2.2. Предмет акционерных соглашений

Рассмотрев проблему субъектов акционерных соглашений, перейдем к следующему элементу правоотношений - к его объекту <1>. Под объектом гражданских правоотношений в науке гражданского права понимается то, на что направлены гражданское субъективное право и гражданско-правовая обязанность как элементы гражданского правоотношения, образующие его содержание <2>. Объектом правоотношения из договоров, согласно господствующим воззрениям, является сложносоставной элемент, включающий в себя как юридический объект в виде поведения обязанных лиц, на которое воздействует управомоченный субъект, так и материальный объект, по поводу которого правоотношения и возникают и воздействие на который осуществляется опосредованно, через поведение обязанных лиц <3>.

--------------------------------

<1> Понятие объекта и предмета гражданских правоотношений является спорным в науке гражданского права. Большинство классических теорий объекта гражданских правоотношений представлено в труде О.С. Иоффе. (См.: Иоффе О.С. Правоотношение по советскому гражданскому праву. Л., 1949. С. 43 - 121).

<2> Там же. С. 82.

<3> Гражданское право: актуальные проблемы теории и практики / Под ред. В.А. Белова. М., 2007. С. 211.

К материальным объектам относят предмет договора. Для целей настоящей работы использована позиция крупнейшего дореволюционного российского цивилиста Г.Ф. Шершеневича, который писал, что под предметом договора понимается то юридическое последствие, на которое направлена согласная воля двух и более лиц <1>. Таким образом, под предметом акционерного соглашения необходимо понимать обязательства сторон договора, направленные на осуществление или воздержание от осуществления корпоративных прав.

--------------------------------

<1> Шершеневич Г.Ф. Курс русского гражданского права: В 2 т. М., 1907. Т. 2. С. 74.

В английской правовой доктрине и в правоприменительной практике предметное поле договоров об осуществлении прав акционеров достаточно широкое, и, сгруппировав эти соглашения по сходным признакам, можно выделить следующие основные условия соглашений, которые составляют его содержание:

1) условия, относящиеся к регламентации направлений деятельности компании, включающие в себя условия голосовать определенным образом или согласовывать свою позицию при голосовании;

2) вопросы дополнительного финансирования компании (дополнительный выпуск акции, обязательство внешнего финансирования акционером компании);

3) вопросы корпоративного управления компанией (структуры совета директоров, правления компании, порядка назначения и досрочного прекращения полномочий директоров, порядок разрешения тупиковых ситуации (так называемых дедлоков);

4) вопросы выплаты дивидендов;

5) вопросы предоставления отчетности и иной информации акционерам компании;

6) условия, определяющие порядок отчуждения акций, которые включают в себя возможность установления преимущественного права покупки акций, а также права требовать продажи акций компании (option call) и право требовать приобретения акций компании (option put) при наступлении определенных условий. Кроме того, в данную группу условий включаются условия, позволяющие миноритарному акционеру присоединиться к сделке мажоритарного акционера по продаже акций (tag along), а также условия, которые позволяют мажоритарному акционеру при продаже им своих акций требовать присоединиться к этой сделке миноритарному акционеру по той же цене и на тех же условиях, на которых осуществляет продажу мажоритарий (drag along).

Перечень вопросов, которые могут включаться в акционерные соглашения, в английском праве достаточно широк и является открытым, поэтому может охватывать практически любые вопросы, связанные с управлением и деятельностью общества <1>.

--------------------------------

<1> Hewit I. Hewit on joint ventures. L.: Sweet & Maxwell, 2011. P. 122 - 123.

Вопрос пределов предмета акционерных соглашений по российскому праву является на сегодняшний день дискуссионным. В правовой литературе можно условно выделить два направления воззрений по вопросу о границах предмета акционерных соглашений.

Сторонники первого направления рассматривают предмет акционерных соглашений более расширительным образом. К примеру, Е.В. Балыкова пишет, что в предмет акционерного соглашения могут входить любые вопросы корпоративного управления обществом, которые не вошли в устав общества <1>. Е. Федченко в своей статье отмечает, что предмет корпоративного соглашения может охватывать такие вопросы, как предоставление миноритарным участникам общества ограниченного сроком права вето в отношении вопросов управления обществом <2>. Некоторые сторонники расширительного подхода к предмету считают, что предметом акционерного соглашения могут быть права на дивиденды, от которых акционеры вправе отказаться в пользу другого акционера <3>, обязательство гарантированно назначить определенных лиц в органы управления <4>, договорный запрет на увеличение процента принадлежащих акций <5>.

--------------------------------

<1> Балыкова Е.В. Акционерное соглашение // Акционерное общество: вопросы корпоративного управления. 2010. N 1. С. 71.

<2> Федченко Е. Соглашение об осуществлении прав участников общества с ограниченной ответственностью // Корпоративное право. 2008. N 7. С. 11 - 12.

<3> Доронин Ю.А. Договор о порядке осуществления прав участников хозяйственных обществ // Журнал российского права. 2009. N 10. С. 65.

<4> Степанов Д.И. Указ. соч. С. 75 - 77.

<5> Вавулин Д.А., Федотов В.Н. Правовые основы акционерного соглашения // Право и экономика. 2009. N 8; СПС "КонсультантПлюс".

Обобщив вышеприведенные взгляды, можно резюмировать, что они основаны на принципе свободы договора и на идее о неограниченности предмета акционерного соглашения, так как круг вопросов, возникающих при осуществлении управления обществом, очень широк и законодательно не ограничен.

Сторонники ограничительного толкования предмета акционерного соглашения полагают, что предмет акционерного соглашения ограничен вопросами, закрепленными в законодательстве. Такой договор в свою очередь не наделяет участников дополнительными корпоративными правами и не может выступать дополнением к уставу и противоречить ему <1>. Так, Д.В. Ломакин пишет, что "предмет данного договора составляют действия участников общества по осуществлению корпоративных прав определенным образом, а также бездействие, выражающееся в воздержании от осуществления участниками своих корпоративных прав. При этом договор об осуществлении прав участников хозяйственных обществ не может самостоятельно порождать новых корпоративных прав или обязанностей, которые ему не были предоставлены или возложены законом или уставом общества" <2>. По мнению В. Кононова, несмотря на открытый перечень условий, императивность корпоративного законодательства в целом требует ограничительного толкования норм законодательства о предмете акционерных соглашений <3>.

--------------------------------

<1> Осипенко К.О. Предмет договора об осуществлении прав участников хозяйственных обществ в российском и английском праве // Вестник гражданского права. 2012. N 6; СПС "КонсультантПлюс".

<2> Ломакин Д.В. Указ. соч. С. 14, 16.

