Тема 17. Принцип развития. Основные концепции и законы развития

Тема 18. Философия природы ( структурно-логическая схема последовательности изложения материала)

Персоналии:

Щ ЕРБАТОВ Михаил Михайлович (1733 – 1790) - действительный камергер, сенатор, писатель, публицист и историограф. Князь Щербатов был сыном генерал-майора князя Михаила Юрьевича и княжны Ирины Семеновны Сонцевой-Засекиной. Родился в Москве, где и получил свое первоначальное воспитание и образование. Его родители были богаты и принадлежали к древнейшим и знатнейшим семьям русской аристократии; своему сыну они дали тщательное и наилучшее, по условиям времени и места, образование: кроме обычно изучаемого всеми дворянами той эпохи французского языка, Щербатов знал немецкий и итальянский; его познания не ограничивались гуманитарными науками: философией, историей, мифологией и литературой, Щербатов был хорошо осведомлен по вопросам политическим, экономическим, финансовым, и даже по естествознанию и медицине. Словом, его образование отличалось разносторонностью и широтой. В силу общественного положения Щербатову была обеспечена блестящая карьера, а своими личными качествами он привлек внимание Екатерины II, которая считала его одним из умнейших людей в империи. Князь Щербатов принимал активное участие в работе «Комиссии по созданию Нового Уложения», открытой Екатериной II в 1764. Кроме того, его перу принадлежит множество статей и книг по самым различным вопросам в области общественного устройства. Щербатов создал также многотомную «Историю российскую с древнейших времен». В 1783—1784 Щербатов сочинил свой единственный роман — утопию «Путешествие в землю Офирскую г-на С., швецкого дворянина». В нем Щербатов подробно высказал свои взгляды на прошлое и современное ему настоящее России, а также воспроизвел те идеалы, которые только намечались или отчасти развивались в его предыдущих произведениях. В описании царства Офирского Щербатов постоянно имеет в виду Россию — ее строй. Это идеальная, по понятию Щербатова, родина; устраненные офирцами в разное время недостатки — те же, что он указывал и в России в области государственного устройства и общественной жизни. Царство Офирское — наследственная монархия со строго сословной организацией. К службе государства допускаются только дворяне, а вельможами могут быть исключительно представители чиновной родовой аристократии: они «суть прямо правители государства», от них зависит «соделать счастливыми подчиненных им людей»; они имеют массу привилегий и поставлены особо и высоко над всей народной массой, которая и «чтит в первых добродетель, потом закон, а после царя и вельмож». Кроме вельмож и дворян, в Офирской земле существуют еще строго разделенные между собой сословия: купцов, мещан, крестьян или рабов и военных; но их интересы принесены в жертву дворянству. Каждое сословие имеет круг своей деятельности, сообразно тому, как это указывал Щербатов в заседаниях Комиссии, имеет свои особые права и даже особую подготовку к жизни в сословных школах. Управление страной и ее образованием сосредоточено в столице и носит все черты «полицейского» государственного строя, приближающегося к русскому, каким он был в 18 столетии, но только с расширением прав Сената, пополненного выборными от дворянства и обладающего правом вета. Военные силы офирцев организованы в виде военных поселений, так что здесь Щербатов предвосхищает идеалы Аракчеева и Клейнмихеля. Образование преследует чисто практические цели, и вместо Закона Божия, литературы и философии офирцы изучают два катехизиса: «нравственный и законный». Учащиеся тщательно ограждены от остального общества, и всякое их соприкосновение с ним внимательно наблюдается: даже в школу и из нее ученики отправляются «в сопровождении пожилого уже и почтенного человека». Религия и ее нравоучение изгонялись, их должны были заменить рассудочные предписания, доказывающие человеку справедливость и выгоду добродетели. Сообразно нравоучению поставлено в государстве Щербатова и вероучение. Религия в нем преследует охранение порядка, спокойствия; она часть полиции и офирские священники — полицейские чиновники, вмешивающиеся даже в семейную жизнь членов идеального государства.

ЛЕВШИН Василий Алексеевич (1746-1826), русский прозаик, переводчик и ученый-экономист, автор 160 книг (преимущественно хозяйственно-практического содержания). Родился в деревне Темрянь (Калужской губернии), с 18-летнего возраста поступил на военную службу, принимал участие в турецкой кампании 1768-74 гг., сразу по окончании ее вышел по болезни в отставку, целиком посвятив себя научной и литературной деятельности. С 1793 г. - непременный секретарь Вольного экономического общества в Санкт-Петербурге и член Саксонского экономического общества, Итальянской Академии Наук. Левшин известен как автор 10-томного издания «Русских сказок» (1780-83), в которых сделана попытка литературной обработки фольклорных текстов (книга ввела в обиход многих былинных героев); а также повести – «Новейшее путешествие, сочиненное в городе Белеве» (1784) - первого в русской литературе воображаемого путешествия на Луну, совершенного с использованием аппарата-махолета. Само же посещение нашей космической соседки россиянином Нарсимом и «ответный визит» на Землю «лунатиста» Квалбоко задуманы автором для обличения человеческих пороков и предрассудков (разумеется, отсутствующих в лунном государстве) и апологии царствования Екатерины II. По мнению современных исследователей, Левшин совершил эволюцию от «вольтерьянства» к верноподданичеству; отголоски и того и другого можно обнаружить и в его лунной одиссее.

ОДОЕВСКИЙ Владимир Федорович (1803 – 1869), князь, русский писатель, философ, музыковед и журналист. Получил образование в Московском университетском пансионе. В 1824 – 1825 вместе с В. К. Кюхельбекером издавал альманах «Мнемозина», а затем журнал для народного чтения. Был чиновником Комитета иностранной цензуры, директором Публичной библиотеки и Румянцевского музея в Петербурге, принимал участие в создании Русского музыкального общества. Литературное наследие Одоевского огромно и разнопланово по своей направленности. Он писал философские новеллы и музыковедческие эссе, рассказы-притчи и философские романы. Его философские взгляды сложились в 20-е гг. под влиянием философии Шеллинга в кружке, члены которого называли себя «Обществом любомудров». Идеалом этого общества было живое «цельное знание». Оно синтезирует все силы и способности человека: научные, художественные, религиозные, собирает и сам объект исследования – человека и природу, - разнесенный по многочисленным рубрикам специальных наук. Свою задачу члены кружка видели в создании «новой науки», в которой, по мнению Одоевского, должно ожить изначальное магическое отношение человека к миру, в котором сильна роль интуиции, сокровенного, внутреннего знания. Однако теперь эта глубина древнего чувствования мира должна была быть дополнена новейшими научными познаниями. Высшей точкой процесса познания является акт самопознания, которое, по мысли философа, «есть знание внутреннее, инстинктивное, не извне, но из собственной сущности души порожденное». Одоевский утверждал: «Великое дело понять свой инстинкт и чувствовать свой разум. В этом может быть, вся задача человечества». Прообраз такого внутреннего знания Одоевский находит в поэзии. Он считает, что в творческом акте поэту явлена самая сердцевина, сокровенность вещей и явлений, «душа мира», он дышит с природой «одной жизнью». Более того, в момент душевной сопричастности всему мирозданию поэт «не только властвует над природою, но и творит ее по своему образу и подобию». На этой основе Одоевский провозглашает тезис необходимости синтеза философии и поэзии в качестве основы «цельного знания». Причем идея «цельного знания» не направлена против дифференциации наук вообще, Одоевский протестует против «овнешненного» знания, против рациональности современной ему науки. Эта наука, по его мнению, охватывает лишь «первую оболочку мира» и не проникает в его суть («Мы все изучили, все описали и – почти ничего не знаем»). Эта мысль получила свое продолжение в романе «Русские ночи» (1844), где, созданный человеком вещный мир, гибнет под натиском природных стихий. Человек со всеми своими знаниями бессилен против силы природы и Высшей волей: «Страшно! Страшно! Где же всемогущие средства науки, смеющейся над усилиями природы?». Мысль о человеке-творце, человеке –хозяине мира реализуется Одоевским в романе-утопии «4338 год». В романе описывается далекое будущее, когда человечество сумело решить многие проблемы, стоящие перед ним. Укрощена атмосфера и теперь можно регулировать климат, побеждена вечная мерзлота, используются даже вулканы Камчатки. Люди покорили небо и чтобы спастись от перенаселения Земли освоили Луну. Все это стало возможным благодаря совместным усилиям всех ученых, которые создали единую науку о человеке и Вселенной. Но даже этот, казалась бы абсолютно счастливый и очень комфортный мир, оказывается не может противостоять силам природы, которую люди – герои романа так усердно стараются покорить. Этому миру угрожает опасность из космоса, к Земле приближается комета, которая грозит уничтожить все живое. И хотя ученые надеются поразить приближающуюся комету некими «военными снарядами», один из них говорит: «Признаюсь, хоть я и стараюсь показать, что не боюсь кометы, но меня очень пугает ее приближение». Наука оказывается бессильной, даже стеклянные рукописи, неподверженные тлению и хранящие все, накопленные человеком знания, будут неизбежно уничтожены приближающейся кометой. По мысли Одоевского человечество, не смотря ни на какие успехи науки должно жить в полном согласии с окружающей его природой, иначе, брошенная развиваться сама по себе, она «вдруг явится человеку с новыми, неожиданными им силами, пересилит его и погребет его под развалинами его старого, обветшалого здания».

С ПЕНСЕР (Spencer) Герберт (1820-1903) - британский философ и социолог. Спенсер отличался необыкновенной эрудицией и работоспособностью. Оставленное им наследие огромно. Фундаментальный десятитомный труд, задуманный как энциклопедический синтез всех наук на принципах эволюционизма, был опубликован в 1862-1896. Этот труд включал: «Основные начала» (1862), «Основания биологии» (1864-1867), «Основания психологии» (1870-1872), трехтомный труд «Основания социологии» (1876-1896), «Основания этики» (1879-1893), «Социология как предмет изучения» (1903). Творчество Спенсера с наибольшей полнотой воплотило основные идеи эволюционизма, оказало большое влияние на интеллектуальную атмосферу своей эпохи. Теоретические взгляды Спенсе ра формировались главным образом под влиянием достижений естественных наук, все чаще обращавшихся к идее эволюции. Так, в частности, Спенсер высоко оценил «Происхождение видов» Дарвина. Большое влияние на Спенсера оказали также труды Смита и Мальтуса, английских утилитаристов, проповедовавших идеи радикального буржуазного либерализма и индивидуализма. Основные идеи «синтетической философии» Спенсера звучат в конце 20 в. как анахронизм, но в свое время они были популярны. Идея всеобщей эволюции - центральный пункт мировоззрения Спенсера. Спенсер предлагает следующее определение центрального понятия своей философской системы: «Эволюция есть интеграция вещества, которая сопровождается рассеянием движения и в течение которой вещество переходит из состояния неопределенной, бессвязной однородности в состояние определенной, связной разнородности, а сохраненное веществом движение претерпевает аналогичное превращение». Предел, за который эволюция не может перейти, - равновесие системы. В случае нарушения равновесия начинается распад, который со временем переходит в новый эволюционный процесс. Все, что существует, проходит через этот цикл развития и распада. Спенсер выделяет три вида эволюционных процессов: неорганический, органический и надорганический. Все они подчиняются общим законам. Однако специфические законы высших фаз не могут быть сведены к законам низших фаз. Так, в надорганической эволюции выступают явления, которые не встречаются в неорганическом и органическом мире. Общество - часть природы, и в этом смысле такой же естественный объект, как и любой другой, оно не создано искусственно, в результате «общественного договора» или божественной воли. На этой основе Спенсер переходит от общего рассмотрения идеи эволюции к характеристике общественного развития. Социология завершает философскую систему Спенсера. В своих попытках раскрыть движущие силы социальной эволюции Спенсер так и не смог преодолеть дилемму номинализма и реализма. С одной стороны, он постоянно подчеркивал важную роль «человеческой натуры», с другой - так же ссылался на действие надындивидуальных сил, «социального организма», «искусственной среды». В итоге концепция факторов эволюции Спенсера отличалась крайним эклектизмом и послужила источником развития прямо противоположных социологических направлений. Философская система Спенсера оказалась слишком тесно связанной с духовной и интеллектуальной атмосферой викторианской эпохи. Другой причиной падения популярности Спенсера явилось то, что созданная им интеллектуальная конструкция была последней попыткой создания всеохватывающей философской системы. Эта форма интеллектуального творчества окончательно изжила себя к концу 19 в. Тем не менее, стремление Спенсера выйти за рамки абстрактных рассуждений по поводу общества, широко использовать данные общественных и естественных наук способствовали формированию новых стандартов научной деятельности в социологии. Начиная с 1950-х, вместе с развитием системных методов и возникновением неоэволюционизма, интерес к творчеству Спенсера и других эволюционистов стал возрастать.

ФЕДОРОВ Николай Федорович (1828-1903), русский мыслитель, представитель религиозно-философского направления космизма. Сын князя П.И. Гагарина и крепостной крестьянки; как незаконнорожденный Федоров получил отчество и фамилию по имени крестного отца. С 1854 по 1868 Федоров служил учителем истории и географии. С 1868 Федоров переходит на службу в Москву, где сначала становится помощником библиотекаря московской Чертковской библиотеки, а с 1874 переходит в Румянцевский музей. Занимая скромную должность дежурного по читальному залу, он постепенно заслуживает огромный авторитет у многочисленных посетителей этой библиотеки - виднейших ученых, писателей, философов. Федорова высоко ценили многие его современники (Достоевский, Л. Толстой, В. Соловьёв и др.). Федоров был известен своим аскетическим образом жизни, он считал грехом всякую собственность, а поэтому даже свое жалованье почти целиком раздавал нуждающимся. По этой же причине Федоров ничего не опубликовал из своих сочинений. Работу по подготовке к изданию философского наследия Федорова завершили его ученики и последователи, выпустившие два тома избранных отрывков и статей под названием «Философия общего дела» (1906, 1913). Свое учение, называемое «активным христианством», Федоров понимал как раскрытие «Благой Вести» в ее истинном практическом смысле, который выражается в призыве к активному преображению природного, смертного мира в иной, не-природный, бессмертный божественный тип бытия. Основу федоровского учения составляют идеи «регуляции природы» и «имманентного воскрешения». Высшим идеалом преображения (обожения) мира у Федорова является Царство Божье, достижение которого предполагает осуществление целого ряда задач: переход от эксплуатации к регуляции природы, овладение управлением космическими процессами; совершенствование организма человека; создание общества по типу «психократии» на основе сыновьего, родственного сознания, идея патрофикации, т.е. воскрешение всех прежде живших поколений. Реализация перечисленных задач мыслится Федоровым как «общее дело» всего человечества, осознавшего свою целостность, всеединство, ведущее к всеобщему братству и родству, преодолению «враждебного» состояния как в природе, так и в социуме. Федоров был убежден, что божественная воля действует через единую соборную совокупность человечества. В этом контексте одним из главных требований в учении Федорова является принцип «совершеннолетия в вере», предусматривающий собственное участие человека в деле преображения природного порядка бытия, включая общее дело по реальному восстановлению и преображению прежде живших поколений, основанное на идее перверсии естественного хода биологических процессов. В этой связи философия Федорова устанавливает своего рода культ предков (вплоть до проекта обучения и воспитания детей на кладбищах). Учитывая, что всем воскрешенным поколениям не уместиться на одной планете, Федоров в качестве неисчерпаемого резерва для заселения людей предлагает Космос. Для этого человечеству придется преодолеть земные силы притяжения, выйти в космос и расселиться в нем, что, безусловно, связано с необходимостью психофизиологического совершенствования человеческого организма, т.е. преображения человеком себя из «смертного, пожирающего и вытесняющего» существа в самосозидающее и бессмертное. Одним из условий подобных трансформаций является, по мысли Федорова, превращение питания в «сознательно-творческий процесс» создания своего тела из элементарных веществ и космической энергии. Философское наследие Федорова оказало влияние не только на русскую философскую традицию (В.С. Соловьёв называл Федорова «учителем и отцом духовным»), но и на аксиологические приоритеты русского искусства (Достоевский, Л.Н.Толстой, В. Брюсов, Хлебников, К. Клюев и др.).

