IV. Шалости и проказы

Герой трагикомического рассказа Бориса Минаева «Стакан воды» остался под «домашним арестом». Ему надоело скучать в одиночестве, и он решил развлечься тем, что поливал прохожих с балкона водой: сначала – из стакана, затем – из ведра и наконец – из шланга… Однако вовремя вмешалась соседка, и квартира была спасена от потопа.

«…На пороге стояла мама с испуганным лицом и соседка тетя Валя.

– Лева, что случилось? – быстро спросила мама.

– Ну я же говорила! – радостно сказала соседка.

Как я потом узнал, маму с работы вызвала по телефону именно она, тетя Валя.

– А я, понимаешь, Марин, слышу, воду кто-то льет, – радостно хохоча, приговаривала тетя Валя, пока мама с хмурым видом следователя по особо важным делам осматривала место происшествия.

– Так! – грозно сказала мама, осмотрев комнату.

– И льет, и льет, – продолжала тетя Валя. – Я думаю, чего это ты… может, стирку устроила? Или купаешь своего? Потом думаю, нет, не может быть, я же видела, как ты на работу уходила… А он, главное дело, льет, льет… Я из ванной-то слышу! Ну, нахаленок! – радостно говорила тетя Валя, с видом победителя усевшись в кресло.

– Так! – сказала мама, осмотрев кухню.

– Потом еще слышу, прям какой-то налет! Ну точно налет! Кастрюли на кухне падают, ведра гремят. И все больше, больше… Не иначе, думаю, парень твой хулиганит… Выглянула – точно, льет! С балкона! Ну, нахаленок! – тетя Валя совсем развеселилась и начала мелко и заливисто хихикать.

– Ты зачем это сделал? – тихо спросила мама.

– Не знаю! – так же тихо ответил я.

– А я знаю! Ты осел! – громко и четко сказала мама.

Тут тетя Валя как-то осеклась, перестала хихикать и начала меня испуганно увещевать.

– Ты, Лева, уже не маленький, – ласково говорила она, с испугом поглядывая на маму. – Ты уже должен понимать. А если бы ты на милиционера попал? Или на старенького дедушку?

– Знаешь что, Валь, – решительно сказала мама. – Ты иди. Спасибо тебе за все. Спасла нашу квартиру от потопа…

Когда она ушла, несколько секунд мы с мамой стояли в тишине.

– Лева! – сказала мама, разрубая воздух ладонью. – Будь добр! Объясни мне, пожалуйста. Четко и ясно. Что означает. Твое поведение.

Я пожал плечами.

– И это все? – леденящим душу голосом спросила мама.

– Мама, – убедительно сказал я, даже сам поразившись про себя своей убедительности. – Ну как я могу объяснить тебе то, что объяснить в принципе невозможно?

– А вот будь добр! – заорала мама. – Вот уж постарайся, пожалуйста, объяснить!

– Ты взрослый человек! – кричала мама. – Отвечай за свои поступки! Или хотя бы возьми тряпку и немедленно вытри пол!

Я стал ползать по полу, хлюпая носом.

Мама вдруг присела на корточки, взяла меня за подбородок и подняла мое лицо к свету.

– Лева, – сказала она. – Я еще раз спрашиваю: ну что с тобой происходит? Одно безобразие за другим. У меня же сердце не каменное. Звонит соседка. Мне было плохо, честное слово. Меня валокордином отпаивали. Я мчусь к тебе через весь город. Я пять лет жизни потеряла, наверное, за этот час. А тут какая-то ерунда. Льет воду из окна, как в шесть лет. Или вчера… Два часа бегала искала по всей Красной Пресне. Думала, тебя цыгане украли…

Но тут снова раздался звонок в дверь.

– Так! – сказала мама. – Это за тобой милиция пришла. Но учти, я тебя на поруки не возьму…

Ни жив ни мертв я открыл дверь.

На пороге стоял улыбающийся дядя Юзя из Харькова…»

Валентина. Читала отрывок и на месте мамы мальчика представляла себя. В этой ситуации повела бы себя точно так же и так же разговаривала бы с сыном.

Наталья. В этой ситуации с водой мама поступила, я считаю, очень корректно! Поговорила с сыном, как со взрослым, без свидетелей.