<3> Кононов В. Проблемы предмета и содержания соглашения участников хозяйственных обществ по российскому праву // Корпоративный юрист. 2010. N 10; СПС "КонсультантПлюс".

М.В. Варюшин в своей диссертационной работе пишет, что "поскольку формулировка норм гражданского законодательства не устанавливает numerous clausus корпоративных прав, то наиболее разумным критерием ограничения предмета корпоративного договора, помимо императивных норм и требований публичного порядка, должен служить принцип недопущения нарушения прав и законных интересов третьих лиц, а также интересов компании" <1>.

--------------------------------

<1> Варюшин М.В. Указ. соч. С. 99.

Проблема границ предмета акционерных соглашений после его закрепления в законодательстве была предметом судебного разбирательства в деле о признании недействительным соглашения акционеров ЗАО "Агро". По условиям данного дела ЗАО "ГОРД" обратилось в арбитражный суд с иском к ЗАО "Агро" о признании ничтожным соглашения акционеров ЗАО "Агро" в силу его несоответствия требованиям закона. Акционерное соглашение, которое было предметом спора, содержало в себе положения, которые расширяли исключительную компетенцию общего собрания общества, устанавливали приоритет акционерного соглашения перед законом, предусматривали создание нового органа управления - временную администрацию, а также предусматривали одобрение всеми акционерами любой сделки общества. Суд первой инстанции, рассмотрев данное дело, признал акционерное соглашение ничтожным ввиду того, что его положения противоречат уставу и нормам Закона об АО. Суды апелляционной и кассационной инстанций оставили решение суда первой инстанции без изменений <1>.

--------------------------------

<1> Постановление ФАС Поволжского округа от 25 мая 2011 г. по делу N А57-7487/2010.

Фактически серьезное влияние на развитие корпоративных соглашений оказывает признаваемая многими исследователями и существующая в судебной практике презумпция императивности корпоративного законодательства <1>. Как пишет В.Г. Бородкин, в юридической литературе можно встретить три фактора, объясняющих необходимость императивного регулирования корпоративных отношений. Первым фактором являются основы оборота, связанные с необходимостью законодательного определения момента возникновения юридического лица, определение его положения среди остальных участников оборота и наделение его определенным статусом. При этом надо учитывать, что юридическое лицо является фикцией и его появление полностью зависит от воли законодателя. Поскольку при деятельности юридического лица возможно множество злоупотреблений, законодатель вынужден регулировать его деятельность императивным методом. Вторым фактором является необходимость защиты публичного интереса, который возникает в связи с тем, что юридическое лицо вступает во множество правоотношений. Отмечается, что данный фактор слагается из трех составляющих: необходимости защиты кредиторов, определения порядка и оснований регистрации и ликвидации юридического лица и определения ответственных лиц в связи с нарушением корпорацией законодательства. Наконец третий фактор состоит в необходимости защиты отдельных участников гражданского оборота, под которыми понимаются контрагенты юридического лица и его участники. Для их защиты законодательством установлены различные требования, начиная от порядка наполнения и размера уставного капитала до требований к публичной отчетности деятельности общества <2>.

--------------------------------

<1> Степанов Д.И. Указ. соч.

<2> Бородкин В.Г. Корпоративный договор в период реформирования Гражданского кодекса РФ // Закон. 2014. N 3; СПС "КонсультантПлюс".

Изменить в позитивную сторону сложившуюся практику должно Постановление Пленума ВАС РФ от 14 марта 2014 г. N 16 "О свободе договора и ее пределах". В соответствии с п. 2 данного Постановления норма, определяющая права и обязанности сторон договора, является императивной, если она содержит в себе явно выраженный запрет на установление соглашением сторон условия договора, отличного от предусмотренного этой нормой правила. Вместе с тем из целей законодательного регулирования может следовать вывод, что содержащийся в императивной норме запрет не допускает установление сторонами только условий, ущемляющих охраняемые законом интересы той стороны, на защиту которой эта норма направлена.

Для того чтобы любой правовой институт надлежаще работал, необходимо выявить целый ряд аспектов, и прежде всего цели, которые могут быть достигнуты при его использовании, и исходя из них можно будет и определять границы его действия. В связи с тем что Россия является страной с концентрированной системой капитала, в условиях отсутствия борьбы менеджмента компании с миноритариями (которая имеет место в США и Великобритании - странах, где капитал компании распылен между миноритариями) основными целями корпоративных договоров являются наиболее эффективное построение корпоративного управления и попытка избежать серьезных конфликтов между мажоритариями. Следовательно, участники, заключая акционерные соглашения, намереваются сохранить контроль над обществом, создать эффективно управляемое совместное предприятие, избежать патовых ситуаций, а также объединить миноритариев для защиты своих интересов в отношениях с мажоритарными участниками <1>.

--------------------------------

<1> Степанов Д.И., Фогель В.А., Шрамм Х.-И. Указ. соч. С. 29.

Таким образом, для наилучшей реализации вышеуказанных целей и согласно позиции, закрепленной в Постановлении Пленума ВАС РФ "О свободе договора и ее пределах" нельзя ограничительно толковать предмет акционерных соглашений и заранее сужать пределы его действия.

Гражданский кодекс РФ и Закон об АО прямо предусматривают право голосовать определенным образом и право согласованно осуществлять иные действия по управлению обществом, которые можно отнести к правам, связанным с управлением обществом, а также право продавать акции или воздержаться от их продажи при наступлении определенных обстоятельств, которые являются правами из четвертой группы корпоративных прав. Однако для реализации целей акционерных соглашений необходимо определять предмет акционерных соглашений шире, чем прямо указано в законе, так как ни в ГК РФ, ни в Законе об АО не предусмотрен закрытый перечень способов осуществления прав по акционерному соглашению.

В связи с этим, на наш взгляд, предмет акционерных соглашений должен охватывать собой осуществление или отказ от осуществления любых корпоративных прав участников, которые предоставлены ему законодательством. Однако предмет корпоративного договора в силу императивности корпоративного законодательства, направленного на защиту как миноритариев, так и третьих лиц, должен обладать своими объективными границами. Вследствие этого следует согласиться с М.В. Варюшиным, что наиболее разумным критерием ограничения предмета акционерного соглашения, помимо императивных норм и требований публичного порядка, будет являться принцип недопущения нарушения прав и законных интересов третьих лиц, а также интересов компаний.