ЧАЙКОВСКИЙ Петр Ильич (1840—1893) — выдающийся русский композитор. Образование получил в училище Правоведения в Петербурге (1850—59). В 1859, по окончании училища, Чайковский поступил на службу в министерство юстиции. Но из попытки стать чиновником ничего не вышло; с детства проявившиеся и культивируемые в годы учения в училище Правоведения музыкальные способности взяли верх, и Чайковский поступил сперва в основанные А.Г. Рубинштейном музыкальные классы, а затем в консерваторию (1862), которую и окончил в 1865 (выпускная кантата на стихи Шиллера «К радости»). В 1866 Чайковский по приглашению Н.Г. Рубинштейна начал вести преподавательскую работу (по классу теории и композиции) в Московской консерватории. С 1865 начинаются и постепенно умножаются публичные исполнения произведений Чайковского. В конце 1877 в итоге неудачной женитьбы и нервного потрясения Чайковский уехал за границу. С этого момента начинается полоса скитальчества в его жизни — постоянных переездов из города в город, из страны в страну и вместе с тем полоса напряженнейшей творческой деятельности (спешка с окончанием одного произведения перед началом другого). С 1885 Чайковский принимал участие в работе Московского отделения Русского музыкального общества (в 1885 он был избран директором Общества), а с конца 1887, особенно в период заграничных гастролей (первая — в 1888), занимался и дирижерской деятельностью, имевшей большое значение в деле пропаганды им собственных произведений. Чайковский как творческая личность сформировался в последнюю треть 19 века, явившись гениальным выразителем идеологии русских интеллектуалов, столкнувшихся с ситуацией коренной ломки общественно-политических процессов в стране. Чайковский принадлежал к той части дворянской интеллигенции 70—90-х гг. 19 века, которая, находясь в оппозиции к официальной «охранительной» идеологии, вместе с тем идеализировала и оплакивала гибнущую дворянскую культуру. В этом заключался тот противоречивый узел творчески-напряженной идеологической направленности Чайковского, который обусловил трагический разрыв между композитором и действительностью, приведший его к пафосу отчаянья и отчужденности. Во всем многообразном творчестве Чайковского основным стержнем проходит эта взаимопроникающая противоречивая борьба, отображающая сложный процесс развития надломленной, неустановившейся идеологии дворянской интеллигенции, так и не сумевшей найти выход из противоречий своей эпохи. И чем больше Чайковский старался от нее отстраниться, тем острее и мучительнее чувствовал он безысходность в своем творческом пути. Отсюда — глубокий субъективизм Чайковского, отсюда — характерный для него трагический лиризм (не лишенный вместе с тем стилизаторских тенденций), переходящий в мрачный пафос напряженно-безысходной борьбы с «Роком» (4-я, 6-я симфонии, «Манфред», «Фатум» и др.), сочетаемый с характерным для Чайковского ужасом ощущения неизбежной «смерти» того общества, в котором он жил (6-я — т. н. «патетическая» симфония — грандиозный реквием гибнущей дворянской культуры). Характерная для мелодики Чайковский элегичность, скорбность, — отражение этой скованности и тоски по безвозвратно ушедшему и им же романтически-идеализированному прошлому; «...вся жизнь, — писал Чайковский фон Мекк, — есть непрерывное чередование тяжелой действительности со скоро проходящими сновидениями и грезами о счастье...». Напряженная напевность и страстность мелодики Чайковского, бурный драматизм его монументальных симфонических построений, решительное господство принципа диалектического становления и соответствующего порядка техники симфонического развития — отличительные черты лучших произведений Чайковского (4-я, 5-я, 6-я симфонии, «Пиковая дама» и др.). Гипертрофированная нервная чувствительность, глубокая, почти «надрывная» искренность раскрытия личного мира «художника-пророка», огромная сила раскрываемых им символических образов, неровная, порывистая, но всегда почти увлекающая динамика его музыкального языка, который Чайковский всегда стремился сделать максимально-непосредственным, а следовательно волнующим и доступным, — все эти черты творческой деятельности Чайковского естественно нашли живейший отклик в широчайших кругах русской интеллигенции 80—90-х гг. 19 столетия. Чайковский буквально становится властителем дум и чаяний мятущейся интеллигенции этой эпохи политического б езвременья.

УМОВ Николай Алексеевич (1846 – 1915), русский физик-теоретик, профессор, преподавал в Новороссийском (Одесском) и Московском университетах. Основные труды: «Эволюция мировоззрений в связи с учением Дарвина», «Роль человека в познаваемом им мире». Умов был основателем учения о локализации и движении энергии, занимался термомеханическими явлениями в упругих твердых телах. Кроме того, умов является автором работ по теории относительности, экспериментальному изучению поляризационных свойств света, рассеянного мутными средами, земному магнитизму и т.д. Умов стремился расширить границы применения науки, по-новому сформулировать главные ее задачи. Для него научное знание приобретало поистине всечеловеческое и вселенское значение, помещаясь им в авангард борьбы с накатывающимся на все живое валом энтропии, хаотической мертвой материи. Сам Умов считал, что «физику поистине приличествует звание философа». С этих позиций Умов старался дать объяснение теории эволюции. Появление жизни Умов считал случайностью, но той случайностью, которая в настоящее время движет судьбы Вселенной. Обладая стройностью и увеличивая качество этой стройности во все новых и новых живых существах, жизнь гармонизирует мертвую материю, собирает и претворяет рассеянную в пространствах энергию в органические ткани. Жизни постоянно угрожает «неумолимый вал энтропии». В ответ она создает все новые живые существа, все совершеннее и сложнее прежних. Наконец, в предельном усилии, в высшем творческом порыве живая материя создает человека, который во всеоружии разума и научного знания, нравственности и мощной способности к творчеству становится новым противником энтропии. Однако человек менее всех прочих живых существ приспособлен к природной среде, поэтому он не может довольствоваться ее «естественными предложениями». Человек создает себе «вторую природу» в искусственных орудиях, жилищах, машинах и т.п. Ничего не получив от природы он все творит сам. Умов очень остро переживал хрупкость жизни посреди всесильного, все умерщвляющего хаоса, он тяготился физическим несовершенством человека, его беспомощностью перед старостью, болезнью и смертью. Поэтому в его учении столь силен «технический пафос». Ведь изобретая орудия, творя «вторую природу», человек «неизменно борется» с невечностью, силится преодалеть смерть «в создаваемых им механизмах» и чаяние «вечной жизни» воплотить в «перпетуум-мобиле». Для Умова машина – соратник и друг человеку. Она не бесчувственный расчленитель живого, ее задача состоит в том, чтобы «распространить стройность», т.е. как раз начало жизни, организации, на «неорганизованную материю», на мертвое косное вещество. Машина спасает мертвую материю, которая необратимо, неизбежно, согласно второму закону термодинамики, катится к хаосу, к энтропии.

МОРГАН (Morgan) Конви Ллойд (1852 – 1936), английский биологи и психолог; с 1884 – профессор в Бристоле; неореалист, близкий по своим взглядам к философии С. Александера. Развитие является не только рядом непрерывных восходящих движений, обеспеченных благодаря результирующей (the resultant), но, кроме того, и возникновением совершенно новых закономерностей и рядов развития, вызываемых посредством восходящего (the emergent). Поскольку каждый физический объект одновременно является и психическим, то сознание относится также к восходящему развитию, которое как целое указывает на существование Бога-творца и на божественный план в устройстве мира.

С ОЛОВЬЁВ Владимир Сергеевич (1853-1900), русский философ. Окончил Московский университет. В 1870-е защищает магистерскую и докторскую диссертации, преподает. В связи с публичным призывом к помилованию убийц императора Александра II вынужден прекратить академическую карьеру. В 1880-е занимается активной публицистической деятельностью. В 1890-е обращается к систематической разработке своей философии. Основные сочинения: «Духовные основы жизни» (1882-1884), «Великий спор и христианская политика» (1883), «История и будущность теократии» (1886), «Три речи в память Достоевского» (1881-1883), «Русская идея» (1888), «Россия и Вселенская церковь» (1889), «Национальный вопрос в России» (1883-1891), «Смысл любви» (1892-1894), «Оправдание Добра. Нравственная философия» (1897), «Первое начало теоретической философии» (сб. статей, 1897- 1899), «Три разговора» (1899-1900) и др. Уже современники воспринимали Соловьева как загадочную и таинственную личность. Соловьев обладал несомненными способностями медиума (поэма "Три свидания"). Как поэт является предшественником поэтики русского символизма. Особое значение для творчества Соловьева имели платонизм, патристика, немецкая мистика, Шеллинг, Гегель, славянофильство и др. Однако как мыслитель Соловьев проявлял предельную самостоятельность в стремлении адаптировать идеи изученных им философов к собственному мировоззрению, важнейшей чертой которого является универсализм. Выступив в период, когда перед русской общественной мыслью встала задача органического синтеза накопленного материала, Соловьев создал первую русскую категориально-понятийную систему, не сводимую к какой-либо одной традиции. Основным делом жизни Соловьева стало создание христианской православной философии с тем, чтобы «ввести вечное содержание христианства в новую, соответствующую ему, т.е. разумную безусловную форму», форму свободно-разумного мышления, когда философский синтез включает в себя и то, что содержит вера. Будучи с самого начала убежденным, что «философия в смысле отвлеченного, исключительно теоретического познания окончила свое развитие и перешла безвозвратно в мир прошедшего», Соловьев считает необходимым построение новой философии как выражения «цельной жизни», получающего свое исходное содержание от религиозного знания, или знания существенного всеединства. Новая философия строится Соловьевым методом «критики отвлеченных начал» - т.е. всякого рода односторонностей, частных идей и принципов жизни (эмпиризм, рационализм, экономизм, клерикализм и т.п.), которые пытаются заменить целое и в итоге теряют истину. Выявление ограниченности этих начал предполагает и определение законного места каждого из них в высшем органическом синтезе, верховным принципом которого выступает положительное всеединство. Соответственно предметом философии является не бытие как таковое, а то, чему бытие принадлежит, т.е. безусловно сущее как начало всякого бытия. Конечным итогом должна стать организация всей области истинного знания в полную систему свободной и научной теософии - всестороннего синтеза преодолевших свою отвлеченность теологии, философии и науки, причем в основу синтеза кладется нравственный элемент, что предполагает отказ от гносеологизации философии и построение ее не столько как абстрактной теории, сколько как философии жизни, практически направленного знания. Философия, по мысли Соловьева, есть прежде всего свобода и духовное освобождение и благодаря этому она делает самого человека именно человеком. Соловьев изначально был ориентирован на разработку синтетической метафизики, где каждое начало находит свое место в гармоническом единстве, с целью выяснения смысла бытия как его укорененности в Боге (тема «оправдания твари») в контексте построения теории бытия и жизни в качестве всеобщего и целостного организма с явными пантеистическими интенциями. Доминирующими и в чем-то противоречащими друг другу являются здесь два ряда идей: учение об Абсолюте (всеединстве) и учение о Богочеловечестве. Настоящим предметом метафизики, считает Соловьев, является не бытие, а сущее (Абсолют, Бог), которому бытие принадлежит. Бытие относительно, сущее (сверхсущее) абсолютно, оно выше любых признаков и определений, представляя собой положительное ничто, поскольку не есть что-нибудь, и все, поскольку не может быть лишено чего-нибудь, оно есть положительная возможность, сила и мощь бытия. Бытие по отношению к абсолютному есть его другое, т.е. сущее - это единство себя и своего отрицания или любовь как самоотрицание существа и утверждение им другого, но этим самоотрицанием осуществляется высшее самоутверждение. В этом ключе Соловьев разрабатывает понятие положительного всеединства, учение о котором выступило ведущей линией русского философствования. Всеединство есть такое состояние, в котором единое существует не за счет всех или в ущерб им, а в пользу всех, это некое гармоническое единство множеств, идеальный строй бытия, определяющий направленность его эволюции. Раскрывая динамику всеединства, Соловьев утверждает, что в абсолютном можно различить два полюса (центра) - абсолютное как таковое и абсолютное как становящееся всеединое или идея, сущность, потенция, первоматерия бытия, воплощающаяся в реальную действительность. Именно здесь наиболее явен пантеизм Соловьева, ибо фактически он снимает идею творения мира и утверждает его изначальную единосущность Богу. Определив бытие как соотношение сущего и сущности, Соловьев выделяет его модусы (воля, представление, чувство) и от них заключает к модусам всеединства - благу, истине, красоте, через которые осуществляется возвращение раздробленного мира к Абсолюту. Космогонический процесс у Соловьева - последовательность «повышений бытия». Актуально этот процесс проходит через три ступени явления Логоса (абсолютного в его саморазличении), что позволяет совместить концепцию Соловьева с догматом Трехипостасности и одновременно (богочеловек Христос как конкретный Логос) связать сущее с человеком. Особое место в онтологической модели Соловьева занимает учение о Софии, божественной премудрости, ставшее основой софиологического направления русской философии, а также ведущей темой символической поэзии. Концепция Софии Соловьева весьма темна и противоречива и довольно трудно согласуется с учением о Св. Троице. София трактуется и как мировая душа, и как вечная женственность, и как тело Христово, т.е. Церковь, и как воплощенная в образе Св. Девы Марии. В конечном счете София (единство - все в себе заключающее) выступает началом, объединяющим тварный мир и Абсолют, это непосредственное воплощение Абсолюта в мире и одновременно идеальный человек, реальная опора индивида в преодолении хаоса тварного мира. Осуществив глубокий философский синтез, Соловьев определил последующие пути развития русской религиозной и философской мысли. Соглашаясь или отталкиваясь, большинство русских мыслителей 20 в. разрабатывало темы и мотивы, обозначенные Соловьевым (в особенности метафизика всеединства, софиология, историософия и др.).

