2. Состав участников корпоративного договора

Одной из центральных новелл новой редакции ГК РФ является существенное расширение состава участников корпоративных договоров <1>. Если раньше допускалось участие в корпоративном соглашении исключительно участников общества <2>, в отношении которого такое соглашение заключалось, то теперь в соответствии с п. 9 ст. 67.2 ГК РФ стороной корпоративного договора могут являться кредиторы и любые третьи лица, обладающие охраняемым законом интересом.

--------------------------------

<1> Хотя в п. 9 ст. 67.2 указано, что к соглашению с третьими лицами "применяются правила о корпоративном договоре", т.е. такое соглашение не является корпоративным договором в строгом смысле, в этой статье к таким договорам будут применяться термины, указанные во 2-й сноске в начале статьи.

<2> Степанов Д.И., Фогель В.А., Шрамм Х.-И. Указ. соч.

Данное положение стало предметом серьезной критики со стороны некоторых авторов. В частности, указывалось на то, что комментируемая норма открывает возможность для тайного управления непубличным хозяйственным обществом со стороны третьих лиц, что, в свою очередь, может привести к серьезному ущемлению прав миноритарных участников корпорации в интересах крупного бизнеса, даже не участвующего в корпорации <1>.

--------------------------------

<1> Суханов Е.А. Американские корпорации в российском праве (о новой редакции гл. 4 ГК РФ) // Вестник гражданского права. 2014. N 5.

Между тем, на наш взгляд, данная новелла давно требовалась участникам гражданского оборота. Помимо "теневых акционеров" <1>, данные положения могут использоваться добросовестными участниками гражданского оборота, в том числе как альтернатива традиционным способам обеспечения обязательств. Например, это предоставит возможность банкам блокировать решения должника по выводу активов, реорганизации, ликвидации и т.д., таким образом обеспечивая возврат выданного займа.

--------------------------------

<1> На наш взгляд, абсолютно правильная мысль была высказана Д.И. Степановым: проблема существования "теневых акционеров" существовала и до принятия соответствующих поправок в ГК РФ, проистекая из несовершенства законодательства об аффилированных лицах и отсутствия ответственности контролирующего участника корпорации. (См.: Степанов Д.И. Свобода договора и корпоративное право // Гражданское право и современность: Сборник статей, посвященный памяти М.И. Брагинского / Под ред. В.Н. Литовкина, К.Б. Ярошенко. М.: Статут, 2013.)

Также необходимо учитывать, что одновременно со ст. 67.2 ГК РФ в действие вступила ст. 53.1 ГК РФ. В соответствии с п. 3 указанной статьи, лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, обязано действовать добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. На наш взгляд, данное положение применимо в отношении третьих лиц, являющихся участниками корпоративного договора, а следовательно, не находит подтверждения довод о том, что такие третьи лица в отношении корпорации не связаны ни имущественным риском, ни корпоративными обязанностями <1>.

--------------------------------

<1> Суханов Е.А. Американские корпорации в российском праве (о новой редакции гл. 4 ГК РФ) // Вестник гражданского права. 2014. N 5.

Кроме того, как уже отмечалось, расширение круга возможных участников корпоративного договора соответствует зарубежному опыту, поскольку и английское право, и право континентально-европейских государств допускают участие в корпоративном договоре иных лиц, помимо собственно участников корпорации.

Однако до сих пор нерешенным в российском законодательстве и юридической науке остается вопрос о возможности участия самого хозяйственного общества в корпоративном договоре, заключенном участниками такого общества в отношении осуществления прав из долей (акций) в таком обществе, а также членов органов управления компании.

С одной стороны, участие общества в корпоративном соглашении увеличивает возможности судебной защиты прав участников таких соглашений, поскольку предоставляет таким участникам право оспаривать действия и решения общества как стороны корпоративного договора (в соответствии с п. 6 ст. 67.2 ГК РФ).

