My_vsego_lish_deti

* * *

Кстати, метод сдерживания семени, на высших стадиях своего особого творчества, не нуждается в физических манипуляциях передавливания канала. Все происходит естественно, жизненные эманации легко находят широкие русла, по которым они весело и радостно журча бегут, пробуждая все вокруг. Вот так и появляются цветы великолепия и настоящей мудрости. Женские методики преобразования и глубокого осознания, сексуальной силы, верю, лучше самой женщины, мне не рассказать. Надеюсь именно в наше непростое время, вырастут великие сердца, которые поведают вам о сокровенных тайнах интимной стороны жизни, да так, что правдивость и искренность их слов, взрастит в вас небесное могущество, дарить и облагораживать жизнь, превратить миры вас окружающие, в благоухающие уголки нашей вселенной.

 

Правда о Слове

Теперь, наконец, добрались и до слова, посредством которого и у меня есть возможность открыть вам свою Душу. Сила слова из древне почиталась и была возведена в сан божьего дара, и думается не зря. Слово – есть материальное выражение мысли, заметьте, звуковые вибрации, сотрясающие воздух, не видимы, на вкус не ощутимые, но способны существенно оказывать влияние на судьбы людей, которые в свою очередь изменяют окружающую их действительность. Чей-то подарок Человечеству в облике способности к мышлению, анализу и синтезу, позволил нам создать синтетическую интерпретацию мира, в виде символов, знаков, закрепляющихся в структурном химизме, физиологических соотношениях, энергетических хитросплетениях все в том же кибернетическом устройстве нашего мозга. Искусственно созданное голографическое представление о мире, его воздействиях, о собственной личности, в общем, все разнообразие созданных матриц восприятия, нуждаются в каждодневной защите от любых посягательств внешних сил на созданную иллюзию. Те, кто сумев проникнуть глубже в тайны мироздания, но так и не поднялись до порога внутренней свободы, а повисли на трухлявой жерди властолюбия и эгоцентричности, имеют рычаги формирования нужной им всеобщей «религии» мирожития. Обладая солидной связкой ключей к архивам сокровенных знаний эти некто способны незримо диктовать новые условия существования и даже мышления. Слово или информация, воспринятая человеком, даже не осознанная может служить мощным орудием воздействия на наше сознание. Однажды увиденное, услышанное и т.п. навсегда фиксируется в глубинах нашей психики, возможно и дублирование информации в разных отделах мозга. Сложно перевариваемые порции сведений, по причине наших страхов, несовершенств, прячутся на дно информативного колодца, но продолжают существовать неотъемлемой единицей всего производственного процесса существования личности. Отдельные индивидуумы способны ощутить эти маленькие сопротивления в наших личностных композициях и в некоторых, малочисленных случаях, помочь человеку распутать этот злополучный клубок, в других же, чаще встречаемых эпизодах жизни, надавить на них, и управляя вожжами устоявшихся страхов направлять нас в нужном для них направлении. Изменить сути человеческой практически невозможно, но поместить ее в тюрьму наведенных состояний, реально и происходит сплошь и рядом. Чтоб закрепить эти размышления поведаю вам интересную историю из собственной жизни.