ЦИОЛКОВСКИЙ Константин Эдуардович (1857- 1935) - мыслитель эзотерической ориентации, ученый-самоучка из русской провинции, разрабатывавший теоретические основы космонавтики и философские проблемы космологии. В 1879 сдал экзамен на звание народного учителя. До 1920 преподавал математику в школах Боровска и Калуги, занимался научно-исследовательской деятельностью. В конце 1920-х становится бесспорным лидером новых направлений в науке - астронавтики и ракетной динамики. Основные сочинения; «Грезы о Земле и небе» (1895), «Нирвана» (1914), «Горе и гений» (1916), «Монизм Вселенной» (1925), «Причина Космоса» (1925), «Будущее Земли и человечество» (1928), «Общественная организация человечества» (1928), «Воля Вселенной. Неизвестные разумные силы» (1928), «Ум и страсти» (1928) и др. Никакие авторитеты, кроме «авторитета точной науки», по Циолковский, не могут способствовать пониманию его идей. Они - логический результат всей современной ему системы естественнонаучных знаний («математики, геометрии, механики, физики, химии, биологии и их приложений»). По мнению Циолковского, ни материализм, ни религиозный дуализм не в состоянии разрешить проблему смысла Вселенной. Провозглашая космический пантеизм, понимая атомы как неуничтожимые элементы материи, обладающие чувствительностью и зачатками духовности, Циолковский утверждал, что жизнь и разум выступают атрибутами материального мира. Чувствительность атомов, по Циолковскому, «у высших животных велика и носит условное название жизни или бытия, у низших - слабее (почти не существует), так же как и у растений. В неорганической природе это ощущение так мало, так незаметно, что носит название небытия, смерти, покоя... Но... абсолютно нулевого ощущения ни при каких условиях быть не может». Космос состоит из одинаковых по своему строению атомов, подчиняется единым физическим закономерностям и химически однороден. «В математическом же смысле, - утверждал Циолковский, - вся Вселенная жива». Бесконечные в жизнетворящих комбинациях, вечные во времени атомы гарантируют разуму космическое бессмертие. Социальные мыслящие существа различной степени совершенства - неизбежный продукт процессов развития космоса. Разумная жизнь на Земле - частный случай присущего материи стремления к прогрессивным изменениям. Критерием же высшей степени развития цивилизации, по Циолковскому, является способность трансформировать структуру Вселенной вкупе с сопряженными эволюционными процессами. Не имея конца в реальном времени, будучи единой саморегулирующейся системой, Вселенная Циолковского вырастает из стоящей выше Космоса нематериальной Первопричины. «...Вселенная в общем не содержит горести или безумия. Ее радость и совершенство производятся ею самою... Причина есть высшая любовь, беспредельное милосердие разума... Причина создала Вселенную, чтобы доставить атомам ничем не омраченное счастье. Она поэтому добра. Значит, мы не можем ждать от нее ничего худого...» Гениальным озарением явилось предощущение Циолковским трагической судьбы человека и человечества на Земле. С точки зрения Циолковского, познающие воля и разум человека способны сделать людей счастливыми. Препятствием выступают страсти - источник всех человеческих страданий. Именно страсти - от блаженства до агонии - лишают людей разумного умиротворенного существования. Принципиальное решение этой проблемы в планетарном масштабе Циолковский видел в создании посредством направленного биологического подбора «существа без страстей, но с великим разумом». Промежуточным этапом этого процесса Циолковский полагал выявление особо одаренных индивидов и создание для них действительно комфортных условий. В перспективе, по Циолковскому, самым уважаемым занятием людей станет интеллектуальный труд, а наиболее ценным продуктом - научное знание. Продумывая вплоть до мельчайших деталей гармоничный образ существования будущего общества, Циолковский, тем не менее, предполагал неизбежность обострения в дальнейшем в его границах «борьбы убеждений». Истина, с точки зрения Циолковского, способна указать на наилучшее общественное устройство. В идеальном обществе все члены в своей деятельности следуют одному, единой воле, единой идее: такое общество - как бы одно существо. Конечный же результат эволюции людей Циолковский видел в преодолении ими собственной физической природы, трансформацию в «небывалое разумное животное», способное «обитать в пустоте, в эфире, даже без тяжести, лишь бы была лучистая энергия». Только в таком облике человек, по Циолковскому, будет достоин контакта и союза с иными разумными силами Вселенной, равноправного участия в едином космическом содружестве. Согласно Циолковскому, «нравственность Земли такая же, как и небес, - устранение всяких страданий... Единение избавит народ от войн и других видов самоистребления (или ослабления), укажет на общий алфавит и язык, научит каждого гражданина и даст ему знания, сообразные его умственным силам. Оно обеспечит благосостояние и сделает всех счастливыми... Если бессмертно земное существо и бессмертен наш мирок в прозрачном сосуде, то почему не может быть бессмертно и единое существо в своей прозрачной оболочке. Природа или разум человека со временем могут этого достигнуть. Я уверен, что зрелые миры вне Земли, давно уже дали таких существ: бессмертных, живущих солнечными лучами... будущее человеческое существо живет только солнечными лучами, не изменяется в массе, но продолжает мыслить и жить как смертное или бессмертное существо... Величайший разум господствует в космосе, и ничего несовершенного в нем не допускается». Эзотерическая утопия Циолковского - тема, развитию которой он посвятил всю жизнь. Именно эта задача оказалась ведущим стимулом для разработки Циолковским теоретических оснований ракетно-космической техники. В этом контексте приобрели особое звучание идеи Циолковского об универсальной космической этике, о своеобычной «круговой поруке» всех моральных существ, о концентрации преобразующих трудовых усилий всех носителей разума. Люди у Циолковского - часть Космоса. Жизнь в нем, в общем, совершенна и разумна. Живя жизнью Вселенной, по Циолковскому, они должны быть счастливы.

А ЛЕКСАНДЕР (Alexander) Сэмюэл (1859-1938) - английский философ-неореалист. Родился в Австралии, переехал в Англию в 1877. Профессор университета в Манчестере (1893-1923). Один из авторов теории «эмерджентной эволюции». Основные работы: «Моральный порядок и прогресс» (1889), «Птолемеевский и коперниканский взгляды на место духа во Вселенной» (1909), «Ощущения и образы» (1910), «Основание реализма» (1914), «Пространство, Время и Божество» (в четырех книгах, 1920), «Несколько разъяснений» (1921), «Красота и другие формы ценности» (1933), «Историчность вещей» (1936) и др. Пафосом творчества Александера было «дать ясное описание» мира, в котором мы живем, передвигаемся и мыслим. В статье «Птолемеевский и коперниканский взгляды на место духа во Вселенной» Александер подверг критике философский идеализм, особенно в лице Канта. Согласно Александеру, «коперниканская революция» Канта, поместившая субъект в фокус системы эмпирической реальности и познания, по сути явила собой «птолемеевскую контрреволюцию»: дух превратился в центр действительности. Дух же, по мнению Александера, - лишь наиболее развитая часть Вселенной, выступающая одним из свойств вещей. Утверждая собственный «новый реализм», Александер писал: «Реализм избегает антропоморфизма; помещает человека и сознание на подобающие им места в мире конечных вещей; с одной стороны, лишает физические вещи окраски, которую им придало суетное или самонадеянное сознание; с другой стороны, устанавливает их границы с сознаниями, исходя из меры их собственного существования». Для подобного реализма присущ натурализм, трактующий человека как лишь одну из конечных вещей (а не как господина универсума). Стремясь преодолеть присущие натурализму установки на «обеднение» и «обесценивание» сознания, Александер использовал идею «эмерджентной эволюции», восходящую к Дж.Г. Льюису («Проблемы жизни и сознание» - 1875) и впоследствии эволюционистски интерпретированную Ч.Л. Морганом («Инстинкт и опыт» - 1912). В соответствии с моделью «эмерджентной эволюции» Александера, материя, как и жизнь, как и психика – «эмерджентно» («внезапно», «скачкообразно») возникли из «пространства-времени» А. Эйнштейна – Г. Минковского. Эта эволюция, по Александеру, инициируется и направляется неким идеальным импульсом – «низусом» (лат. nisus, т.е. порыв - термин, встречавшийся уже у Лейбница и Гегеля), устремленным к новому. Согласно Александеру, «многие удовлетворяются, сказав, что это /возникновение нового/ есть дело Божества. Я не использую этого языка, ибо считаю его ненаучным, но соглашаюсь с его духом». («Вселенная, по Александеру, насквозь исторична, она - сцена движения».) Общность пространственно-временных точек, образующих действительность, породила, по Александеру, не только вещи с их качествами, жизнь, психику, ценности, «ангелов», но и самого Бога. Онтология Алеександеру элиминирует из «объема» «эмерджентной эволюции» все содержательные наполнения: в «сухом остатке» у Александера обнаруживается лишь «нераздельные» «пространство-время». (По мысли Александера, «не будет преувеличением сказать, что решение всех жизненно важных проблем философии зависит от решения вопроса о сущности пространства и времени и, конкретнее, об их соотношении друг с другом».) Вещи, по мнению Александера, начинаются в пространстве и времени и всегда остаются «конфигурациями» пространства и времени. Анализу «категорий» как всепроникающих и вездесущих свойств вещей, как определений первичного материала - пространства-времени, Александер посвятил вторую часть («О категориях») книги «Пространство, Время и Божество». Категории как признаки пространства-времени, остающиеся постоянными при всяких изменениях, - субстанция, взаимодействие, тождество, количество, целое, часть, универсальность, отношение и т.д. - Александер обозначал как «тот серый или нейтральный по цвету холст, на котором вышиты яркие цвета Вселенной». По Александеру, нет «конкретных сущих» и «универсалий» - всякое сущее есть «индивидуальное», т.е. сразу «конкретное» и «универсалия». Оно является «конкретным сущим», поскольку отлично от других вещей с таким же «общим планом строения», и «универсальным», ибо один и тот же план строения повторяется повсюду либо как строение того же самого конечного сущего (катящийся мраморный шарик сохраняет свою форму), либо как строение разных конечных сущих (все мраморные шарики одинаково устроены). Проясняя в третьей части («Порядок и проблемы эмпирического существования») книги «Пространство, Время и Божество» вопрос о «соотношении» эмпирических качеств вещей с лежащими в их основании движениями, Александер выходит на актуальнейшую проблему философии 20 века об отношении сознания и тела. Последнее отношение, по мнению Александера, состоит в том, что тот самый процесс, который воспринимается изнутри, или «переживается» как ментальный процесс, может быть созерцаем как нервный процесс. Физиологические процессы определенного уровня сложности суть акты сознания. Сознание есть новое качество, «объяснения» процесса возникновения новых качеств у нас нет - по Александеру, он «просто имеет место». (По мысли Александера, «живое тело является также физическим и химическим... Но новое качество жизни, которым оно обладает, не химично, не механично, но есть нечто новое. Так, части живого тела имеют цвет, но жизнь не окрашена; они материальны, но жизнь не материальна; материально лишь тело, которое живет».) Выяснение последовательности и количества стадий генерирования новых качеств - удел естествознания; философ-метафизик же удовлетворяется общим пониманием «уровня существования». Реальность у Александера распадается на множество уровней, каждый из них обусловлен непосредственно ему предшествующим, может быть выражен в его терминах, но не может быть на его основе «предсказанным». Функции же «познающего» (не обязательно человека) иерархизированы так: «наслаждение» собою; «созерцание» низших уровней действительности; «осведомленность» о вещах, однопорядковых с ним. «Познающий» более низкого ранга может у Александера лишь «предощутить» природу более высокого. Пространство-время, по мнению Александеру, постижимы лишь посредством априорной интуиции, выступающей основой и условием всякого ощущения; без нее невозможен никакой опыт. Одновременно, по схеме Александера, интуиция эмпирична, ибо, ничего не привнося в опыт, она лишь раскрывает его содержание. Обусловлено это тем, что пространство-время и его главные свойства первичны по отношению к сознанию. С точки зрения Александера, избыточная субъективизация релятивизма, порожденного теорией относительности, неверна: «... метафизически позиция релятивиста есть позиция солипсиста, или, скорее, тот же вопрос ставится, как в солипсистской теории познания». Материальность постигается у Александера посредством чувства сопротивления, не предоставляющего людям конкретной информации о действительности, но при этом однозначно утверждающего нас в материальном аспекте последней. По Александеру, такое положение вещей лежит «по ту сторону» каких бы то ни было объясняющих реконструкций: «...существование возникших качеств, описанных таким образом, есть нечто такое, что должно быть принято с «естественным благочестием» исследователя... Оно не допускает объяснения». По сути, идеалистически интерпретируя теорию относительности, Александер утверждал, что «пространство-время есть система движений, и могли бы назвать пространство-время движением... Точки-моменты должны рассматриваться не как физические электроны, но как метафизические элементы... Они действительны, но, если простительно явное противоречие, они - идеальные действительности». («Точки-моменты» у Александера суть конечные единицы пространства-времени.) Общий ключ к пониманию философского мировоззрения Александера правомерно усматривать в его трактовке Бога как цели и недосягаемого предела «эмерджентной эволюции», Бога как «бесконечного мира с его стремлением к божеству». («Бог, с точки зрения Александера, это целый мир, обладающий качеством божественности. Целый мир является «телом» такого существа, а «божественность» его душой».) Александер не допускал придания Божественного статуса пространству-времени, пусть даже бесконечному и творящему. Последнему, по его убеждению, поклоняться невозможно и немыслимо. Философия может установить, что Бог как особая метафизическая сущность не существует. Но, полагал Александер, философия призвана вести к Божеству, а не в обратном направлении. «Я верю, - писал Александер, - что теистическая концепция Бога в конечном счете требуется фактами природы». Согласно Александеру, «философия, которая оставляет одну часть человеческого опыта в подвешенном состоянии, не найдя для нее места в мире истины, вызывает серьезные подозрения».

НЕСТЕРОВ Михаил Васильевич (1862 – 1942), живописец, представитель русского символизма и модерна, мастер религиозной живописи. Ученик В.Г. Перова, А.К. Саврасова, И. М. Прянишникова. Участвовал в Товариществе передвижных художественных выставок. Работы: «Избрание Михаила Федоровича на царство» (1886), «За приворотным зельем» (1888), «Пустынник» (1888—1889), «Видение отроку Варфоломею» (1889—1890), эскизы росписи Владимирского собора в Киеве (1890—1895), мозаики и иконы церкви Спаса на крови (Петербург, 1894—1897), «Великий постриг» (1897), росписи церкви храма Александра Невского в Абастумани (1902—1904), «Святая Русь» (1901—1906), росписи храма Марфо-Мариинской обители в Москве (1908—1911), «О.М. Нестерова» (портрет дочери, 1906), «На Руси» (1916), «Философы» (П. А. Флоренский и С.Н. Булгаков, 1917), «Автопортрет» (1928), «Художники П. Д. и А. Д. Корины» (1930), «Скульптор И. Д. Шадр» (1934), «Хирург С. С. Юдин» (1935), «Портрет академика И. П. Павлова» (1935), «Скульптор В. И. Мухина» (1940). Лауреат Государственной премии СССР (1941). Заслуженный деятель искусств России (1942).