Необходимо также отметить, что п. 4 ст. 66.3 ГК РФ предусматривает возможность акционеров непубличных обществ включать в содержание акционерных соглашений, заключенных всеми участниками общества, положения, которые не подлежат обязательному включению в устав. Более того, в силу п. 7 ст. 67.2 ГК РФ стороны корпоративного договора не вправе ссылаться на его недействительность в связи с его противоречием положениям устава общества. Как отмечает Д.И. Степанов, это вполне логично, так как в п. 5 ст. 67.2 ГК РФ указано, что корпоративный договор не создает обязанностей для лиц, в нем не участвующих <1>.

--------------------------------

<1> Там же.

Таким образом, закон разрешает предусматривать в акционерном соглашении непубличных обществ иное регулирование, чем предусмотрено законодательством (диспозитивная норма п. 3 ст. 66.3 ГК РФ) по широкому кругу вопросов (если то или иное положение не подлежит обязательному закреплению в уставе общества), включая вопросы о передаче на рассмотрение наблюдательного совета или коллегиального исполнительного органа положений, отнесенных законом к общему собранию акционеров, за исключением указанных в подп. 1 п. 3 ст. 66.3 ГК РФ вопросов, которые могут решаться исключительно общим собрание акционеров (изменение устава, ликвидация, реорганизация и т.д.).

Как было сказано ранее, эти нормы были рецепированы из англо-американского права и отражают смешанную модель регулирования акционерных соглашений в ГК РФ, и, кроме того, они предоставляют акционерам непубличных обществ определенную свободу в определении модели правоотношений внутри общества и должны способствовать реализации целей заключения акционерных соглашений.

В судебной практике российских судов на основе норм действующего гражданского законодательства, а именно п. 2 ст. 9 и п. 3 ст. 22 ГК РФ, были выработаны дополнительные требования к акционерным соглашениям. Так, в упомянутых ранее судебных решениях по делам ОАО "Мегафон" и ЗАО "Русский Стандарт Страхование" <1> одними из оснований признания данных акционерных соглашений недействительными было указано на то, что они противоречили п. 2 ст. 9 и п. 3 ст. 22 ГК РФ, устанавливающим ничтожность сделок, направленных на отказ от право- и дееспособности.

--------------------------------

<1> Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 31 марта 2006 г. по делу N А75-3725-Г/04-860/2005; решение Арбитражного суда г. Москвы от 26 декабря 2006 г. по делу N А40-62048/06-81-343.

Как в литературе, так и в правоприменительной практике существование негативных обязательств вызывает определенные вопросы. Так О.С. Иоффе и М.М. Агарков не признавали самостоятельность обязательств с отрицательным содержанием <1>. На основе вышесказанного можно сделать вывод, что любое обязательство с отрицательным содержанием, таким образом, может быть признано отказом от право-, дееспособности. Что касается акционерных соглашений, то подобная квалификация обязательств с отрицательным содержанием влечет за собой ничтожность соглашений, которые ограничивают правомочие стороны соглашения голосовать определенным образом или отчуждать акции. Как пишет В.В. Плеханов, допустимость существования акционерных соглашений с такими условиями до нормативной институционализации такой модели вызывала у участников определенные сомнения в связи с риском признания таких договоров ничтожными <2>. Однако, на наш взгляд, эта проблема была вызвана неверным системным толкованием норм гражданского законодательства. Так, в соответствии со ст. 307 ГК РФ в силу обязательства должник обязан совершить в пользу другого лица определенное действие либо воздержаться от определенного действия. Отсюда все обязательства можно разделить на позитивные и негативные <3>. Несмотря на это, законодатель позитивно закрепил модель акционерных соглашений с отрицательным содержанием в Законе об АО и в ГК РФ, что дает основания полагать, что проблема негативного обязательства применительно к акционерным соглашениям получила свое решение.

--------------------------------

<1> Иоффе О.С. Обязательственное право. М., 1975. С. 8; Агарков М.М. Обязательства по советскому гражданскому праву. Ч. 1. М., 2002. С. 28.

<2> Плеханов В.В. Указ. соч.

<3> Реалии современного гражданского оборота вызывают к жизни потребность в правовой регламентации отношений сторон в связи с управлением хозяйственным обществом, состоящих в том числе и в воздержании стороны обязательства от активных действий для достижения сторонами различных экономических целей. (См.: Гражданское право: В 4 т. / Отв. ред. Е.А. Суханов. М., 2006. Т. 3: Обязательственное право. С. 15. (Автор главы - Е.А. Суханов)).

Заключение

В нашей статье был осуществлен системный анализ гражданско-правового регулирования института акционерных соглашений, проведенный на основании изучения как зарубежной, так и отечественной доктрины, правоприменительной практики и законодательства.

На основе проведенного анализа выявлены особенности появления, развития и нормативной институционализации акционерных соглашений. В результате, обобщая все вышесказанное, можно сделать несколько кратких выводов.

Появление данного института связано с закреплением принципа ограниченной ответственности своим имуществом акционерных обществ и вследствие этого с усилением императивности норм об осуществлении управления ими. Это вызвало дефицит гибких организационных форм ведения бизнеса, в которых нуждались предприниматели. В результате в середине XIX в. в Великобритании и США возникли данные правовые конструкции, поначалу в виде акционерных соглашений и голосований (voting agreements) и соглашений об ограничении прав распоряжения акциями (pooling agreements), а в дальнейшем в связи с тем, что институт развивался, а правоприменительная практика стала либеральной, в англо-американском праве появились соглашения о порядке управления, которые могли менять структуру управления в обществе (shareholders'agreements) и сфера использования которых была локализирована только в непубличных компаниях.

При анализе доктрины, действующего законодательства, а также судебной практики некоторых государств континентальной Европы, например Италии, Германии, Франции, можно выделить следующие модели институционализированных и получивших распространение акционерных соглашений: соглашения о голосовании, а также соглашения об ограничениях права распоряжения акциями. Что касается конструкции акционерных соглашений, которые могут изменять структуру управления обществом и оказывать влияние на права и обязанности третьих лиц, то такая модель акционерных соглашений не была реципирована правопорядками стран континентальной правовой системы.

Использование корпоративных договоров в отечественной бизнес-практике также предшествовало их нормативной институционализации. В России в ходе реформирования корпоративного законодательства была осуществлена нормативная институционализация смешанной модели акционерных соглашений, которая подверглась влиянию как континентальной модели акционерных соглашений, так и англо-американской модели, что позволяет говорить о дуализме отечественного правопорядка в подходе к гражданско-правовому регулированию акционерных соглашений.

Кроме того, был проведен детальный анализ правоотношений, возникающих из акционерных соглашений, на основе которого был выявлен субъектный состав акционерных соглашений, а также пределы его предмета и условий, которые могут быть включены в акционерные соглашения и должны подлежать судебной защите.

