Политическая Борьба вокруг вопроса о Болгарской Церкви

Болгарская Церковь образовалась под влиянием и при содействии Константинопольской Церкви. Первым ее руководителем в делах веры был патриарх Фотий. После крещения царя Бориса (864 г.) он направил ему пространное послание о христианском учении и жизни, а также об обязанностях новокрещенного князя. Но по неизвестным причинам Борис обратился с просьбой к папе Николаю об оказании содействия в христианизации болгарского населения и о разъяснении некоторых вопросов. Возможно, он опасался политической зависимости от Византии.

Папа ответил на это обращение посланием. Послание полы было проникнуто тоном высокомерных притязаний Рима и обидными суждениями о восточных патриархах. Болгарам он внушал держать­ся только Римской Церкви, всегда пребывающей без пятна и по­рока. Послание папы нашло отклик у царя. Сразу вслед за двумя епископами, которые привезли папское послание, прибыли ла­тинские священники, а Греческая Церковь в Болгарии стала ориен­тироваться на Западную.

Латинизация Болгарской Церкви послужила искрой, обращен­ной в кучу горючего материала, так как Фотий не мог безраз­лично относиться к новым нападкам римского папы.

В 867 г. Фотий собрал в Константинополе поместный собор, где открыл незаконные притязания Рима на господство в Болгар­ской Церкви и осудил все заблуждения Римской Церкви. Особым посланием к патриархам Востока он известил их о случившемся в Болгарии. В том же 867 г. с участием представителей Восточных Церквей состоялся новый собор, осудивший все уклонения Римской Церкви в догматах и обрядах, а равно и притязания палы Николая 1 на главенство в Церкви. На анафемы, произнесенные папой против Фотия, собор ответил анафемой в адрес папы Николая. Однако, в работе собора присутствовал и политический элемент. Чтобы заручиться содействием германского императора Людовика, на соборе, по инициативе Фотия, к возгласам в честь византий­ских правителей примешивались возгласы в честь Людовика, а также его супруги Ингильберги.

Реставрация патриаршего правления Игнатия

После соборов развитие событий приняло совершенно дру­гой оборот. Сторонник Фотия, Варда оказался в немилости сво­его племянника императора Михаила и по его распоряжению был убит. Его место занял новый фаворит императора, возведенный им в достоинство кесаря, Василий Македонянин. Это был человек грубый, без всякого образования. Единственное его достоинство заключалось в необыкновенной физической силе и умении править лошадьми и обуздывать их. Так, Михаил простого конюха вознес к вершине государственной власти.

Но непостоянный в своих привязанностях, император решил­ся отделаться и от этого кесаря. Василий предупредил ожидав­шую его судьбу Варды, убил императора и занял византийский престол. Это сказалось и на судьбе Фотия. Василий Македонянин низложил Фотия и возвратил к кормилу Церкви Игнатия. В Церкви утверждалась прозападная ориентация с признанием главенства папы в ее делах. Но к чести Константинопольской Церкви нужно сказать, что признание папского главенства было только делом императора и малочисленной партии Игнатия. Лучшая часть Византийского общества и большая часть константинопольской иерархии были против такого поворота в отношениях к Риму. Тем време­нем в Рим прибыло посольство от новой власти. Пока оно находилось в пути, Николай 1 умер, его преемнику Адриану II не снилось такого пресмыкательства перед Римским престолом.

В 868 г. в Риме созван был собор, где относительно Фотия и его сторонников получили подтверждения постановления папы Николая I. Соборные акты 867 г. было решено сжечь. Под угрозой отлучения от Церкви и лишения церковного сана то же самое должны были сделать те, у кого они имелись. Сила ука­занных постановлений распространялась на все восточные пат­риархаты.

Таким образом, на этом соборе папа заявил о своих вселенских правах. По желанию Василия Македонянина папа отправил послов в Константинополь.

В 869 г. в Константинополе состоялся собор. Но это был не собор, а незначительное собрание, открывшееся в составе только 12 членов; если не считать руководителей собора и пред­ставителей светской власти. Только на последнем заседании собора число его членов удалось довести до немногим свыше ста. Представители от восточных патриархов на этом соборе, как было доказано позже, оказались самозванцами. Таким обра­зом собор представлял заседалие правительственной партии, по­этому и все его определения, до признания главенства папы, включительно были ее делом.

Фотий, вызванный на собор, отвечал на поставленные воп­росы мужественным гражданским молчанием. Зато сторонники Фотия энергично защищались, становилось ясным, что привлечь их на сторону Игнатия - нереальная задача. Умиротворение Церк­ви, таким образом, не было достигнуто.

На седьмом заседании был произнесен приговор Фотию и его сторонникам. Этот приговор для большей торжественности скрепили евхаристической кровью. Акты соборов 861 и 867 го­дов сожгли.

Папа ликовал, хотя был недоволен нежеланием собора пойти ему навстречу в вопросе о подчинении Римскому престолу Болгарской Церкви. Теперь Фотий испытал горечь поражения. Бывший патриарх содержался под стражей, и был лишен всякого общения с родственниками, монахами и духовенством. Ему отказывали даже в лекарствах. Собственность конфисковали, в том числе книги. Го­нения обрушились также и на сторонников Фотия, которые мужест­венно выносили все невзгоды, отказываясь от компромисса с пар­тией, унизившей Константинопольскую Церковь. Так в Константи­нопольской Церкви усиливался раскол, который приводил к тому, что в некоторых городах появилось по два епископа. В отноше­ниях Игнатия и римского папы камнем преткновения продолжал быть вопрос о Болгарской Церкви. Преемник Адриана II Иоанн VIII категорически требовал от Игнатия, чтобы он в 30-дневный срок очистил Болгарию от греческого духовенства и передал Церковь этой страны в юрисдикцию папы, грозя ему лишением патриаршеского престола. Но Игнатий умер патриархом (877 г.), а с его смертью рухнули и те фальшивые основы, которые заложило пап­ство для своего главенства на Востоке.