Детей нельзя унижать, их надо воспринимать как личность и уважать так же, как себя! Уважающий себя взрослый никогда не оскорбит своего ребенка, а тот, в свою очередь, чувствуя любовь, заботу, внимание и уважение со стороны родителей, не перейдет ту грань, которая для него важнее, чем конфета, развлечение и т. д. Дети – зеркало наших поступков и нас самих! Все, что гадкого и недостойного мы в них замечаем и ругаем, есть в нас, взрослых, только мы это усиленно скрываем от себя. Дефицит любви и внимания, недостаток общения – вот основные причины агрессии и неконтролируемых поступков.

Ирина. Никого не осуждаю. Поведение Левы понятно – сама нечто подобное вытворяла. И речевое поведение мамы мне близко: не вопли, не эмоции, не увещевания, не укоры и сюсюканья, а попытка поговорить как со взрослым, описать свои чувства (тревога, страх, непонимание) и потребовать объяснений. Считаю, это самый лучший способ воздействия – заставить ребенка объяснить свое поведение, задуматься о причинах своих поступков. Тогда и наказание не понадобится, если ребенок осознает, что поступил плохо, и сам захочет исправиться (к сожалению, не каждый ребенок умеет задумываться!).

Оксана. Отвечу кратко: в этой ситуации я вела бы себя точно так же, как мама Левы – те же фразы, тот же тон.

Екатерина. Честно говоря, я вижу себя в роли мамы Левы. В подобной ситуации я вела бы себя именно так. Это я!

Елена. Ребенку нечем занять себя в свободное время, энергия остается нерастраченной, дети часто выплескивают ее наружу такими вот способами самовыражения. Маме нужно было составить плотный график занятости сына, у которого энергии хоть отбавляй. Мой ребенок тоже может от нечего делать начать все бить и ломать, да и просто кричать дурным голосом. Ответной агрессии здесь не должно быть. Читать морали – ничего не даст! Просто надо отвлечь внимание ребенка, постараться найти ему интересные посильные занятия.

И еще я плохо понимаю, почему ребенок здесь шалит в одиночестве. Когда я была маленькой, мы обычно шалили как раз в компании. Был один случай: мы с подругой сидели в ее комнате, рисовали пастелью и рассматривали картинки. Было весело, мы болтали, смеялись. Потом вышли на балкон, стали смотреть на улицу, на прохожих. Нам вдруг захотелось кого-нибудь попугать. Мы стали кукарекать, лаять, мяукать, бросать мусор вниз. Потом пришла идея «получше»: сделали «бомбочки» с водой, кидали их с балкона. И вот через какое-то время в дверь квартиры позвонили – пришла как раз та тетенька, которую мы облили водой…

Чем закончилось – все ясно! Была ли у нас какая-то злость? Нет, просто было какое-то состояние «эйфории», «опьянения» своей безнаказанностью, мы не отдавали себе отчета в том, что делали – просто «бесились», и поэтому нас скоро «вычислили» и наказали. Нам было очень стыдно, и я до сих пор испытываю этот страх и стыд. Больше так не поступали.

Резюме

Наши эксперты проявили лаконизм и полное единодушие в оценке речи Левиной мамы: «узнаем себя, понимаем, поддерживаем». Из комментариев Натальи и Ирины следует, что более всего им импонирует коммуникативная тактика общения с ребенком «на равных» в конфликтной ситуации, позволяющая избежать ответной грубости, агрессии с его стороны. А Елена предлагает в качестве метода педагогического воздействия на ребенка – переключение его внимания на «более достойные» объекты.

Елена единственная из отвечающих попыталась объяснить поведение мальчика в этой ситуации, привела развернутый пример из собственного детства. К сожалению, она ничего не написала о том, как именно они с подругой были наказаны за свой проступок.

Интересно также, что все мамы проигнорировали образ навязчивой соседки, сначала пытавшейся «подлить масла в огонь» («радостно хохоча, приговаривала», «радостно говорила…, с видом победителя усевшись в кресло», «совсем развеселилась и начала мелко и заливисто хихикать»), а потом защитить Леву («начала… испуганно увещевать», «ласково говорила…, с испугом поглядывая на маму»). Кроме того, никто из родителей не отметил наличия агрессивных компонентов в речи мамы мальчика («грозно сказала», «разрубая воздух ладонью», «заорала», «кричала», слово «осел» в адрес сына, угроза милицией).