«В пансионе»
Здесь Чехов представляет нам Дырявина – преподавателя математики в частном пансионе. Тот остался допоздна, желая просить прибавки, и «зная скупость «старой шельмы», он поднимает вопрос о прибавке не прямо, а дипломатически». Далее автор описывает то, как учитель пытается осыпать комплиментами мадам Жевузем, говорит о том, что нет сейчас красивых женщин. «Только и отдыхаешь, когда взглянешь на лицо какой-нибудь пожилой дамы, — говорит он. — Правда, молодости и свежести не увидишь, но зато глаз отдохнет хоть на правильных чертах…»
Я думаю, женщина прекрасно читала в его словах неприкрытую лесть, однако приводит в пример ученицу, вызывает ее и отчитывает лишь для того, чтобы Дырявин рассмотрел девушку. Тот в свою очередь размышляет, как прекрасна юная особа, наслаждается каждой чертой ее лица, однако вслух продолжает настаивать на своем, чтобы добиться желаемого.
Чехов в образе этого учителя отражает поведение если не каждого, то многих подчиненных. Желая добиться прибавки или повышения, человек превращается в подхалима, порой готов переступить через принципы и отказаться от собственного мнения.
«Человек в футляре» и «Учитель словесности»
Черты педагога-консерватора А.П.Чехов сконцентрировал в сатирическом образе Беликова. Этот образ Чехов писал с учителей, преподававших ему в Таганрогской мужской классической гимназии.
Беликов смешон своим нарядом, поведением, образом жизни. Он стара¬ется отгородиться от окружающего мира, «надеть» на себя «защищающий» футляр. Для этого он использует все возможные средства: от ваты в ушах и темных очков до известной фразы «как бы чего не вышло». Беликов с его «как бы чего не вышло» стал образом нарицательным и послужил олицетворением общественного явления, получившего название «беликовщина». Данный персонаж стрeмился огородить себя от внешнего мира некой обoлочкой, так нaзываeмым «фyтляром», в котoром он был наедине с собой. В основе выражения – контраст, парадоксальное сведение воедино живого, одухотворенного, разумного и вещи – футляра: в нем хранятся разные предметы, но всегда предметы неодушевленные.
Беликов изображен типичным консерватором: все новое вызывает у него неприязнь. Беликов опасался раздражителей действительности, жил в словно в коконе. Он не принимал никаких отступлений от правил. Его стремление беспрекословно исполнять все указания давало ему главенствующую позицию в педагогическом совете.
Древние языки, которые он преподавал, так же выступали в роли «футляра», который мог спрятать его от повседневности, избавить от настоящего, обратиться к так любимому им прошлому. Беликов не живет настоящим, но сам не понимает этого.
Казалось бы, такой герой безвреден: он не приносит пользы, и вреда от него быть не должно. Образ его должен вызывать смех. Но это не так. Беликов скорее страшен, а не смешон. Он страшен своими мыслями. Образ его олицетворяет собой русскую государственность с ее ненавистью к свободомыслию. От Беликова не могут «отмахнуться». Его ненавидят, но ему подчиняются. Он живет только прошлым, что не дает свободы, не дает развиваться. Может ли такой учитель принести пользу ученикам, пробудить их стремление к учебе? Он закрыт от всего нового, и страшно представить, какое поколение можно воспитать под влиянием таких преподавателей.
В противовес ему среди педагогического состава гимназии появляются независимые люди, такие как учитель географии и истории Коваленко и его сестра Варенька. Их образы являются противопоставлены образу Беликова.
С приходом таких людей век Беликова заканчивается. Он умирает: «Теперь, когда он лежал в гробу, выражение у него было кроткое, приятное, даже веселое, точно он был рад, что наконец его положили в футляр, из которого он уже никогда не выйдет. Да, он достиг своего идеала!»