В ЕРНАДСКИЙ Владимир Иванович (1863 — 1945) — русский и советский естествоиспытатель, минералог и кристаллограф, один из основоположников геохимии и биогеохимии, академик. Родился в Петербурге в семье профессора-экономиста И. В. Вернадского. В 1885 окончил Петербургский университет. В университете слушал лекции Д. И. Менделеева, В. В. Докучаева, И. М. Сеченова, П. А. Костычева, А. А. Иностранцева, А. И. Воейкова, А. М. Бутлерова, Д. П. Коновалова. Принимал участие в работе студенческих народнических кружков. С 1886 — хранитель минералогического музея Петербургского университета. В 1888—90 был в заграничной командировке. В 1885—90 работал в почвенных и геологических экспедициях и экскурсиях. С осени 1890 — приват-доцент минералогии Московского университета. В 1891 защитил диссертацию на степень магистра геологии и геогнозии. В 1897 защитил докторскую диссертацию. Со следующего года — профессор минералогии и кристаллографии Московского университета. В 1906 был избран адъюнктом Петербургской Академии наук. С 1909 — экстраординарный, а с 1912 — ординарный академик. Вернадский участвовал в земском движении в защиту высшей школы против консервативной политики министерства народного просвещения. Дважды избирался в Государственный совет от университета. В 1911 был в числе профессоров, ушедших из ун-та в знак протеста против политики министра народного просвещения Л. А. Кассо. С 1914 — директор Геологического и минералогического музея АН. В связи с первой мировой войной, в 1915 по инициативе группы академиков во главе с Вернадским была организована в составе Академии наук Комиссия по изучению естественных производительных сил России (КЕПС). В нее входили крупнейшие ученые: А. П. Карпинский, А. С. Фаминцын, М. А. Рыкачев, И. П. Павлов, Н. С. Курнаков и др. Комиссия под председательством Вернадского в том же году начала систематические поиски новых месторождений полезных ископаемых, изучение энергетических ресурсов и т. д. После Октябрьской революции Комиссия по указанию В. И. Ленина начала большую работу по вопросам размещения промышленности (приближения ее к источникам сырья), изыскания всех видов сырья для промышленности, поисков и использования ископаемого топлива, электрификации. С июня 1917 Вернадский жил на Украине. Составил детальный проект организации Украинской АН, которая начала работать в 1919, после победы Советской власти на Украине. Он был первым президентом этой Академии. В 1920— 1921 — профессор Таврического университета (Симферополь). В 1921 возвратился в Петроград. В 1922 организовал Государственный радиевый институт (Петроград), директором которого был до 1939. В 1923—26 Вернадский ездил в заграничную командировку, был во Франции, Чехословакии и Польше, где читал лекции (в Карловом университете (Прага) и Сорбонне (Париж)) и проводил экспериментальные исследования в Радиевом институте М. Кюри-Склодовской (Париж). В 1926 Вернадский основал Комиссию по истории знаний АН СССР. Председателем последней он был до 1930. В 1926—30 Вернадский вновь возглавлял КЕПС, с которой все время не порывал связи. В 1927—29 ездил в командировку во Францию, Голландию, Чехословакию, Норвегию и Германию. В 1927 организовал в АН Отдел живого вещества, преобразованный в 1929 в Биогеохимическую лабораторию; директором этой лаборатории Вернадский был с момента ее основания. Вернадский также был одним из организаторов Комиссии по изучению вечной мерзлоты (1929—30), преобразованной затем в институт. На 17-м Международном геологическом конгрессе в Москве (1937) организовал Международную комиссию по определению абсолютного возраста геологических пород радиоактивными методами. Был избран вице-президентом этой комиссии. По инициативе Вернадского еще в 1921 был основан Метеоритный отдел при Минералогическом музее АН, преобразованный в Комиссию, а затем в Комитет по метеоритам, председателем которого он был с 1939. В том же году Вернадский совместно с другими учеными организовал Комиссию по изотопам; ее председателем он был с 1940. В 1943 Вернадскому была присуждена Сталинская премия за многолетние выдающиеся работы в области науки и техники. Он был членом Чехословацкой (с 1926) и Парижской (с 1928) академий наук, в которых имел своих учеников, состоял членом многих русских и иностранных научных обществ. Умер в Москве. Похоронен на Новодевичьем кладбище. В своих исследованиях Вернадский выдвинул крупнейшие научные проблемы, представляющие большое практическое значение. К их числу относятся проблемы рассеянных и редких элементов, поисков радиоактивных элементов, роли организмов в геохимических процессах, определения возраста горных пород, строения силикатов. В области кристаллографии наибольшее значение имеют его «Основы кристаллографии» (1904), в которых Вернадский развивает мысли о связи кристаллической формы с физико-химическим строением вещества. Минералогия, как указывал Вернадский, является химией и историей минералов земной коры. В противовес существовавшей до него точке зрения на минералы как на нечто статическое, как на часть установившейся «системы природы» в смысле К. Линнея, Вернадский предложил эволюционную теорию минералов, которая получила свое завершение в «Опыте описательной минералогии» (1908—22) и «Истории минералов земной коры» (1925). Целью минералогии, по Вернадского, является установление химического состава минералов; выяснение условий химических реакций, приведших к генезису минералов и их парагенезису (т. е. к тому или иному размещению и сочетанию минералов в связи с геологическими процессами); изучение условий изменения минералов в различных геологических сферах. Главным методом в минералогии Вернадский считал химический анализ и синтез минералов. Но в то же время, указывал Вернадский, необходимо параллельно пользоваться наблюдением в поле для выяснения парагенезиса и изучения псевдоморфоз. Рассматривая вслед за С. Аррениусом изоморфную смесь как твердый раствор, Вернадский предложил заменить в минералогии понятие изоморфизма понятием «изоморфные смеси» (1910). Вернадский отмечал, что большая часть минералов представляет собой изоморфные смеси и что существуют ряды химических элементов, которые в природе дают изоморфные смеси соединений, аналогичных по химической формуле. Такие ряды, которых он всего наметил 20, Вернадский назвал изоморфными. В каждый ряд им помещены элементы, которые в определенных условиях земной коры могут заменять друг друга при образовании общих для них минералов. При этом он установил, что изоморфные ряды не являются постоянными, а перемещаются и изменяются под влиянием изменения температуры и давления. Исследования Вернадского в области изоморфизма установили руководящие принципы, дающие возможность предсказывать, где и какие элементы можно встретить вместе, т. е. позволили сознательно подходить к изучению распределения химических элементов в породах и минералах как продуктах различных условий и процессов — магматических, метаморфических, осадочных. Это, в свою очередь, поставило на научную основу поиски месторождений полезных ископаемых. Особенно большое значение имеют его исследования строения важнейшей группы минералов — силикатов и алюмосиликатов, составляющих большую часть земной коры: полевых шпатов, слюд и других. Эти работы Вернадского, начатые еще в 1891, были собраны в книге «Земные силикаты, алюмосиликаты и их аналоги» (1937). До Вернадского алюмосиликаты рассматривались как соли кремневых кислот. Он установил, что окись алюминия может входить в состав сложных алюмокремневых кислот, и разработал свою теорию строения алюмосиликатов. Согласно этой теории в основе строения многих алюмосиликатов лежит общее для этих минералов каолиновое ядро, в состав которого входят 2 атома алюминия, 2 атома кремния и 7 атомов кислорода. Он рассматривает полевые шпаты, слюды, и другие алюмосиликаты как соли алюмокремневой кислоты. Теория каолинового ядра, которая была исключительно плодотворной при выяснении строения, генезиса и классификации алюмосиликатов, не потеряла своего научного значения и до настоящего времени. Современные рентгенографические исследования подтвердили основные положения минералогических представлений Вернадского. Вернадский создал новую науку — геохимию, имеющую своей задачей изучение истории химических элементов на нашей планете. Геохимия возникла на основе новой атомистики, новой химии и физики, в тесной связи с той генетической минералогией, которую развивал Вернадский в Московском университете. В строении земного шара Вернадский различал оболочки или геосферы, отличающиеся друг от друга физико-химическими свойствами и термодинамическими условиями. Геосферы он рассматривал как области подвижных физико-химических равновесий. Между геосферами, указывал Вернадский, как и между Землей и космосом, происходит обмен химическими элементами. С этой точки зрения он распределил все элементы периодической системы Менделеева на 6 групп в зависимости от их геохимической роли в строении и процессах земной коры: 1) благородные газы, 2) благородные металлы, 3) циклические элементы, 4) рассеянные элементы, 5) сильно радиоактивные элементы, 6) элементы группы редких земель. Вернадский указывает, что циклические элементы (С, О, Na, S, Ca, Fe и др.) участвуют в круговых процессах. «Эти циклы обратимы лишь в главной части атомов; часть же элементов неизбежно и постоянно выходит из круговорота. Этот выход закономерен, т. е. круговой процесс не является вполне обратимым» («Очерки геохимии», 1934, стр. 31). Остальные элементы участвуют в циклах в гораздо меньшей степени. Вернадский изучал также редкие и рассеянные химические элементы, которые, помимо нахождения в виде подмеси в изоморфных соединениях, встречаются часто в рассеянном состоянии. Он первым ввел в России спектральный метод анализа для решения геохимических задач. Много внимания уделил Вернадский изучению химического состава земной коры, океана, атмосферы. Он уточнил их химический состав, разбил все элементы по их распространенности в этих оболочках на декады, установил более точное содержание редких элементов в земной коре и т. д. В «Очерках геохимии» (1924—27, 1930, 1934) Вернадский, изложил историю кремния и силикатов, марганца, брома, йода, углерода, радиоактивных элементов в земной коре. Геохимию многих других хим. элементов дал его ученик А. Е. Ферсман, который показал исключительное значение геохимии для поисков полезных ископаемых. Радиогеологические исследования В. касаются роли радиоактивных элементов в эволюции земного шара. Он отрицал гипотезу Канта — Лапласа и поэтому не считал, что внутри земного шара имеется расплавленное ядро. Всю внутреннюю энергию земного шара, которая вызывает тектонические и вулканические явления, определяет миграцию химических элементов, Вернадский относил за счет энергии радиоактивного распада. Радиоактивные элементы находятся главным образом в гранитной оболочке. Под этой оболочкой, по Вернадскому, и образуются очаги магмы под влиянием радиоактивного тепла. Придавая очень большое значение радиоактивным элементам как источникам энергии, Вернадский, начиная с 1910, провел первые в России поиски месторождений радия и урана, первые химические исследования на радий и уран, а также выдвинул проблему определения возраста пород по радиоактивному методу. Проблеме радиоактивности он придавал огромное значение и непрерывно ею занимался. Еще в 1922 («Очерки и речи») Вернадский писал: «Мы подходим к великому перевороту в жизни человечества, с которым не может сравниться все им раньше пережитое. Недалеко время, когда человек получит в свои руки атомную энергию, такой источник силы, который даст ему возможность строить свою жизнь, как он захочет... Ученые не должны закрывать глаза на возможные последствия их научной работы, научного процесса. Они должны себя чувствовать ответственными за последствия их открытий. Они должны связать свою работу с лучшей организацией всего человечества». Изучая историю химических элементов в земной коре, Вернадский впервые обратил внимание на огромную роль живого вещества — совокупности растительных и животных организмов и микроорганизмов на Земле— в истории перемещения, концентрации и рассеяния химических элементов в земной коре, биосфере. Последние 20 лет своей жизни Вернадский посвятил изучению химического состава и распространенности животных и растительных организмов. Он поставил систематические экспериментальные исследования по выяснению роли организмов в перемещении хим. элементов в земной коре (биосфере) и создал новую науку — биогеохимию, имеющую большое теоретическое и практическое значение. Вернадский обратил внимание на существование организмов-концентратов Fe, Si, Ca, V и других химических элементов, на огромную роль микроорганизмов в процессах выветривания горных пород и на образование месторождений при участии организмов. Он дал определение биосфере и считал, что гранитная оболочка — это переработанные осадочные породы, т. е. «былые биосферы». Вернадский справедливо утверждал: «Связь состава организмов с химией земной коры и то огромное — первенствующее — значение, которое имеет живое вещество в механизме земной коры, указывает нам, что разгадка жизни не может быть получена только путем изучения живого организма. Для ее разрешения надо обратиться и к его первоисточнику — к земной коре» (Вернадский В. И., Биогеохимические очерки, 1940, стр. 19). Изучая геохимическую роль организмов в жизни земной коры, Вернадский пришел к выводу, что свободный атмосферный кислород, без которого по-другому бы шли все процессы на Земле, и земная кора имела бы другой облик, есть продукт жизнедеятельности зеленых растений. Основываясь на работах К. А. Тимирязева о роли растений в преобразовании лучистой энергии Солнца, Вернадский показал роль этой энергии в преобразованном живыми организмами виде в геологических и геохимических процессах земной коры. Вместе с замечательными идеями, вошедшими в науку, Вернадский высказал некоторые ошибочные положения. Он считал, что жизнь существовала вечно и никогда не могла возникнуть из неорганических веществ. Вернадский отрицал возможность синтеза живого белка. Его позиция подобна позиции приверженцев теории «жизненной силы», отрицавших возможность синтеза органических соединений. Позже Вернадский частично отказался от этих идеалистических положений. Рассматривая вслед за Р. Ж. Гаюи воду как минерал, Вернадский в своем труде «История минералов земной коры» дал минералогию воды. Здесь он показал, что природные воды неразрывно связаны с твердым веществом земной коры, с ее газовым режимом и организмами. Хотя земная кора дисимметрична в отношении резкого разделения вод суши и океанических бассейнов, Вернадский постоянно подчеркивал единство и взаимосвязь природных вод Земли. Таким образом, Вернадский показал, что гидрогеология — это наука не только о подземных водах, как полагали до него, но и о природных водах вообще. На протяжении почти всей своей деятельности Вернадский обращался к вопросам истории науки. Он читал лекции по истории естествознания, писал о М. В. Ломоносове, дал блестящий очерк истории кристаллографии и т. д. Его статьи по истории науки частично опубликованы в книге «Очерки и речи» (1922). Фактический материал, собранный Вернадским, представляет большой интерес. Он правильно подчеркивал, что в 20 в., являющемся периодом ломки коренных естественнонаучных представлений, история науки наталкивает на правильный путь решения многих актуальных проблем.

БУЛГАКОВ Сергей Николаевич (1871-1944), русский религиозный философ, богослов, экономист. Окончил юридический факультет Московского университета (1896). Профессор политэкономии в Киеве (1901-1906) и Москве (1906-1918). Депутат Второй государственной думы. В 1918 принимает священнический сан. В 1919 переезжает в Крым, где преподает политэкономию и богословие. С 1923 - в эмиграции, декан и профессор догматики русского Богословского института в Париже (1925-1944). Основные сочинения: «О рынках при капиталистическом производстве» (1897), «Капитализм и земледелие. Тт. 1- 2» (1900), «Основные проблемы теории прогресса» (1903), «От марксизма к идеализму» (1903), «Без плана» (1904), «Неотложные задачи (О союзе христианской политики)» (1906), «Героизм и подвижничество» (1909), «Два града. Исследования о природе общественных идеалов. Тт. 1-2» (1911), «Философия хозяйства» (1912), «Свет Невечерний» (1917), «Тихие думы» (1918), «Купина неопалимая» (1927), «Друг жениха» (1927), «Лествица Иаковля» (1929), «О Богочеловечестве. Трилогия («Агнец Божий», 1933; «Утешитель», 1936; «Невеста Агнца», 1945), «Апокалипсис Иоанна» (1948), «Философия имени» (1953) и др. Занял уникальное положение в духовной панораме своей эпохи, став типичным выразителем православного реформационного сознания. Начинал как марксист, однако стремление углубить марксову теорию привело Булгакова, особенно под влиянием гносеологии Канта, к разочарованию в идеях Маркса и переходу «от марксизма к идеализму». Решающее влияние на духовную эволюцию Булгакова имели учения B.C. Соловьева, Флоренского, Шеллинга. Философия, согласно Булгакову, есть саморефлексия или логическое начало жизни как не разгадываемой умом, а лишь переживаемой тайны бытия, единства логического и алогического, что приводит мысль к Абсолюту и сверхлогическому знанию, антиномии трансцендентного и имманентного, в попытках разрешить которую философия обращается к высшей форме опыта - опыту религиозному. Однако здесь заключена трагедия философии: стремясь создать систему, философ обнаруживает невозможность логической дедукции мира из самого себя. Закономерно, что в эмигрантский период Булгаков обращается к чисто богословскому творчеству, хотя и пронизанному философскими темами. Основной мотив философии Булгакова - оправдание мира, утверждение ценности и осмысленности здешнего бытия. Четко различая Абсолют и космос, что выражено в его исходном тезисе «...миру не принадлежит бытие - оно ему дано», Булгаков считает, что именно этим утверждается творческая сила и неистощимость мира. Представляя множество бываний, тварное бытие имеет универсальную подоснову - материю, т.е. духовную телесность, живоносное, рождающее начало всего многообразия мира. Исток и направленность творческой активности материи в контексте проблемы «Бог и мир» Булгаков раскрывает в учении о Софии, ядре его философии. В процессе эволюции Булгаков приходит к идее двух Софий (или двух ее центров). Первая, или Божественная, София есть душа, идеальная основа мира, всеорганизм идей или божественных замыслов. Вторая же, тварная, становящаяся София есть просвечивающий в самом мире лад бытия, потенциальная красота, которую призван осуществить человек. Булгакову с большим трудом, в основном логическими ухищрениями, удавалось преодолеть явный крен его софиологии к пантеизму, а также ее отдельные несоответствия догмату Трехипостасности. Необходимость решения задачи оправдания мира приводит Булгакова к пониманию его как объекта труда, хозяйства (домостроительства). Падшее бытие характеризуется борьбой жизни и смерти, организма и механизма, свободы и необходимости. Хозяйство и выступает как процесс (в перспективе охватывающий весь космос) расширения поля свободы, превращения материи в живое тело (организм), очеловечивания природы, иными словами, как культура, т.е. трудом реализуемый рост жизни. Возможность хозяйства вытекает из софийности природы, ее единосущности человеку, что раскрывается Булгаковым посредством анализа потребления, основанного на изначальном тождестве всего сущего («метафизическом коммунизме бытия»), и производства как взаимопроницаемости субъекта и объекта в силу их метафизической однородности. Высшее выражение софийности хозяйства - искусство как теургия (или софиургия). В процессе ософиения мира раскрывается и тайна познания, являющегося элементом самой жизни, где я и не-я изначально тождественны, причем в силу единства логического и алогического в жизни, мышление характеризуется антиномизмом. Софилогический анализ хозяйства явился матрицей, по которой Булгаков строил другие софиологии: пола, творчества, власти, смерти. Очевидно, что софиология Б. оборачивается антропологией, рассматривающей человека в качестве центра мироздания, микрокосма, соединяющего в себе относительное и абсолютное, что делает возможным как обожествление жизни, так и сатанинский соблазн самости.