Как-то у моей хорошей знакомой, случилась травма коленного сустава. Врачи однозначно «проповедовали» операцию, но мы решили съездить на прием к знахарке, известная своими чудными руками, вставляющая, вправляющая всякие разбежавшиеся костяные построения нашего организма, и творящая всякие чудеса, типа заговоров, снятие порчи, своеобразного внушения. Это оказалась, безусловно, одаренная старушка, не смотря на свой не молодой возраст отмеченная острыми, пронзающими, может даже колючими глазами, пытливым умом и крепким внутренним стержнем. Будучи открытым к общению, не имея за пазухой ни каких корыстных или, тем более, злых намерений, мне непременно хотелось, побольше узнать о столь интересном человеке, тем паче, что выздоровление знакомой происходило на глазах, в ускоренном режиме. Вот тут то я и попался под раздачу. То, чистосердечное детское любопытство, сыграло со мной странную шутку, на то время, воспринятое как падение с небес обетованных. Однажды, уже на последних шагах излечения моей знакомой, вздумалось мне спросить, откуда же бабушка научилась всем тем премудростям, употребляемых ею в своем труде лекаря. Что за источник мудрости испила она. Это я облек немного в поэтическую форму воспоминания то мои, а все было намного проще, искренний интерес, основанный на стремлении понять как можно больше о болезнях и их искоренениях, о природе человеческой. И отвели мне глаза, не заметил я всей напряженности нервозности бабуси, чья шерстка встала дыбом и она, словно тигр, готовый к броску приготовилась к атаке. Вытащив какую-то древнейшую, ветхую книгу, с незнакомыми закорючками неведомого мне языка, и продолжая мобилизировать скрытые силы, уже с трудом (из будущего понимания знаю) сдерживая кипучую энергию, быстро стала говорить, о том, что книга мол и есть источник ее знания. Тут и была допущена вторая, последняя, на тот час, ошибка. В порыве неподдельного изумления, мне, тупой башке, пришло в голову обрадоваться за ее умение читать на неизвестном нам языке и это был придел. Как, потом выяснилось, читать бабушка не умела, это не в обиду ей, а черпала силы из самой книги, которая служила своеобразным талисманом, амулетом дарящий веру, необходимую для преодоления и сжигания испорченного поля «черной» информации болезни. Восприняв меня как человека стремившегося посмеяться над ее деятельностью, алчущего во всем найти подвох, эт от моей устремленной натуры, в агонии непонимания она бросилась в атаку, и кинула все, что у нее осталось в зарядах внутренних аккумуляторов в то, что носит название – проклятие, или почти по научному, кодировка. Ой, что было, что было!! Нет, вначале ни чего не произошло, на первый взгляд. Старушка промолвила речь, как хороший грузинский тост, но сказанный с верой и узко направленным действием. Мощь и меткость сориентированных на меня отравленных стрел словесной информации высказать я не берусь. Звучание было вкрадчивым, непоколебимым и самое ужасное задевающим основы, на которых выстраивались мои жизненные интересы, склонности, все то, что давало мне возможность к движению, поиску, раскрытию. Так, вот, сижу себе тихо на диванчике, душа на распашку, а тонкий ручеек злой воли и нечистых пожеланий, уже проник сквозь распахнутые настежь ворота Души. Оккупировав моих несчастных неподготовленных к войне мирных жителей жизненных позиций, чужое намерение тут же приступило к своей разрушительной работе. Как во сне, не совсем понимая, что происходит, собрав волю в кулак, разрешил духовной силе, на секунду заступиться за меня. Мой голос произнес, глубоко проникновенную фразу, пророчившую о том, что зря бабушка мол, вы так сделали, зря. Здесь спешно замечу о раздвоении личности, внезапно расслоившее меня, как пирог, разрезанный пополам, одна половинка которого пребывала в полном неведении о случившемся, как недоразвитый ребенок, бессмысленно озирающийся по сторонам. Другая же, как прозорливый следователь, сразу охватывающий всю цепь свершенных событий, все тонкости поведения действующих лиц, и даже внутреннее состояния каждого персонажа в отдельности, плюс некоторое видение недалекого будущего «подследственных». Друзья, присутствовавшие при том разговоре, посмеивались надомной, что не нашел общий язык с пожилой женщиной, но мне было и ни смешно и ни грустно, мне стало не по себе. Дымкою рассеялась уверенность в себе, в возможности что-то достичь в жизни, допрыгнуть до заоблачных высей. Поколебавшийся психический фундамент, весь потрескался, и частично рассыпался, а дом моего душевного благополучия накренился в стиле Пизанской башни, отличаясь тем, что вот, вот готов был рухнуть, что в принципе потихоньку и делал. Для того чтобы достичь верхних слоев преисподнии, не нужно ходить далеко, это дело можно найти и в нашем измерении земной реальности, так сказать совсем неподалёку. Да, далеко ходить не нужно. Около трех месяцев я жарился в аду, ни где не находя спасительной ракушки, чтоб закрыться от бесконечного внутреннего диалога не прекращаемого ни днем ни ночью. Нет, правда, и во снах продолжался мучительный поиск способа решения поставленной задачи, в которую загнала мой ум жизненная ситуация. Где и с кем бы я не находился, даже ведя светские беседы, в одном из полушарий серого вещества поддерживалось адаптационное осознание реального мира, в другом, борцы невидимого фронта в поте лица швыряли друг друга на поле боя, своеобразного ринга двух мнений, разных жизненных приоритетов. Борьба, непрекращаемая борьба, нет, война, не на жизнь, а на смерть. Ни когда и не подумал бы, что во внутреннем мире так много простора, островков, целых океанов психической деятельности, соединяющих независимые миры разнообразного понимания реальности.

