83. Дает ли мышление новое знание? Проблема и предлагаемые ее решения.

Откуда берётся новое знание? Никто не отрицал, что чувства приносят что-то. По вопросу мышления были разные мнения, до марксизма было два (крайних и плохих) мнения:

Сенсуализм. Мышление не служит источником знаний, чувства - единственный источник. Но может ли быть в в разуме такое знание, которого бы не было в чувствах?

1. Знание об общем существует в чувствах в скрытом виде. Скот Эриугена, Ибн Рушд, Фома Аквинский

2. Нет. XVII-XIX вв. Всё, что не чувствозримо, не существует. или не познаваемо. А зачем тогда мышление?

   1. А может оно сводится к чувственному познанию (Клод Адриан Гельвеций, - считал что мышление и чувства есть наиболее сложные свойства, проявления материи - википедия).

   2. Есть. Бэкон (“Новый Органон”), Т. Гоббс, Дж. Локк (добавил внутренний опыт - рефлексию), Д. Юм. (Далее Семёнов пишет, что они считались с фактами рационалистов)

Многие материалисты-сенсуалисты были номиналистами и эссенциалистами. То есть сущность есть, она не доступна органам чувств - следовательно не познаваема. Локк сделал шаг дальше - у него есть реальная (объективная и непознаваемая сущность) и номинальные сущности в сознании. Концептуализм! Понятия - не образы внешнего мира, а конструкции ума, фиксирующие сходство реальных единичных предметов внешнего мира.

Были материалисты, которые считали, что мышление (умозрение) базируется на материале доставляемом чувственным познанием. Эпикур, Тит Лукреций Кар. Но они не могли сказать, как происходит переход от чувственного познания к мышлению.

Рационализм. Мышление даёт такое знание, которого не дают чувства. (Радикальный рационализм) это знание не имеет никакого отношения к тому, которое дают чувства - оно априорно.

Когда ученые стали основательно заниматься мышлением, выяснилось, что мышление многослойно. Есть низшие уровни, есть более высокие уровни. Какой же низший уровень мышления? Это когда мы просто в мыслях фиксируем то, что наблюдаем в мире. Поставили на огонь котелок с водой и вода закипела. Мы и говорим: «Вода закипела.» Т.е. фиксируем результаты чувственного познания. Для человека не существует того, что не зафиксировано в мышлении. Человек всегда переводит все на язык мысли, т.е. выражает в форме понятий. Это низший слой – такие суждения, которые фиксируют результаты наших чувственных наблюдений. Это было давно. Даже постепенно слово «эмпирия» получила другой смысл. Раньше эмпирическое означало чувственное. А теперь это означает содержание первичных суждений, т.е. суждений, фиксирующих наблюдения. Отсюда возникло понятие эмпирического мышления. Для таких фиксированных суждений появилось специальное название – факты. Так, шаг за шагом, слово «эмпирическое» стало обозначать не чистое познание, а результаты наблюдений, зафиксированные в наших суждениях. Поэтому возникли понятия «эмпирическое познание», «эмпирическое мышление».

Появились две пары: чувственное – рациональное, эмпирическое – теоретическое. Эмпирическое – теоретическое это разные слои мышления. Нижний слой мышления существует давно. Логические позитивисты уделили особое внимание низшему слою мышления. У них главное понятие – язык, потому, что они считали, что мы можем знать только чувственное, а язык, слова – чувственное. Поэтому совокупность их положений, в которой фиксируются данные из чувственного опыта они называли языком наблюдений. А сами эти предложения, суждения, высказывания называли так: суждения языка наблюдения, суждения феноменологического языка, протокольные суждения. Они рассматривали эти протокольные базисы суждений как базис на котором строятся научные исследования. Таким образом они как-то выделили этот слой.

Двинемся дальше. Ясно, что наука это не просто совокупность фактов. Дальше начинается обработка. Мы переходим к другому, более высокому слою. Обрабатывая факты, мы переходим от фактов единичных к фактам общим. Такой прием называется индукция. Много раз вскипятив воду мы устанавливаем, что вода кипит в нормальных условиях при 100 С. Мы получаем общий факт – А вызывает Б. Мы устанавливаем причинную зависимость, но не даем объяснения. Долгое время философы считали, что теория создается путем индукции. До начала XX века все это работало. На рубеже XIX-XX веков произошла революция в естествознании. Стало ясно, что теории не выводимы из фактов. Теории базируются на фактах, но вывести их индуктивно невозможно. Наиболее четко это осознал Альберт Эйнштейн, который неоднократно в своих работах говорил, что ни какая теория не может быть логически выведена из опыта. Это он видел как на примере работ коллег, так и на собственном примере. Постепенно это стало ясно. Поэтому неопозитивисты начали отказываться от своих идей. Да, есть язык наблюдений, но есть и второй язык. Язык теории. Но как возникает теория они не объясняли – они не рассматривали процесс получения знания. Даже отвергали индукцию. В конце концов, они приходили к выводу, что мышление не дает нового знания, т.е. нет различия между знанием логическим и знанием эмпирическим. Они никак не могли провести грань между теоретическим и эмпирическим. Каждое общее предложение получалось теоретическим – ведь это не язык наблюдений. Когда мы говорим, что вода кипит это же общее положение. И они тем самым относили его к теории. Хотя на самом деле к теории это никакого отношения не имеет. Это только факт и больше ничего. Перед ними встала такая проблема: не все общие положения являются научными, поэтому как отличить знание научное, от знания ненаучного? Это у них называлось проблемой демаркации.