Б РЮСОВ Валерий Яковлевич (1873 – 1924), русский поэт-символист. Родился в московской купеческой интеллигентной семье. Дед по матери писал стихи, драмы, повести; отец печатал стихи в мелких изданиях. Окончил курс в Московском университете на историко-филологическом факультете. Как поэт, выступил в 1894 г. в сборниках «Русские Символисты». Затем издавал отдельными книжками и брошюрами: «Поль Верлен. Романсы без слов. Перевод» (М., 1894), «Chefs d'oeuvre. Сборник" стихотворений» (М., 1895, 2-е доп. изд., М., 1896), «Me eum esse. Новая книга стихов» (М., 1897), «О искусстве. Статьи» (М., 1899), «Tertia Vigilia. Книга новых стихов» (М., 1900), «Urbi et orbi. Новые стихи» (М., 1903) и др. Под редакцией Брюсова, с его предисловиями и примечаниями, изданы Московским книгоиздательством «Скорпион»: «Александр Добролюбов. Собрание стихов» (М., 1900); А. Л. Миропольский, «Лествица» (М., 1903), «Письма Пушкина и к Пушкину. Новые материалы» (М., 1903). Критические, историко-литературные и библиографические этюды и рецензии Брюсов помещал в «Русском Архиве», «Ежемесячных Сочинениях», «Мире искусства», «Новом Пути» и др. (частью под псевдонимом Аврелий). В 1900—1903 гг. был секретарем редакции «Русского Архива»; с 1903 г. принимал деятельное участие в «Новом Пути», где, среди прочего, писал политические обозрения (националистически-консервативной окраски). Принимал активное участие в редактировании Московского критического журнала «Весы» и декадентских альманахов «Северные Цветы». Брюсов — один из наиболее ярких представителей русского «декадентства». Первый небольшой сборник его стихотворений не только назывался «Chefs d'oeuvre», но в предисловии, прямо заявлялось: «Печатая свою книгу в наши дни, я не жду ей правильной оценки ни от критики, ни от публики. Не современникам и даже не человечеству завещаю я эту книгу, а вечности и искусству». Своеобразную известность приобрело стихотворение: «Тень несозданных созданий колыхается во сне, словно лопасти латаний на эмалевой стене. Фиолетовые руки на эмалевой стене полусонно чертят звуки в звонко-звучной тишине. И прозрачные киоски в звонко-звучной глубине вырастают точно блестки при лазоревой луне. Всходит месяц обнаженный при лазоревой луне» и т. д. К творчеству Брюсова благожелательно относился Владимир Соловьев, написавший остроумную рецензию-пародию на первые опыты русского декадентства. Постепенно самовлюбленность Брюсова прошла. Вышедший в 1900 г. сборник стихотворений «Tertia Vigilia» посвящает сборникам «Русские Символисты» такие воспоминания: «Мне помнятся и книги эти как в полусне недавний день, мы были дерзки, были дети, нам все казалось в ярком свете. Теперь в душе и тишь и тень. Далека первая ступень. Пять беглых лет как пять столетий». В сборнике есть еще следы прежних напускных настроений. Посвящение книги Бальмонту гласит: «Сильному от сильного»; в отдельном стихотворении «К портрету К. Д. Бальмонта» поэт наружность своего друга и учителя характеризует так: «Угрюмый облик, каторжника взор», а внутренне аттестует и того лучше: «Но я в тебе люблю — что весь ты ложь». К всеобщему сведению сообщается: «Поклоняются мне многие в часы вечерние»; «Женщины, лаская меня, трепетали от счастия» и т. д. В книге имеются и своеобразные стихотворные: «Люблю дома, не скалы, ах, книги краше роз! Но милы мне кристаллы и жалы тонких ос». Однако, уже в этом сборнике определенно проявляется яркая индивидуальность поэта. В "Tertia Vigilia" источники вдохновения по преимуществу книжные: скифы, ассирийский царь Ассаргадон, Рамсес, Орфей, Кассандра, Александр Великий, Амалфея, Клеопатра, Данте, Баязет, викинги, свойства металлов, Большая Медведица и т. д. При всей своей искусственности, темы эти, видимо, захватывают поэта. Оригинальною и совсем не декадентскою чертою "Tertia Vigilia" является, отчасти навеянная Верхарном, любовь в городу. Воспевается городская жизнь в ее целом, даже электрические конки, как «вольные челны шумящих и строгих столиц», сеть телеграфных проводов, сложенный в кучи снег. Улица полна для поэта символического значения; в стенах домов он видит «думы племен охладелых»; весной ему кажется, что «даль улицы исполнена теней. Вдали, вблизи — все мне твердит о смене: и стаи птиц, кружащих над крестом, и ручеек, звеня, бегущий в пене, и женщина с огромным животом». Поэт полон веры в грядущее («Рассеется при свете сон тюрьмы и мир дойдет к предсказанному раю») и в роль своего поколения: «Нам чуждо сомненье, нам трепет неведом, мы гребень встающей волны». Во втором, наиболее значительном сборнике: «Urbi et orbi» гораздо больше пессимизма. «Уверенности прежней в душе упорной нет»; появляются совсем новые мотивы — сознание одиночества, горькое чувство по поводу того, что всех нас ждет забвение, признание, что «лишь растет презрение и к людям, и к себе». Наконец поэт заявляет, что все ему надоело, не исключая самого себя. Под влиянием усталости от прежних искусственных настроений, он все больше начинает интересоваться реальною действительностью: «Здравствуй жизни повседневной грубо кованная речь. Я хочу изведать тайны жизни мудрой и простой. Все пути необычайны, путь труда, как путь иной». В нем все растет уже обозначившаяся в «Tertia Vigilia» любовь к городу, интерес даже в газовым фонарям, к дыму труб и т. д. Не по-«декадентски» он присматривается к городской тяготе и нужде и весьма своеобразно отзывается на нее: вызывая, например, ангела с неба, он заставляет его помогать мальчику, который «из сил выбивается, бочку на горку не втащит никак». Любой сборник «гражданских» мотивов, столь модных в то время, могло бы украсить прекрасное стихотворение-диалог «Каменщик»: «Каменщик, каменщик, в фартуке белом, что ты там строишь? Кому? — Эй, не мешай нам, мы заняты делом, строим мы, строим тюрьму. — Каменщик, каменщик, с верной лопатой, кто же в ней будет рыдать? — Верно, не ты и не твой брат, богатый. Незачем вам воровать. — Каменщик, каменщик, долгие ночи кто ж проведет в ней без сна? — Может быть, сын мой, такой же рабочий. Тем наша доля полна. — Каменщик, каменщик, вспомнит пожалуй тех он, кто нес кирпичи. — Эй, берегись, под лесами не балуй... знаем все сами, молчи». В связи с интересом к городскому быту Брюсовым оригинально разработана народно-городская и фабричная песня — так называемая «частушка». В «Urbi et orbi» есть целый раздел: «Песни», обративший на себя особенное внимание критики того времени, частью приветливо, частью весьма сурово отнесшейся к этим «песням» как к фальсификации. «Песни» написаны в псевдолубочной форме: «Как пойду я по бульвару, погляжу на эту пару, подарил он ей цветок — темно-синий василек»; но именно эта внешняя лубочность придает «Песням» жизненный отпечаток. Фабричный, поющий: «И каждую ночь регулярно я здесь под окошком стою, и сердце мое благодарно, что видит лампадку твою», говорит именно тем языком, каким он выражается в жизни, — и это его нежности придает особенную трогательность. Есть в «Песнях» вещи действительно фальсифицированные, вроде казенно-патриотической «Солдатской», но есть и вещи замечательно-стильные и колоритные (например мнимо-«Веселая» песня обитательницы дома «с красненьким фонариком»). Тем не менее, для сборника по прежнему характерен ряд модернистских особенностей, например, такое достаточно претенциозное заявление: «И девы и юноши встали, встречая, венчая меня, как царя». Большой раздел этого сборника, «Элегии», весь пронизан эротическими мотивами. Брюсов в предисловии к «Tertia Vigilia» протестует против зачисления его в «ряды защитников каких-либо обособленных взглядов на поэзию». «Я равно люблю и верные отражения зримой природы у Пушкина или Майкова, и порывания выразить сверхчувственное, сверхземное у Тютчева или Фета, и мыслительные раздумья Баратынского, и страстные речи гражданского поэта, скажем, Некрасова». Главная задача «нового искусства» — «даровать творчеству полную свободу». Выступив в брошюре «О искусстве» с решительным заявлением, что «в искусстве для искусства нет смысла», он позднее, в предисловии к «Tertia Vigilia», высказывает убеждение, что «попытки установить в новой поэзии незыблемые идеалы и найти общие мерки для оценки — должны погубить ее смысл. То было бы лишь сменой одних уз на новые. Кумир Красоты столь же бездушен, как кумир Пользы. На самую сущность искусства Брюсов смотрел мистически, как на особого рода интуицию, которая дает «ключи тайн». Следуя Шопенгауэру, он приходит к убеждению, что «искусство есть постижение мира иными, не рассудочными путями. Искусство есть то, что в других областях мы называем откровением. Создания искусства — это приотворенные двери в Вечность». Из «голубой тюрьмы» бытия, по выражению Фета, есть «выходы на волю, есть просветы». «Эти просветы — те мгновения экстаза, сверхчувственной интуиции, которые дают иные постижения мировых явлений, глубже проникающие за их внешнюю кору, в их сердцевину».

РЕРИХ Николай Константинович (1874 — 1947), художник, писатель, путешественник, общественный деятель, философ. Основные сочинения: Цветы Мории. Берлин, 1921; Пути благословения. Рига, 1924; Нерушимое. Рига, 1934; Врата в будущее. Рига, 1936; Из литературного наследия. М., 1974; Алтай—Гималаи. М., 1974; Избр. М., 1979; Зажигайте сердца. М., 1990; О Вечном... М., 1994. Родился в Петербурге, в семье юриста. В 1893 окончил Гимназию фон Мая — одно из лучших частных учебных заведений Петербурга. По окончании гимназии поступает сразу в два учебных заведения Петербурга — в Академию художеств и на юридический факультет университета. В 1897 оканчивает академию и приобретает широкую известность как оригинальный и самобытный художник. Осенью 1901 произошло знаменательное событие в жизни Рериха: его женой стала Е.И. Шапошникова, правнучка М.И. Кутузова, двоюродная племянница композитора М.П. Мусоргского. С 1909 Рерих — действительный член Академии художеств. С 1910 — председатель общества «Мир искусства». Еще в 1916 Рерих тяжело заболел пневмонией и вынужден был поселиться в окрестностях Петрограда, в Сердоболе (Сортовала), и оттуда лишь изредка приезжал в Петроград. Когда финский фронт отрезал Сердоболь от Питера, Рерих оказался отрезанным от Родины. Началась жизнь семьи Рерихов в эмиграции. В течение года они живут в Лондоне, затем переезжают в США. В 1923 переезжают во Францию, а потом в Индию. Начинается беспримерное в истории востоковедения путешествие Рериха по маршруту Индия — Гималаи — Тибет — Алтай — Монголия — Китай — Тибет — Индия. Длилось это путешествие 5 лет (с 1923 по 1928). Результаты экспедиции превзошли все ожидания. Был собран гигантский этнографический, зоологический, лингвистический и религиоведческий материал. Для его разработки был создан гималайский институт научных исследований «Урусвати» во главе с Рерихом, установивший связи со многими научными центрами мира. В 1929 Рерих обращается к мировому сообществу с инициативой по заключению международного правового пакта о защите культурных ценностей при вооруженных столкновениях (т.н. «Пакт Рериха»). Инициатива Рериха получила мощную международную поддержку, однако лишь в 1954 была принята, на основе рериховского пакта, «Гаагская конвенция 1954 о защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта». Живя за границей, Рерих всегда оставался патриотом своей страны и верил в ее счастливое будущее. Так, во время своего центрально-азиатского путешествия он совершил в 1926 поездку в Москву, где встречался с Чичериным, Крупской, Луначарским и передал им послание махатм — духовных учителей Востока. Вплоть до последнего дня своей жизни Рерих стремился вернуться на Родину. Смерть не дала осуществиться задуманному. Рерих скончался в долине Кулу в Индии. Надпись на камне возле его дома гласит: «15 декабря 1947 г. здесь было предано огню тело Николая Рериха — великого друга Индии». Духовное учение, провозглашенное Е.И. и Н.К. Рерихами, носит название Агни-Йога (или «Живая Этика»). В ее основе лежит идея закономерной эволюции Космоса, органической составной частью которого является эволюция человека и всего человечества в целом. Смыслом эволюции человечества является духовное просветление и духовное совершенствование с целью выхода из-под власти узкоматериальных интересов на широкую дорогу духовно-космического творчества и со-творчества Основой духовной эволюции земной цивилизации должен стать универсальный синтез западной и восточной культур, современного и древнего сокровенного знания, науки и религии. Особое место в осуществлении подобного синтеза принадлежит России. В своих собственных книгах Рерих развивает и конкретизирует краеугольные положения учения «Живой этики», стремясь сделать их понятными и убедительными для самых разных людей. Труды Рериха — это не профессионально-академические сухие трактаты, а глубокие раздумья мудреца, просто и ясно говорящего о самых важных и сокровенных ценностях человеческого бытия: о любви и дружбе, о красоте и творчестве, о значении повседневного труда и необходимости постоянного нравственного совершенствования. Рерих утверждает свободу каждого человека в деле собственного жизнеустроения, но одновременно и его исключительную ответственность за судьбу целостного Живого Космоса, пронизанного огненной субстанцией мысли и потому всем существом своим отзывающегося на каждую нашу светлую (или дурную) мысль. Человек не есть чисто земной и телесный житель. Он несет в себе искру этих великих мыслеогненных космических энергий. Он — органическая часть бесконечной духовной иерархии Космоса и ключевое звено в его общем совершенствовании. Важнейшим фактором проявления и творческого приращения огненного «зерна» человеческого духа на Земле является культура. Поэтому сохранение и пропаганда духовных ценностей культуры, по Рериху, является важнейшей и насущнейшей задачей земного сообщества. «Что может заменить вопрос культуры? — пишет Рерих в работе «Пути благословения». — Продовольствие, промышленность — тело и брюхо. Но стоит лишь временно устремиться к вопросам тела и брюха, как интеллект неизбежно падает. Весь уровень культуры народа понижается. Во всей истории человечества ни продовольствие, ни промышленность не строили истинной культуры. И надлежит особенно бережно обойтись со всем, что еще может повысить уровень духа». Всю жизнь утверждая сущностное единство земных культур и демонстрируя их общую духовно-космическую устремленность, Рерих, тем не менее, всегда подчеркивал значение понятия «Родина» и важность укоренения в национальной культурной почве. Провозвествуя неизбежность и животворность взаимного мудрого ученичества различных племенных и национальных традиций, Рерих одновременно доказывал, что невозможно по-настоящему приобщиться к общечеловеческим культурным ценностям, не зная и не любя духовных ценностей собственного народа. В работе «Нерушимое» он писал: «Защита Родины есть и оборона культуры. Поверх каждодневной пыли сияет понятие Родины. Тот, кто осознает это понятие, прекрасное и нерушимое, тот может почитать себя сознательным работником культуры... В любви к человечеству, в любви к Родине найдут молодые сердца неосудимое, светлое стремление к подвигу. В этом русском слове — в подвиге — заключено понятие движения, преуспеяния и неустанного созидательства».

