Венелин Ю.И.. О времени рождения названий. Греческое, латинское, немецкое, русское или гражданское, славянское или церковное письмо

собою разумеется, что Каѳолическаю Церковью называлось и все Христианство, имевшее своих представителей на Вселенском съезде.

Таким образом, в отношении догматическом, в деле верования, частных Церквей, т. е., частных учений, не допускал этот член Символа Веры, то есть, не могло быть Римского, или Португальского, или Армянского учения; в противном случае то объявляли ересью.

Конечно, позволялись и частные собрания, но не по делу догматов веры, а по делам управления паствою и внешнего Иерархического устройства.

Между тем, как ни громили Вселенские Соборы всех отступающих от всеобщего учения все таки Ариево учение распространилось по всей Европе; в Италию занесли его Отс-Готѳы, во Францию и Испанию Вест-Готѳы, в Африку Вандалы. Не знаю, могли ли они на своем языке верно выразить мысль Ариеву, выраженную по Гречески; по крайней мере, не переставали спорить об этом предмете, за который Вандалы, в Африке, гнали Православных немилосердным образом.

Между тем как Арианизм стал утихать, на оборот, с Запада догмат относительно Пресвятые Троицы стал распространяться в новом виде против Никейского Вселенского. Послушаем об этом лучше Римско-Католического Богослова, Газанигу

(Petr. Mar. Gazzaniga Ord. Praedic. in Vindobonensi Universitate, S. S. Theologiae Professoris publici. De Aug. Trinit. Dissertat. V, cop. 3):

«Между тем как в Символе веры, установленном Св. Отцами в Никее, а после поясненном несколькими словами на Вселенском Константинопольском Соборе, читается о Св. Духе: иже от отца исходящего, - на Западе постепенно стали прибавлять слово и сына (Filoque). Вообще полагают, что первые вставщики этого слова были Испанцы в исходе VI столетия, а именно: когда Готѳы, в царствование Рекареда, отвергнув ересь Арианскую, приняли Православное Исповедание, как видно из актов третьего Толедского Собора 589 году. Примеру Испанцев (т. е., Готѳов?) последовали Французы, но, когда, неизвестно. Pithoeus относит это к концу VIII века, что тоже подтверждает разными свидетельствами и доводами ученейший отец Bernardus de Rubeis. В IX же столетии пели Символ с прибавлением и сына (Filoque) не только во Франции, но и в Германии. Наконец, с половины XI века приняли это в Риме и Италии, что видно из актов собора, созванного (вероятно, по этой причине), в 1054 году, в Константинополь Патриархом Михаилом Керуларием, и из его письма к Петру, Патриарху Антиохийскому. Вероятно, в самом Риме эту вставку сделал Бенедикт VIII, когда в 1014 году, по просьбе Императора Генриха I, велел в литургии громогласно пропеть Символ Константинопольский, как об этом свидетельствует Berno Abbas Augiensis. Этот поступок Бенедикта VIII не очень похваляет Кардинал Бароний, когда говорит: нам бы приятнее было остаться при священном тысяче-летнем употреблении, нежели хвататься за нововведение.»*

Ниже, в VIII возражении, говорит Газзанига: Карл Великий отправил, в 810 году, в Рим Бернария, Вормского Епископа, Ессу, Епископа Амбионского, Адаларда, Аббата

Корбейского монастыря, к Папе Льву III, чтобы упросили его одобрить постановление Ахенского Собора 809 г. об исхождении Св. Духа и от Сына, и чтоб он приказал это вставить в Символ Веры. Мудрейший Папа, хотя одобрил решение, но вставить в Символ Filoque ни как не хотел, повинуясь постановлению Св. Вселенских Отцов. «Я, отвечал он, не только не поставлю себя выше их (вставляя один, самовластно), но даже далек и от того, чтобы дерзнул сравниться с ними»**. Этого мало, чтобы отвратить и пресечь дорогу к тому опасному нововведению, он велел Символ Веры, без малейшей вставки вырезать на двух серебренных досках по Гречески и по Латыни, и эти доски велел прибить в Храм (Старом) Св. Петра***. Это рассказывает Смарагд, Аббат монастыря Св. Михаила в Лотарнигии.

Конечно, и Бароний прав, и Лев III прав, потому что Вселенские Отцы догмат об исхождении Св. Духа взяли 1) из Евангелие Св. Иоанна (глава 15.), следовательно, прибавлять слова к словам Евангелие предосудительно; 2) этот самый догмат взят со слов самого Спасителя; следовательно, всякая прибавка ни коим образом не позволительна; 3) эта вставка началась самым частным образом, распространялась тайком по Франции, без ведома Вселенских представителей, и вопреки Вселенскому же постановлению, и под анаѳемою от имени всех.