А.О. ОВСЯННИКОВА

К ВОПРОСУ О СООТВЕТСТВИИ АБСТРАКТНОГО МЕТОДА РАСЧЕТА

УБЫТКОВ КОМПЕНСАЦИОННОМУ ХАРАКТЕРУ

ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ

В статье рассматривается абстрактный метод исчисления убытков с точки зрения его соответствия компенсационному характеру возмещения потерь, возникающих в случае нарушения договора. Автор анализирует цели, преследуемые установлением возможности рассчитывать убытки на основе абстрактной формулы. Исследуются соответствие абстрактного метода принципу полноты возмещения убытков, проблема возможной сверхкомпенсации или недокомпенсации при использовании данного метода. Кроме того, автор рассматривает вопрос допустимости взыскания упущенной выгоды наряду с присуждением абстрактно рассчитанных убытков.

По мнению автора статьи, применение абстрактного метода исчисления убытков не ведет к сверхкомпенсации потерь. Абстрактный метод исходит из презумпции, что потерпевший кредитор имеет возможность совершить заменяющую сделку по рыночной цене (гипотетическая заменяющая сделка), и, следовательно, присуждение абстрактных убытков лишь ставит потерпевшую сторону в такое положение, как если бы договор был исполнен надлежащим образом. Кроме того, абстрактный метод позволяет исключить неосновательное обогащение должника.

Абстрактная формула создает простоту и определенность при расчете убытков. Присуждение абстрактных убытков не имеет своей целью достижение "идеальной" компенсации и иногда может вести к недокомпенсации потерь. Тем не менее, этот метод способствует эффективному отправлению правосудия, а проблема недокомпенсации отчасти решается тем, что наряду с абстрактными убытками допускается возмещение иных понесенных кредитором потерь при наличии соответствующих доказательств.

About the Abstract Method of Calculation of Damages and Its Correspondence with Compensatory Nature of Civil Law Sanctions

A.O. Ovsiannikova

The article deals with the abstract method of calculation of damages and its conformity with compensatory nature of damages for breach of contract. The author explores the purpose and the considerations underlying the "abstract formula", its relationship with the principle of full compensation and whether the abstract assessment may lead to overcompensation or undercompensation. In addition, the author analyses the problem of awarding lost profit damages together with losses calculated under the abstract method.

It is the author's opinion that the abstract method doesn't overcompensate the injured party. The abstract formula presumes that it is possible for an injured party to make a substitute transaction at the current price (hypothetical substitute transaction) and, therefore, the award of damages calculated under the abstract method puts the injured party in the position in which it would have been had the contract been performed. Moreover the abstract formula aims at preventing a breaching party's unjust enrichment.

The abstract measure promotes simplicity and certainty in calculating damages. The abstract method doesn't pretend to provide a perfect compensation in every case and sometimes can lead to undercompensation. Nevertheless, this method is more appropriate for efficient administration of justice and the problem of undercompensation can be solved by recovering damages for any further losses calculated under the concrete method.

Введение

Абстрактный метод исчисления убытков давно известен зарубежным правопорядкам: он напрямую закрепляется в законодательстве <1> или, не найдя непосредственного отражения в тексте закона, активно применяется в судебной практике <2>. Кроме того, абстрактный метод закреплен в ряде международных актов <3>.

--------------------------------

<1> Например, в США (ст. ст. 2-708, 2-713 Единообразного торгового кодекса США); в Англии (п. 3 ст. 50, п. 3 ст. 51 Закона о купле-продаже товаров); в Швейцарии (ст. ст. 191, 215 Швейцарского обязательственного закона), в Италии (ст. ст. 1515, 1516 Гражданского кодекса Италии); в Германии (§ 376 Торгового уложения Германии); аналогичная норма содержится в § 376 Коммерческого кодекса Австрии.

<2> Например, во Франции абстрактный метод исчисления убытков в отличие от конкретного не нашел законодательного закрепления, однако, как отмечает В.В. Байбак, в практике рассмотрения коммерческих споров абстрактный метод исчисления убытков имеет превалирующее значение. (См.: Байбак В.В. Абстрактный метод исчисления убытков // Вестник ВАС РФ. 2011. N 6. С. 9).

<3> См. ст. 76 Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г. (далее - Венская конвенция); ст. 7.4.6 Принципов международных коммерческих договоров, разработанных международным институтом унификации частного права УНИДРУА 2010 г. (далее - Принципы УНИДРУА); ст. 9:507 Принципов европейского договорного права, принятых Комиссией по европейскому договорному праву Европейского союза - ч. ч. I и II приняты в 1999 г., ч. III - в 2002 г. (далее - PECL).

В отечественном законодательстве до недавнего времени соответствующая норма об абстрактных убытках была закреплена только в ст. 524 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ) и предусматривала возможность исчисления убытков на основе текущей цены при расторжении договора только в отношении договора поставки. Однако с 1 июня 2015 г. абстрактный метод используется в качестве общего метода определения размера убытков <1>. Появившаяся в ГК РФ новая статья распространяет применение ранее действовавшего только в отношении поставки метода исчисления убытков на иные виды обязательств, в том числе на договоры аренды, подряда, оказания услуг. Эта статья позволяет рассчитывать убытки в виде разницы цен не только в случае неисполнения, но и в случае ненадлежащего исполнения обязательства. Закрепление абстрактной формулы определения размера убытков в общей части ГК РФ также делает возможным использование этого метода не только профессиональными участниками оборота, как в случае с поставкой, но и лицами, не осуществляющими предпринимательской деятельности.

--------------------------------

<1> В соответствии с Федеральным законом от 8 марта 2015 г. N 42-ФЗ "О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации" в ГК РФ появилась ст. 393.1 "Возмещение убытков при прекращении договора".

В условиях сложившейся отечественной правоприменительной практики такое нововведение не может не оцениваться позитивно. Основная причина непопулярности в российском правопорядке такого способа защиты гражданских прав, как возмещение убытков, заключается в сложности их доказывания. Абстрактный метод позволяет отчасти решить эту проблему, поскольку значительно облегчает доказывание размера подлежащих возмещению убытков, представляет собой упрощенный, более удобный способ определения понесенных потерь.

При применении абстрактного метода не требуется детальной проверки конкретных обстоятельств дела, абстрактная формула определения размера убытков предполагает присуждение убытков в виде разницы между договорной ценой (ценой товара, работы или услуги, зафиксированной в первоначальном нарушенном, договоре) и текущей (рыночной) ценой. Абстрактный метод исходит из фикции заключения заменяющей сделки по рыночной цене: при расчете убытков таким методом мы основываемся не на том, что фактически предпринято кредитором в результате нарушения договора его контрагентом, а исходим из того, что можно было сделать в данной ситуации.