БЕРДЯЕВ Николай Александрович (1874-1948), русский философ и публицист. В 1898 за участие в социал-демократических студенческих беспорядках исключен из Киевского университета. В 1900 выслан на 3 года в Вологодскую губернию. Состоял в партии кадетов. Выступал в сборниках «Проблемы идеализма» (1902), «Вехи» (1909), «Из глубины» (1918). Организатор Вольной академии духовной культуры в Москве (1918-1922). Преподавал философию в Московском у ниверситете. Арестовывался, в 1922 выслан за границу. После краткого пребывания в Берлине, где преподавал в Русском научном институте, с 1924 жил во Франции (Кламар, пригород Парижа), профессор Русской религиозно-философской академии в Париже. Основатель и редактор русского религиозно-философского журнала «Путь» (Париж, 1925-1940), а также редактор издательства ИМКА-ПРЕСС. Огромное литературное и философское дарование, религиозные искания плодотворно и богато отразились в творчестве Бердяева, вобравшем в себя также и плоды его сомнений и трагических конфликтов с самим собой. В работах «Субъективизм и индивидуализм в общественной философии» (1901), «Философия свободы» (1911), «Смысл творчества. Опыт оправдания человека» (1916), «Судьба России. Опыт по психологии войны и национальности» (1918), «Смысл истории. Опыт философии человеческой судьбы» (1923), «Философия неравенства. Письма к недругам по социальной философии» (1923), «О назначении человека. Опыт парадоксальной этики» (1931), «Основная антиномия личности и общества» (1931), «Генеральная линия советской философии и воинствующий атеизм» (1932), «Новое средневековье. Размышление о судьбе России и Европы» (1934), «Я и мир объектов. Опыт философии одиночества и общения» (1934), «Дух и реальность. Основы богочеловеческой духовности» (1937), «Человеческая личность и сверхличные ценности» (1937), «Истоки и смысл русского коммунизма» (1937), «О рабстве и свободе человека. Опыт персоналистической философии» (1939), «Русская идея. Основные проблемы русской мысли 19-20 века» (1946), «Самопознание. Опыт философской автобиографии» (1949), «Экзистенциальная диалектика божественного и человеческого» (1952) и др. Бердяев исследовал проблемы свободы и кризиса культуры, размышлял над путями русской и всемирной истории двадцатого столетия, осуществлял изыскания историософского характера. Эволюцию философских идей Бердяева можно разделить (Зеньковский) на четыре периода, каждый из которых определяется по тому акценту, который его характеризует. В первый период Бердяев выдвигает на первый план этическую проблематику. Второй период отмечен религиозно-мистическим переломом в мировоззрении Бердяева. Третий период определяется акцентом на историософских вопросах (включая и характерный для последних лет Бердяева интерес к эсхатологии). Четвертый период связан с его персоналистическими идеями. Философские воззрения Бердяева базировались на ряде автономных идейно-ценностных комплексов, отражавших его индивидуальные предпочтения и приоритеты: своеобычная трактовка личности, оригинальная концепция свободы, идея метаисторического эсхатологического «смысла» исторического процесса. Противополагая объекты, феномены, мир, необходимость и дух (Бога), свободу, ноуменальную реальность, Бердяев именно последнюю трактовал как подлинную «вещь в себе» - именно в структурах субъекта, личности и коренится потенциал человеческой духовной свободы. Посюсторонний мир у Бердяева - продукт «нисхождения», «ниспадения» безосновной, безначальной свободы - самоосуществление духа в субъекте результируется, по Бердяеву, в отчужденных объектах, подчиненных необходимости. Объективация духовного начала, согласно Бердяеву, искажает его, лишь творческие усилия людей преодолевают отчужденную внеположность объектов человеку. Достижение состояния всеобъемлющего избавления от объективированности феноменов мира через прорыв свободы в эту сферу, конституирование радикально иного «внеисторического» бытия - смысл истории у Бердяева. Различение мира призрачного (это «мир» в кавычках, мировая данность, эмпирические условия жизни человека, где царствует разъединенность, разорванность, вражда, рабство) и мира подлинного («мир» без кавычек, «космос», идеальное бытие, где царствует любовь и свобода) - одно из оснований миропредставления Бердяева. Человек, его тело и дух находятся в плену у «мира», призрачного бытия - это есть следствие грехопадения человека, описанного в Библии. Задача же человека состоит в том, чтобы освободить свой дух из этого плена, «выйти из рабства в свободу», из вражды «мира» в «космическую любовь». Это возможно лишь благодаря творчеству, способностью к которому одарен человек, поскольку природа человека есть образ и подобие Бога-творца. Свобода и творчество неразрывно связаны: «Тайна творчества есть тайна свободы. Понять творческий акт и значит признать его неизъяснимость и безосновность». Будучи по существу романтиком и мало интересуясь реальностью, Бердяев, мысль которого работала очень интенсивно, постоянно находился под властью своих исканий. Самое глубокое в нем было связано с его этическими поисками, с его публицистическими темами; все его метафизическое дарование здесь проявлялось с огромной силой. В этой сфере Бердяев по праву имел мировое значение; к его голосу прислушивались во всем мире. Наиболее значительный вклад Бердяева в диалектику русской и мировой мысли определялся его философскими построениями в сфере морали. Идеи Бердяева оказали значительное влияние на развитие французского экзистенциализма и персонализма, а также на социально-философские концепции «новых левых» течений во Франции 1960-1970-х.

Ф ЛОРЕНСКИЙ Павел Александрович (1882- 1937), русский философ, ученый-энциклопедист. Учился на математическом отделении физико-математического факультета Московского университета (1900-1904). Параллельно с занятиями математикой и физикой изучал философию на историко-филологическом факультете. В 1904 поступил в Московскую Духовную академию, где в 1908 утвержден в должности и.о. доцента по кафедре истории философии (преподавал здесь по 1919). В марте 1906 в храме Московской Духовной академии по поводу казни лейтенанта Шмидта произнес проповедь «Вопль крови», за что был арестован и заключен в Таганскую тюрьму. В 1911 принял сан священника, не занимая приходской должности. В 1914 защитил магистерскую диссертацию «О духовной истине. Опыт православной теодицеи». Утвержден в ученой степени магистра богословия и звании экстраординарного профессора Московской Духовной академии по кафедре истории философии. В 1912-1917 редактировал журнал «Богословский вестник». После 1917 работал ученым секретарем комиссии по охране памятников искусства и старины Троице-Сергиевой лавры, преподавал в Сергиевском институте народного образования (читал лекции по физике и математике). В 1921 переходит на исследовательскую работу в Главэнерго ВСНХ РСФСР. Старший научный сотрудник комитета электрификации СССР. В 1921 избран профессором Высших художественно-технических мастерских (ВХУТЕМАС) по кафедре «Анализ пространственности в художественных произведениях». В 1930 назначен помощником директора Всесоюзного электротехнического института по научной части. В феврале 1933 арестован и в июле осужден на 10 лет, выслан по этапу в восточносибирский лагерь «Свободный». Осенью 1934 переведен в Соловецкий лагерь. 25 ноября 1937 вторично осужден особой тройкой НКВД по Ленинградской области. Расстрелян. Главные сочинения: «О символах бесконечности» (1904), «Об одной предпосылке мировоззрения» (1904), «Вопль крови» (1906), «Общечеловеческие корни идеализма» (1909), «Космологические антиномии Им. Канта» (1909), «У водоразделов мысли» (1910-1929, не закончена), «Пределы гносеологии. Основная антиномия теории знания» (1913), «О духовной истине» (1913), «Разум и диалектика» (1914), «Столп и утверждение истины. Опыт православной теодицеи в двенадцати письмах» (1914), «Смысл идеализма» (1914), «Первые шаги философии. Из лекции по истории философии» (1917), «Об Имени Божием» (1921) и др. Близость, родство философского творчества Флоренского художественной литературе, художественной образности обусловили его эстетизм, своеобычную картинность, фигуративность. («В философской системе, - писал Флоренский, - блеснет часто такой глубокий мотив, к ее принятию или отвержению ее, такой луч жизни и улыбка постижения, которые не выразишь ни пером, ни словом. Блеснет же обычно в какой-нибудь подробности, в сочинении нескольких слов, в придаточном, так сказать, предложении, чаще же всего - просто в отдельном термине. И блеснувшее это - часто не только ново, неожиданно и нечаянно, но даже противоречит прямым формальным заявлениям автора системы; однако, будучи в формальном противоречии с ними, одно только и объясняет их, в их совокупности. Непреодолимая уверенность охватывает исследователя, что найдены корки мысли... И теперь ему видно, как заблудились те, кто опирался на формальные декларации мыслителя, и в какие тупики завели эти ложные пути, указанные для профанов, часто чтобы отвести их от сердца мысли».) С другой стороны, мировосприятию Флоренского были присущи объектность, естественнонаучность, организмичность: даже лики Троицы, согласно Флоренскому, «объектны» относительно друг друга. Реконструкция «общечеловеческого мировоззрения», преодолевающего личностный эгоизм и обоснованного постулатом свободы, - несущая конструкция философии Флоренского. Существование самовольного «посюстороннего» мира с его множественностью вещей Флоренский обосновывает именно свободорожденностью. Явление земного мира в качестве «кальки» мира небесного предполагало бы, по Флоренскому, несвободу самого Бога. «Свобода Я - в живом творчестве своего эмпирического содержания; свободное Я сознает себя творческою субстанциею своих состояний, а не только их гносеологическим субъектом, т.е. сознает себя действующим виновником, а не только отвлеченным подлежащим всех своих сказуемых... Я может возвышаться над условиями эмпирического, и в этом - доказательство высшей, не-эмпирической его природы». Бог «творчески обнаруживается» в человеке, а человек в Боге - именно в мистерии свободы. Их взаимное откровение обнаруживается в любви: «познание человеком Бога неминуемо открывается и выявляет себя деятельною любовью...» (Флоренский). Поскольку свобода у Флоренского, таким образом, онтологична, следовательно, по его мысли, свободно и зло. Если свобода человека есть подлинная свобода самоопределения, - полагал Флоренский, - то невозможно прощение злой воли, потому что она есть творческий продукт этой свободы. Но если свобода не подлинна, то не подлинна и любовь Божия к твари; если нет реальной свободы твари, то нет и реального самоограничения Божества при творении, нет «истощания», и следовательно, нет любви. А если нет любви, то нет и прощения. Флоренский изначально и категорически отвергал возможность двуначалия мира. Бог, по Флоренскому, - только любовь, свет и благо. Душа, лишь освободившись от оболочки зла и беззакония вещного мира, осуществляет прорыв к Богу. (Вопрос теодицеи, т.е. оправдания Бога в условиях существующего в мире зла - один из наиважнейших для Флоренского) Проблему того, каким же образом земной мир способен войти в область неизменно благого, если основание этому иррационально и располагается в пространстве веры, Флоренский решал через придание особого статуса религиозному опыту, мистическому озарению, которые, в свою очередь, неразрывно завязаны на фундаментальную онтологическую категорию философии Флоренского - личность как вырастающую из духа, - личность, которая видится там, где, по Флоренскому, «за глазом... действует другой глаз».

ОПАРИН Александр Иванович, (1893 – 1980) — советский биолог, специалист в области биохимии растений, академик (с 1946; член-корреспондент с 1939), видный общественный деятель. В 1917 окончил Московский университет, с 1929 — профессор там же. С 1935 работает в Институте биохимии АН СССР, в организации которого принимал участие; с 1946 — директор института. В 1949—56 — академик-секретарь Отделения биологических наук АН СССР. Основные труды: «Возникновение жизни на Земле», 3 изд., М., 1957; «Изменение действия энзимов в растительной клетке под влиянием внешних воздействий», М., 1952. Труды посвящены изучению биохимических основ переработки растительного сырья, вопросов действия ферментов в живом растительном организме и проблеме возникновения жизни на Земле. Его работы заложили основы технической биохимии в СССР. Исследуя действие ферментов в различных растениях, Опарин пришел к выводу, что в основе технологии ряда производств, имеющих дело с сырьем растительного происхождения, лежит биологический катализ. В результате многолетних исследований Опариным и его учениками были разработаны рациональные биохимические основы для технологии производства сахара, хлеба, чая, вина, табака и др.; предложенные им научные принципы технологии широко используются в пищевой промышленности. Создал новое направление в области учения о ферментах, исследующее действие ферментов в живой клетке; его теория обратимости ферментативных реакций в живых растениях позволяет объяснить ряд физиологически и хозяйственно важных особенностей у культурных растений (их сахаристость, скороспелость, засухоустойчивость и др.). Разрабатывая теоретические вопросы биологии, выдвинул гипотезу возникновения жизни на Земле. На основании фактических материалов из области астрономии, химии, геологии и биологии предложил гипотезу развития материи, объясняющую возникновение жизни на Земле. Проблему происхождения жизни он рассматривает с материалистических позиций и объясняет возникновение жизни как определенный и закономерный качественный этап в историческом развитии материи. Опарин полагает, что первоначально имело место образование белковоподобных соединений, комплексных коллоидных систем — «коацерватов» — и затем первичных живых тел. В 1950 Опарин совместно с другими учеными был удостоен премий им. А. Н. Баха и им. И. И. Мечникова. С 1950 Опарин — член Советского комитета защиты мира и членом Всемирного Совета Мира, с 1952 — вице-президент Международной федерации ученых.

Ч ИЖЕВСКИЙ, Александр Леонидович (1897—1964), русский и советский ученый в области космической биологии и космической медицины, доктор исторических наук, археолог, родоначальник гелиобиологии. Друг К.Э. Циолковского. Известен своими работами по исследованиям солнечной активности и ионизации воздуха. Автор знаменитой «люстры Чижевского». Участник 1-й мировой войны. Во время Гражданской войны преподавал на Калужских курсах подготовки командного состава РККА. В 1931 г. создал Центральную научно-исследовательскую лабораторию ионификации. В 1942 г. необоснованно репрессирован. Реабилитирован в 1958 г. После возвращения в Москву из мест заключения организовал Научно-исследовательскую лабораторию по ионизации и кондиционированию воздуха (НИЛ «Союзсантехника»), которой руководил до конца жизни. Занимался исследованием действия отрицательных и положительных ионов в воздухе (аэроионов) на живые организмы, практического применения аэроионизации. Открыл зависимость между циклами солнечной активности и целым рядом явлений в биосфере. Автор специальных научных трудов, также опубликовал сборник «Стихотворения», книгу воспоминаний «Вся жизнь» (1974).

МОИСЕЕВ Никита Николаевич (1917—2000) — математик, исследовал также методологические и философские проблемы развития науки и техники, вопросы экологии; доктор физико-математических наук (с 1953). Родился в Москве. В 1941 окончил математический факультет Московского университета по специальности «функциональный анализ». Профессор Московского физико-технического института с 1954. Действительный член РАН, действительный член Российской Академии сельскохозяйственных наук, почетный член РАЕН, действительный член Международной академии астронавтики. Основные направления исследовательской деятельности: прикладная математика и ее использование для решения сложных задач физики и техники (1946—1975); теория управления и методы оптимизации, в том числе природопользования (1960—1982); математические модели динамики биосферы (1970): в рамках этого направления были разработаны математические модели, позволившие в 1983 получить первые количественные оценки возможных последствий ядерной войны, известные как «ядерная зима» и «ядерная ночь»; методологические проблемы взаимоотношения биосферы и общества (с 1975). В основе исследований. Моисеева в области методологии лежат конкретные вопросы, возникшие в процессе разработки математической модели биосферы. При изучении этих вопросов расширены традиционные представления о месте природы в развитии общества и о роли общества в процессах планетарного масштаба. Это в свою очередь индуцировало потребности в пересмотре ряда установившихся взглядов на содержание естественнонаучного знания и на зависимость его от проблем гуманитарного характера. В результате была сформирована концепция «картины мира», лежащая, как считает Моисеев, в контексте того направления, которое естественно называть современным рационализмом. Основой разрабатываемой Моисеевым рационалистической схемы является представление об Универсуме как единой целостной системе. Эта система эволюционирует в силу общих законов самоорганизации, которые рассматриваются как некоторые эмпирические обобщения. Стохастичность и наличие неопределенности принимаются как изначальные свойства Универсума. По Моисееву,— это условность выделения отдельных подсистем, как и условность субъект-объектного описания, носящего субъективный смысл, зависящий от постановки задачи исследователя. В процессах самоорганизации (или универсального эволюционизма, по терминологии Моисеева) важную роль играют явления бифуркации (в смысле А.Пуанкаре). С бифуркацией и стохастичностью связана необратимость эволюционного процесса. В этой схеме процессы развития неживого мира, живого вещества и общества могут рассматриваться как связанные в единое целое различные явления процесса самоорганизации. Согласно Моисееву, такая позиция позволяет увидеть многие особенности антропогенеза и развития цивилизаций — в частности, дает новое видение экологии человека.

Основные понятия:

АНТРОПОКОСМИЗМ - комплекс идей, характеризующийся утверждением о неразрывной связи судьбы человечества с освоением космоса. Антропокосмизм отказывается от идей антропоцентризма. Русский антропокосмизм впервые стал обосновывать необходимость объединения людей, обращаясь за аргументами к идеям экологического порядка.

БИОСФЕРА – одна из природных оболочек Земли; подразумевает совокупность всего живого на Земле.

