единоличным исполнительным органом общества и контрагентом, как единственных, при которых срок исковой давности для акционера (участника) общества и члена совета директоров начинает течь с момента, когда они узнали об основаниях для оспаривания сделки, ставит истцов в более сложное положение, поскольку бремя доказывания сговора ложится на них <1>.

--------------------------------

<1> На это уже обратила внимание О. Плеханова: "...Исчисление срока с момента, когда о нарушении узнал сам акционер, ВС допустил только в случае, если акционер докажет, что сделка была совершена руководителями компании по сговору с контрагентом. Доказать это почти невозможно". См.: Плеханова О. Неуместный спор: как Верховный Суд ограничил право пересматривать сделки // Опубликовано 24 июля 2018 г. на интернет-портале РБК. Режим доступа: https://www.rbc.ru/opinions/business/24/07/2018/5b55a5f79a79473925bdd9a4, свободный. Дата обращения - 20 января 2020 г.

Допустив в указанных случаях исчисление срока исковой давности по требованиям акционеров (участников) об оспаривании крупных сделок и сделок с заинтересованностью с момента, когда они узнали или должны были узнать об основаниях для их оспаривания, Пленум ВС РФ в подп. 2 - 4 п. 3 Постановления N 27 перечислил ситуации, при которых акционеру (участнику) вменяется обязанность узнать о сделке, совершенной с нарушением предусмотренного порядка, с определенного момента. По существу, Пленум ВС РФ вводит объективные критерии определения начала течения срока исковой давности.

Во-первых, если общество публично раскрывало сведения об оспариваемой сделке в порядке, предусмотренном законодательством о рынке ценных бумаг, считается, что его участники (акционеры) узнали об оспариваемой сделке с момента публичного раскрытия информации, когда из нее можно было сделать вывод о совершении такой сделки с нарушением порядка совершения (подп. 2).

Согласно п. 13 ст. 30 Закона о рынке ценных бумаг <1> сведения, которые в случае их раскрытия могут оказать существенное влияние на стоимость или котировки эмиссионных ценных бумаг эмитента и (или) на принятие решения о приобретении или об отчуждении эмиссионных ценных бумаг эмитента любым заинтересованным лицом, действующим разумно и добросовестно, признаются существенными фактами и подлежат раскрытию в форме сообщений о существенных фактах. К существенным фактам п. 14 ст. 30 Закона о рынке ценных бумаг ранее прямо относил сведения об одобрении сделок, признаваемых в соответствии с законодательством Российской Федерации крупными сделками и (или) сделками, в совершении которых имеется заинтересованность. При этом согласно правилам гл. 13 Положения о раскрытии информации "раскрытие информации в форме сообщения о существенном факте должно осуществляться путем опубликования сообщения о существенном факте в следующие сроки с момента наступления существенного факта: в ленте новостей - не позднее одного дня; на странице в сети Интернет - не позднее двух дней". Кроме того, "текст сообщения о существенном факте должен быть доступен на странице в сети Интернет в течение не менее 12 месяцев с даты истечения срока, установленного настоящим Положением для его опубликования в сети Интернет, а если он опубликован в сети Интернет после истечения такого срока - с даты его опубликования в сети Интернет".

--------------------------------

<1> В редакции Федерального закона от 27 декабря 2018 г. N 514-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О рынке ценных бумаг" и отдельные законодательные акты Российской Федерации в части совершенствования правового регулирования осуществления эмиссии ценных бумаг", вступившей в силу с 1 января 2020 г.

По-видимому, с учетом именно степени доступности информации акционерам (участникам) начало течения срока исковой давности должно исчисляться с даты раскрытия информации о сделке на странице общества в сети Интернет, а не в ленте новостей, поскольку даже разница в один день может иметь принципиальное значение, не говоря о том, что в сети Интернет информация может появиться и позже в нарушение установленного срока <1>.

--------------------------------

<1> Раскрытие информации о сделке в сети Интернет или иным установленным законодательством о рынке ценных бумаг образом не должно иметь абсолютного значения при определении момента начала течения срока исковой давности на ее оспаривание. Во всяком случае, в п. 6 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденного Президиумом ВС РФ 25 декабря 2019 г., сделан вывод, что опубликование учредительного документа юридического лица, в том числе в сети Интернет, само по себе не создает презумпцию знания контрагентом его содержания.

Данный объективный критерий не может применяться, если на основании раскрытой информации о сделке нет возможности предположить, что сделка была заключена с нарушением требований к порядку ее совершения или на иных условиях.