Как известно, взыскание убытков основывается на принципе полноты возмещения понесенных потерь <1>, т.е. имеет целью поставить потерпевшую сторону в то имущественное положение, в каком она находилась бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом. Вместе с тем возмещение убытков не должно вести к неосновательному обогащению потерпевшей стороны, т.е. взыскание убытков выполняет компенсационную функцию, в соответствии с которой кредитору возмещаются только те потери, которые он фактически понес. Абстрактный же метод допускает исчисление убытков независимо от наличия доказательств размера понесенных убытков и даже независимо от того, были ли фактически понесены какие-либо потери.

--------------------------------

<1> См. п. 1 ст. 15, абз. 2 п. 2 ст. 393 ГК РФ.

В связи с этим возникает вопрос: в какой мере абстрактный метод действительно позволяет компенсировать убытки? Возможна ли при этом недокомпенсация понесенных кредитором потерь или, наоборот, возникает опасность сверхкомпенсации?

Как отмечалось выше, абстрактный метод значительно облегчает доказывание размера убытков. Однако, несмотря на свою простоту, предсказуемость и объективность, абстрактный метод исчисления убытков имеет и своих противников. Например, американский профессор Роберт Чилдрес заявлял <1>, что исчисление убытков абстрактным методом должно игнорироваться, поскольку, если в случае нарушения обязательства потерпевшему был доступен рынок аналогичных товаров, он должен был использовать этот рынок, чтобы совершить заменяющую сделку. Если же он этого не сделал, то недопустимо рассчитывать его убытки на основе разницы между договорной и рыночной ценами, поскольку кредитор никогда не уплачивал этой рыночной цены и не понес ущерб в соответствующем размере. В этом случае, по мнению профессора, можно взыскать только "побочные" убытки <2>, например упущенную выгоду. Таким образом, по его мнению, абстрактный метод носит искусственный характер.

--------------------------------

<1> Sebert J.A., Jr. Remedies under Article Two of the Uniform Commercial Code: An Agenda for Review // University of Pennsylvania Law Review. 1981. Vol. 130. P. 367 - 368.

<2> Consequential, incidental damages - предсказуемые косвенные убытки, случайные убытки, убытки косвенно связанные и сопутствующие фактическим убыткам.

Действительно, абстрактный метод исчисления убытков основывается не на реально совершенной, а на гипотетически возможной заменяющей сделке, исходит из презумпции, что у потерпевшей стороны всегда есть потенциальная возможность заключить заменяющую сделку по текущей цене, если таковая имеется. Однако, несмотря на некую фиктивность, разница между текущей и договорной ценами - это вполне нормальная основа для расчета убытков, поскольку потери кредитора именно в таком размере естественным образом вытекают из обычного хода вещей, такая разница в ценах - типичный и вместе с тем предвидимый убыток, который обычно возникает у любого кредитора в аналогичной ситуации.

В английском праве, например, абстрактный метод закрепляется в п. 3 ст. 50, п. 3 ст. 51 Закона о купле-продаже товаров (Sale of Goods Act) 1979 г. в качестве основного метода исчисления убытков. Английская доктрина тесно связывает абстрактный метод исчисления убытков с обязанностью принять разумные меры по снижению размера убытков (duty to mitigate) исходя из предположения, что кредитор там, где товары доступны на рынке, в случае нарушения обязательства в целях уменьшения убытков, скорее всего, приобретет их на рыночных условиях. Таким образом, "абстрактные убытки представляют предполагаемый результат, который мог быть достигнут, если бы кредитор принял разумные меры по уменьшению убытков" <1>.

--------------------------------

<1> Байбак В.В. Указ. соч. С. 8; Saidov D. The Law of Damages in International Sales: The CISG and other International Instruments. Oxford and Portland (Oregon): Hart Publishing, 2008. P. 192.

Наряду с вопросом фиктивности абстрактного метода исчисления убытков в литературе обсуждается еще одна проблема <1>. В связи с тем, что абстрактный метод абсолютно не учитывает конкретные обстоятельства дела, возникает ряд следующих вопросов. Должен ли абстрактный метод исчисления убытков применяться в том случае, когда вещь приобретается без намерения дальнейшего ее отчуждения с целью извлечения прибыли? Можно ли применить абстрактный метод, если у потерпевшего кредитора существовала возможность совершить заменяющую сделку по цене ниже рыночной? Применима ли абстрактная формула расчета убытков, если рыночная стоимость вещи на момент нарушения обязательства <2> превышает цену той же самой вещи по договору перепродажи?

--------------------------------

<1> Atamer Y.M. Die abstrakte Schadensberechnung und ihr zum Anspruch auf den entgangenen Gewinn am Beispiel von Artikel 74 und 76 CISG // Festschrift Ulrich Magnus zum 70. Geburtstag / P. Mankowski, W. Wurmnest (Hgs.). , 2014; Huber U. Abstrakte Schadensberechnung des // Festschrift Karsten Schmidt zum 70. Geburtstag / G. Bitter, M. Lutter, H.J. Priester, , P. Ulmer (Hgs.). , 2009.

<2> Или на момент, когда обязательство должно было быть исполнено, или на момент расторжения договора (в зависимости от того, к какому моменту тот или иной правопорядок привязывает определение текущей цены).

Поясним последнюю ситуацию на примере. Товар был приобретен для перепродажи, его цена по первоначальному договору составляла 10000 руб. Кредитор рассчитывал перепродать этот товар за 12000 руб. и получить прибыль, однако в последний момент его контрагент по первоначальному договору нарушил свое обязательство и не поставил товар. Потерпевший покупатель, не имея достаточно времени, чтобы найти замену, в свою очередь не выполнил обязанность продавца по поставке товара перед своим клиентом и потерял возможность получить прибыль в размере 2000 руб., что составило его упущенную выгоду. В этом случае при взыскании абстрактных убытков, если рыночная цена будет выше цены перепродажи (например, 13500 руб.), потерпевший кредитор получит возмещение убытков в размере 3500 руб., т.е. больше, чем он рассчитывал получить в качестве прибыли от перепродажи товара.

Возникает вопрос: ведет ли в данном случае абстрактный метод исчисления убытков к сверхкомпенсации? Может ли вообще расчет убытков на основе текущих цен привести к обогащению потерпевшей стороны?

Для того чтобы подробнее разобраться в этом, обратимся для начала к истории появления и развития абстрактного метода расчета убытков и определим, какие цели он преследует.

