84. Сенсуализм в философии Нового времени и проблема умозрения, познания общего и сущности

См. 83

85. Рационализм в философии Нового времени

Слово рационализм имеет несколько значений, в зависимости от того, какому течению оно противостоит. Первое значение – допущение того, что возможно знание без чувств. В этом смысле рационализм есть антипод сенсуализму, эмпиризму. Другой смысл слова рационализм, когда рационализм противостоит иррационализму. Тогда рационализм – учение о могуществе человеческого ума, который все способен познать. А иррационализм учение о том, что разум слаб и ничего не дает. Почему ум не может ни чего дать? Потому, что в мире нет никакого порядка. Мир иррационален, это хаос. А с точки зрения рационалистов в мире есть порядок. Иногда даже порядок, порожденный разумом. Когда современные ученые говорят, что мир рационален, они имеют ввиду не разум, а просто что есть порядок. И по-этому можно познать мир. Так что первый смысл рационализма в том, что источник знаний может быть в разуме, а второй, что разум всемогущ. Человек может быть рационалистом в одном смысле и не быть рационалистом в другом.

Противоположность фидеизму – убежденности в превосходстве веры над разумом (не только религиозной, но и светской, когда человек принимает на веру то, что ему дают). А рационализм – знание должно быть обоснованным и доказанным, ничего на веру принимать нельзя. Декарт: Все надо подвергать сомнению, проверять.

Рационалистами были элеаты, Демокрит, Платон. Врождённые идеи у Декарта и Лейбница. Априорные категории рассудка у Канта.

86. Познание общего и сущности и проблема активности мышления.

Аристотель отвергал мир идей, мир эйдосов. Как мы познаем общее? Аристотель давал много разных ответов. Например вариант, похожий на концептуализм. Сравниваем вещи и видим, что они похожи. Но ведь он понимал, что таким путем сущность не познаешь. Только внешние стороны. И вот он вводит понятие двух разумов. Один разум пассивный, человеческий. Другой активный, Божественный. И как раз Божественный разум и раскрывает перед нами сущность. Потом эту идею подхватили арабские сторонники Аристотеля. Ибн Сина, Авиценна, Авирроес и др. разработали учение о космическом разуме. Есть космический разум человечества, кроме нашего бедного разума. Он проникает в наши головы и дает нам знания об общем. Что это за разум, какова природа? Надо было объяснить чувства-то не дают. И разум человека не дает. Значит есть какой-то такой разум человечества. Он кстати бессмертен. Все люди умирают, умирает их разум, а этот остается. Здесь мы наглядно видим, что каждый вопрос о познании общего неразрывно связан с вопросом об активности мышления. Чтоб допустить познание общего надо допустить, что мышление активно. Даже концептуалисты, которые считали, что общего-то нет, но понятия создаются человеком. Они допускали элементарную, но активность мышления.

87. Проблема источника гносеологической активности мышления.

Идеалисты объясняли просто – мышление активно. Почему? Потому, что оно другим-то быть на может. Просто мышление активно по своей природе. Это особенно наглядно было у Фихте: «Я творю мир, я активен сам по себе, я другим быть не могу.» У Гегеля абсолютный разум активен. Абсолютная идея сначала движется внутри замкнутого круга, внутри себя. Потом в природе, потом в обществе. Он активна. Почему? Иначе быть не может. Как видите идеалисты не объясняли активность мышления, также как Ибн Сина и Аверроис не объясняли откуда этот разум.

А материалисты оказались в сложнейшем положении. Потому, что если активность есть, надо объяснить ее. Значит нужно выяснить где корни активности. Где же материальный источник активности? Можно найти в мире источник активности мышления? Нет. Источник ощущений есть – внешнее возбуждение. А мышление, оно же так не возникает? Если мы решаем, что мышление активно как само собой разумеющееся, мы переходим на позицию идеализма. И что же делали материалисты? Заявляли, что ни какого источника активности мышления нет. Это блеф, это миф. И все. Очень просто: раз это необъяснимо, значит этого нет. Это нам кажется, что у нас мышление, что оно активно. А на самом деле никакой активности. Вполне понятно, что это был не ответ. Это был уход от объяснения того, что бросалось в глаза. Отрицать очевидное – не лучший вариант, ни для ученого, ни для философа. До сих пор мы говорили об активности познавательной, т.е. о создании образа внешнего мира. Но активность мышления этим не исчерпывается. Есть и другие виды активности мышления.