Также на основании этого критерия нельзя определять начало течения срока исковой давности, если информация о сделке была раскрыта обществом публично тем или иным образом, но не в соответствии с требованиями законодательства о рынке ценных бумаг. Такая ситуация может иметь место, если:

- законодательство о рынке ценных бумаг вообще не обязывает это общество публично раскрывать информацию;

- законодательство о рынке ценных бумаг не обязывает общество раскрывать информацию о таких сделках (например, гл. 46 Положения о раскрытии информации определяет, в каких случаях подлежит раскрытию информация о сделках с заинтересованностью);

- законодательство о рынке ценных бумаг не предусматривает использование такого способа раскрытия информации о крупных сделках или сделках с заинтересованностью, который был применен обществом.

Во-вторых, "предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки с нарушением порядка совершения крупной сделки или сделки с заинтересованностью не позднее даты проведения годового общего собрания участников по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка, за исключением случаев, когда информация о совершении сделки скрывалась от участников и (или) из предоставлявшихся участникам при проведении общего собрания материалов нельзя было сделать вывод о совершении такой сделки (например, если из бухгалтерского баланса не следовало, что изменился состав основных активов по сравнению с предыдущим годом)" (подп. 3).

Так, в Определении ВС РФ от 18 сентября 2017 г. N 301-ЭС17-12160 по делу N А79-6092/2016, которым в передаче дела в Судебную коллегию по экономическим спорам ВС РФ было отказано, отмечено, что суды пришли к правильному выводу о пропуске истцом годичного срока исковой давности на оспаривании крупной сделки, поскольку о соответствующих валютных операциях, квалифицированных как единая сделка, он должен был узнать на годовом общем собрании акционеров. При подготовке и проведении годового собрания акционеров общества предоставлялись для ознакомления годовой отчет, годовая бухгалтерская отчетность, отчет о прибылях и убытках общества за прошлый год, из которых следует, что размер финансовых вложений общества значительно увеличился. Этот показатель во взаимосвязи с пояснениями к бухгалтерской отчетности за прошлый год свидетельствовал об увеличении активов общества за счет курсовой разницы в связи с выбытием валютных средств по валютным депозитам общества. Кроме того, информация о спорных операциях была предметом обсуждения на этот годовом общем собрании акционеров общества, где исполнительный директор дал пояснения о сумме и стоимости реализации иностранной валюты.

Сама формулировка подп. 3 п. 3 Постановления Пленума ВС РФ N 27 указывает на то, что в нем зафиксирована лишь презумпция, что акционер (участник) общества должен был узнать о заключении сделки с нарушением порядка совершения крупной сделки или сделки с заинтересованностью не позднее даты проведения годового общего собрания участников. Презумпция, которая может быть опровергнута, если будет доказано, что акционер (участник) общества узнал о сделке еще до годового собрания или, напротив, что узнал о ней много позже.

В-третьих, "считается, что участник (акционер) в любом случае должен был узнать о совершении оспариваемой сделки более года назад (пункт 2 статьи 181 ГК РФ), если он длительное время (два или более года подряд) не участвовал в общих собраниях участников (акционеров) и не запрашивал информацию о деятельности общества" (подп. 4).

Все приведенные в подп. 2 - 4 п. 3 Постановления Пленума ВС РФ N 27 объективные критерии призваны лишь облегчить исчисление срока исковой давности по требованиям акционеров (участников) общества о признании крупной сделки или сделки с заинтересованностью недействительной.

Следует учесть, что исходя из буквы указанных положений закрепленные в них объективные критерии определения начала течения срока исковой давности относятся к определению момента, когда акционер (участник) общества должен был узнать о том, что крупная сделка или сделка с заинтересованностью была совершена с нарушением требований закона, но не применяются в отношении членов совета директоров. Очевидно, Пленум ВС РФ полагал, что члены совета директоров как коллегиального органа управления могут узнать о сделке и всех обстоятельствах, дающих основание ее оспаривать, в рамках осуществления своих полномочий в ходе обычной работы этого органа.

В подп. 1 п. 3 Постановления Пленума ВС РФ N 27 дается ответ на вопрос о порядке применения правил о сроке исковой давности по требованию о признании недействительной крупной сделки или сделки с заинтересованностью, возникающий в связи с двумя обстоятельствами.