Абстрактный метод расчета убытков впервые находит свое применение в Германии, Англии и США уже в конце XVIII - первой половине XIX в. Чаще всего речь в судебных делах шла о покупке и продаже ценных бумаг. Решающую роль в становлении абстрактного метода сыграло развитие организованных рынков, когда на первый план вышла торговля "родовыми" товарами и стали доминировать сделки, заключаемые между профессиональными торговцами <1>.

--------------------------------

<1> Atamer Y.M. Op. sit. S. 151.

Продажа товаров, определенных родовыми признаками, включает в себя спекулятивный элемент, поскольку цена таких товаров не является их имманентным свойством, она изменчива в зависимости от места и времени, т.е. мы можем говорить только о рыночной (текущей) цене "родовых" товаров. С появлением рынка таких товаров договор помимо средства передачи права собственности на вещь стал играть роль управления будущими доходами. Спекулятивный элемент особенно ярко проявляется в срочных контрактах, предусматривающих исполнение обязательства в будущем по цене, установленной на момент заключения договора. Участники организованного рынка, можно сказать, договариваются не о цене товара, а о "позиции" на рынке, рассчитывая сыграть на ценах: между заключением договора и его исполнением проходит определенный промежуток времени, цены на рынке могут меняться, в результате чего в выигрыше или проигрыше может оказаться как продавец, так и покупатель. Поскольку цена зафиксирована в договоре, то в случае падения цен отказаться от договора и заключить сделку на более благоприятных условиях выгодно будет покупателю, а при росте цен - продавцу. Абстрактный же метод расчета убытков, применяемый в данном случае, гарантирует потерпевшему кредитору то, на что он рассчитывал при заключении срочного договора: получить прирост в цене вещи. Таким образом, убыток в подобных случаях заключается не в уменьшении имущественной массы потерпевшего кредитора, а в неполучении прироста имущества <1>.

--------------------------------

<1> Atamer Y.M. Op. cit. S. 152.

Подытоживая вышесказанное, отметим, что если при использовании конкретного <1> метода исчисления убытков содержанием требования является интерес (Interesse), при определении которого учитываются все фактические обстоятельства дела, потенциальные или реальные выгоды, то в случае с абстрактным методом исчисления убытков содержанием требования выступает объективная стоимость блага (der objektive Wert) <2>. При взыскании абстрактных убытков на место вещи встает ее цена, и именно та цена, которую аналогичный товар имел на рынке, в том месте, где должно было состояться надлежащее исполнение обязательства, и в тот момент, когда обязательство должно было быть исполнено <3>.

--------------------------------

<1> Здесь под конкретным методом расчета убытков понимается не только метод определения размера убытков на основе разницы цен первоначального договора и заменяющей сделки (узкий смысл), но и любой порядок определения размера убытков, требующий доказывания конкретных обстоятельств дела (широкий смысл).

<2> Steindorff E. Gewinnentgang und Schadensberechnung des // JuristenZeitung (JZ). 1961. 16. Jg. Heft 1. S. 14.

<3> Либо в момент нарушения обязательства, либо в момент расторжения договора (в зависимости от того, к какому моменту привязано определение текущей цены в соответствии с законодательным регулированием или судебной практикой того или иного правопорядка).

Можно сказать, что абстрактный метод исчисления убытков обеспечивает присуждение некоего минимума (Mindestschadenersatz, minimal recovery), который объективным образом (в виде разницы договорной и текущей цены) определен в законе. В англосаксонской правовой доктрине абстрактные убытки даже определяют как своего рода нормативно закрепленные заранее оцененные убытки (statutory liquidated damages provision/clause) <1>.

--------------------------------

<1> Sebert J.A., Jr. Op. cit. P. 371; Saidov D. Op. cit. P. 190.

Такой "минимальный убыток" - это обыкновенно возникающий в аналогичных условиях ущерб, некий средний убыток, который в подобных обстоятельствах несет каждый кредитор. Он не требует доказательств, поэтому мы абстрагируемся от фактической стороны дела. В связи с этим при использовании абстрактного метода расчета убытков недопустимы возражения, основанные на индивидуальных особенностях рассматриваемого спора, например: возражение о том, что потерпевший кредитор не имел намерения перепродать вещь с целью получения прибыли, о том, что у него была возможность заключить заменяющую сделку по цене более выгодной, чем рыночная цена, и другие возражения, вытекающие из конкретного дела.

Учитывая все вышеописанное, вернемся снова к нашей ситуации, когда потерпевший кредитор намеревался перепродать товар, приобретаемый по договору, который в итоге не был исполнен, и ответим на вопрос: кредитор может взыскать убытки только в размере 2000 руб. или все же вправе получить компенсацию в сумме 3500 руб.? Должен ли размер упущенной выгоды служить верхним пределом суммы возмещаемых убытков, рассчитанных абстрактным методом?

Во-первых, отвечая на этот вопрос, отметим, что должник, нарушивший обязательство, никак не связан с третьими лицами, с которыми потерпевший кредитор имеет договорные отношения. В английском праве сделки, заключенные между потерпевшим кредитором и третьими лицами, рассматриваются как res inter alios acta <1> и не учитываются при расчете убытков. Кроме того, нарушивший обязательство должник вряд ли узнает о заключенных кредитором аналогичных сделках с третьими лицами, такая осведомленность - это вопрос случая, а даже если должник и узнает о заключенной сделке, ему сложно будет доказать, что сделка с третьим лицом совершена взамен нарушенного договора.

--------------------------------

<1> Goode R. Commercial law. 3^rd ed. L., 2004. P. 369.

Во-вторых, при наличии совершенной кредитором сделки по перепродаже приобретаемого по первоначальному договору товара несправедливо предоставлять должнику возможность заявлять возражение о том, что кредитор понес убытки лишь в объеме упущенной выгоды, поскольку это создает определенный дисбаланс.

Для наглядной иллюстрации такой несправедливости вернемся к нашему примеру. Кредитор рассчитывал получить прибыль от перепродажи товара в размере 2000 руб., но продавец нарушил первоначальный договор, и кредитор не смог исполнить перед своим клиентом обязательство по договору перепродажи. Кредитор подает иск о взыскании убытков в виде разницы между текущей и договорной ценой товара (3500 руб.), однако должник заявляет, что такое возмещение носит сверхкомпенсирующий характер, поскольку кредитору присуждается на 1500 руб. убытков больше, чем прибыль, которую он получил бы от перепродажи в случае надлежащего исполнения первоначального договора.

Теперь представим, что кредитор не заключал договора перепродажи. В этом случае он получил бы возмещение в размере 3500 руб. в виде разницы между договорной и текущей ценой товара, а у должника не было бы оснований заявлять о сверхкомпенсации.