- Ты, ни когда! – все бормочет из подсознания старухин голос, - ты не сможешь дойти, - догоняет эхом, - никогда, никогда… Тут же всплывает смутный образ классной руководительницы, немного недолюбливающая меня, за не умение хорошо говорить на украинском языке.

- Таким как ты место в жизни одно, мести метлой улицы, собирать мусор, то бишь, отдавать долг родине трудом дворника. – Ты ни когда…

Зачем они так рьяно пекутся о моем будущем, чем я так насолил сим человекам? Да и была у меня уже тогда мысль, почему такое благородное дело как осчастливливание людей прекрасными, чистыми дворами, красивыми, разукрашенными, даже немного сказочными, было введено в ранг черного, проклятого труда. Но конечно, надо быть действительно освобожденным существом, чтобы при таком негативном мнении окружающих о данном роде искусства поддержания чистоты и порядка, наслаждаться простым действием уборки территории.

Возвращаясь к «войне миров» скажу дальше, встреча со старцем, произошедшая двумя годами ранее, на первое время оказала очень необходимую поддержку, не давшая мне задохнуться в зловонии навеянного болота тяжелых мыслей. Благостная рука его духовной мощи поддержала меня в самые трудные минуты глубокой, труднопреодолимой депрессии. Это была случайная встреча в троллейбусе…