ЖИЗНЬ - 1) Термин классической философии, фиксирующий способ бытия наделенных внутренней активностью сущностей, в отличие от нуждающихся во внешнем источнике движения и эволюции неживых предметов. В рамках гилозоизма жизнь мыслится как имманентное свойство праматерии, фактически синонимичное бытию, - в отличие от смерти как небытия. 2) Понятие неклассической философии, обосновывающее собой философию «жизненного мира» и обозначающее интуитивно постигаемую целостность реальности бытия: живое как естественное в противоположность сконструированному как искусственному (Ницше); «жизненный порыв» как формотворчество космической силы жизни (Бергсон); жизнь как непосредственное внутреннее переживание, уникальное по своему содержанию и раскрывающееся в сфере духовно-коммуникативного или духовно-исторического опыта (Дильтей, Зиммель). 3) Термин естествознания, обозначающий такой способ существования систем, который предполагает обмен веществ, раздражимость, способность к саморегуляции, росту, размножению и адаптации к условиям среды. Жизнь является объектом исследования многих естественных наук, но, прежде всего, биологии. Вопрос о сущности жизни и ее определения был и остается предметом дискуссий различных философских и естественно-научных направлений. Со второй половины 20 в. стали отчетливо проявляться два основных подхода к определению жизни - субстратный и функциональный. Сторонники первого в трактовке сущности жизни обращают внимание на тот субстрат (белок или молекулы ДНК), который является носителем основных свойств живого. Вторые рассматривают жизнь с точки зрения ее основных свойств (обмен веществ, самовоспроизводство и т.д.). Современное естествознание существенно обогатило представления о природе материального носителя жизни, которым является целостная система взаимосвязанных биополимеров - белков, нуклеиновых кислот и др. Современной наукой обосновано положение о многообразии форм жизни и о том, что их носителями выступают живые системы различной степени сложности и организованности. При этом выделяются следующие основные уровни организации живого: организменный, популяционно-видовой, биоценотический и биосферный. Ориентация исследователей на познание особенностей того или иного уровня организации живого привела к вычленению уровней познания, исследования его. В настоящее время наиболее результативным оказался уровень, связанный с познанием молекулярных основ жизни. Его осуществление привело биологию к эпохальным открытиям в области познания молекулярных основ жизни, их универсальности для всего живого. Возможности этого уровня исследования еще далеко не реализованы, однако тенденции развития современного научного знания подвели его к необходимости перехода на исследование еще более глубинных структур и процессов живого. Объектом исследования становятся атомный и электронный уровни организации структур живого. Так, представления об атомных и электронных состояниях структур живого, в частности, Дж. Бернал посчитал необходимым включить в определение сущности жизни: «Жизнь есть частичная, непрерывная, прогрессирующая, многообразная и взаимодействующая со средой самореализация потенциальных возможностей электронных состояний атомов». Другой тенденцией в познании сущности жизни является исследование особенностей ее проявления на надорганизменных уровнях организации живого. Эту тенденцию обосновал еще Вернадский. В системе своего учения о живом веществе он подчеркивал важность изучения «совокупностей организмов», их комплексов, что позволит открыть «новые свойства жизни», ее «проявления» на биоценотическом и биосферном уровне. Сегодня необходимость такого исследования определяется не только познавательными задачами, но и задачами сохранения жизни на Земле. Отличные от естественно-научных, воззрения на проблему жизни предлагают религиозные доктрины, а также разнообразные философские концепции, акцентирующие проблематику человека и его предназначения в мире, а также специально осмысливающие феномен смерти.

ЗАКОН ЕДИНСТВА И БОРЬБЫ ПРОТИВОПОЛОЖНОСТЕЙ – всеобщий закон действительности и ее познания человеческим мышлением, выражающий суть, «ядро» материалистической диалектики. Каждый объект заключает в себе противоположности. Под противоположностями диалектический материализм понимает такие моменты «стороны» и т.п., которые 1) находятся в неразрывном единстве, 2) взаимоисключают друг друга, причем не только в разных, но и в одном и том же отношении, т.е. 3) взаимопроникают. Нет противоположностей без их единства, нет единства без противоположностей. Единство противоположностей относительно, временно, борьба противоположностей абсолютна. Этот закон объясняет объективный внутренний «источник» всякого движения, не прибегая ни к каким посторонним силам, позволяет понять движение как самодвижение.

ЗАКОН ПЕРЕХОДА КОЛИЧЕСТВЕННЫХ ИЗМЕНЕНИЙ В КАЧЕСТВЕННЫЕ – один из основных законов диалектики. Этот всеобщий закон развития констатирует, что накопление незаметных, постепенных количественных изменений в определенный для каждого отдельного процесса момент с необходимостью приводит к существенным, коренным, качественным изменениям, к скачкообразному переходу от старого качества к новому. Этот закон имеет место во всех процессах развития природы и мышления.

ЗАКОН ОТРИЦАНИЯ ОТРИЦАНИЯ – один из основных законов диалектики. Впервые сформулирован в идеалистической системе Гегеля. Этот закон выражает преемственность, спиралевидность развития, связь нового со старым, своего рода повторяемость на высшей стадии развития некоторых свойств ряда низших стадий, обосновывает прогрессивный характер развития. В диалектике категория отрицания означает превращение одного предмета в другой при одновременном переходе первого на положение подчиненного и преобразованного элемента в составе второго, что называется снятием. Это открывает простор для дальнейшего развития и выступает как момент связи с удержанием всего положительного содержания пройденных ступеней. Диалектическое отрицание порождается внутренними закономерностями явления, выступает как самоотрицание. Из сущности диалектического отрицания вытекает и особенность развития, выражаемая двойным отрицанием или отрицанием отрицания. Саморазвитие объекта вызывается внутренне присущими ему противоречиями, наличием в нем собственного отрицания. Противоречие разрешается в движении объекта (и познания), что означает возникновение «третьего» по отношению к двум противоположностям. И т.к. они не только исключают, но взаимопроникают друг в друга, то «третье» есть такое отрицание, которое одновременно выступает как сохранение.

ЗДОРОВЬЕ – 1) (определение ВОЗ) – это состояние полного физического, духовного и социального благополучия, а не только отсутствие болезней или физических дефектов; 2) способность организма адаптироваться или приспосабливаться к любым изменениям в природе и обществе.

ЗНАНИЕ – продукт общественной, материальной и духовной деятельности людей; идеальное выражение в знаковой форме различных свойств и связей мира, природного и человеческого. Знания могут быть донаучными (житейскими) и научными, а последние разделяются на эмпирические и теоретические. Кроме того, в обществе наличествуют мифологические, художественные, религиозные и другие знания.

КОСМИЗМ (греч. kosmos - организованный мир, kosma - украшение) - философское мировоззрение, в основе которого располагается знание о Космосе и представление о человеке как «гражданине Мира» (киники, стоики, Кант, Мамардашвили), а также о микрокосмосе, подобном Макрокосмосу. В философии понятие космизм связано с учением древних греков о мире как структурно-организованном и упорядоченном целом. Пифагор предложил понимание космоса как Универсума; Гераклит разрабатывал учение о Космосе как «Мирострое». У Платона Космос - упорядоченная часть Вселенной, противоположная Хаосу. Гностицизм, возникший на основе иудо-христианской идеи грехопадения, описывал Космос как творение злого демиурга, природу как «ущербную», а задачу человека видел в высвобождении духа из материи. Геродот ввел понятие Космоса для обозначения государственного политического строя как системы, устроенной по космическим законам. В средневековье Коперник и Бруно дополняют теорию Космоса учением о множественности обитаемых миров. В религиозных системах космизм является неотъемлемой частью теологии. Для эзотерических учений (каббала, теософия) космизм связан с астрологическими знаниями о Вселенной и человеке, который телесно и духовно отражает в себе звездное небо. В науке учение о космизме основано на теориях о рождении и эволюции Вселенной: концепции Канта - Лапласа (18 в.) об образовании солнечной системы конденсацией пылеобразных масс; теории расширяющейся Вселенной А. Фридмана, разлетающихся галактик Э. Хаббла (20 в.), теории относительности А. Эйнштейна и др. Исторически научная мысль о Космосе связана с борьбой сторонников гелио- и геоцентрической систем. В настоящее время научные представления о Космосе опираются на теорию Большого взрыва.

КОСМОС (греч. kosmos - устройство, упорядоченность, украшение) - философская категория, фиксирующая представления о мире как об упорядоченной и структурно организованной целостности, подчиненной в своей динамике имманентной закономерности; базовое понятие метафизики. Основными характеристиками Космоса являются: 1) оформленность как конфигурированная определенность облика; 2) дифференцированность, т.е. выделенность и упорядоченность составных частей; 3) структурность как иерархическая упорядоченность элементов; 4) наличие имманентного эволюционного потенциала, реализующегося, как правило, в динамике циклично-пульсационного характера; 5) закономерность или подчиненность внутренней мере как организационному и динамическому принципу (типа «нуса» или «логоса» в античной философии); что обусловливает такие характеристики Космоса, как: 6) эстетическое совершенство Космоса, мыслимого в качестве прекрасного, его гармоничность. Данное свойство Космоса мыслится именно как результат пронизанности его внутренней мерой (как закономерностью и порядком) и соответствием всех космических частей и проявлений данной мере. В архаической традиции Космос в этом контексте нередко мыслился в качестве сферического: рассуждения о сфере как о наиболее равновесном, совершенном и самодостаточном из геометрических тел в элейской концепции бытия: идея «гармонии сфер» у Пифагора, семантическая структура «равного себе самому отовсюду» Спайроса как исходного состояния Космоса у Эмпедокла и др.; 7) познаваемость, понимаемая как рациональная экспликация имманентной «меры» (порядка, принципа) Космоса; 8) предсказуемость, допускающая моделирование возможных будущих состояний Космоса на основании постижения закономерностей его развития, что в субъективной оценке воспринято культурой как своего рода человекосоразмерность (уют) Космоса. В категориальном строе европейской культуры Космос противостоит Хаосу как бесформенной неупорядоченности. В рамках семантической оппозиции «Хаос – Космос» функционально могут быть выделены различные уровни соотношения ее составляющих: а) морфологическое соотношение: Космос противостоит «безвидному» (Гесиод) Хаосу в качестве оформленного, т.е. наделенного формой как эйдосом; б) субстратное соотношение: Космос возникает из Хаоса - как организация последнего и, собственно, представляет собой не что иное, как упорядоченный, т.е. подчиненный статическому (структура) и динамическому (закономерность) порядку Хаос; в) пространственное соотношение: как правило, в мифологических представлениях Космос ограничен от Хаоса посредством структурных оппозиций, задающихся семантикой мифологемы Мирового древа (по вертикали ствол дифференцирует мировые зоны на небо=крону как обитель богов или духов, ствол и околоствольное пространство как человеческий мир и корни как подземное царство мертвых («три шага Вишну»), а по горизонтали радиус древесной тени отграничивает Космос как центральный мировой локус от хаотической периферии (или в мифологеме Космического лука: тетива задает горизонт оформленного мироздания, а стрела выступает аналогом Мирового древа); г) временное соотношение: Космос генетически вторичен по отношению к Хаосу, однако в функциональном плане мировая динамика может быть рассмотрена как последовательная смена эволюционных циклов - от становления (оформления, космизации) мироздания до его деструкции (хаотизации). В дофилософской культуре архаики эти идеи связывались с представлениями о ежегодной гибели (деструкции) и возрождении (оформлении) Космоса в сакральную дату календарного праздника (стык уходящего и наступающего года, мыслимый как гибель и рождение мира). В культуре с развитой философской традицией данные представления артикулировались посредством категориальных структур, фиксирующих становление и эволюционный финал космического цикла от семантической структуры апейронизации у Анаксимандра, чередующегося доминирования креативно-синтезирующей Филии и инспирирующего распад оформленного Космоса на элементы у Эмпедокла и эксплицитно выраженной Аристотелем идеи зона как наличного варианта оформления мира (конкретно данного Космоса), понятого в качестве одного из возможных в цепи последовательной смены космических циклов, до фундаментальной парадигмы русского космизма конца 19 - начала 20 вв., основанной на переосмыслении идеи апокалипсиса как завершения космизации (гармонизации, одухотворения, обожения) мира в нравственном усилии человека. Идея гармонической организации мира как Космоса настолько прочно утвердилась в европейском стиле мышления, что обрела статус самоочевидности, а понятие «Космос» прочно вошло в категориальный строй классической западной культуры, закрепившись в качестве названия за мирозданием как таковым. Что же касается современной культуры, то в философии постмодерна понятие «Космос» радикально переосмыслено с точки зрения его статуса: идея мира как Космоса понята в качестве одной из «метанарраций» (Лиотар) европейской культуры как доминантных мифологем (идеологем), претендующих на онтологизацию в качестве наиболее (или единственно) корректных. Подобная интерпретация мира сопрягается в постмодернизме с семантическим гештальтом «корня» (мир как ветвящееся дерево); центральным, по оценке постмодернизма, символом для такой культуры выступает «книга как духовная реальность в образе Дерева или Корня» (Делез и Гваттари), что порождает представление о Космосе как об имеющем единый семантический строй и единственный способ дешифровки (интерпретации). Поскольку постмодернистская парадигма философствования обоснована идеей «заката метанарраций», постольку идея мира как Космоса утрачивает свои позиции («мир потерял свой стержень» - Делез и Гваттари), сменяясь идеей множественности возможных картин мира, не претендующих на статус онтологий: любой нарратив как рассказ о мире обретает статус легитимного, а понятие «Космос» замещается в постмодернизме понятием «Хаосмоса» - понятием, фиксирующем постмодернистскую идею о нарративно-игровых (виртуальных в онтологической проекции) семиотических средах, подчиненных не стабильной в своей объективности закономерности, но сугубо ситуативным конвенциям «перформанса» (Хомский): правильность как проявление порядка Космоса сменяется порядками правил игры. «Мир превратился в Хаос, но книга продолжает быть образом мира: хаосмос-корешок занял место мира корня» (Делез и Гваттари).

КОСМОЦЕНТРИЗМ – философская парадигма, согласно которой центром, фундаментальным основанием мировоззренческой, научной, философской интуиции является упорядоченный космос.

КРЕАЦИОНИЗМ (лат. creatio – создание) – религиозно-идеалистическое учение о сотворении мира, живой и неживой природы в едином творческом акте.

МЕРА – философская категория, выражающая органическое единство качественной и количественной определенности предмета или явления.

НООСФЕРА (греч. nous - разум и sphaira - шар) - сфера взаимодействия общества и природы, в границах которой разумная человеческая деятельность становится определяющим фактором развития (эта сфера обозначается также терминами «антропосфера», «социосфера», «биотехносфера»). Понятие «ноосфера» было введено в начале 20 в. Э. Леруа, который трактовал ее как «мыслящую» оболочку, формирующуюся человеческим сознанием. Ноосфера - новая, высшая стадия эволюции биосферы, становление которой связано с развитием человеческого общества, оказывающего глубокое воздействие на природные процессы. Согласно Вернадскому, «в биосфере существует великая геологическая, быть может, космическая сила, планетное действие которой обычно не принимается во внимание в представлениях о космосе... Эта сила есть разум человека, устремленная и организованная воля его как существа общественного». Становление человечества как геологической силы привело к новым формам обмена веществом и энергией между обществом и природой. Вернадский, показав зависимость изменения состава, массы и скорости миграции химических элементов в биосфере от производственной деятельности, подчеркивал необходимость контроля человеком обмена веществ и энергии между обществом и природой, как пути, ведущему к ноосфере. Понятие «ноосфера» отражает необходимость разумного управления природными процессами на основе осмысления законов природы. Человечеству еще предстоит на основе интеграции множества наук создать стройную теорию ноосферы - теорию самоорганизации материального и духовного мира. Развитие общества должно осуществляться сообразно природным закономерностям. Концепция ноосферы служит методологической ориентацией коэволюции человека и природы, открывает возможность согласования человеческой деятельности и природных ритмов.