Возникает вопрос: почему из конкретных обстоятельств дела, из того, была ли потерпевшей стороной совершена заменяющая сделка или нет, выгоду должен извлекать должник, т.е. нарушитель?

Принимая во внимание приведенные выше аргументы, смело можно сказать, что объем упущенной выгоды (при наличии таковой) не может служить верхней границей для убытков, рассчитанных абстрактным методом <1>, и должнику в этом случае не должно предоставляться право заявлять о снижении суммы убытков.

--------------------------------

<1> Atamer Y.M. Op. cit. S. 153 - 154.

Кроме того, абстрактный метод - это своего рода превенция от неосновательного обогащения должника. Понесенные кредитором потери - это утрата возможности извлечь выгоду из ценовой конъюнктуры рынка, получается, что одновременно с неисполнением обязательства эта возможность предоставляется нарушившей договор стороне. Например, продавец в условиях растущих цен отказывается исполнять договор, рассчитывая получить большую прибыль от продажи товара по новым ценам, в то время как пострадавший покупатель, предвидя резкое повышение цен, заключал с ним договор, как раз рассчитывая впоследствии продать купленный товар подороже. Однако вследствие нарушения договора покупатель утрачивает возможность получения прибыли от игры на ценах. Обратная ситуация, когда покупатель отказывается принять поставленный товар, найдя более выгодное по цене предложение, в связи с тем что цены на рынке сильно упали за период с момента заключения договора до момента его исполнения.

В описанных случаях предоставление законодателем кредитору возможности использовать абстрактную формулу расчета убытков способствует проведению в жизнь принципа pacta sunt servanda, создавая для должника стимул к исполнению своего обязательства: должник заранее осведомлен, что в случае нарушения договора он обязан возместить убытки в размере полученной в связи с колебанием цен прибыли, поэтому, по сути, он не приобретет никакой выгоды и нет смысла нарушать договор.

Последний довод сближает абстрактный метод исчисления убытков с закрепленным в абз. 2 п. 2 ст. 15 ГК РФ правилом о том, что лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере, не меньшем, чем доходы, полученные нарушителем вследствие нарушения чужого права.

На основании всего вышеизложенного можно смело сказать, что опасения, высказываемые в отношении абстрактного метода исчисления убытков в связи с потенциальной возможностью сверхкомпенсации при возмещении потерь, являются напрасными. Абстрактная формула расчета убытков ни при каких обстоятельствах не ведет к неосновательному обогащению кредитора, что полностью согласуется с компенсационной функцией такой меры гражданско-правовой ответственности, как убытки.

Другой вопрос: соответствует ли абстрактный метод принципу полного возмещения потерь? Как мы помним, использование абстрактного метода обеспечивает присуждение лишь некоего минимального размера убытков, которые обычно возникают у любого кредитора в аналогичной ситуации. С одной стороны, это позволяет потерпевшему кредитору взыскивать убытки (пусть и в минимальном объеме) даже в той ситуации, когда он не имеет достаточных доказательств их размера. С другой стороны, применение абстрактного метода может вести к недокомпенсации потерь кредитора.

Проиллюстрируем эту ситуацию на нашем примере. Товар приобретается за 10000 руб. с целью перепродажи, покупатель рассчитывает получить прибыль в размере 2000 руб. от дальнейшей реализации товара. В связи с нарушением первоначального договора кредитор требует взыскания убытков, рассчитанных абстрактным методом. Однако текущая цена на товар составляет всего 10800 руб. Потерпевший кредитор получает компенсацию в размере 800 руб., хотя в случае надлежащего исполнения должником первоначального договора кредитор мог бы получить от перепродажи товара доход на 1200 руб. больше, чем присужденный размер убытков. Налицо явная недокомпенсация потерь.

По меткому выражению Ч.Т. Маккормика, абстрактный метод - это своего рода "грубое правосудие" (rough justice) <1>. Абстрактный метод расчета убытков не ставит перед собой задачу добиться "идеальной" компенсации, однако он отвечает требованиям достижения более реальной и очень важной цели - цели эффективного отправления правосудия: абстрактный метод позволяет взыскать хоть какие-то убытки даже в том случае, когда их размер доказать невозможно.

--------------------------------

<1> McCormick Ch.T. Handbook on the Law of Damages. St. Paul (Minn.), 1935. P. 184 (приводится по: Saidov D. Op. cit. P. 191).

Однако проблема недокомпенсации потерь при применении абстрактного метода отчасти решается предусмотренной законодательством возможностью взыскать с нарушителя наряду с рассчитанными абстрактным методом убытками иные дополнительно понесенные потерпевшей стороной потери <1>. К таким убыткам можно отнести, например, расходы по хранению и возврату поставленного продавцом товара ненадлежащего качества; убытки, вызванные просрочкой (например, плата процентов на сумму долга за период просрочки); убытки, вызванные простоем на производстве (например, в ситуации, когда заменяющая сделка не могла быть совершена, поскольку цены на товар сильно выросли и потерпевший кредитор по финансовым соображениям не мог приобрести товары по новой цене и возобновить производство); убытки, связанные с ответственностью потерпевшего покупателя, приобретавшего товар для перепродажи, перед своим клиентом в ситуации, когда совершение заменяющей сделки по какой-либо причине было невозможным или напрасным (например, утрата у клиента потерпевшей стороны интереса в исполнении с наступлением просрочки).

--------------------------------

<1> См. п. 4 ст. 524, п. 3 ст. 393.1 ГК РФ, п. 1 ст. 2-708, п. 2 ст. 2-713 Единообразного торгового кодекса США, ст. 76 Венской конвенции, ст. 7.4.6 Принципов УНИДРУА, ст. 9:507 PECL.

Возникает вопрос: может ли кредитор в приведенном нами примере наряду с возмещением абстрактно рассчитанных убытков требовать взыскания упущенной выгоды?

Ответ на этот вопрос должен быть отрицательным. Почему? Разберемся в этом немного подробнее.

Исчисление упущенной выгоды представляет собой субъективный метод расчета убытков. В соответствии с п. 4 ст. 393 ГК РФ "при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления", что требует предоставления соответствующих доказательств. Кроме расчета упущенной выгоды, к субъективным методам расчета убытков относится конкретный метод (метод расчета убытков на основе разницы цен первоначального договора и заменяющей сделки), да и в целом расчет любых убытков на основе доказывания конкретных обстоятельств дела (ст. 15 ГК РФ).

Абстрактный же метод, напротив, абстрагируется от конкретных обстоятельств дела, он является объективным методом расчета убытков и соответственно не учитывает субъективные интересы кредитора <1>.