С другой стороны, участие общества в соглашении акционеров может серьезно повлиять на права третьих лиц (контрагентов, будущих участников) и акционеров общества, не являющихся стороной корпоративного договора. Кроме того, участие общества в качестве стороны корпоративного договора наряду с его акционерами может повлечь привлечение таких акционеров к ответственности по обязательствам общества по ст. ст. 3 и 6 Закона об АО <1>.

--------------------------------

<1> Корнеев И., Арутюнян В. Акционерное соглашение: заключение, содержание и исполнение // Корпоративный юрист. 2010. N 1.

Интересно отметить, что были предприняты как минимум две попытки решить эту проблему на законодательном уровне. Так, проект Федерального закона "О внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в части регулирования института акционерных соглашений" <1>, подготовленный Министерством экономического развития РФ в ответ на консервативную практику судов по оспариванию соглашений акционеров, в частности по делу ОАО "Мегафон", содержал положение, согласно которому общество, в отношении акций которого заключено акционерное соглашение, не могло быть стороной этого акционерного соглашения, за исключением случаев, если сторонами акционерного соглашения являлись все акционеры и соглашение было заключено в отношении всех размещенных акций общества. Напротив, первоначальный проект поправок 2009 г. в Закон об АО предусматривал прямой запрет участия общества в акционерных соглашениях, заключенных в отношении долей (акций) такого общества <2>.

--------------------------------

<1> http://webcache.googleusercontent.com/search?q=cache:umUa_jelUScJ:www.corpgov.ru/bd/db.php3%3Fdb_id%3D4311+&cd=1&hl=ru&ct=clnk&gl=ru (дата обращения: 17.08.2015).

<2> Долинская В.В., Фалеев В.В. Миноритарные акционеры: статус, права и их осуществление. М.: Волтерс Клувер, 2010. С. 150.

Однако ни одно из указанных положений так и не было инкорпорировано в отечественное корпоративное законодательство. В результате в российской юридической литературе возникла дискуссия о допустимости такого участия. В соответствии с более консервативным подходом толкование норм о корпоративных соглашениях не позволяло обществу быть стороной соглашения акционеров, заключенного в отношении долей (акций) такого общества <1>.

--------------------------------

<1> Ломакин Д.В. Договоры об осуществлении прав участников хозяйственных обществ как новелла корпоративного законодательства // Вестник ВАС РФ. 2009. N 8.

Сторонники более либерального подхода полагали, что в отсутствие прямого законодательного запрета не было оснований для отказа в участии общества в таких соглашениях, хотя и указывали на то, что права и обязанности общества, проистекающие из такого соглашения, являлись довольно ограниченными в связи с императивностью многих норм отечественного корпоративного законодательства <1>.

--------------------------------

<1> Куделин А. Акционерное соглашение по российскому праву // Корпоративный юрист. 2009. N 10 - 11; Корнеев И., Арутюнян В. Указ. соч.

Немецкое право, как уже отмечалось, в принципе допускает участие общества в корпоративном договоре <1>. Английское право также не исключает участия корпорации в соглашении акционеров, устанавливая, однако, определенные ограничения в отношении такого участия. В частности, исходя из решения палаты лордов в деле Russel v. Northern Bank Development Corporation Ltd <2> такое соглашение не может ограничивать общество в правах, предоставленных ему законом (statutory powers) <3>.

--------------------------------

<1> Степанов Д.И., Фогель В.А., Шрамм Х.-И. Указ. соч.

<2> Russell v. Northern Bank Development Corporation Ltd. (1992) 1 WLR 588.

<3> Sealy L. & Worthington S. Op. cit. P. 244.

Кроме того, насколько мы понимаем, в международной практике довольно значительное распространение получили так называемые соглашения о взаимоотношениях (relationship agreement). Такое соглашение заключается между компанией и мажоритарным акционером, причем последний принимает на себя обязательства вступать в коммерческие отношения с компанией исключительно на рыночных условиях (arm's length principle), тем самым защищая права миноритарных акционеров <1>. Обычно такие соглашения заключаются при первичном размещении акций компании (IPO), чтобы показать участникам рынка и будущим акционерам, что компания управляется в соответствии с лучшими принципами корпоративного управления (best corporate governance principles) <2>.