ПРИРОДА - понятие философии и естествознания, фиксирующее в своем содержании наличную объектную действительность: в предельно широком смысле – «великое целое» (Гольбах), т.е. все сущее, весь Мир как бесконечное многообразие его конкретных проявлений. В этом смысле понятие природа совпадает с такими научными и философскими категориями, как «Бытие», «Реальность», «Универсум», «Вселенная», «Космос», - все они, как и термин природа, обозначают совокупность всего сущего, включая и самого человека, стремящегося дефинировать (т.е. определить) их. Однако следует иметь в виду, что с развитием естественных наук такое отождествление становится не всегда правомерным. Так, например, космос выступает синонимом астрономического понятия «Вселенная». Соответственно, основным объектом естествознания выступает обычно природа в узком смысле слова - как естественная среда обитания человека. В этом качестве и понятие природа приобретает не столько философский, сколько конкретно-научный оттенок. Разумеется, оно может быть использовано и философским знанием: например, как альтернатива «второй природы», т.е. искусственной среды обитания. Между широким и узким смыслами понятия «природы» нет непроходимой грани. Рассматривая природу лишь как земную географическую среду, человек не может не учитывать влияние на нее всего космоса, т.е. природы в широком смысле слова. Поэтому для него «малая природа» всегда есть часть «большой природы». Кроме того, во всех случаях любой подход к изучению природы предполагает неизбежное участие в ней человека как ее неотъемлемой части: это в какой-то мере уравнивает «малую» и «большую» природы, поскольку и та и другая рассматриваются в качестве реальности, относительно противостоящей человеку и в то же время включающей его. Определения природы не отличаются однозначностью и строгостью. Однако в данном случае какая-либо точная ее дефиниция вряд ли вообще возможна. Дело в том, что природа относится к так называемым «гуманистическим системам», включающим человека, а, согласно современной логике, определения подобных систем не отвечают высоким стандартам точности и строгости. Не случайно поэтому в подобных ситуациях часто употребляют «размытые» определения, сравнения, метафоры и т.п. - они могут оказаться яснее и компактнее строгих формальных дефиниций (например: «Природа - это дом Человечества»). Вместе с тем все эти определения и формулировки являются результатом эволюции человеческих представлений о природе и, в частности, развития философских и естественнонаучных знаний о ней. При этом каждый этап такой эволюции привносил новые смыслы и уточнения в один и тот же языковой термин, который обозначал не просто разное понимание одного и того же предмета, но даже иные по своей сущности предметы. Так, понятие «physis» (греч. - природа) воспроизводило в философии античности два основных смысла: сущее как таковое и внутренняя сущность предмета (т.е. уже «природа сущего»). Разумеется, эти два значения были взаимодополняющими при анализе вещей. В Новое время преобладающим смыслом понятия природа становится ее статус как объекта естествознания - из «фюсиса» природа превращается в «натуру», т.е. в естественное бытие природных явлений. Задачей человека является, соответственно, познание законов этой «натуры», как, впрочем, и «натуры» отдельных вещей. Именно в эту эпоху под усиливающимся влиянием естествознания достигает своих вершин «философия природы» - натурфилософия, ориентирующаяся на фундаментальную науку как свой эталон. Современное понятие природы содержит в снятом виде все первоначальные многозначные смыслы и оттенки. В зависимости от контекста, под природой понимается то все сущее, то естественная и искусственная среда обитания человека, то внутренняя сущность вещей. Это обстоятельство требует умения конкретизировать понятие природа и правильно употреблять его в различных ситуациях. Отношение и интеллектуальное осмысление человеком природы претерпело значительную эволюцию. Известно, что первобытный человек распространял коммуникативные отношения на всю окружающую его природу, трактуя свое взаимоотношение с ней как своеобычное «межсубъектное», где природа выступала ведущей стороной диалога, а человек - ее прилежным учеником. Мифологическое сознание исходило из двух установок: признания господства природы над человеком и персонификации природных явлений. В античном обществе, когда искусство человека играло не менее важную роль, чем природное содержание материала, устанавливаются равноправные отношения человека с природой. Человек уже не следует за традиционным порядком природы, а живет по своим правилам, лишь частично соответствуя законам природы. В результате реализуется эстетическое совершенствование природы, когда представления о мире организуются не только логикой рассудка, но и чувством красоты, взаимодействием субъекта и объекта. Поэтому для древних греков характерна идея гармонии человека и природы, микро- и макрокосма, где красота выступала выражением разумности бытия. Средневековый человек жил в едином мире и мир для него - творение Божье, причем творение совершенное и прекрасное. Место человека - Земля, которая - центр мира. Сам он выступает одновременно в двух ипостасях: естественной и Божественной. В таком благом мире упорядочивать и менять следует только человеческую душу, побуждая ее к гармоническому созерцанию мира и единению с Богом. Природу средневековый человек рассматривал под влиянием эсхатологических представлений о конечности всякого бытия и ожидания второго пришествия Христа. Поэтому здесь природа обесценивается и теряет значимость будущего: не природа дает эталон человеку, а бесконечный дух. Среди творений Бога именно человек занимает приоритетное место, а не природа, и смысл человеческого бытия - в возвышении над природой. Здесь уже не гармония, а обособление, когда человек и природа живут по своим законам, реализуя цели божественного замысла. Отсюда и отрицательное отношение к экспериментальному освоению природы. Однако и в этот период существовала потребность построить картину природы, которая бы соответствовала сути Священного Писания. Решать эту задачу стали с помощью символа как знака договора. Символизм стал универсальным, ибо мыслить означало вечно открывать скрытые значения. Природные вещи трактовались как знаки, смыслом которых являются идеи, вложенные в мир Богом, а задача человека - расшифровать эти скрытые смыслы божественного плана творения. Эпоха Возрождения возвращает человека к естественному мироощущению, но здесь наличествует не статическая гармония человека и природы, а динамическая, где человек пытается подчинить природу. Человек как бы превращается в земного Бога, который должен сотворить природу в соответствии со своими потребностями. Эта идея становится ведущей в сознании 17-18 вв. Орудием этого господства становится экспериментальная наука и математическое естествознание. Ученому Нового времени необходимо было решить задачу, связанную с поиском средств, способных раскрыть «Книгу Природы». Такой подход в перспективе давал возможность построить объективную картину природы и организовать ее систематическое исследование. Новоевропейская наука и философия исходили из уверенности в естественной упорядоченности устройства природы, наличия в ней гармонии, доступной рациональному постижению. Природа воспринималась как менее активное по сравнению с человеком начало, лишенное внутренней способности к самообновлению, она - всего лишь объект скрупулезного анализа и возможной переделки на человеческую потребу. Таким образом, в Новое время получает распространение утилитарно-прагматическое отношение к П. как безмерной кладовой для удовлетворения человеческих желаний. С этих пор такая парадигма мышления стала доминировать во всех техногенных цивилизациях вплоть до наших дней. Правда, практически во все времена существовала и определенная оппозиция подобной установке: так, на гармоническое взаимодействие с природой были ориентированы культуры древнего Востока, романтическая традиция в западной мысли, философия русского космизма и др. И, тем не менее, именно принцип преобразующей деятельности задавал основные нормы человеческой цивилизации и привел, в конечном итоге, к появлению глобальных экологических проблем. Таким образом, можно зафиксировать три основных подхода к проблеме исторического взаимодействия человека и природы: 1) мифологический (подчинение человека природе); 2) научно-технологический (господство человека над природой); 3) диалогический (гармония человека и природы), формирующийся в настоящее время и ориентирующий человека на сотрудничество с природой, равноправный диалог с ней.

СКАЧОК – коренное, качественное изменение предмета или явления, превращение старого качества в новое в результате количественных изменений. По сравнению с предшествующей, эволюционной стадией развития, скачок представляет собой более или менее открытые, быстрые изменения. Всякое качественное изменение возможно только через скачок. Но формы скачка исключительно многообразны и зависят как от характера явления, так и от тех условий, в которых протекает его развитие. По существу, каждое явление переходит в новое своим, особым способом. Однако все эти переходы могут быть разделены на два относительно определенных типа: резкие и постепенные скачки (которые нередко сочетаются в одних и тех же процессах). Первые совершаются так, что старое качественно изменяется сразу, целиком (например, превращение одних элементарных частиц в другие). Другие совершаются так, что существующее изменяется частями, отдельными элементами, пока в результате постепенного развития оно не будет преобразовано в целом. В природе преимущественно, таким образом, осуществляются качественные изменения видов растений и животных.

СЦИЕНТИЗМ (лат. scientia и англ. science – знание, наука) – концепция, заключающаяся в абсолютизации роли науки в системе культуры, в идейной жизни общества. В качестве образца науки сциентизм обычно рассматривает естественные и точные науки. Будучи не строго оформленной системой взглядов, а скорее идейной ориентацией, сциентизм может проявляться по-разному, с различной степенью и силой – от внешнего подражания точным наукам, что может выражаться, например, в применении математической символики и терминологии при решении проблем философии и гуманитарных наук, до абсолютизации естественных наук как единственного научного знания и отрицания философско-мировоззренческой проблематики как лишенной познавательного смысла и значения.

ТЕОЦЕНТРИЗМ – система философских взглядов, ставящая в центр мироздания Божество. Согласно подобным представлениям, Бог является единственным источником, подлинной сущностью и причиной окружающего мира.

ЭВОЛЮЦИЯ (лат. evolution – развертывание) – понятие, применяемое для характеристики одной из сторон развития. В широком смысле под эволюцией понимается изменение бытия и сознания, включающее в себя как количественные, так и качественные преобразования.

ЭКОЛОГИЯ (греч. oikos - дом, местообитание, убежище, жилище; logos - наука) - термин, введенный в научный оборот Геккелем (1866), определявшем экологию как науку об экономии природы, образе жизни и внешних жизненных отношений организмов друг и другом. «Под экологией, - писал Геккель, - мы понимаем общую науку об отношениях организмов с окружающей средой, куда мы относим в широком смысле все «условия существования». Они частично органической, частично неорганической природы, но как те, так и другие имеют весьма большое значение для форм организмов, т.к. они принуждают их приспосабливаться к себе. К неорганическим условиям существования во-первых, относят физические и химические свойства их местообитаний - климат (свет, тепло, влажность и атмосферное электричество), неорганическая пища, состав воды и почвы и т.д. В качестве органических условий существования мы рассматриваем общие отношения по всем остальным организмам, с которыми он вступает в контакт и из которых большинство содействует его пользе или вредит». Такая достаточно четкая дефиниция предмета экологии способствовала ее широкому признанию, поскольку фиксировала внимание на внешних особенностях взаимосвязи организмов и среды их обитания. В дальнейшем в исследованиях по экологии уделялось внимание изучению реакции живых организмов на различные факторы окружающей среды, экстремальным значениям этих факторов, совместимых с жизнью, смене растительного покрова в отдельных регионах и др. И только, пожалуй, в книге Ч. Элтона «Экология животных» (1930) закладываются теоретические основы экологи. Он определяет экологию как науку об естественной истории, которая изучает широкий круг вопросов, начиная от проблем патогенеза клеток и органов, соотношения эволюции и адаптации, и включая проблемы социологии (теория народонаселения). Главная задача экологических исследований сводится при этом к изучению распространения генотипических вариаций в популяции и рассмотрению изоляции данной формы в процессе образования нового вида. Особое внимание обращается на рассмотрение вопросов формирования адаптаций и достижения целесообразности строения и поведения организмов, роли естественного отбора и различных форм борьбы за существование в процессе видообразования. Рассмотрение основных проблем экологии в контексте эволюционных идей послужило Ч. Элтону основой для разработки теоретических аспектов экологии. В последующих работах многочисленных экологов закладывается не менее значимая программа эколого-эволюционных исследований, в которой проводится анализ видовых приспособлений на основе строения и функций органов животного, раскрываются сложные взаимоотношения между организмами и средой их обитания, устанавливаются их специфические отношения. Широкое использование методов математического анализа и количественного учета, акцент на изучение популяционного уровня, изучение совокупности экологических связей и отношений, интегративный характер обобщений, содержащихся в работах экологов, послужили теоретической основой для дальнейшего развития экологии. Классические исследования многих авторов способствовали разработке проблем эволюционной экологии, которая синтезирует в себе множество эмпирических данных о различных компонентах биосферы и формах ее взаимодействия с биотическими, абиотическими и антропогенными факторами. Сложность объекта исследования экологии, обращение к ее проблемам специалистов различного профиля, исключительная актуальность ее проблем для жизни людей определили лидерство данной науки среди других наук. «Соединение этой чрезвычайной сложности с многогранным физическим окружением, превращает экологию в науку, охватывающую чрезвычайно широкий круг вопросов. Нет другой такой дисциплины, которая искала бы объяснений для столь многообразных явлений и на столь большом числе разных уровней. Как следствие этого экология вобрала в себя некоторые аспекты многих наук, например, физики, химии, математики, оперирования с вычислительной техникой, географии, климатологии, геологии, океанографии, экономики, социологии, психологии и антропологии» (Э. Пианка). Не случайно, поэтому отдельные авторы, подчеркивая интегративный характер экологии, определяют ее как науку о структуре и функциях природы. «Экология, возникшая более 100 лет тому назад как учение о взаимосвязи организма и среды, на наших глазах трансформировалась в науку о структуре природы, науку о том, как работает живой покров Земли в его целостности. Экология на наших глазах становится теоретической основой поведения человека индустриального общества в природе» (С.С. Шварц). Разумеется, столь расширенное понимание экологии скорее отражение контуров будущего данной науки. К настоящему времени достаточно четко разработаны представления о ней как о науке, изучающей закономерности взаимодействия живых организмов с окружающей средой. Среди имеющихся определений экологии она представлена как относительно самостоятельная биологическая дисциплина, предметная сфера которой имеет вполне определенное содержание. Экология - наука, «изучающая условия существования живых организмов и взаимосвязи между организмами и окружающей средой» (Р. Дажо). «Экология, - отмечает Ю. Одум, - наука об отношениях организмов или групп организмов к окружающей их среде, наука о взаимоотношениях между живыми организмами и средой их обитания». Во всех приведенных определениях, так или иначе, обращается внимание на то, что экология - это наука, изучающая закономерности взаимоотношений организмов с окружающей средой, наука, исследующая структуру, динамику и историческое развитие надорганизменных систем, видов, биогеоценозов и биосферы в целом. Следовательно, предметом современной экологии правомерно считать изучение закономерностей взаимодействия надорганизменных систем (популяций, видов, биогеоценозов и биосферы в целом) с окружающей средой, изучение энергетики данных макросистем, их развитие во времени и пространстве. В современной экологии выделяют три основных раздела: факториальная экология, динамика популяций и биогеоценология. Факториальная экология изучает воздействие различного рода факторов на живые организмы, которые оказывают на них прямое или косвенное влияние. В качестве экологического фактора выступает любой элемент окружающей среды, оказывающий непосредственное влияние на живые организмы, а также на отношения между ними. Обычно выделяют три основных группы факторов - абиотические, биотические и антропогенные. Абиотические факторы представляют собой совокупность условий неорганической природы, к которым эволюционно приспособились живые организмы. К их числу относятся климатические и химические условия, температура, давление, влажность, солнечная радиация, свет, почва, состав атмосферы и т.п. Биотические факторы - это совокупность влияний одних организмов на другие, обусловленные взаимодействиями между живыми организмами и их сообществами. Данное влияние может носить как непосредственный, так и опосредованный характер через воздействие на условия неорганической природы. Хищничество, паразитизм, конкуренция, нейтрализм и др. - все это примеры взаимных отношений между организмами. Антропогенные факторы - это различного рода факторы, вызванные и обусловленные человеческой деятельностью. Динамика популяций или популяционная экология занимается изучением законов динамики численности, законов становления и саморегуляции популяций как элементарных форм существования вида. Третьим разделом современной экологии является биогеоценология (экология сообществ, изучение экосистем), осмысливающая закономерности становления, развития и нормального функционирования экологических систем. Биогеоценоз - это группировка определенного видового состава, обладающая наличием взаимозависимостей и занимающих определенное пространство. Для каждого биогеоценоза присущ определенный по объему и составу круговорот вещества и энергии, обеспечивающий относительно длительное сосуществование основных компонентов с биокосными факторами, благодаря чему поддерживается постоянство жизни. Взаимодействие между компонентами является важнейшим механизмом поддержания целостности и устойчивости биогеоценозов. Управление ими в интересах человека базируется на знании закономерностей функционирования биогеоценозов, что имеет исключительно важное значение в современных условиях.

ЭМЕРДЖЕНТНАЯ ЭВОЛЮЦИЯ (англ. emergent – внезапно возникающий, от лат. emergo – появляюсь, возникаю) – одна из идеалистических концепций развития, рассматривающая эволюцию как скачкообразный процесс возникновения новых высших качеств. Концепция эмерджентной эволюции сложилась в работах С. Александера и К.Л. Моргана. Они различают два типа изменений: количественные («результанты»), определяемые алгебраическим сложением исходных элементов, и «эмердженты», несводимые к исходным и не обусловленные ими. В соответствии с градацией «эмерджентов» эмерджентная эволюция предстает как учение об «уровнях существования», число которых варьируется от трех (материя, жизнь, психика) до нескольких десятков. Низший уровень трактуется как доставляющий лишь условия для возникновения высшего, но не порождающий его; высший включает низший, подчиняя его себе. Эмерджентная эволюция рассматривает в качестве движущего компонента развития некие идеальные силы. Так, Александер видит движущую силу эмерджентной эволюции в «низусе» (лат. nisus – порыв, устремление) как стремлении к высшему и отождествляет его с божеством как целью развития.

Философия

Учебно-методическое пособие для студентов

Материалы к разделу

«Учение о бытии, сознании и познании»

Авторы-составители: д.ф.н. Сергеева Т.Б., к.ф.н. Есев А. Н, Голубницкий О.О.

Рецензенты: к.ф.н. Агирбов С.Р., к.ф.н. Сказко А.С.

_________________________________________________________________________

Типография Ставропольской государственной медицинской академии