--------------------------------

<1> Atamer Y.M. Op. cit. S. 156.

Объективные и субъективные методы выступают как две противоположности и рассматриваются как альтернативные варианты расчета убытков, поэтому их одновременное применение недопустимо <1>.

--------------------------------

<1> Ibid. S. 156.

В нашем примере потерпевшему кредитору ничто не мешало сразу потребовать взыскания упущенной выгоды в размере неполученной прибыли, если он мог доказать реальную возможность получить эту прибыль. Однако по каким-то причинам кредитор не воспользовался возможностью требовать компенсации упущенной выгоды, а взыскал абстрактные убытки.

В то же время убытки, рассчитанные абстрактным методом, по сути, охватывают упущенную выгоду, могут покрывать ее полностью или в части <1>. В связи с этим еще раз подчеркнем, что верно утверждение о том, что, несмотря на возможность возмещения помимо убытков, рассчитанных абстрактным методом, в том числе и иных убытков, не допускается одновременное взыскание и абстрактно исчисленных убытков, и упущенной выгоды <2>. Присуждение убытков, рассчитанных абстрактным методом, ставит потерпевшего в такое положение, как если бы договор был исполнен (как если бы не поставленный вовремя товар закупили на рынке по текущей цене), поэтому возмещение дополнительно упущенной выгоды приводит к сверхкомпенсации <3>.

--------------------------------

<1> Например, как в приводимых нами ситуациях: если цена первоначального договора составляет 10000 руб., то при текущей цене в 10800 руб. упущенная выгода от перепродажи (2000 руб.) покрывается лишь в части, а при текущей цене в 13500 руб. - полностью.

<2> Atamer Y.M. Op. cit. S. 155 - 157; Kommentar zum UN-Kaufrecht: der Vereinten Nationen den Internationalen Warenkauf (CISG) / H. Honsell (Hg.). 2. Aufl. Berlin, 2010. S. 1049; Saidov D. Op. cit. P. 213 - 214.

<3> Atamer Y.M. Op. cit. S. 155 - 156.

Равным образом присуждение упущенной выгоды исключает возможность взыскать дополнительно убытки, рассчитанные абстрактным методом. Например, в одном из дел Международный коммерческий арбитражный суд (МКАС) при Торгово-промышленной палате (ТПП) РФ постановил следующее: "Признав подлежащей возмещению ответчиком в качестве упущенной выгоды разницу между ценами контракта, заключенного между истцом и ответчиком, и контракта, заключенного истцом с третьим лицом, МКАС отклонил требование истца об уплате ему ответчиком на основании ст. 76 Венской конвенции 1980 г. дополнительно разницы между ценой, установленной в контракте сторон, и текущей рыночной ценой. <...> При этом МКАС исходил <...> из того, что упущенная выгода, которая должна быть компенсирована истцу, в своей основе учитывает разницу в ценах на товар, установленных в контрактах истца с третьим лицом, с одной стороны, и с ответчиком - с другой, и что убытки истца таким образом возмещаются в полном объеме" <1>.

--------------------------------

<1> Решение МКАС при ТПП РФ от 5 марта 1998 г. по делу N 160/1997 // СПС "КонсультантПлюс".

Существует и противоположная позиция, сторонники которой допускают при наличии соответствующих доказательств наряду с присуждением абстрактно рассчитанных убытков также взыскание упущенной выгоды: или в полном объеме, если исходить из того, что абстрактный метод вовсе не учитывает упущенную выгоду, или же только в той части, в которой размер абстрактно исчисленных убытков не покрывает упущенную выгоду <1>.

--------------------------------

<1> См. литературу, указанную в работах: Atamer Y.M. Op. cit. S. 155; Saidov D. Op. cit. P. 213 - 214.

Однако в отношении такого подхода можно привести веский контраргумент: у потерпевшего кредитора была реальная возможность совершить заменяющую сделку <1> и избежать потери прибыли. Например, в нашей ситуации, где цена товара в первоначальном договоре составляла 10000 руб., а кредитор намеревался перепродать товар за 12000 руб., если бы потерпевший покупатель в разумный срок закупил бы аналогичный товар у другого продавца (пусть и по более высокой цене, например 10800 руб.), он бы исполнил свое обязательство перед клиентом и получил бы прибыль от перепродажи (1200 руб. <2>), к тому же он избежал бы ответственности перед клиентом за нарушение своего обязательства.

--------------------------------

<1> Поскольку существование текущей цены на товар в момент нарушения договора свидетельствует о наличии рынка, т.е. иных потенциальных контрагентов.

<2> Меньше, чем рассчитывал первоначально, однако недостающие 800 руб. прибыли потерпевший продавец мог бы взыскать в качестве убытков, рассчитанных конкретным методом (на основе разницы между ценой заменяющей сделки и договорной ценой).

Однако потерпевший покупатель не пользуется такой возможностью и не совершает заменяющую сделку <1>, а взыскивает всего 800 руб. убытков. В этой ситуации срабатывает правило об обязанности кредитора принять разумные меры по уменьшению неблагоприятных последствий, вытекающих из нарушения договора (duty to mitigate), несоблюдение которой влечет невозможность взыскания убытков в объеме, в котором они могли быть предотвращены.

--------------------------------

<1> По каким-то причинам он также не пользуется возможностью на основании имеющегося договора с третьим лицом сразу же требовать взыскания упущенной выгоды в размере 2000 руб., вместо того чтобы искать нового контрагента или требовать абстрактные убытки.

* * *

По итогам проведенного исследования еще раз озвучим выводы, к которым мы пришли:

Абстрактный метод исчисления убытков в процессуальном аспекте упрощает реализацию требования о возмещении убытков, облегчая доказывание размера понесенных потерь.

Абстрактный метод не ведет к сверхкомпенсации и исключает возражения должника о том, что в данном конкретном случае убытки не возникли у кредитора или возникли в меньшем размере, поскольку абстрактный метод основывается на том среднем убытке, который в аналогичной ситуации в условиях рынка несет любой кредитор.

Абстрактный метод расчета убытков всегда гарантирует присуждение некоего минимального размера убытков (это позволяет привлечь нарушителя к ответственности даже в случае неспособности потерпевшего доказать точный размер убытков), а риск недокомпенсации потерь отчасти нивелируется возможностью взыскать помимо убытков, рассчитанных абстрактным методом, в том числе и иные убытки.

Абстрактный метод исчисления убытков служит реализации принципа pacta sunt servanda и не позволяет нарушителю в условиях колебания рыночных цен получать ту выгоду, которую рассчитывала извлечь потерпевшая сторона сделки.