Дышать, как всегда было нечем, от плотно упакованных тел, в железной коробке городского переносчика душ. Но человек, как известно, ко всему привыкает. Сначала мое внимание увлекло странное поведение седого старца, сидящего чудь справа от моей «стоячей» нерушимой позиции. Удобно прижавшись к металлической ручке кресла, за которую можно было зацепиться железной хваткой, я присматривался к заинтересовавшему меня незнакомцу. Держа в руках раскрытую книгу, старик рассматривал какие-то старинные гербы, и что-то напевал. Тихо, почти не слышно, из его уст лилась мелодия, своей восторженностью напоминавшая гимн, но далеких, далеких времен. Возможно, это ошибочное мнение моей интуиции. Бесшабашный мужичек, рьяно продиравшийся сквозь нестройные ряды «клиентов» троллейбуса, который вез «груз» в два раза превышавший свой собственный, направил траекторию своего дипломата в ни в чем неповинную книгу этого странного, явно, глубокомысленного человека. Моей непроизвольной реакцией стало перевод разрушительной траектории, этого черного ящика, в более миролюбивое движение. Как будто ничего не произошло. Мужичку было не до нас, старик, мельком глянув на охранителя его спокойствия, снова углубился в созерцание цветных картинок в своей книге. Но, поднявшись на конечной остановке, и изумив меня своим могучим ростом и неким величием, необыкновенным спокойствием, вымолвил на старославянском языке, то пророческое Слово, оказавшеся для меня в дальнейшем, спасительным скалой, где можно было набраться сил и укрыться от наводнения чужой мысленной атаки. Тайной останется, для моего дорогого читателя, сказанное в тот миг, пока не сбудется пророчество не нужно рассеивать силу действия мысли, преждевременным открытием сердца, всему есть свое время. Такой глубины глаз не видал я с рождения и до сей поры. И сказанное не навязывало, а просто достучалось до моей Души, пронзило мое сердце и что-то прояснило моему разуму. Но самое интересное, уже через минуту, я не мог вспомнить, что именно было произнесено, что за слова были изречены, только суть сказанного навсегда оставило во мне свой след, отпечаток надежды. Очень быстро я забыл об этом знаменательном происшествии, окунувшись в обычное сновидение повседневности. И вот рапира бабушкиного проклятия уперлась в блокирующую встречу дедушкиного меча его теплого, созидающего слова. Да и сам я, уже на то время, не плохо владел кулаками искренней жизни, и устремленности разобраться в сложных взаимодействиях человеческой психики. Вначале, что я только не делал, что бы сбросить с себя наваждение: ненавидел, пытался возлюбить врага, защищался, нападал, рубил все с плеча, становился прозрачным, и только упавши на самое дно своей крепости, рассмеялся нелепости моих переживаний. Боже, как светло в моменты освобождения и пустоты, образовавшиеся бесконечно долгой войной, и мгновенно наполняющаяся сияющим, чистым потоком вечности в миг прозрения. И тебе приходят силы пожалеть человека направившего на тебя столь усиленное внимание, даже поблагодарить за серьезный урок, и отнестись к нему с сердцем и пониманием. Все просто, когда мы ни за что не держимся, не цепляемся за собственное бессилие, не просим в смятении то, что не знаем, а смирено, в духе, принимаем вызов мира, вот тогда то, мы и начинаем жить. Все, что волновало нас, уже не может поколебать нас, выбор сделан. Последовательно проходя дебри сознания и под-подсознания, вы узнаете самые утонченные слабые и сильные стороны вашей психики и, согласившись с тем, что есть, можете очистить, преобразить многие свои душевные свойства. Пройдя многие лестницы психических этажей, и немного разобравшись с собой, вы начинаете видеть, все то, что прошли сами, в других людях, резонируя с их внутренними качествами, свойствами. Со временем, как говорят совместный труд сближает, так и мы «породнились» с милой бабуленькою, чувствуя и ощущая друг друга через пространство и время. Дело в том, что некоторые мои товарищи, бывали у целительницы на лечении, где-то через пол года, после нашей странной ссоры. Они слухом не ведали о моем с ней, «тесном» знакомстве и они же поведали, о ее возмущенном рассказе незнакомым людям о невежливом парне, желающем все знать, допытывающийся, докапывающийся до ее знаний, и мешающий ей спокойно трудиться. Я чувствую, что многое с тех пор сдвинулось с мертвой точки. Пусть меня простит. Но, в нынешней жизни, я рад, что это произошло. Это была настоящая, не надуманная школа, мучительная, и необходимая. Как же без нее то, так, мы хоть что-то начинаем понимать. Сколько же нужно человеку пройти, чтоб научиться прощать, просто быть, просто любить. Чтобы стать профессором своей судьбы. Жизнь стоит того, чтоб пройти ее сначала и до конца. Вот такая то, историца.



Эх, соскучилась Душа за сказками, да легендами! Может хоть притчей ее побаловать… Ну конечно, вот она, строчка за строчкой и без видимых усилий появляющаяся на бумаге, даря себя без остатка нашему пытливому сердцу.

Притча о правдивом человеке

Жил был странный человек.

И что же странного такого было в нем -

он просто говорил одну лишь правду

Всегда, везде и всюду

Ни слова лжи, да плюс к тому, когда кто хочет знать

куда, зачем и почему? - всегда он должен был держать ответ, и отвечать правдиво, без утайки

таков вот был завет

Молчанье же хранить лишь для себя и Бога

А людям свет нести и правду

И говорить как есть…

Что б быть как чистый лист

И не боялся он ни вражеской стрелы, ни лихого зверя

Ни даже смерти, лишь завет свой с Богом заключенный боялся он нарушить

И надо ж, вот чудак, день ото дня всегда он ждал, когда придет то время,

Которое ему отец небесный даст как испытание, достойное, что б утвердить,

что б закрепить ту клятву верную его, то обещанье…

и этот день настал

Не знаешь ты теперь, правдивый человек,

Что ниспослал тебе сегодня этот день…

Ни кто не в силах предсказать

Что именно нам Небо уготовит

Так и не знал правдивый человек, что все что просишь, может стать реальным. И более того…

Порою даже ангелы высокой сферы голубой

не в силах предсказать события грядущих дней

лишь смутный образ…

Все это от того,

что Бог своей благой рукой

событье это прикрывает

для научения своих детей

и даже тех, кто школу жизни уж давно прошел

и светлым образом с вершины духа, смирено так, они на нас взирают

В те времена, как и сейчас,

проникла темная орда клыкастых призрачных теней в сердца людей

и были там: война, кровавая вражда, чума покрыла города, бескрайность тьмы проникла в суть вещей, и чудилось, что будет так всегда.