Почему целый город дрожал перед этим внутренне мертвым человеком? Все дело в силе привычки жителей этого городка. Во время похорон стояла дождливая погода и все учителя гимназии «были в калошах и с зонтами». О многом говорит эта чеховская деталь. Умер Беликов, а «беликовщина» осталась в душах людей, возобновилась такая же серая, никчемная жизнь. «И в самом деле, Беликова похоронили, а сколько еще таких человеков в футляре осталось, сколько их еще будет!»
В финале рассказа звучит гневная тирада собеседника Буркина Ивана Ивановича: «Видеть и слышать, как лгут и тебя же называют дураком за то, что ты терпишь эту ложь; сносить обиды, унижения, не сметь открыто заявить, что ты на стороне честных, свободных людей, и самому лгать, улыбаться, и все это из-за куска хлеба, из-за теплого угла, из-за какого-нибудь чинишка, которому грош цена, - нет, больше жить так невозможно!»
Но эти обнадеживающие слова сталкиваются с равнодушной «беликовской» репликой учителя Буркина: «Ну, уж это вы из другой оперы, Иван Иванович …Давайте спать». И минут через десять Буркин уже спал».
Герой рассказа «Учитель словесности» Никитин, вдруг, возвращаясь после одного проигрыша в карты домой, почувствовал свою никчемность. Сергей Васильевич стал ощущать недовольство своей комфортной жизнью. Он вдруг понял, что стал бездарным чиновником, не совсем понимающим, чему учит детей. Эту эволюцию героя критик — А. Л. Липовский — оценил как необоснованную, немотивированную и упрекнул Чехова в излишней краткости формы. «Почему, например, „Учитель словесности“, всегда живший пошляком, без малейшего сомнения в своих поступках, вдруг, возвращаясь после одного проигрыша в карты домой, почувствовал, что он чиновник и лгун и что все таковы? <...> Эти мгновенные душевные настроения более понятны, чем обоснованы» [А. Липовский. Представители современной русской повести и оценка их литературной критикой. — «Литературный вестник», 1901]
Никитин прекрасно чувствует слово: «Офицеры, директор и все учителя улыбнулись из приличия, и я тоже почувствовал на своем лице приятную неискреннюю улыбку». Её словно приклеили к его лицу. Человек, так чувствующий слово, имеет шанс когда-нибудь дорасти до учителя словесности, поскольку сразу им мало кто становится. «Великое русское слово», кажется, и есть тот спасительный круг, за который и хочет уцепиться Никитин, пытаясь выбраться из засасывающего его омута обыденности и культа комфорта. Живое чувство слова свидетельствует о живой совести Никитина.
На уроках он «убивал время»: «…пока дети писали, сидел на подоконнике с закрытыми глазами и мечтал; мечтал ли он о будущем, вспоминал ли о прошлом – всё у него выходило одинаково прекрасно, похоже на сказку.» Что может более ярко охарактеризовать методы «преподавания» Никитина!
После осознания своего падения, у героя три пути: уйти из гимназии и жить на приданое жены или превратиться в одного из «педагогов – чиновников». Есть и третий – самый трудный – путь духовного роста, путь к творчеству.
В рассказах из жизни учителей гимназии общение с окружающим миром для героев оборачивается испытанием их нравственных сил. Тот факт, что Беликов, подчинивший себе весь город, оказывается поверженным, – закономерность, как и то, что Никитин в один прекрасный день поднимается над бытом и осознает, что жизнь его стала серой и однообразной.
В этих рассказах абсолютно разные судьбы, разное отношение героев к миру, но едина нравственная позиция автора. Чехов уверен, что любому человеку свойственно стремление к высокой цели и насилие над собственной природой обходится ему дорого.
Никитин, остановившийся перед новой жизненной дорогой, и Беликов, чей жизненный путь оборвался – оба не достигли старости. Но и многие другие герои Чехова, редко относятся и к старому поколению, может быть, потому, что сам Чехов прожил сравнительно недолго, всего 44 года.