Глава 9. Повседневное сознание в техногенном обществе

177

На эту специфическую современную форму пауперизма указывает Хабермас: Habermas J. Die Dialektik der Rationalisierung. Vom Pauperismus im Produktion und Konsum//Dergl., Arbeit, Freizeit, Konsum. Friihe Aufsatze, s'Gravenhage, 1973. S. 4.

во всех областях бытия начиная с образования, трудовой деятель­ности и политических пристрастий и кончая гражданством, кон­фессией и полом. Мобильность, предписываемая современному обществу, имплицирует не просто возможность смены позиции или места. Это социальное требование, которое получает удовле­творение в первую очередь благодаря повышению покупательной готовности. Как эрзац карьерного продвижения выступает покуп­ка тура на острова Индийского океана. Экстенсиональное расши­рение пространства эквивалентно здесь его интенсиональному сужению, неспособности найти смысл в своей повседневности «по месту жительства и работы». Компенсацией сексуальной не­удовлетворенности оказывается изменение фигуры, смена сексу­альной ориентации или даже пола («покупка» тела или пола, свя­занная с большими затратами на операции, лечебные процедуры или спортивные тренинги).

Время также измеряется способностью купить и копить. Не­обходимость накоплений для удовлетворения отложенного спро­са, характеризуя почти все слои общества, дает вместе с тем крите­рий социальной успешности. Количество отложенных потенци­альных покупок пропорционально удаленности от высших слоев общества. И напротив, еще одним эрзацем социального призна­ния выступает табуированность оглашения величины дохода при демонстративно высокой покупательной способности. В этом смысле «другая», или «альтернативная», повседневность в малых группах часто оказывается альтернативой «обществу потребле­ния», поскольку требует личности человека самого по себе - ум­ного, знающего, умелого, доброго, коммуникабельного и проч. Эта личность обладает «хозяйственным разумом»¹ как элементом здравого смысла - рациональным средством для целесообразной деятельности, ориентированной на достижение определенного жизненного стандарта, критический выбор товаров и антиконсу-меристскую стратегию (ограничение, отказ от покупки).

Подведем некоторые итоги нашего рассмотрения. Социально-гуманитарные науки дают богатый материал для философского анализа основных социальных функций повседневности как ре-

Commandeur С. Op. cit. S. 102-103.

178

Раздел I. Категориальные сдвиги

альности и сознания. Каковы же они? Так, повседневность как ре­альность основана на относительной неизменности социальных условий оседлого существования. Повседневность, рассмотренная как тип сознания, состоит в относительной власти коллективных социально-психологических структур (архетипов). Повседнев­ность как познавательный феномен выражается в процессе когни­тивной социализации, адаптации к условиям и вживания в архети­пы. Однако повседневности во всех ее ипостасях, как правило, не может быть приписана некоторая автономная сфера; не существует субстанции повседневности. Все ее формы не самодостаточны, не существуют вне иных проявлений человеческого бытия и созна­ния. Эта субстанциальная фрагментарность повседневности объ­ясняется ее функциональным характером; повседневность — дис-позиционный предикат, феномен, актуализирующийся в опреде­ленных условиях и неразличимый в других. Повседневность скрепляет собой разные типы сознания, деятельности и общения, существуя лишь в промежутках между ними. Поэтому повседнев­ность и жизненный мир, будучи синонимами для Шюца, в сущно­сти различны. Первая — узкая, фрагментарная, функциональная область; второй — предельно широкий горизонт бытия, интеграль­ная структура мира.

Повседневность — это форма бытия, направленная на самосо­хранение, а не саморазвитие, не на выработку новых способов деятельности, а на использование и модификацию образцов. Это форма сознания, занятого изобретением способов «снятия про­блем», «экономии мышления», переведения последнего с уровня рефлексии на уровень автоматизма. Поэтому, с одной стороны, традиционное повседневное сознание - необходимый фон для классической идеологии, предлагающей простые и готовые спо­собы решения насущных проблем. С другой стороны, повседнев­ное сознание есть вообще необходимый фон для всякого развития сознания, творческого мышления и познания. В этом смысле она является главным когнитивным ресурсом, материалом для твор­ческого преобразования. Одновременно повседневность высту­пает как область испытания методов путем решения стандартных задач («разгадывания головоломок», и не только в науке). В повсе­дневности также обнаруживается основной способ жизненно-практического усвоения и фиксации творческих достижений. На­конец, она оказывается свободным пространством разгрузки соз-