И вот беда уже назойливо стучится, струиться леденящим холодком

в деревню ту,

в которой, по утрам вставал и целый день трудился, лечил людей и правду говорил, делился всем, что было у него, правдивый человек

чуть ближе мы уже к развязке этих слов

к тому, что суждено случиться

***

Никто не верил вести страшной,

что путник передал,

который умер поутру от ран ужасных

Старейшина велел детей все ж увести

И опасенье это было не напрасным

Кровавая чума пришла, и это был не сон, а явь…

***

Заржала лошадь, ей в ответ другая

Далекие мужские голоса

И вот вселенная проснулась

Крик, стон и плач развеяли остатки ее сна

***

Эй, оборванец, готовься, сейчас насквозь мое копье пронзит тебя

Что смотришь прямо на меня

Держащего в руках, трепещущую нить той жизни, что твоей зовется

Та, что должно быть, вскоре оборвется

И все ж ты смотришь?

Не ведаешь ты страха смерти?

И не падешь ты ниц моля лишь о пощаде?

Как смеешь, ты ничтожный, вести себя у грани так надменно?

о беспощадный воин, да, не ведаю я страха смерти

неправедной лишь жизни я страшусь

Коль более не суждено мне улыбнуться вновь рассвету

Так значит, в этом есть моя судьба, твоя ж быть палачем

Тихое проклятье в ус, ухмылка, обрамленная лукавою насмешкой

Одна дремучая карга, пред тем как испустила дух

Проклятье крикнула нам вдруг, что сгинем мы во мгле

Успела про тебя сказать, что должен знать, куда идти, что бы детей найти

Что правду говоришь всегда, ни слова лжи за жизнь свою ты не сказал

Что ты святой, ха-ха…

Она кричала о святом и это ты?

Давай-ка отвечай!

Я не святой – но это правда, что не лгу я.

Ибо завет я с Богом заключил

Я клятву дал и верно ей служу

Твою я клятву знаю, поэтому спрошу…

Он бросил хищный взгляд, что прятался

В тенях его зрачков

все дети деревень исчезли

так словно растворились

Как будто знает кто, что ищем мы младенца

которого наш князь страшиться

Пророчество было…

Тут воин сплюнул зло

Что, мол, родится тот, кто выше будет всех мирских оков

И будет мудр и сильным будет, словно тысячу быков

И сможет Он мир наш поработит своей идеей, что можно жить в любви и добрым быть

Тьфу напасть, слово словно уголь, нутро печет, ах жгут сии слова

И все ж мне не понять

Зачем бояться этих слабаков, кто мир несет. Мы можем резать их как стадо баранов

Но есть приказ, ему мы подотчетны. И снимут шкуру с нас живьем, коль мы упустим, хотя б младенца одного

Несчадно истреблены все будут…

Теперь скажи…

где дети!?

Скажу одно я маленькое отступленье

Правдивый человек… он знал, все ведомо ему-то было, где прятались они…

В каком лесу…

Он знал тот лес, и место то, куда так быстро увели, всю детвору, грудных там есть немало

Сомненье, поколеблены основы, правдивый человек шатнулся было

И чуял он, как вертится Земля

Ритм сердца, сбросив все оковы

Пел трель смертельного огня

И вздрогнул мотылек Души и стал проситься выйти вон из тела

Невыносимо стало…

Молчишь…?

Ты думаешь, не знаю я, чего боишься ты?

Кроваво улыбнулся

Да, не боишься ты, что я сожгу тебя, теперь мне это стало ясно.