Во-первых, Закон N 343-ФЗ установил, что участники (участник) или акционеры (акционер) имеют право оспаривать указанные сделки, только если они владеют в совокупности не менее чем одним процентом голосующих акций общества (одним процентом общего числа голосов участников общества) (п. 6 ст. 79 и абз. 2 п. 1 ст. 84 Закона об АО, абз. 2 п. 6 ст. 45 и п. 4 ст. 46 Закона об ООО). Более того, согласно п. 2 ст. 65.2 ГК РФ акционер (участник общества) и само общество, предъявляющие подобное требование, должны принять разумные меры по заблаговременному уведомлению других акционеров (участников общества) и в соответствующих случаях общества о намерении обратиться с такими требованиями в суд, а также предоставить им иную информацию, имеющую отношение к делу. Акционеры (участники общества), не присоединившиеся в порядке, установленном процессуальным законодательством, к этому иску, в последующем будут не вправе обращаться в суд с тождественными требованиями, если только суд не признает причины этого обращения уважительными.

Как разъяснил Пленум ВС РФ в п. 31 Постановления N 25, эти требования "подлежат рассмотрению арбитражным судом по правилам главы 28.1 АПК РФ. При наличии обстоятельств, указанных в статье 225.10 АПК РФ, названные требования рассматриваются также с учетом положений главы 28.2 АПК РФ".

Следовательно, в ряде случаев для предъявления иска акционерам (участникам) общества придется объединяться, чтобы собрать необходимый пакет голосующих акций (долей в уставном капитале).

Во-вторых, с учетом разъяснений, сформулированных в п. п. 2 и 3 Постановления Пленума ВС РФ N 27, для отдельных объединившихся акционеров (участников) срок исковой давности может начать течь в разное время.

Соответственно, возникает вопрос, на который не было ответа ни в законе, ни в судебной практике: как следует действовать, если в группе оспаривающих сделку акционеров (участников) общества, обладающей пакетом голосующих акций (долей в уставном капитале) не менее одного процента, лишь часть акционеров (участников) не пропустила срок исковой давности, но принадлежащий им пакет акций (размер доли в уставном капитале) составляет менее одного процента?

Разъяснение, предлагаемое Пленумом ВС РФ в подп. 1 п. 3 Постановления N 27, вытекает из ранее сформулированных им правовых позиций: срок исковой давности будет считаться пропущенным, если, разумеется, ответчик заявит о его пропуске. И напротив, если те участники группы, которые в совокупности имеют необходимое для предъявления такого требования количество голосующих акций общества (голосов), не пропустили срок исковой давности, он не будет являться пропущенным.

Можно допустить, что это разъяснение будет применяться и при рассмотрении дел по другим категориям исков, предусмотренным п. 2 ст. 65.2 ГК РФ, предполагающим объединение акционеров (участников).

Однако с учетом установленных в п. п. 2 и 3 Постановления Пленума ВС РФ N 27 особенностей исчисления сроков исковой давности по предъявляемым от имени общества его участниками (акционерами) требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными смена участников (акционеров) в результате перехода права на акции или доли могла бы привести к неоправданному и бесконечному продлению сроков исковой давности. Именно исходя из этого и следует понимать указание Пленума ВС РФ, согласно которому "переход доли (акции) к иному лицу не влияет на течение срока исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности". Подпункт 1 п. 11 Постановления Пленума ВАС РФ N 28 был сформулирован, пожалуй, более ясно: "Течение исковой давности по требованиям таких участников (акционеров) применительно к статье 201 ГК РФ начинается со дня, когда о совершении сделки с нарушением порядка ее одобрения узнал или должен был узнать правопредшественник этого участника общества".

Таким образом, для нового участника (акционера), приобретшего акции в результате их размещения (доли в результате увеличения уставного капитала общества), срок исковой давности начинает течь с момента, когда именно он узнал или должен был узнать о том, что сделка была совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения. Если акции или доля были приобретены новым акционером (участником) у предыдущего акционера (участника) в результате сделки на вторичном рынке, то срок исковой давности для нового акционера (участника) должен исчисляться с того момента, когда лицо, которое было акционером (участником) общества на момент совершения сделки, или любой последующий акционер (участник) узнали или должны были узнать о том, что сделка была заключена с нарушением требований закона к порядку ее совершения.

На практике могут возникать достаточно сложные ситуации приобретения новым акционером (участником) акций (долей) у нескольких разных акционеров (участников), для каждого из которых срок исковой давности должен исчисляться начиная с различных моментов.