--------------------------------

<1> Miliauskas P. Company Law Aspects of Shareholders' Agreements in Listed Companies. Vilnius, 2014. P. 187.

<2> Ibid. P. 201.

Поправки в ГК РФ, вступившие в силу 1 сентября 2014 г., никак не решают рассматриваемую проблему, поскольку в них отсутствует как указание на возможность участия общества в соглашениях акционеров, так и прямой запрет такого участия.

Однако, на наш взгляд, с учетом того, что поправками существенно расширен круг лиц, которые могут являться участниками корпоративного договора, а также исходя из общего принципа диспозитивности гражданского права (разрешено все, что не запрещено) на настоящий момент нет объективных причин к ограничению участия общества в соглашениях в отношении долей (акций) в таком обществе.

Между тем необходимо также учитывать возможное влияние такого участия на права третьих лиц (контрагентов по договорам, будущих участников и т.д.) и акционеров общества, не являющихся стороной корпоративного соглашения. В этой связи нам представляется необходимым дополнить ст. 67.2 ГК РФ, указав, что общество может являться стороной только такого соглашения акционеров, участниками которого являются все акционеры общества, либо участие общества в таком соглашении одобрено всеми участниками общества.

Данное ограничение направлено на защиту участников, не являющихся стороной соглашения акционеров. Однако, на наш взгляд, нет необходимости ограничивать участие общества в корпоративном соглашении положением о том, что такое корпоративное соглашение должно быть заключено всеми участниками общества. Для обеспечения защиты акционеров, не участвующих в корпоративном договоре, достаточно установить обязательность их согласия на принятие обществом на себя обязательств по такому договору.

Причем такое согласие, на наш взгляд, может быть подразумеваемым. Например, если лицо, зная о существовании корпоративного соглашения с участием общества, тем не менее приобрело акции указанного общества, такие действия свидетельствуют о том, что такой новый акционер не возражает против участия общества в соглашении акционеров, даже если такой акционер сам к соглашению не присоединяется. Впрочем, на практике такие ситуации вряд ли будут распространены, поскольку обычно соглашение акционеров запрещает отчуждение акций третьему лицу, не являющемуся акционером, если такое третье лицо не присоединится к соглашению вместо акционера, отчуждающего акции.

Возможно, в ближайшем будущем эта проблема будет решена на законодательном уровне. На настоящий момент один из проектов изменений в Законы о хозяйственных обществах <1> (далее - проект) предусматривает возможность участия непубличного общества в корпоративном договоре, сторонами которого являются все участники (акционеры) общества.

--------------------------------

<1> Проект Федерального закона "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации (в части приведения в соответствие с новой редакцией главы 4 Гражданского кодекса Российской Федерации)" // http://www.consultant.ru/law/hotdocs/43754.html (дата обращения: 17.08.2015).

Необходимо также отметить, что за рубежом стороной корпоративного договора могут являться в том числе члены органов управления обществом (единоличный исполнительный орган, члены совета директоров и т.д.). Такое соглашение может заключаться (i) с целью уведомления таких лиц об определенных положениях соглашения акционеров (в таком случае, например, возможно оспаривание сделок, заключенных указанными лицами от имени общества в нарушение корпоративного договора) либо (ii) с целью предоставить акционерам права требовать от таких лиц исполнения принятых обязательств в натуре (specific performance) - например, предоставлять определенную информацию, предоставление которой прямо не предусмотрено законодательством соответствующей юрисдикции <1>. Аналогично мы не видим, почему бы в рамках действующего российского законодательства органы управления корпорацией не могли участвовать в корпоративном договоре.

--------------------------------

<1> Miliauskas P. Op. cit. P. 185.