Я видел чудаков сгорающих в огне, кричащие свои молитвы и улыбаясь странно, чему-то вдалеке

Уже сию породу знаю я

Сейчас, сейчас…

Сегодня заживо сожгу твою я Душу

Твою я с Богом связь разрушу

Разрежу тем, что буду вопрошать, о том, о сем, о детях…

И коль ты умолчишь, то рухнет Божий мир, что теплится в тебе

Ведь клятвою лишь только крепок

и плодоносит он?

О, я живительный источник сей нарушу

камнями лжи твоей или песком молчания!?

Молчишь?

Гори твоя Душа…

Гори!

Так дети там? В лесу? На север нам идти? Или пойти на запад?

- чего молчишь…? Божественный огонь, сейчас сожрет тебя, за этот миг, за отступленье,

за то, что ты молчишь!

Безумец, говори!

- За жизнь свою я говорил лишь правду

И здесь, сейчас открыл ты мне затворы тайников

Что и не ведал я

Я ждал всю жизнь

Твои слова и этот миг

Который вот случится

Ты спрашиваешь дети где? И как быстрей туда добраться?

Я покажу тебе куда идти. Я проведу тебя к твоей судьбе и сохраню завет. Иди за мной

Лишь дай мне отдышаться

Тень удивления лишь скользнув на миг, тот час ушло с лица

Что б скрыть волну, что всколыхнуло вдруг неведомое чувство

Того кто не слезал с коня, того, кто сеял смерть день ото дня

- Ты глянь сюда, взгляни в мои глаза, здесь грязная моя Душа - зловонный запах смрада,

И эта мерзкая Душа, всей гнилостью своей тебя лишь презирает

Божественного упыря, ведь даже я,

Где честь, а где бесчестье - это понимаю.

Веди скорей и дай сему мечу твою гнилую кровь пролить

На Землю я хочу взглянуть, сумеет ли тебя пустить

К себе, в себя

Быстрей, пошли, веди меня…

Молчал правдивый человек

И молча шел…

Молчанием помолвлен он.

И шли часы…

Как будто шли года.

Вокруг сначала шли леса, поля

А вот и болота

И снова болота и вновь, опять, вот топи уж везде…

И просто не найти, той тысячу кривых мечей, обратного пути

Правдивый человек солгал

И даже обманул

И он погиб, но с той поры

Сияют тысячи свечей

Тому, кто отдал жизнь

И не сдержал

Свой клятвенный обед

И все ж… воистину, ты – настоящий Человек

И я люблю тебя, того

Кто мог солгать, но мог спасти

Что б Правду вечную нести

 

Далеко ли мы еще, в страхе перед реальной жизнью (все природное, естественное) будем пытаться бежать в неизвестном направлении, выдумывать всё, что не попадя, зарываться в нору искусственного, задыхающегося в своем же зловонии, мира. Создадим киборгов, да побольше, для защиты своего жилища, заасфальтируем, да забетонируем пол Земли, еще половину просто загадим, чтоб будущая цивилизация гадала, что это за ржавая, истлевшая консервная банка и какое у нее было предназначение, или вот эта хорошо сохранившаяся, чуть надбитая бутылка. Видится мне наше будущее в гармоничном союзе Природы и Человека.

Встретившийся в моей жизни человек с гор, поведал еще одно замечательное повествование, тронувшее меня своей природной невинностью, и далеко идущей подсказкой об истинном положении человека по отношению к природной среде и о возможности жить иначе.