Не мое дело судить об этой вставке в догматическом отношении; мне нужно только историческое ея отношение. Замыть хорошо, что

1)Лев III не посылал молнии анаѳемской на Карла В., потому что Римские Епископы тогда не имели еще власти, какую присвоили себе Папы с XI века, после Григория VII. Из того что Лев III велел прибить православный Символ на стене, в Храме Св. Петра, видно, до какой степени тайно он не одобрял Франко-Германского нововведения.

2)Лев III, в IX веке, не знает о другом возможном учении, кроме учения отцов Вселенских, т. е., Вселенской Церкви. И действительно,

а) До отпадения Запада от Вселенской Церкви, в XI веке, мысль об учении кокой либо частной Церкви была неестественна и невозможна. Да и что значило бы выражение: учение Сирийской

*Baron. Nobis gratius esset, si venerandae antiquitati annorum mille magia delatum esset, qnam novitati.

**Nam ego, inquit, me illis non dico praeferam, sed eliam illud absit mihi, ut coaequare praesumam.

***Кажется, от Газанига опять в противоречии: Слова Льва III показывают, что он, вопреки Св. Отцам, никак не решался одобрить вставки. За чем же Льву присылать было одобрение, от которого он отрекался так ощутительно?!

Церкви, учение Цареградской, Александрийской, Римской Церкви!!! Другого учения,

кроме Вселенского, никто себе не воображал; вот почему Лев III, как и все вообще, ссылался, мог ссылаться, только на учение Св. Отец.

б) Выражение: учение Римской Церкви могло пойти в ход только со времени ея отпадения от Вселенской, т. е., с XI века, или с принятия Римом Filoque.

в) От. Газзанга ставит эпоху принятия Римом Filoque 1014 год, по тому случаю, что, де, Император Генрих I просил Бенедикта VIII пропеть публично (in Ecelesia Romana publice in missa) Символ Константинопольский, а это думает так только, говоря: «вероятно тогда» (probabile est, etc.). Это одна только догадка. Не кстати привязанная к этому времени, потому что требование Императора Генриха I пропеть Православный К-польский. Символ был, очевидно, в духе поступка Льва III. – Если б эта вставка действительно была принята в Риме в 1014 году, то в Константинополе гораздо раньше созвали бы Собор и предали бы анаѳеме вставшиков. Но этот Собор был только в 1054 году. В этом году скончался Лев IX, почитаемый Святым, следовательно, православным, в этом же году наследовал ему Виктор II.

И так, всего вероятнее, что вставка в Символ принята в Риме только с 1054 году.

Так как дело идет не только о времени появления слов: «учение Римской Церкви,» но еще и о времени слов «повелеваем, позволяем,» которыми нас угощают буллы, приписываемые Иоанну VIII, то это заставляет меня взглянуть, вкратце, на политические эпохи Римской Епископии.

Не надобно забывать, что четверопрестолие основано Апостолами: в Александрии Св. Марком Евангелистом, в Иерусалиме братом Господним, Иаковом; в пышной и многолюдной столице востока, Антиохии, Св. Петром; в местечке Византе, Св. Андреем Первозванным. В Антиохии Петр Апослол учил 7 лет; число верующих до того умножилось, что явно стали именовать себя Христианами, что и обратило на них внимание Римского Правительства. Петр был схвачен и отвезен в Рим, где и приял мученическую смерть. Отправляясь на мученичество, Петр Апостол оставил ключи своей паствы ученикам своим, Св. Еводию и Св. Игнатию.

Как ни были кровавы гонения Римского Правительства в продолжении 300 лет, Христианство быстро распространялось и устраивалось в управительном отношении. Церкви, которые более прочих имели весу, каковы Александрийская, Антиохийская, Иерусалимская, Ефесская, Смирнская и другие, отправляли к верующим наставников, которые, наставляя, вместе наблюдали и за единомыслием в веровании, и за поведением обращенных: потому-то они и назывались посланниками (Пресвитеры). За Пресвитерами наблюдали Епископы.

В продолжение этого времени, в Риме менее всего, нежели где либо, можно было ожидать новообращаемых, при строгом внимании полиции. Конечно, и в Риме было небольшое собрание Христиан, но оно состояло, большею частью, из Восточных уроженцев, живущих в столице империи по делам или из торговли. К ним приезжали посланные (Пресвитеры) с Востока, который не мог не присматривать за своими в этом центре гонений. Вот почему в те времена все те, которые, как вообще говориться, были преемниками Петра, были или Греки, или Сирийцы.

И так, не большое общество Римских Христиан нельзя и в сравнение приводить с объемом и степенью Восточных Епископий. И после Диоклетиана такова была ненависть Рима против Христиан, что Константин В. не решался объявить в Риме Христианскую религию публичною открытием для нее публичного храма. Это сделал его преемник, Константий, около половины IV века, превратив храм Победы (templum Victoriae) в Церковь Христианскую.*

___

* Статья прервана смертью ея автора. М.