На небольшом холме, между двумя огромными скалами, увенчанных остроконечными пиками, расположилась небольшая, ни чем не примечательная деревушка. Девчонка, лет семи, распахнув двери убогой хибарки, резво исчезла среди зеленой листвы неподалеку стоявшего леса. Который год ее родители не могли нарадоваться бойкой и всегда жизнерадостной доченьке. Глаза ее, словно излучали веселые искорки веселья и какого-то не тускнеющего озорства. Но в последнее время отец отметил некоторые странности в ее поведении, часами она пропадала, уходя в неизвестном направлении, и всегда загадочно улыбалась, возвращаясь домой. Но все вроде было как всегда. Всем было хорошо и уютно, и родители вскоре привыкли к долгим исчезновениям дочки, они знали, что природа Мать не обидит их золотое дитя. И случилось так, что однажды она не явилась к тому моменту, когда ее маленькая семья, садилась за неказистый, но внушительный, своей основательностью, дубовый стол и начинала трапезничать. Вот и солнце уже давно перевалило за полдень, а ее, родной, все нет и нет. Не на шутку встревожилось родительское сердце. Захватив с собой старое дедовское ружье, взяв в котомку, только что испеченный женою хлеб, и поцеловав нежно ее, расстроенную и напряженную, направился отец в горы, искать пропажу. Идет, значит, он, сердце не на месте, думы тяжелые в голове назойливо что-то лепечут, страхи всякие вселяя. Мать же, ко всему святому взывает, чтоб побыть еще рядом с дочуркой в Земной их жизни. Вот, окинув своим внимательным взглядом ближайшие деревья, человек с ружьем, замечает надломанную ветку, а рядом, хорошо отпечатавшийся след детской, босой ноги на хвойной подстилке. Надежда горячей струей начала вливаться в скованную, железной хваткой щемящего чувства, отцовскую душу. Тут автор, я то есть, воплощается в ангела хранителя встревоженного мужчины, и говорит, навевая в его разум успокоительные мысли, - все будет хорошо, не волнуйся ты так, все живы, здоровы и будете вы еще с дочуркой песни петь, да пироги печь. Спокойнее ему стало, но где же дочка, думал он, сердце говорит мне, что ни чего плохого не случилась, но поверю ему лишь, когда дочку найду. Вот так размышляя, и взобрался беспокойный родитель на вершину утеса, откуда открывалась широкая панорама близлежащей местности. И… отец замер, ноги подкосились, в невольной дрожи от завораживающего зрелища увиденного. Внизу, в расщелине, над невысоким каменным уступом спала крошечная девочка, укутавшись в косматую живую шубу великана медведя, как не в чем не бывало сопевшого рядом с родительской «горюшкой». Лишь многое время спустя, отец с матерью из рассказов дочки узнали о ее долгой дружбе с лохматым «чудовищем». В тот день, нашла она своего лесного приятеля в его привычном логове, уставшим и ленивым. Ну и решила, что тоже утомилась и улеглась рядышком со своим Мишей. Не будет привычного бега по лесной чаще, и веселого купания в горной речушке, думала она, ну, да ладно, в следующий раз. Отдыхать, так отдыхать. Дальше вы помните. Испуганный папа не сумел подкрасться бесшумно, ну и слава богу, друг девочки, почуяв неладное, тихонько удалился с развернувшейся «сцены», не мешая отцу стоя на коленях обнимать свою живую и невредимую дочку. Кто-то правильно заметит, что описанное, чрезмерно идеализированно, не такая уж дикая природа романтичная, всегда жестко приземляющая романтиков, всяких там, витающих в облаках. Но я верю в возможность, именно такого взаимопроникновения, такого согласия, между различными этажами проявленной жизни. Животный мир наиболее доступен человеческому восприятию, так как генетически он расположен достаточно близко к нам. Да, у человека действительно есть дар, открывающий ему двери к сердцу Вселенной, но, оторвавшись от жизни, разрывая последние связи со своей прародительницей и кормилицей, он начинает неуклонно деградировать в клопа, типичного кровососа, готовый пить соки Земли пока не лопнет. Пора нам уразуметь, усвоить такую формулу, я дышу, она дышит, все вокруг равномерно дышит, в своем ритме и своим источником дыхания. Несовершенные наши чувства, дающее физическое представление об объективном мире, нарушенные вследствие мизерного, неполноценного их применения, плюс не желание видеть ни чего, кроме того, что сулит выгоду нашей собственной персоне, наделяет Человечество статусом почерневшего, проводящего звена, между Небом и Землей. Лечиться нам надобно сообща, и каждому в отдельности, а значит, найти себя настала необходимость. Заниматься надо собой, учиться, гореть надо мечтою, зажигая хворост, сложенный терпением и постоянною работою. В каждом из нас есть силы достичь созидающего центра вселенной, в которую можно запрыгнуть в любой точке пространства, и живет она в тебе и во мне, и там, и здесь, ее надо лишь только увидеть, ею надо стать.